Понятие социально психологической адаптации: Процесс социально — психологической адаптации. Подходы к изучению.

Содержание

Процесс социально — психологической адаптации. Подходы к изучению.

Мельникова Н. Н.

 

 

 

Опубликовано: Теоретическая, экспериментальная и прикладная психология: сборник научных трудов под ред. Н. А. Батурина. – Челябинск: ЮУрГУ, 1998 – Т.1. – С. 31–49.

 

В статье рассматривается пока мало исследованная область, касающаяся анализа содержания самого процесса социальной адаптации. В русле этого подхода будут предложены основные принципы диагностики адаптированности, а также освещена проблема адаптивных свойств и ресурсов личности.

В настоящее время проблема адаптации является одной из кардинальных проблем психологии. Зародившись в биологии, где довольно рано возникли попытки исследования взаимосвязи организмов с окружающей их средой, она переросла рамки естество­знания и, обогатившись идеями современных общественных и гуманитарных наук приобрела новое содержание. Повышение интереса к проблеме социальной адаптации и все более активное изучение этой темы в русле социальной психологии обусловлено интенсивными изменениями, происходящими в современном обществе.

Неустойчивость и, часто, непредсказуемость социальных процессов предъявляет повышенные требования к личности, которой необходимо, с одной стороны, соответствовать социальным требованиям, с другой – сохранять внутреннюю стабильность и равновесие. В современных условиях человек вынужден обновлять своё видение мира, взгляды, представления о действительности через всё более короткие интервалы времени. В то же время, всё более отчётливой становится тенденция к признанию ценности человеческой индивидуальности и, соответственно, возможности самореализации человека в условиях продуктивного взаимодействия с социальной средой.

Хотя в последнее время вопросам приспособления человека к социальным условиям уделяется значительное внимание, анализ литературы свидетельствует, всё же, о недостаточной изученности проблемы адаптации. Так, до сих пор нет четкого и однозначного определения понятия «социальной адаптации», которое бы учитывало всю сложность и про­тиворечивость этого явления. Чаще всего специфика «социальной адаптации» связывается лишь с социальным характером факторов, воздействующих на человека.

Однако специфика взаимодействия личности и социальной среды накладывает существенный отпечаток на сам ход адаптивного процесса. Эти особенности вносят немаловажные коррективы в понимание адаптивных свойств личности, изменяя их структуру и критерии, на основе которых выделяются такие свойства. Многоплановый, комплексный, характер проблемы социальной адаптации и огромное количество несистематизированного материала, касающегося данной проблемы ставит нас перед необходимостью рассмотрения некоторых методологических прин­ципов и подходов к её изучению.

Изначально проблема социальной адаптации привлекла внимание психологов в связи с изучением нарушений взаимодействия человека и окружающей социальной среды. Поэтому, традиционно внимание исследователей концентрировалось лишь на двух противоположных уровнях адаптированности: максимальной адаптированности и дезадаптированности. Недостаточность такого подхода неоднократно отмечалась в работах отечественных исследователей. [3, 11]. Шагом к углублению понимания данной проблемы был поиск промежуточных вариантов степени адаптированности [3, 7] и выделение форм адаптации на основе разграничения внешнего и внутреннего критерия [11].

Делая следующий шаг, мы предлагаем рассмотреть данную проблему сквозь призму развёртывания самого процесса социальной адаптации. Мы рассматриваем адаптированность и дезадаптированность как два крайних полюса единого процесса. В этом контексте любые отличные от экстремальных состояния адаптированности соответствуют его промежуточным этапам или же являются отражением определённых отклонений от оптимального течения процесса.

Мы предлагаем для обсуждения модель процесса социально-психологической адаптации и ставим своей целью подробно рассмотреть сам ход этого процесса, проанализировав важнейшие измене­ния, происходящие на каждом его этапе. Понятие процесса неизменно входит в определение социально-психологической адаптации. Однако до настоящего времени описания самого процесса ограничиваются краткими формулировками типа: конфликт – фрустрация – акты приспособления – изменение ситуации. На наш взгляд, данная схема, чётко ограничивая начало и конец процесса, практически не отражает его внутреннюю динамику, покрывая обобщённым выражением «акты приспособления» все тонкие изменения, происходящие на достаточно сложном пути от дезадаптации к адаптации. Необходимость детального описания промежуточных этапов процесса также обусловлена стремлением отразить специфику именно социальной адаптации, поскольку особенности социальной среды, в отличие от биологической, предъявляют дополнительные требования к сознательным адаптивным механизмам личности.

 

Описание процесса социальной адаптации.

Адаптация представляет собой комплексную реакцию на изменение ситуации взаимодействия индивида и среды. Процесс адаптации разворачивается во времени, проходя несколько этапов и затрагивая практически все компоненты личности. Изменения, происходящие в личности можно отследить на трёх уровнях: эмоциональном, когнитивном и поведенческом. Эмоциональный компонент описывает общее эмоциональное состояние человека и его отношение к изменившейся ситуации. Когнитивный компонент определяет степень информированности личности о ситуации, степень ориентировки в возникающих проблемных ситуациях. На поведенческом уровне рассматривается активность индивида, направленная на преобразование ситуации.

При этом активность может выражаться в виде внешнего поведения, а может выступать в форме внутренней активности, направленной на преобразование собственной личности.

В процессе социальной адаптации, при последовательном переходе с одного этапа на другой, различные компоненты (эмоциональный, когнитивный и поведенческий) приобретают неодинаковую значимость. Нагрузка как бы переносится с одного уровня на другой, в зависимости от тех задач, которые приходится решать личности в процессе построения новой системы взаимодействия со средой. Хотя, грани между последовательными стадиями процесса могут быть достаточно размыты, однако, компонент, который несёт наибольшую нагрузку на определённом этапе, как правило, более ярко выражен. Соответственно, по распределению внутренних ресурсов личности между эмоциональным, когнитивным и поведенческим компонентами можно определить этап процесса адаптации в конкретный момент.

Мы выделяем пять взаимосвязанных этапов в едином процессе социальной адаптации.

  1. Первичная реакция на изменения.
  2. Ориентировка.
  3. Внутренняя переработка и осмысление.
  4. Действия, направленные на изменение.
  5. Продуктивное взаимодействие.

Остановимся на кратком описании названных этапов.

1. Первичная реакция на изменения.

Необходимость в адаптации возникает в том случае, когда в жизненной ситуации личности происходят достаточно существенные изменения. В этом случае новая ситуация часто предъявляет к личности такие требования, к которым она ещё не готова. Это могут быть требования к профессиональным качествам, умениям и навыкам, необходимость применения новых моделей поведения, требования изменить ранее сформировавшееся отношение к известным явлениям или объектам. Если человек не имеет ресурсов справиться с вновь возникшими проблемными ситуациями, то он переживает более или менее выраженное состояние фрустрации.

Обычно первый этап процесса адаптации к новым требованиям среды эмоционально насыщен. Как правило, преобладают отрицательные эмоции, хотя в отдельных случаях изменения могут сопровождаться и положительными, даже эйфорическими переживаниями. Ориентация в ситуации слабая, новые требования не знакомы, не хватает знаний и опыта для того, чтобы справиться с возникшей проблемной ситуацией. Поведенческая активность может быть достаточно бурной, может проявляться слабо. Но в любом случае, поведение характеризуется спонтанностью и, скорее, реактивностью, чем целенаправленной произвольной активностью. Действия направлены, прежде всего, на восстановление былого равновесия, на возвращение системы взаимодействия в прежнее состояние.

Основная нагрузка на первом этапе ложится на эмоциональный компонент, который выражен наиболее ярко. Эмоциональная реакция здесь является своеобразным сигналом, сообщающим о нарушении равновесия, об изменениях, произошедших в системе организм-среда. Если изменения кратковременны и поверхностны, то индивиду скоро удаётся восстановить потерянное равновесие, и система возвращается к своему первоначальному состоянию. В этом случае адаптивный процесс не разворачивается, а действия, производимые индивидом, можно, скорее, назвать координационными, чем адаптационными. Если же изменения необратимы, то реактивное поведение индивида, как правило, не приводит к желаемому результату, прежнее состояние не удаётся восстановить. Чтобы достичь равновесия, должны произойти определённые качественные изменения, для этого необходимо строить новую систему взаимодействия. Тогда начинает разворачиваться собственно процесс адаптации. При этом процесс может идти в двух направлениях. Обычно выделяют защитную и незащитную адаптацию [7]. Если нарушения взаимодействия слишком болезненны, могут включиться психологические защитные механизмы, когда произошедшие изменения будут искажены или игнорированы. В этом случае процесс адаптации запускается на бессознательном уровне, становится неконтролируемым и нечувствительным к дальнейшим изменениям ситуации, что, обеспечивая временный положительный эффект, часто приводит к ещё большему нарушению взаимодействия.

Условием нормального протекания процесса адаптации является принятие изменившейся ситуации, точнее, самого факта изменений. В этом случае интенсивность эмоциональной реакции снижается и происходит переход ко второму этапу процесса.

2. Ориентировка.

На втором этапе ещё остаётся общее состояние дискомфорта, часто отмечаются проявления тревоги. Отношение к происходящему обычно неоднозначное, амбивалентное, подвержено колебаниям. Такое состояние побуждает индивида к активному целенаправленному поиску, сканированию и анализу ситуации. Значение поисковой активности для адаптации общепризнано и отражено в ряде работ [12, 13]. Наличие этапа ориентировки даёт преимущество живым системам, способным к активным поведенческим проявлениям и обладающим неким запасом поведенческих реакций, которые могут целенаправленно отбираться в зависимости от особенностей ситуации.

Основной задачей второго этапа процесса адаптации является адекватная ориентация в ситуации. Человек начинает активно собирать информацию, позволяющую прояснить ситуацию. Резко повышается чувствительность к релевантной информации. Человек пытается выяснить требования, предъявляемые к нему со стороны среды, способы поведения и реагирования, адекватные ситуации, анализирует свои возможности сквозь призму этих требований. На этом этапе информированность, осведомлённость личности прогрессивно возрастает. Если этап пройден удачно, человек становится обладателем знаний, которые дают возможность подойти к решению возникших проблемных ситуаций.

При нормальном течении процесса, общая преобразующая активность на втором этапе существенно снижается. Спонтанное реактивное поведение, не приведшее к положительным результатам на первом этапе, приостановлено, для планомерной активности ещё не хватает готовности и знаний: человек как бы «затаился».

Таким образом, основная нагрузка на втором этапе ложится на когнитивный компонент, который призван обеспечить личности запас знаний, необходимых для налаживания взаимодействия. Когда достаточное количество информации собрано, ситуация прояснилась, изучены требования среды и собственные возможности, индивид вступает на третий этап процесса адаптации.

3. Внутренняя переработка и осмысление.

Данный этап приобретает особое значение именно для процесса социальной адаптации человека. Это определяется спецификой самой социальной среды, а так же особенностями социального взаимодействия.

Социальная среда более подвижна и неустойчива, чем биологическая. Чтобы взаимодействовать с такой средой, индивид должен быть способен так же быстро изменять своё поведение. При этом, неустойчивость происходящих социальных изменений определяет следующее требование: приспособительные реакции индивида не должны жёстко фиксироваться, оставляя возможность для последующей перестройки поведения. Интенсивность социальных изменений также делает непродуктивным поиск способов взаимодействия методом проб и ошибок, закрепляя полезные приобретения с помощью естественного отбора, как это происходит в биологических системах. Ещё одной особенностью социального взаимодействия является большая ценность отдельного индивида, по сравнению с биологическими системами. Существование социума невозможно без человека, и сами характеристики взаимодействия во многом определяются особенностями личности, контактирующей с социальной средой. В последнее время считается общепризнанным, что динамика социального прогресса зависит от успешности реализации внутреннего потенциала каждой личности. Проблема социальной адаптации всё чаще связывается с проблемой самореализации личности. В этом контексте заметим, что целью социальной адаптации является не слепое приспособление к изменениям среды, или изменение среды в соответствии со своими потребностями, а поиск такого пути, который позволил бы сохранить индивидуальное «Я» и целостность личности, реализовать внутренний потенциал, при этом, не разрушая окружающей реальности, а, наоборот, содействуя её прогрессу.

В связи с этим, мы можем назвать третий этап – этап внутренней переработки и осмысления – центральным звеном процесса социальной адаптации личности, отражающим именно специфику взаимодействия сознательной личности и социальной среды. (Характерно, что в процессе биологической адаптации этот этап полностью отсутствует).

Данный этап служит связующим звеном между этапом ориентировки, который играет подготовительную роль и этапом собственно преобразующих действий. Основная задача личности состоит в том, чтобы, проанализировав собранную информацию, сознательно выбрать правильную стратегию поведения, позволяющую создать новую систему взаимодействия. Именно серьёзные изменения во внутриличностном плане обеспечивают быструю перестройку внешнего поведения. Часто это связано с переоценкой ценностей, определением своего места во взаимодействующей системе. На третьем этапе должно произойти окончательное принятие изменившейся ситуации.

Для данного этапа характерен высокий уровень внутренней активности: устанавливается внутренняя позиция личности, определяется стратегия поведения, начинают формироваться новые поведенческие стереотипы. Это тот момент духовного и личностного развития, когда человек временно стремится ограничить контакт со средой, концентрируя усилия на внутренней работе, та стадия, которая не раз отмечалась в терапевтической практике, как необходимый этап для разрешения личностного кризиса и как толчок к изменению всей системы взаимоотношений с миром. В зависимости от характера и степени первоначального изменения ситуации взаимодействия, внутренняя работа может быть более или менее глубокой и интенсивной.

Говоря о роли сознания и самосознания на третьем этапе социальной адаптации, следует отметить, что именно при условии сознательного контроля изменения сохраняют вариативность и допускают смену стратегии поведения, именно сознательный анализ позволяет избежать лишних неудачных проб при столкновении с действительностью и избавляет личность от случайных ошибок [9].

В целом, характеризуя особенности третьего этапа, можно отметить, что наличие полезной информации снижает эмоциональную напряжённость, обычно общее состояние характеризуется умеренной комфортностью. Отношение достаточно устойчиво, хорошо дифференцированы положительные и отрицательные стороны ситуации. Имеющаяся информация также характеризуется детальностью и дифференцированностью. На третьем этапе когнитивная обработка заключается в интерпретации собранной информации, в результате которой она укладывается в систему внутреннего опыта. Основная нагрузка как бы распределена между двумя уровнями, когнитивным и поведенческим: на основе когнитивной обработки и внутреннего осмысления формируются стратегии будущего адаптивного поведения.

Когда позиция определена, стратегия сформирована, происходит переход на четвёртый этап.

4. Действия, направленные на изменение.

На четвёртом этапе индивид приступает к реальным действиям, направленным на преобразование ситуации. Анализ способов поведения, которые использует индивид в процессе адаптации, не раз становился предметом исследований. Ещё З. Фрейд выделил два типа адаптивного поведения личности: поведение, направленное на преобразование среды (партнёра) или на изменение себя самого. Эти противоположные стратегии были названы аллопластической и аутопластической адаптацией. Позже к двум названным была добавлена стратегия избегания травмирующей среды, особо изучалось адаптивное значение конформного типа поведения. Было установлено, что выбор адаптивной стратегии зависит как от индивидуальных особенностей личности, так и от характеристик среды. Не ставя цели в данной работе подробно останавливаться на классификации возможных поведенческих стратегий, отметим только, что наиболее успешной является такая стратегия, которая способствует взаимоизменениям: человек одновременно меняется сам и способствует изменениям, происходящим в среде.

Таким образом, наибольший вес на четвёртом этапе приобретает поведенческий компонент, и основное значение здесь отводится активным преобразовательным действиям. В связи с этим, успешность прохождения этапа во многом зависит как от адекватности избранной стратегии поведения, так и от самой способности личности к произвольной, целенаправленной активности.

Для данного этапа характерно уже избирательное восприятие информации: информация не соответствующая сложившемуся ранее представлению о ситуации преимущественно игнорируется. Закрепляются стереотипы восприятия и поведения. Общее состояние может колебаться, окрашиваясь, то в позитивные, то в негативные тона в зависимости от успешности предпринимаемых действий.

Если стратегия выбрана правильно и её удалось реализовать, то ситуация взаимодействия уравновешивается, приобретая новые качества, и процесс адаптации переходит на свой завершающий пятый этап.

5. Продуктивное взаимодействие.

Пятый этап характеризуется собственно состоянием адаптированности индивида. Для него характерно состояние комфорта, эмоциональной стабильности и уравновешенности. Общий тон эмоциональных переживаний положительный и не отличается экстремальным характером. Отношение к ситуации так же устойчиво и позитивно. Адаптационный процесс завершает свой цикл, и основной вес опять переносится на эмоциональный компонент. Действительно, чаще всего состояние адаптированности связывают с общим позитивным состоянием индивида: ощущением комфорта и удовлетворённости.

Однако эмоциональное благополучие является не единственным критерием адаптированности. Называя данный этап этапом продуктивного взаимодействия, мы должны отметить, что на самом деле, процесс адаптации может иметь два отличных друг от друга исхода. Мы выходим на одну из самых острых проблем теории адаптации – проблему противоречия между гомеостатическим идеалом адаптированной системы, стремлением к покою и равновесию и идеалом вечного движения, как условия жизни, стремлением живой системы к новой информации, изменению и развитию. Широко распространённая гомеостатическая модель, ставит целью адаптации оптимальное приспособление к среде и состояние покоя для индивида. Модель развития (или системная социальная адаптация по Реану А. А.) – построение новой, более совершенной системы взаимодействия со средой и самореализацию для индивида в продуктивной творческой деятельности.

На пятом, заключительном этапе социальной адаптации могут реализоваться обе модели взаимодействия. Что мы получим в итоге, во многом зависит от первоначальной установки индивида на приспособление (равноценно, индивида к среде или среды к индивиду) или установки на оптимизацию самого взаимодействия, достижение более высокого уровня функционирования в контакте со средой.

Охарактеризуем особенности заключительного этапа адаптации для той и другой модели.

Несмотря на общий положительный эмоциональный фон, характерный для заключительного этапа процесса, при реализации разных моделей имеют место существенные различия на уровне когнитивных и поведенческих характеристик. В первом случае достижение состояния покоя и умиротворённости приводит к общему снижению степени функционирования личности. Внешняя поведенческая активность, как правило, умеренная и направлена, преимущественно, на поддержание достигнутого равновесия. То есть опять, как и на первом этапе, характеризуется реактивностью. Хотя общая информированность хорошая, однако, чувствительность к новой информации снижается, возникает риск формирования жёстких стереотипов восприятия и поведения.

Несмотря на комфортность, индивид не застрахован от риска новой дезадаптации. Это может произойти в случае жёсткого фиксирования стереотипов и потери контакта с реальностью, которая непрерывно меняется. Если активность индивида на этом этапе будет направлена только на поддержание достигнутого равновесия, а поведение будет лишь реактивным ответом на колебания среды, то новая дезадаптация возникнет неизбежно, т. к. в этом случае игнорируется сам процесс дальнейшего развития личности и естественного изменения среды. Риск новой дезадаптации особенно высок в такой подвижной среде, как социальная. Новые изменения вызовут реакцию отторжения, которая поменяет положительное эмоциональное состояние на противоположное, имеющаяся информация станет неактуальной, и человек вновь окажется на первом этапе процесса. Таким образом, гомеостатическая модель адаптации, которая достаточно успешно работает в малоподвижных системах, таких как физическая и, частично, биологическая, приводит процесс социальной адаптации к замкнутому кругу, а личность – к постоянно возобновляющимся дезадаптациям.

При реализации второй модели, удаётся так преобразовать изначальную неудовлетворительную ситуацию взаимодействия, что индивид и среда (или партнёр) образуют теперь новую систему, где каждый занимает своё место, и общее функционирование системы имеет некоторый положительный эффект по сравнению с изолированным функционированием индивида и противостоящей ему среды. При оптимальном построении системы взаимодействия на этом этапе человек реализуется в продуктивной деятельности, которая, одновременно приветствуется средой (или партнёром). Как правило, этот процесс сопровождается усложнением организации обеих сторон. Все приобретения, актуализированные на предыдущих этапах, закрепляются в активном арсенале личности, повышая её общую адаптивность. Характерно, что идея постепенного накопления адаптивных ресурсов в результате последовательного ряда адаптаций уже не раз излагалась в контексте теории адаптации [14].

Поддержание активности личности на достаточно высоком уровне даёт возможность адекватного и своевременного реагирования на новые изменения. Поведенческая гибкость и открытость опыту являются необходимыми качествами, способными поддерживать состояние адаптированности, несмотря на определённые колебания среды. Творческая продуктивная активность предполагает постоянный приток новой информации. Поэтому, в отличие от предыдущей модели, у индивида сохраняется чувствительность к новой информации. Установка на оптимальное взаимодействие и самореализацию в продуктивной деятельности обеспечивает непрерывное развитие и самосовершенствование личности, которое только стимулируется новыми изменениями, происходящими во внешней среде или во внутреннем мире человека. В этом случае изменения ситуации взаимодействия служат не фрустрирующим фактором, а толчком к дальнейшему развитию. (Неслучайно, адаптация исторически рассматривалась в связи с теорией эволюции [13]. Однако, в случае социальной адаптации, движущей силой развития служит не естественный отбор, а прогрессивные изменения в результате построения новых систем взаимодействия).

При оптимальном разрешении, каждый новый адаптивный процесс повышает общий уровень функционирования личности, и, совершенствуя её внутреннюю организацию, делает личность всё более независимой от колебаний внешней среды. Если итогом адаптивного процесса является лишь подстройка к новым условиям среды, обусловленная тенденцией к покою, то человек обречён на постоянные реадаптации. Таким образом, гомеостатическая модель способна обеспечить лишь ситуативную адаптацию к ограниченной среде, в то время как системная повышает адаптивный потенциал личности, способствуя общей адаптации [11].

В целом, особенности протекания и длительность каждого этапа могут быть различными и зависят от:

  1. характеристик среды, с которой необходимо взаимодействовать,
  2. интенсивности изменений,
  3. общей адаптивности личности,
  4. особенностей личности, позволяющих наиболее успешно функционировать на определённых этапах процесса.

 

Возможные нарушения процесса адаптации.

Мы описали модель оптимального процесса, однако, адаптация протекает не всегда успешно и адаптивный процесс не застрахован от нарушений. Не имея возможности в рамках данной статьи перечислить все конкретные нарушения, характерные для различных этапов, выделим только общие принципиальные моменты.

Как правило, нарушения процесса адаптации на отдельных этапах касаются именно тех компонентов, на которые ложится наибольшая нагрузка, и которые являются показателями (индикаторами) самого этапа. Мы выделяем четыре типа нарушений:

  1. неудачная реализация (неадекватное выполнение) основной задачи конкретного этапа,
  2. пропуск этапа,
  3. фиксация на определённом этапе,
  4. регрессия (возвращение) к предыдущему этапу.

Причины нарушений могут быть различны и часто связаны с отсутствием или недостаточным функционированием определённых адаптивных свойств личности.

 

Подходы к диагностике процесса социальной адаптации

При изучении социальной адаптации психологическая диагностика может преследовать следующие цели:

  1. Определение степени адаптированности индивида в данный момент.
  2. Определение этапа адаптивного процесса, на котором находится испытуемый.
  3. Определение характера нарушений адаптации.
  4. Определение адаптивных ресурсов личности.

Комплексное изучение выделенных параметров достаточно объёмно и включает большое разнообразие диагностических методов. Поэтому, в данной работе остановимся кратко лишь на основных методологических принципах и подходах.

При диагностике степени адаптированности индивида мы выделяем два показателя: реальную адаптированность и нормативную. Реальная адаптированность определяется через сравнение текущего состояния с неким эталоном, — с характеристиками, свойственными пятому, завершающему этапу процесса. Нормативная адаптированность – через соответствие изучаемых характеристик тому этапу процесса, на котором находится в данное время индивид. Состояние человека может быть далеко от эталона адаптированности, но вполне соответствовать нормальному течению процесса адаптации. Такое разделение достаточно продуктивно, так как в большинстве случаев мы сталкиваемся именно с некоторой промежуточной стадией развития процесса адаптации, а не с его крайними вариантами.

Диагностика этапа адаптивного процесса, на котором находится испытуемый проводится по следующим принципам.

1) Наиболее общим показателем этапа социальной адаптации является «нагруженность» эмоциональным, когнитивным или поведенческим компонентом. Выявление одного из этих компонентов как наиболее значимого, будет говорить о соответствующем этапе адаптивного процесса.

2) Более детальная картина может быть получена из анализа отдельных характеристик выделенных компонентов и их взаимосочетаний. При успешном течении процесс адаптации на каждом этапе характеризуется чётко определёнными характеристиками эмоционального состояния, познавательной и поведенческой активности. Их устойчивые сочетания могут служить индикаторами этапа. Здесь мы выделяем основные (ведущие) и фоновые показатели. Основные показатели характерны только для данного этапа, фоновые могут иметь аналогичную величину и на других этапах и имеют диагностическую ценность при взаимодействии друг с другом и с основными показателями.

Отклонения от оптимального сочетания выделенных характеристик являются показателями нарушений процесса. Например, если наряду с выраженным негативным эмоциональным состоянием и слабой информированностью отмечается поведенческая пассивность, состояние апатии, мы можем диагностировать нарушения на первом этапе адаптивного процесса.

Диагностика адаптивных ресурсов личности основывается на предположении, что индивидуальные различия предполагают некоторый разброс в степени развития и функционирования отдельных адаптивных качеств у разных людей. Построив индивидуальный профиль общей адаптивности личности, мы сможем предсказать наиболее вероятные типы нарушений адаптации для конкретного человека. При этом предполагается, что дефицит определённых когнитивных возможностей, эмоциональные нарушения или неадекватная поведенческая активность приводят к нарушениям именно на тех этапах процесса адаптации, где соответствующие качества являются определяющими и на них ложится наибольшая нагрузка. На профиле сохраняются пять блоков адаптивных качеств, соответствующих основным этапам процесса адаптации. Набор же качеств внутри каждого блока меняется в зависимости от уровня социальной среды, с которой взаимодействует индивид.

 

Литература.

  1. Березин Ф. Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. Л., 1988.
  2. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М., 1986.
  3. Жмыриков А. Н. Диагностика социально-психологической адаптированности личности в новых условиях деятельности и общения: Автореф. канд. дисс. М., 1989.
  4. Зинченко В. П. Миры сознания и структура сознания. // Вопросы психологии, 1991, № 2, С.15-36.
  5. Левитов Н. Д. Фрустрация как один из видов психических состояний. // Вопросы психологии. 1967, № 6. С. 118-129.
  6. Личность. Внутренний мир и самореализация. Под ред. Королёвой Н. И. СПб, 1996.
  7. Началджян А. А. Социально – психологическая адаптация личности. Ереван, 1988.
  8. Сетров М. И. Основные принципы и аспекты организации систем. // Проблемы методологии и современная наука. Кишинёв, 1988.
  9. Столин. В. В. Самосознание личности. М., 1983.

10.  Реан А. А. О феномене социально-психологической терпимости личности. //Психологический журнал, 1991, № 4.

11.  Реан А. А. К проблеме социальной адаптации личности. // Вестник СПбГУ. Сер. 6, 1995, вып. 3, № 20.

12.  Ротенберг В. С., Аршавский В. В. Поисковая активность и адаптация. М., 1984.

13.  Философские проблемы теории адаптации. Под. ред. Г. И. Царегородцева. М., 1975.

14.  Шибутани Т. Социальная психология. М., 1969.

15.  Шорохова Е. В. Проблема сознания в философии и естествознании. М., 1961.

16.  Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект пресс, 1996.

Психологическая Адаптация — это… Что такое Психологическая Адаптация?

Психологическая Адаптация
Психологическая адаптация — приспособление человека к существующим в обществе требованиям и критериям оценки за счет присвоения норм и ценностей данного общества.

Психологический словарь. 2000.

  • Психологизм
  • Психологическая Акустика

Смотреть что такое «Психологическая Адаптация» в других словарях:

  • психологическая адаптация — Этимология. Происходит от греч. psyche душа + logos учение и лат. adaptare приспособлять Категория. Приспособление человека к существующим в обществе требованиям и критериям оценки за счет присвоения норм и ценностей данного общества.… …   Большая психологическая энциклопедия

  • ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АДАПТАЦИЯ ЧЕЛОВЕКА В СЕМЕЙНОЙ ЖИЗНИ — приспособление одного или обоих супругов к индивидуальным особенностям друг друга или к сложившимся условиям семейной жизни …   Словарь терминов по психологическому консультированию

  • СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АДАПТАЦИЯ — приспособление личности к условиям социальной сферы …   Словарь по профориентации и психологической поддержке

  • адаптация психологическая — Приспособление человека к существующим в обществе требованиям и критериям оценок за счет присвоения норм и ценностей данного общества. Словарь практического психолога. М.: АСТ, Харвест. С. Ю. Головин. 1998. адаптация психологическая …   Большая психологическая энциклопедия

  • Адаптация психическая — Приспособление психической деятельности человека к постоянно изменяющимся условиям окружающей среды путем сохранения психического гомеостаза. Одним из её вариантов является социально психологическая адаптация, осуществляющая преобразовательную,… …   Большая психологическая энциклопедия

  • адаптация — Состояние динамического соответствия, равновесия между живой системой (человеком) и внешней средой. Способность живого организма приспосабливаться к изменениям окружающей среды, внешних (внутренних) условий существования путем сохранения и… …   Большая психологическая энциклопедия

  • Психологическая помощь — область практического применения психологии, ориентированная на повышение социально психологической компетентности людей и оказания психологической помощи, как отдельному человеку, так и группе или организации. Это непосредственная работа с… …   Википедия

  • Адаптация персонала — В данной статье или разделе имеется список источников или внешних ссылок, но источники отдельных утверждений остаются неясными из за отсутствия сносок …   Википедия

  • Психологическая служба в органах прокуратуры — Впервые психологи были зачислены в штат управления кадров Генеральной прокуратуры Российской Федерации в 1991 г. Основным направлением их работы служила психологическая оценка кандидатов на должности руководителей прокуратур субъектов Российской… …   Энциклопедия современной юридической психологии

  • Психологическая служба в юридических образовательных учреждениях МВД — Основы развития психологической службы заложены в приказах МВД РФ от 25.06.1990 г. №42 «О создании в учебных заведениях МВД СССР групп психофизиологического обеспечения и от 17.05.1995 г. №185 «Об утверждении Правил приема в учебные заведения… …   Энциклопедия современной юридической психологии


Статья «Понятие и сущность социально-психологической адаптации в психолого-педагогической литературе»

Понятие и сущность социально-психологической адаптации в психолого-педагогической литературе

 

Проблема адаптации является междисциплинарной и изучается в рамках психолого-педагогических (П.К. Анохин, Л.А. Каждибович, А.Г. Мороз и др.), социально-экономических (Т.Г. Дичев, Б.Г. Турусбеков и др.), медико-биологических (И.П. Павлов, А.А. Ухтомский, Г. Селье, У.Б. Кеннон и др.) и других наук. Условием успешной адаптации является оптимальное сочетание адаптивной и адаптирующей деятельности, варьируемое в зависимости от конкретных ситуаций [1]. Показателями успешной социальной адаптации человека являются его удовлетворенность этой средой, активность самопроявления и приобретение соответствующего опыта.

В настоящее время термин «адаптация» довольно широко используется во многих областях знания. Этимологически понятие «адаптация» происходит от латинского «adaptatio» – приспособление. Каждая из научных дисциплин занимается своим специфическим аспектом адаптации и использует свой понятийный аппарат. В психологию понятие «адаптация» пришло из физиологии и в общем смысле означает стремление организма к достижению равновесия с внешней средой. Если развитие есть стратегия жизни, то адаптация – это тактика, которая позволяет живому удерживаться в определенных эволюционных рамках, обеспечивая тем самым возможность прогресса. Важно отметить, что решающее различие в интерпретации понятия «адаптация» в рамках психологии связано с сугубо психологической трактовкой человеческой деятельности, не приемлющей отождествления развития психики человека с простым приспособлением организма.

Адаптация может быть рассмотрена и как процесс, и как результат приспособления человека к окружающей среде [2].

Если рассматривать адаптацию как процесс, можно говорить о наличии в структуре адаптации следующих компонентов: целевого, содержательного, деятельностного и результативного. Целью адаптации является приспособление к окружающей среде, содержанием – освоение условий окружающей среды, деятельностный компонент представлен определенным видом взаимодействия человека с окружающей средой (подчинение среде, обновление среды, ритуализм, уход от жизни, бунт), результат адаптации – определенная степень адаптированности или дезадаптированности субъекта к условиям окружающей среды.

«Адаптация – не только приспособление к успешному функционированию к данной среде, но и способность к дальнейшему психологическому, личностному, социальному развитию».

По мнению Т.И. Бабаева «Адаптация социальная – процесс взаимодействия личности или социальной группы со средой социальной, включает усвоение норм и ценностей среды в процессе социализации, а также изменения преобразования среды в соответствии с новыми условиями и целями деятельности» [4].

А.А. Налчаджанин под социально-психологической адаптацией понимал психологический процесс, в ходе которого личность становится адаптированной, это проявляется во взаимоотношениях, при которых индивид без каких-либо внешних и внутренних конфликтов продуктивно выполняет свою ведущую деятельность, в результате чего переживает состояние самоутверждения и свободно выражает свои творческие способности и удовлетворяет свои основные социогенные потребности [5].

Социально-психологическую адаптацию личности, по мнению Е.Е. Федоровой, можно охарактеризовать как состояние взаимоотношений личности  и социальной группы, когда личность без длительных внешних и внутренних конфликтов продуктивно выполняет свою деятельность, удовлетворяет свои социальные потребности, соответствует ролевым ожиданиям, которые предъявляет к ней данная социальная группа, переживает состояния самоутверждения и свободного выражения своих творческих способностей [3].

По мнению А.В. Петровского и М.Г. Ярошевского под социально-психологической адаптацией понимается постоянный процесс активного приспособления индивида к условиям социальной среды и результат этого процесса [4].

А .В . Петровски й выделят три  фазы развити я личности  пи  вхождении  е е  в  о тн о с и те л ьн о  с та би л ьн ую с о ци а л ьн ую с фе р у [4] :

·        а да пта ци я;

·        и н ди в и дуа л и за ци я;

·        и н те гр а ци я.

В  хо де  а да пта ци и  че л о в е к о с в а и в а е т де йс тв ующи е  в  гр уппе  н о р мы, ус в а и в а е т пр и е мы и  с р е дс тв а  де яте л ьн о с ти , ко то р ыми  в л а де ют в с е  чл е н ы гр уппы. С убъе кт н е  мо же т о с уще с тв и ть по тр е бн о с ть пр о яв и ть с е бя ка к л и чн о с ть, по ка  о н  н е  о с в о и л  де йс тв ующи е  в  гр уппе  н о р мы и  це н н о с ти , н е  о в л а де л  пр и е ма ми  и  с р е дс тв а ми  де яте л ьн о с ти .

Эффе кти в н а я а да пта ци я до с ти га е тс я и н ди в и до м за  с че т с убъе кти в н о  пе р е жи в а е мых утр а т н е ко то р ых с в о и х и н ди в и дуа л ьн ых о тл и чи й, и л л юзи и  «р а с тв ор е н и я в  ма с с е ».

По  мн е н и ю М.С . Ян и цко го , с о ци а л ьн о -пс и хо л о ги че с ка я а да пта ци я л и чн о с ти  — это  пр о це с с  е ё в хо жде н и я в  с и с те мы пс и хо л о ги че с ки х с в язе й и  о тн о ше н и й, в о зн и ка ющи х в  ко н та ктн о й с о ци а л ьн о й с р е де  жи зн и  и  де яте л ьн о с ти  и н ди в и да . Эти  пс и хо л о ги че с ки е  с в язи  и  о тн о ше н и я л и чн о с ти  в о зн и ка ют гл а в н ым о бр а зо м в  с в язи  и  по  по в о ду о бъе кти в н ых е ё с о ци а л ьн ых и  де яте л ьн ых с в язе й и  о тн о ше н и й. И  по то му с о ци а л ьн о -пс и хо л о ги че с ка я а да пта ци я л и чн о с ти  мо же т в ыс тупа ть ка к а с пе кт пр о фе с с и о н а л ьн о й и  с о ци а л ьн о й а да пта ци и . Н о  с о ци а л ьн о -пс и хо л о ги че с ка я а да пта ци я е с ть и  с а мо с то яте л ьн ый, а в то н о мн о  пр о и с хо дящи й пр о це с с  в  с и с те ма х в за и мо о тн о ше н и й л юде й ( то в а р и ще с ки е , др уже с ки е , де л о в ые  и  др . о тн о ше н и я)   [ 6] .

Н .Г. Ко л ьцо в а  о пр е де л ял а  с о ци а л ьн о -пс и хо л о ги че с кую а да пта ци ю ка к дв ус то р о н н и й и  а кти в н ый пр о це с с  в за и мо де йс тв и я л и чн о с ти  и  ко л л е кти в а , с о де р жа н и е м ко то р о го  яв л яе тс я в кл юче н и е  в  с и с те му ме жл и чн о с тн ых о тн о ше н и й и  ус в о е н и е  л и чн о с тью пс и хо л о ги и  ми кр о гр уппы, а  р е зул ьта то м яв л яе тс я и зме н е н и е  л и чн ых ка че с тв  л и чн о с ти  [ 7] . 

С о ци а л ьн а я а да пта ци я, по  мн е н и ю Л .Г. По че бута , пр е дс та в л яе т с о бо й пр о це с с  и н те гр и р о в а н и я и н ди в и да  в  с о ци а л ьн ую гр уппу, пр е дпо л а га юще е  пр и н яти е  и м гр уппо в ых н о р м, це н н о с те й, с та н да р то в , с те р е о ти по в  и  тр е бо в а н и й [8] .

В  о с н о в е  а да пта ци и  л и чн о с ти  ка к ди н а ми че с ко го  яв л е н и я л е жа т пр о ти в о р е чи я ме жду тр е бо в а н и ями , пр е дъяв л яе мыми  ус л о в и ями  н о в о й с р е ды, и  го то в н о с тью л и чн о с ти  к н и м н а  о с н о в е  пр е дше с тв ующе го  о пыта. . Эти  пр о ти в о р е чи я р а зр е ша ютс я путе м пе р е с тр о йки  де яте л ьн о с ти  и  по в е де н и я л и чн о с ти , а  та кже  с  по мо щью р е гул и р ующе го  в л и ян и я о бъе кти в н ых фа кто р о в  н а  пр о це с с  в за и мо де йс тв и я л и чн о с ти  и  с р е ды. Пр о це с с  а да пта ци и  и ме е т р е ша юще е  зн а че н и е  в  по дде р жа н и и  а де кв а тн ых с о о тн о ше н и й че л о в е ка  и  с р е ды.

А да пта ци я ха р а кте р и зуе тс я ка к а кти в н о е  тв о р че с ко е  пр и с по с о бл е н и е  с туде н то в  пе р в о го  кур с а  к ус л о в и ям в ыс ше й шко л ы, в  пр о це с с е  ко то р о го  у н и х фо р ми р уютс я н а в ыки и  уме н и я о р га н и за ци и  умс тв е н н о й де яте л ьн о с ти , пр и зв а н и е  к и збр а н н о й с туде н то м пр о фе с с и и , р а ци о н а л ьн ый ко л л е кти в н ый и  л и чн ый р е жи м тр уда , до с уга  и  быта , с и с те ма  р а бо ты по  пр о фе с с и о н а л ьн о му с а мо о бр а зо в а н и ю и  с а мо в о с пи та н и ю пр о фе с с и о н а л ьн о  зн а чи мых ка че с тв  л и чн о с ти .

В  ка че с тв е  по ка за те л е й ус пе шн о й с о ци а л ьн о -пс и хо л о ги че с ко й а да пта ци и  и н ди в и да  н а  л и чн о с тн о м ур о в н е  мо жн о  в ыде л и ть:

·        а ктуа л и за ци я р а зв и тых по тр е бн о с те й в  с а мо ув а же н и и  и  с а мо а ктуа л и за ци и ;

·        удо в л е тв о р е н н о с ть пр о фе с с и о н а л ьн о й де яте л ьн о с тью ка к в а жн е йши м ус л о в и е м р е а л и за ци и  по тр е бн о с ти  в  с а мо а ктуа л и за ци и ;

·        удо в л е тв о р е н н о с ть с мыс л о м жи зн и  и  о пти ми с ти че с ка я о це н ка  жи зн е н н о й с и туа ци и ;

·        в ыс о ка я а кти в н о с ть, эмо ци о н а л ьн а я с та би л ьн о с ть, и н те р н а л ьн ый л о кус  ко н тр о л я.

Итак, социально-психологическая адаптация — это включение личности в систему взаимоотношений, которые характеризуют данную группу людей.

Социально-психологическая адаптация представляет собой изменение, перестройку психики индивида под воздействием объективных факторов среды, процесс ломки старого и установление нового динамического стереотипа — устойчивой системы временных нервных связей, обеспечивающей определенную интенсивность и последовательность реакций организма и психики на изменение внешних и внутренних воздействий.

Библиографический список

 

1.                 Авдиенко, Г.Ю. Влияние мероприятий психологической помощи студентам в начальный период обучения на успешность адаптации к образовательной среде вуза / Г.Ю. Авдиенко // Вестник психотерапии. — 2014. — № 24. — С. 8-14.

2.                 Агапова, Д.М. Особенности социально-психологической адаптации студентов-первокурсников / Д. М. Агапова // Молодой ученый. — 2020. — № 20 (310). — С. 638-640. — URL: https://moluch.ru/archive/310/69975/

3.                 Березин, Ф.Б. Социально-психологическая адаптация при невротических и психосоматических расстройствах / Ф.Б. Березин, Т.В. Барлас // Невропатология и психиатрия. – 2005.  № 6. — С. 38 – 42. 

4.                 Кольцова, Н.Г. Динамика характеристик личности студента / Н.Г. Кольцова // Психологические проблемы трудовой подготовки учащихся. Психология и высшая школа. — М.: Наука, 2008. — 125 с.

5.                 Демьяненко, Н.В. Понятие социальной адаптации студентов-первокурсников к обучению в высшем учебном заведении / Н.В. Демьяненко, Я.В. Ермакова, В.Н. Куровский // Молодой ученый. — 2016. — № 8 (112). — С. 942-944. — URL: https://moluch.ru/archive/112/28060/

6.                 Луну, А.А. Особенности адаптации первокурсников к социокультурной среде вуза / А.А. Луну, Т.В. Седых // Социально-культурная деятельность: векторы исследовательских и практических перспектив. — 2017. — № 2. — С. 257-262.

7.                 Антипова, Л.А. Педагогические технологии успешной адаптации личности студента в процессе обучения в вузе / Л.А. Антипова // Казанский педагогический журнал. — 2008. — № 2. — С. 52-56.

8.                 Архипова, А.А. Адаптация студентов как одно из условий самореализации личности / А.А. Архипова // Педагогические науки. — 2017. — № 3. — С. 173-177.

 

Определение социальной психологии — PSYC 100: Принципы психологии F21

Социальные нормы, которые определяют наше повседневное поведение и создают социальное влияние, в значительной степени проистекают из нашей культуры . Культура представляет группу людей, обычно проживающих в данном географическом регионе, которые разделяют общий набор социальных норм, включая религиозные и семейные ценности и моральные убеждения (Fiske, Kitayama, Markus, & Nisbett, 1998; Matsumoto, 2001 ). Культура, в которой мы живем, влияет на наши мысли, чувства и поведение посредством обучения, имитации и других форм социальной передачи (Mesoudi, 2009).Не будет неуместным сказать, что наша культура определяет нашу жизнь так же, как и наш эволюционный опыт.

Культуры различаются по конкретным нормам, которые они считают важными и которые определяют поведение членов группы. Социальные психологи обнаружили фундаментальную разницу в социальных нормах между западными культурами (включая США, Канаду, Западную Европу, Австралию и Новую Зеландию) и восточноазиатскими культурами (включая Китай, Японию, Тайвань, Корею, Индию и другие страны). Юго-Восточная Азия).Нормы в западных культурах в первую очередь ориентированы на индивидуализм культурные нормы, распространенные в западных обществах, которые сосредоточены в первую очередь на самосовершенствовании и независимости . В западных культурах детей учат развивать и ценить чувство собственного достоинства и видеть себя в значительной степени отделенными от окружающих их людей. Дети в западных культурах чувствуют себя особенными — им нравится получать золотые звезды за свои проекты и лучшую оценку в классе (Markus, Mullally, & Kitayama, 1997).Взрослые в западных культурах ориентированы на достижение собственного индивидуального успеха, часто по сравнению с другими (или даже за их счет). Когда людей просят описать себя, люди в западных культурах обычно указывают, что им нравится «заниматься своим делом», они предпочитают жить независимо и основывают свое счастье и самооценку на своих личных достижениях. Короче говоря, в западных культурах упор делается на заботу о себе.

Нормы в культурах Восточной Азии, с другой стороны, больше ориентированы на заботу о других. Эти нормы указывают на то, что люди должны быть более фундаментально связаны с другими и, следовательно, более ориентированы на взаимозависимость , или коллективизм . В культурах Восточной Азии детей учат сосредотачиваться на развитии гармоничных социальных отношений с другими, и преобладающие нормы относятся к групповой сплоченности, связанности, долгу и ответственности перед своей семьей. Когда представителей восточноазиатских культур просят описать себя, они указывают, что их особенно беспокоят интересы других, включая своих близких друзей и коллег.В качестве одного из примеров этих культурных различий исследование, проведенное Синобу Китайма и его коллегами (Uchida, Norasakkunkit, & Kitayama, 2004), показало, что жители Восточной Азии чаще, чем жители Запада, испытывали счастье в результате своих связей с другими людьми, тогда как жители Запада с большей вероятностью испытали счастье в результате своих личных достижений.

Люди из западных культур в среднем более индивидуалистичны, чем люди из восточных культур, которые в среднем более коллективистичны.

Другие исследователи изучали другие культурные различия, такие как изменение ориентации во времени. Некоторые культуры больше озабочены прибытием и отъездом по фиксированному графику, тогда как другие рассматривают время более гибко (Levine & Norenzayan, 1999). Левин и его коллеги (1999) обнаружили, что «темп жизни», оцениваемый по средней скорости ходьбы в центре города и скорости, с которой почтовые служащие выполняли простой запрос, был самым быстрым в западных странах (но также включая Японию) и самым медленным в экономически неразвитые страны.Также утверждалось, что существуют различия в степени, в которой люди в разных культурах связаны социальными нормами и обычаями, вместо того, чтобы свободно выражать свою индивидуальность без учета социальных норм (Gelfand et al., 1996). Кроме того, существуют культурные различия в отношении личного пространства, например, насколько близко люди стоят друг к другу во время разговора, а также различия в стилях общения, которые используют люди.

Важно знать о культурах и культурных различиях, по крайней мере отчасти, потому что люди с разным культурным происхождением все чаще контактируют друг с другом в результате увеличения количества поездок и иммиграции, а также развития Интернета и других форм общения. .В Соединенных Штатах, например, есть много различных этнических групп, и доля населения, которое происходит из групп меньшинств (небелых), увеличивается из года в год. Меньшинства будут составлять гораздо большую долю от общего числа новых сотрудников в США в течение следующих десятилетий. Фактически, меньшинства, которые сейчас составляют примерно одну треть населения США, как ожидается, станут большинством к 2042 году, а к 2050 году Соединенные Штаты станут меньшинством на 54%. К 2023 году более половины всех детей будут меньшинства (U.S. Бюро переписи населения, без даты). Эти изменения приведут к значительному росту культурного разнообразия в Соединенных Штатах, и хотя это создаст потенциал для полезного сотрудничества и продуктивного взаимодействия, это также может привести к нежелательным социальным конфликтам. Осознание культурных различий и рассмотрение их влияния на то, как мы ведем себя по отношению к другим, — важная часть базового понимания социальной психологии и тема, к которой мы вернемся в следующей главе.

Социальная психология: больше, чем здравый смысл

Наука социальной психологии занимается многими явлениями, которые мы наблюдаем в повседневной жизни.Иногда это приводит к ложному убеждению, что социально-психологические исследования на самом деле являются просто «здравым смыслом». В следующем видео доктор Дэвид Хаузер из Королевского университета исследует это ложное убеждение и демонстрирует важность научного подхода при изучении того, как люди взаимодействуют друг с другом и с окружающим миром.

Посмотреть видео в полноэкранном режиме (открывается в новой вкладке)

Основные выводы

  • История социальной психологии включает изучение отношений, группового поведения, альтруизма и агрессии, культуры, предрассудков и многих других тем.
  • Социальные психологи изучают проблемы реального мира, используя научный подход.
  • Подумайте о своих собственных межличностных взаимодействиях с точки зрения социальной психологии, чтобы лучше понять их и отреагировать на них.
  • Социальные психологи изучают взаимодействие человека и ситуации: как характеристики человека и характеристики социальной ситуации взаимодействуют, чтобы определить поведение.
  • Многие человеческие формы социального поведения были выбраны путем эволюционной адаптации.
  • Социальная ситуация создает социальные нормы — общие способы мышления, чувств и поведения.
  • Культурные различия — например, индивидуалистическая и коллективистская ориентации — определяют наше повседневное поведение.

Проверьте свои знания

Чтобы помочь вам в обучении, мы включили в этот модуль несколько практических вопросов. Эти вопросы не обязательно относятся ко всему содержимому этого модуля. Они предназначены для практики, и вы несете ответственность за все содержание этого модуля, даже если нет связанных практических вопросов.Чтобы способствовать более глубокому взаимодействию с материалом, мы рекомендуем вам создать несколько собственных вопросов для вашей практики. Затем вы также можете вернуться к этим самостоятельно созданным вопросам позже в ходе курса, чтобы проверить себя.

Словарь

Коллективизм
Система убеждений, которая подчеркивает обязанности и обязательства каждого человека по отношению к другим.

Культура
Образец общего смысла и поведения в группе людей, который передается от одного поколения к другому.

Индивидуализм
Система убеждений, которая превозносит свободу, независимость и индивидуальный выбор как высокие ценности.

Взаимодействие человека и ситуации
Совместное влияние переменных личности и ситуационных переменных

Социальное познание
Изучение того, как люди думают о социальном мире.

Социальное влияние
Процесс, посредством которого другие люди меняют наши мысли, чувства и поведение, а мы меняем их собственные

Социальная нейробиология
Изучение того, как наше социальное поведение влияет и находится под влиянием деятельности нашего мозга

Социальные нормы
Способы мышления, чувств или поведения, которые разделяются членами группы и воспринимаются ими как соответствующие

Социальное положение
Люди, с которыми мы общаемся каждый день

Социальная поддержка
Восприятие или действительность того, что у нас есть социальная сеть, которая может помочь нам в трудные времена и предоставить нам множество полезных ресурсов (например,г., совет, любовь, деньги).

Список литературы

Акерман, Дж. М., и Кенрик, Д. Т. (2008). Издержки выгоды: отказы в помощи подчеркивают ключевые компромиссы в социальной жизни. Обзор личности и социальной психологии, 12 (2), 118–140.

Аш, С. (1955). Мнения и социальное давление. Scientific American, 11 , 32.

Аш, С. Э. (1952). Социальная психология . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл.

Ау, А., Лау, С., и Ли, М.(2009). Суицидальные мысли и депрессия: умеренные эффекты семейной сплоченности и социальной самооценки. Подростковый возраст , 44 (176), 851–868. Получено из базы данных Academic Search Premier.

Барретт, Х.С. и Курцбан, Р. (2006). Модульность в познании: обрамление дискуссии. Психологический обзор, 113 (3), 628–647.

Бастиан, Б., и Хаслам, Н. (2010). Исключено из человечества: бесчеловечные эффекты социального остракизма. Журнал экспериментальной социальной психологии, 46 (1), 107–113.

Баумейстер Р. и Лири М. (1995). Потребность в принадлежности: желание межличностных привязанностей как фундаментальная мотивация человека. Психологический бюллетень, 117 , 497–529.

Берковиц, Л. (1974). Агрессия: социально-психологический анализ . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу-Хилл.

Бернштейн, М. Дж., Янг, С. Г., Браун, К. М., Сакко, Д. Ф., и Клейпул, Х. М. (2008). Адаптивные ответы на социальное отчуждение: социальное отторжение улучшает обнаружение настоящих и фальшивых улыбок. Психологическая наука, 19 (10), 981–983.

Бертера, Э. (2007). Роль позитивных и негативных социальных обменов между подростками, их сверстниками и семьей как предикторы суицидальных мыслей. Журнал социальной работы детей и подростков , 24 (6), 523–538. DOI: 10.1007 / s10560-007-0104-у.

Бусс, Д. М. (2000). Опасная страсть: почему ревность так же необходима, как любовь и секс . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Свободная пресса.

Бусс, Д., И Кенрик, Д. (1998). Эволюционная социальная психология. В Д. Т. Гилберте, С. Т. Фиске и Г. Линдзи (ред.), Справочник по социальной психологии (4-е изд., Том 2, стр. 982–1026). Бостон, Массачусетс: Макгроу-Хилл; Уоркман, Л., и Ридер, В. (2008). Эволюционная психология: Введение (2-е изд.). . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Чен, З., Уильямс, К. Д., Фитнес, Дж. И Ньютон, Н. С. (2008). Когда боль не заживает: исследование способности пережить социальную и физическую боль. Психологическая наука, 19 (8), 789–795.

Чалдини Р. Б. (1993). Влияние: наука и практика (3-е изд.). Нью-Йорк, Нью-Йорк: издатели колледжа ХарперКоллинз.

Коэн, С., и Уиллс, Т. (1985). Стресс, социальная поддержка и гипотеза буферизации. Психологический бюллетень, 98 , 310–357.

Комптон, М., Томпсон, Н., и Каслоу, Н. (2005). Факторы социальной среды, связанные с попыткой самоубийства среди афроамериканцев с низким доходом: защитная роль семейных отношений и социальной поддержки. Социальная психиатрия и психиатрическая эпидемиология , 40 (3), 175–185. DOI: 10.1007 / s00127-005-0865-6.

Дарли Дж. М. и Латане Б. (1968). Вмешательство стороннего наблюдателя в чрезвычайных ситуациях: Распределение ответственности. Журнал личности и социальной психологии, 8 (4, Pt. 1), 377–383.

Докинз Р. (2006). Эгоистичный ген. Оксфорд, Англия: Издательство Оксфордского университета.

Динер, Э., Сух, Э. М., Лукас, Р. Э., и Смит, Х.Л. (1999). Субъективное благополучие: три десятилетия прогресса. Психологический бюллетень, 125 (2), 276–302.

Динер, Э., Тамир, М., Сколлон, К. Н. (2006). Счастье, удовлетворение жизнью и удовлетворение: социальная психология субъективного благополучия. В П. А. М. Ван Ланге (ред.), Переходная социальная психология: преимущества трансдисциплинарных подходов . Махва, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс.

Игли, А. Х., и Чайкен, С. (1993). Психология отношений .Форт-Уэрт, Техас: Харкорт Брейс Йованович; Ховланд, К. И., Янис, И. Л., и Келли, Х. Х. (1963). Общение и убеждение . Оксфорд, Англия: Издательство Йельского университета.

Фестингер, Л. (1957). Теория когнитивного диссонанса . Эванстон, Иллинойс: Роу, Петерсон.

Фиск, С. Т., Берсофф, Д. Н., Боргида, Э., Доу, К., и Хейлман, М. Э. (1991). Исследования в области социальных наук: исследование использования стереотипов пола в Price Waterhouse vs. Hopkins . Американский психолог, 46 , 1049–1060.

Фиск, А. П., и Хаслам, Н. (1996). Социальное познание думает об отношениях. Текущие направления в психологической науке, 5 (5), 137–142.

Фиске А., Китайма С., Маркус Х. и Нисбетт Р. (1998). Культурная матрица социальной психологии. В Д. Гилберте, С. Фиске и Г. Линдзи (ред.), Справочник по социальной психологии (4-е изд., Стр. 915–981). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу-Хилл.

Фиске, С.Т., и Тейлор, С. Е. (2008). Социальное познание: от мозга к культуре . Бостон, Массачусетс: Макгроу-Хилл.

Гельфанд, М. Дж., Рэйвер, Дж. Л., Нишии, Л., Лесли, Л. М., Лун, Дж., Лим, Б. К.,… Ямагуши, С. (2011). Различия между плотными и свободными культурами: исследование 33 стран. Наука, 332 (6033), 1100–1104.

Гилберт Д. и Мэлоун П. (1995). Заочная предвзятость. Психологическое обозрение, 117 , 21–38.

Гетц, Дж. Л., Кельтнер, Д., & Саймон-Томас, Э. (2010). Сострадание: эволюционный анализ и эмпирический обзор. Психологический бюллетень, 136 (3), 351–374.

Хейни К., Бэнкс К. и Зимбардо П. (1973). Межличностная динамика в симулированной тюрьме. Международный журнал криминологии и пенологии, 1 , 69–87.

Харди, К. Дж., Ричман, Дж. М., и Розенфельд, Л. Б. (1991). Роль социальной поддержки в отношениях жизненного стресса / травмы. Спортивный психолог, 5 , 128–139.

Херрманн, Э., Калл, Дж., Эрнандес-Льореда, М. В., Харе, Б., и Томаселло, М. (2007). Люди развили специализированные навыки социального познания: гипотеза культурного интеллекта. Наука, 317 (5843), 1360–1366.

Янис, И. Л. (1972). Жертвы группового мышления: психологическое исследование внешнеполитических решений и неудач . Бостон, Массачусетс: Houghton-Mifflin.

Канеман Д., Слович П. и Тверски А. (1982). Суждение в условиях неопределенности: эвристика и систематические ошибки .Кембридж, Англия: Издательство Кембриджского университета.

Кребс, Д. Л. (2008). Мораль: эволюционный счет. Перспективы психологической науки, 3 (3), 149–172.

Круглански А., Стребе В. (2011). Справочник по истории социальной психологии. Филадельфия, Пенсильвания: Psychology Press.

Лири М. Р. и Кокс К. Б. (ред.). (2008). Мотивация принадлежности: движущая сила социального действия . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Левин, Р.В., и Норензаян А. (1999). Темп жизни в 31 стране мира. Журнал кросс-культурной психологии, 30 (2), 178–205.

Либерман, М. Д. (2010). Социальная когнитивная нейробиология. В С. Т. Фиске, Д. Т. Гилберте и Г. Линдзи (ред.), Справочник по социальной психологии (5-е изд., Том 1, стр. 143–193). Хобокен, Нью-Джерси: Джон Уайли и сыновья.

Манер, Дж. К., Деуолл, К. Н., Баумейстер, Р. Ф., и Шаллер, М. (2007). Мотивирует ли социальная изоляция межличностное воссоединение? Решение «проблемы дикобраза».” Журнал личности и социальной психологии, 92 (1), 42–55.

Маркус, Х. Р., Маллалли, П., и Китайма, С. (1997). Самостоятельные пути: разнообразие способов культурного участия. В У. Нейссере и Д. А. Джоплинге (ред.), Концептуальное «я» в контексте: культура, опыт, самопонимание (стр. 13–61). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Мацумото, Д. (Ред.). (2001). Справочник по культуре и психологии . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

McDougall, W. (2003; оригинал опубликован в 1908 году). Введение в социальную психологию. Минеола, Нью-Йорк: Дувр; Росс, Э.А. (1974; оригинал опубликован в 1908 году). Социальная психология . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Арно Пресс.

Месуди, А. (2009) Как теория культурной эволюции может влиять на социальную психологию, и наоборот. Психологическое обозрение, 116, 929–952.

Милграм, С. (1974). Подчинение авторитету: экспериментальный взгляд . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Парк, Дж. Х., Шаллер, М., и Ван Вугт, М. (2008). Психология распознавания человеческого родства: эвристические подсказки, ошибочные выводы и их последствия. Обзор общей психологии, 12 (3), 215–235.

Исследовательский центр Pew. (2006, 13 февраля). Мы уже счастливы? Получено с http://pewresearch.org/pubs/301/are-we-happy-yet

.

Пинкер, С. (2002). Чистый лист: современное отрицание человеческой природы . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Penguin Putnam.

Себастьян К., Видинг, Э., Уильямс, К. Д., и Блейкмор, С.-Дж. (2010). Социальное развитие мозга и аффективные последствия остракизма в подростковом возрасте. Мозг и познание, 72 (1), 134–145.

Шериф М. (1936). Психология социальных норм . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Skärsäter, I., Langius, A., Agren, H., Häggström, L., & Dencker, K. (2005). Чувство согласованности и социальной поддержки в отношении выздоровления у пациентов с первым эпизодом большой депрессии: однолетнее проспективное исследование. Международный журнал по охране психического здоровья , 14 (4), 258–264. DOI: 10.1111 / j.1440-0979.2005.00390

Stroebe, W., & Stroebe, M. (1996). Социальная психология социальной поддержки. В Э. Т. Хиггинс и А. В. Круглански (ред.), Социальная психология: Справочник основных принципов (стр. 597–621). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Триплетт, Н. (1898). Динамогенные факторы стимуляции ритма и конкуренции. Американский журнал психологии, 9 (4), 507–533.

Туриэль Э. (1983). Развитие социальных знаний: мораль и условности . Кембридж, Англия: Издательство Кембриджского университета.

Учида, Ю., Норасаккункит, В., и Китайма, С. (2004). Культурные конструкции счастья: теория и эмпирические данные. Журнал исследований счастья, 5 (3), 223–239.

Уильямс, К. Д., Чунг, К. К. Т., и Чой, В. (2000). Киберостракизм: последствия игнорирования в Интернете. Журнал личности и социальной психологии, 79 (5), 748–762.

В этом курсе используются открытые образовательные ресурсы. Информацию об первоисточнике этой главы можно найти ниже.

Principles of Social Psychology адаптировано из работы, созданной и распространенной по лицензии Creative Commons (CC BY-NC-SA) в 2010 году издателем, который попросил не указывать указание автора и автора. Глава, адаптированная издательством Queen’s Psychology, была первоначально адаптирована и выпущена издательством библиотек Университета Миннесоты в рамках Инициативы поддержки электронного обучения.

Некоторые технологии социально-психологической адаптации постсоветского трансформирующегося общества

Авторы

DOI:

https://doi.org/10.24234/wisdom.v1i2.84

Ключевые слова:

социально-психологическая адаптация, революционные и эволюционные преобразования, социально-экономическая формация, базис, надструктурные факторы

Абстрактные

В статье сделана попытка кратко представить некоторые технологии социально-психологической адаптации постсоветского трансформирующегося общества и оценить его продуктивность на примере Республики Армения.

Автор выдвигает идею о том, что трансформация режима советской экономики в рыночную во многом была обусловлена ​​надстройками. Он предполагает, что социально-психологическая сфера личности становится основным объектом воздействия, которое, в свою очередь, оказывает огромное обратное воздействие на социально-психологическую сферу личности и общества, в конечном итоге приводя ее в соответствие с новыми экономическими отношениями.

Загрузки

Данные для скачивания пока недоступны.

использованная литература

1. ?????,?., ??????,?. (1956): ????? ????? ????? ????????, ???. 1, ?????:
2. ???????,?.?. (1996). ??????? ????????????? ????? (??????????????? ???????? ??? — ???). ? 1. ???????????.
3. ??????,?. (2007). ?????????? ??????????? ????????????. ??????
4. ???????,?.?. (2009). ????????????? ????????? — ????????????? ??????: ?????????,? ???????. ??????? ??????????? ????????????.
5. ?????????,?.?. (2000). ??????????? ????????????????? ????????: ???????, ????????????, ???????????. ??????.
6. ????????? ????????????????? ??????? (1989). ??????.
7. ???????,?. (1996). ?????????? ?????????? ?????????. ??????.
8. ???????,?. (2005). ??????????. ?????? ??? ¬ ????????? ????????. ??????.
9. Белл, Д. (1976). Культурные противоречия капитализма. Нью-Йорк.

Как цитировать

Оганесян, А.(2014). Некоторые технологии социально-психологической адаптации постсоветского трансформирующегося общества. МУДРОСТЬ , 2 (1), 148-153. https://doi.org/10.24234/wisdom.v1i2.84

Лицензия

Creative Commons Attribution-Non-Commercial (CC BY-NC) . CC BY-NC позволяет пользователям копировать и распространять статью при условии, что это не делается в коммерческих целях.Пользователи могут адаптироваться — ремикшировать, преобразовывать и расширять материалы с указанием соответствующих ссылок и ссылок на лицензию. Полная информация о лицензии доступна по адресу https://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0/.

Психологическая адаптация и социальная поддержка родителей больных онкологическими заболеваниями в детском возрасте: проспективное лонгитюдное исследование | Журнал детской психологии

Аннотация

Цель: Изучить уровни поддержки и сопутствующие и предполагаемые эффекты поддержки на психологическое функционирование родителей детей, больных раком, в проспективном продольном исследовании.

Методы: Родительский ( n = 128) уровень самовосприятия психологического стресса, количества поддержки и неудовлетворенности поддержка оценивалась при постановке диагноза, через 6 и 12 месяцев.

Результаты: Родители получили наибольшую поддержку при диагностике. Самооценка со временем уменьшалась, но родители указали, что они остались одинаково довольны. Поддержка значительно прогнозируемых одновременных и предполагаемое бедствие отцов, но не матерей.Недовольство поддержка и негативное взаимодействие были постоянными факторами риска для отцов. Матери, которые хорошо адаптировались психологически, получали больше поддержки и меньше недовольны, чем матери, оставшиеся клинически больными. Тем не менее, нет обнаружен стойкий эффект поддержки.

Выводы: Результаты показывают, что социальная поддержка различается со стрессовой ситуацией и с полом. Выявление уязвимых родители при постановке диагноза на основании их восприятия полученного количества и неудовлетворенность поддержкой кажется трудной.Меры вмешательства, направленные при мобилизации необходимой поддержки может оказаться эффективным.

Диагноз рака у ребенка — источник сильного стресса для родители. Родители сообщают о высоком уровне психологического стресса во время диагноз, но со временем эти уровни снижаются почти до нормального (Далквист, Чижевский и Джонс, 1996). Хотя документально подтверждена хорошая родительская адаптация, Тем не менее, по оценкам, от 25% до 30% подвержены повышенному риску проблем с адаптацией (Купст и др., 1995). Непрерывный о симптомах посттравматического стресса сообщали родители в детстве выжившие после рака (Kazak et al., 1998). Также наблюдалась значительная индивидуальная вариативность родительская адаптация в ответ на педиатрические хронические соматические расстройства (Валландер и Варни, 1998). Одна переменная, которая может помочь объяснить, почему одни родители хорошо приспосабливаются, а другие более подвержены риску — это социальная поддержка.

Социальная поддержка получила большое внимание из-за ее полезности влияние на психологическое благополучие (Thoits, 1995).Доказательство того был получен как прямой, так и буферный эффекты (Сарасон, Сарасон и Пирс, 1990). Немногочисленные исследования, выполненные в области педиатрии онкология поддерживает роль социальной поддержки родителей в смягчении стресса. стресс. Исследования показали, что родители, которые хорошо приспосабливаются к рак получил лучшую поддержку в семье или в целом (Купст и Шульман, 1988; Магни, Сильвестро, Тамиелло, Занеско и Карли, 1988).Родители, особенно отцы, больные детским раком выжившие, которые испытывали низкий уровень поддержки, были более подавлены и тревожатся, чем родители здоровых детей (Спичли и Но, 1992). Сообщается, что более высокий уровень воспринимаемой поддержки был связан с более низким уровнем психологический стресс для родителей детей, находящихся на лечении (Морроу, Карпентер и Хогланд, 1984) и меньшему количеству посттравматических стрессовых расстройств (ПТСР) для родители детей, переживших рак (Speechley & Noh, 1992; Kazak et al., 1997). В Напротив, в одном исследовании сообщалось об отсутствии связи между посттравматическим стрессовым расстройством у матерей дети, пережившие рак, и предполагаемая поддержка со стороны семьи и вне семьи (Pelcovitz et al., 1996).

Эти исследования предоставили ценную информацию об отношениях между родительским стрессом и социальной поддержкой. Однако у большинства есть поперечный дизайн. Следовательно, сравнения во времени не могут быть позволяет ли такой дизайн изучить предполагаемые и причинные эффекты поддержки психологического благополучия.Кроме того, им не хватает сопоставимости с точки зрения времени с момента постановки диагноза. Поддержка, полученная во время острого кризиса диагноз может отличаться от того, что позже во время лечения, когда у родителей чтобы справиться с хроническими штаммами, возникающими в результате этого лечения. Нужда в поддержка выше, когда люди испытывают больше стресса (Wortman, 1984). Более того, большинство исследований сосредоточено на одном аспекте поддержки. Концептуальное определение социальная поддержка не является одномерной, но отдельные концепции могут быть выдающийся (Ван Сондерен, 1991).Следует учитывать различные размеры опоры. отдельно, так как каждое измерение может отличаться по своей эффективности (Ван Сондерен, 1993) или связаны к психологическому здоровью в разной степени (Коэн и Уиллс, 1985). Наконец, большинство исследований сосредоточено на благотворном влиянии социальной поддержки. Тем не мение, детский рак из-за своей угрожающей природы может вызвать отрицательные реакции или даже выход из сети (Чеслер и Барбарин, 1984).Исследование, проведенное среди онкологических больных, показало, что негативные взаимодействия сыграли большую роль в прогнозировании адаптации, чем положительные взаимодействия (Манн, Тейлор, Догерти и Кемени, 1997).

Еще один интересный момент: у женщин, как сообщается, сети, чем мужчины, а женщины более способны мобилизовать поддержку. Более того, польза для здоровья от поддержки может различаться у мужчин и женщин (Антонуччи, 1994; Шумакер и Хилл, 1991).

Первой целью этого исследования было изучить временную потребность в социальных поддержка родителей. Социальная поддержка определялась как частота поддерживающие и отрицательные взаимодействия из социальной сети (которая является структурная концепция поддержки) и количество неудовлетворенности поддержкой (что касается воспринимаемой адекватности поддержки) (Ван Сондерен, 1991). Мы ожидайте, что родители нуждаются в поддержке или желают соцсети оказание поддержки будет самым высоким, когда родители столкнутся с острым кризисом диагноз рака и их страдания высоки (Wortman, 1984).Позже время, когда фактор стресса носит более хронический характер в результате многочисленных требований лечение рака и снижение уровня психологического стресса, родители получат меньше поддержки. Таким образом, частота взаимодействий будет снижение в течение года. Хотя родители получат меньше поддержки с Со временем неудовлетворенность поддержкой не изменится. Во-вторых, в соответствии с результатами, представленными Ван Сондереном. (1993), мы предсказываем, что матери укажут, что они получают больше поддержки, чем отцы.Отцы и матери сообщают о одинаковом количестве негативных взаимодействий и недовольство поддержкой. В отсутствие предшествующих исследований мы сформулировали Следующие две гипотезы заключаются в следующем. В-третьих, поддержка будет предсказывать одновременные и предполагаемое психологическое функционирование, и изменение поддержки будет сопровождать изменение в беде. Мы не сделали конкретных прогнозов относительно влияния направление изменений, опять же потому, что предварительные исследования неизвестны.Индивидуальный ожидаются эффекты от различных размеров опоры. Недовольство поддержка и негативные взаимодействия предсказывают еще больший психологический стресс (Manne et al., 1997; Morrow et al., 1984), тогда как поддерживающее взаимодействие предсказывает меньшее беспокойство (Спичли и Но, 1992). В-четвертых, стойкость бедствия может зависеть от статуса поддержки в диагноз.

Метод

Участники

Родители всех детей с впервые выявленным онкологическим заболеванием в Подразделении Детская онкология, Университетская клиника Гронингена, Нидерланды, во время период 27 месяцев подряд.Родители, чьи дети были диагностирован как неизлечимо больной, а те, кто недостаточно говорил по-голландски, не включены. Из 192 родителей 98 детей, которым был поставлен диагноз (время 1, или T1), 164 родителя (85%) согласились участвовать. Шесть месяцев спустя (Время 2 или T2), с 10 родителями не связались, потому что их ребенок умер. Из 154 родители подошли к Т2, 15 отказались. Через двенадцать месяцев (Время 3 или Т3) еще с 9 родителями не связались из-за смерти ребенка, и еще двое родителей отказались.Всего 36 родителей не завершили исследование. Участниками были 62 отца и 66 матерей ( M возраст = 35,9, SD = 5,5, диапазон: 21-53 года). Уровень образования от 1 (начальная школа) до 7 (высшее образование), ( M = 3,4, SD = 1.5). Все родители были женаты / проживали совместно, за исключением одной вдовы. Дети были 41 мальчик и 25 девочек ( M возраст = 6.5, SD = 4.7, диапазон: 0-16 лет). Медицинские диагнозы включали лейкемии ( n = 28), опухоли головного мозга (8), злокачественные лимфомы (12), опухоль Вильма (6), мягкие тканевые (5) и костные саркомы (1), нейробластома (2), опухоли половых клеток (2) и гепатобластома (2). Дети были помещены в один из трех предполагаемых шансов на группы выживания, основанные на типе и стадии их злокачественности при постановке диагноза их педиатр (Pizzo & Poplack, 1993), а именно 1: первоначальный прогноз ≥75% ( n = 26), 2: прогноз 25% -75% ( n = 34), 3: прогноз ≤25% ( n = 6).Дети были помещены в одну из трех групп лечения на Т2. или T3 их педиатром, а именно 1: дети в стадии ремиссии, не страдающие незначительные осложнения, имеющие шанс выживания при постановке диагноза> 25% (T2: n = 36; T3: n = 50), 2: дети в стадии ремиссии, которые пострадали количество осложнений и шанс выживания при постановке диагноза <25% (T2: n = 17; T3: n = 12), и 3: дети без ремиссии, которые рецидивировал или часто попадал в больницу из-за серьезных осложнения (T2: n = 13; T3: n = 4).

Не было значительных демографических различий между родителями, которые завершили исследование и те, кто не завершил. Однако меньше родителей дети с шансом на выживание ≤25% завершили исследование ( X 2 [4] = 16.80, p <.001), главным образом потому, что дети год не дожили.

Процедура

Детский онколог представил исследование в течение 3 дней после диагноз.Затем исследователь попросил родителей принять участие. Написано информированное согласие было получено. Участники заполнили анкеты в течение 14 дней. дни после постановки диагноза (T1), а также через 6 (T2) и 12 месяцев (T3). Родители были поручено заполнить анкеты независимо друг от друга и не советоваться с другими. Оценка времени 1 проводилась в больнице, т.к. дети тогда были госпитализированы. Анкеты Time 2 и Time 3 были отправлены и завершены в домах, так как детей тогда лечили в поликлинике.Предоплаченные обратные конверты были предоставлены.

Меры

Версия из 12 пунктов Опросника общего состояния здоровья Голдберга (GHQ; Goldberg & Williams, 1988), метод самоотчета для выявления непсихотических психических расстройств, использовался в этом исследовании как общий индекс психологический стресс. Родители, которые указали, что их симптомы были такими же обычно или снизился, получили оценку 0, в то время как те, кто сообщил, что их симптомы несколько усилились или получили 1 балл (диапазон поэтому было 0-12).Кроме того, штаб-квартира может использоваться для расследования случаев инструмент. Был выбран консервативный пороговый балл 3. (Голдберг и Уильямс, 1988), чтобы включить родителей с клинически повышенным уровнем психологический стресс. Срок действия 12-позиционной версии хорошо задокументированы, а внутренняя надежность весьма удовлетворительна и сопоставима с версии более длинных версий (Goldberg & Уильямс, 1988; Koeter & Ормель, 1991).Альфа Кронбаха в этом исследовании для штаб-квартиры ранжировалась от 86 до 91 для трех времен измерения.

Мы использовали взаимодействия со списком социальной поддержки (SSL-I) и несоответствия. (SSL-D) для измерения социальной поддержки. Эта анкета самоотчета была разработан и утвержден в Нидерландах. Широко известные инструменты, такие как Анкета социальной поддержки Norbeck (NSSQ; Norbeck, Lindsey, & Carrieri, 1981), Перечень социально поддерживающего поведения (ISSB; Barrera, Sandler, & Ramsey, 1981), а также опросник социальной поддержки. (SSQ; Сарасон, Левин, Бэшем и Сарасон, 1983) были использованы для разработки SSL.Психометрические исследования показали, что SSL имеет хорошую конструктивную валидность и высокая надежность (Ван Сондерен, 1993). Первые 34 пункта измеряют количество поддерживающих взаимодействия, которые респондент указывает, что он получает от членов всей социальная сеть (SSL-I) и недовольство респондентов этим поддержка (SSL-D). Субъекты сначала (SSL-I) получают инструкции отвечать на вопросы. начиная с: «Кто-нибудь когда-нибудь» (примеры: обнимает вас; подбодрить вас; сделать вам комплимент; предлагать помощь в критических ситуациях, например болезнь; неожиданно позвонить вам для разговора; дать вам информацию о вашем поведение).Пункты оцениваются по 4-балльной шкале: очень редко / никогда, один раз в год. пока, регулярно и очень часто. Более высокие баллы указывают на большую поддержку. В SSL-D использует те же 34 элемента, что и SSL-I, с измененными инструкциями на это: Укажите, пожалуйста, в какой степени поведение / реакция людей, которых вы ассоциировать с чем-то отличается от того, что вы хотели бы. Пункты могут быть оценены в следующим образом: (1) в самый раз, это то, что я хотел бы иметь; (2) я делаю не особо скучаю, но было бы приятно, если бы получилось еще несколько довольно часто; (3) Очень скучаю, хотелось бы, чтобы это происходило чаще.Выше оценки означают большее недовольство.

Кроме того, SSL-I включает семь пунктов, которые оценивают частоту отрицательные взаимодействия. Чем выше оценка, тем больше негативных взаимодействий респондент указывает, что он или она получает (примеры: Кто-нибудь когда-либо: обращаться с вами несправедливо, упрекать вас в вещах, выдвигать необоснованные требования).

Альфа Кронбаха для внутренней надежности в этом исследовании была высокой, а именно.92, .92 и 94 для SSL-I; .94, .95 и 95 для SSL-D; и.78, .77, и.84 для подшкалы негативных взаимодействий SSL-I для T1, T2 и T3, соответственно.

Результаты

Предварительный анализ

Средние баллы по GHQ, SSL-I и SSL-D родителей, выполнивших опыт существенно не отличался (непарные t тестов) от те из родителей, которые бросили учебу при постановке диагноза.

Корреляционный анализ (протестирован на уровне p <0,01, для контроля для ошибки типа I) не выявили значимой связи между исследованием переменные (психологический стресс родителей, поддерживающее взаимодействие, отрицательные поддержка и неудовлетворенность поддержкой) и демографические переменные (возраст родителя и ребенка, пол ребенка, уровень образования родителей) для отцов или матери. Также не было значимой связи с болезнью. переменные: предполагаемый шанс на выживание и ответ на лечение.Мы поэтому решили не контролировать эти переменные в анализах.

Повторный дисперсионный анализ (ANOVA) показал, что уровни сообщения о психологическом стрессе были самыми высокими на момент постановки диагноза и снизились значительно со временем для обоих отцов F (1, 78) = 23,17, p <0,001, а для матерей F (1, 93) = 28,13, p <0,001 (Таблица I).

Таблица I.

Описательная статистика для переменных исследования для отцов ( n = 62) и матери ( n = 66), при постановке диагноза (время 1), в 6 месяцев (время 2) и через 12 месяцев (время 3), повторный анализ отклонений и Эффект повторного тестирования

. Время 1 . Время 2 . Время 3 . Тест общей тенденции .
Переменная . M (SD) . M (SD) . M (SD) . Эффект . Ф . п .
* т тестов отцов с матерями: p <.05.
Опросник общего состояния здоровья (возможный диапазон 0-12)
Отцы 5,7 (3,0) 4,1 (3,5) 2.8 (3,4) Время 23,14 <.001
Матери 6,3 (3,1) 4,4 (3,7) 3,2 (3,8) Время 28,13 0 4 <.
Поддерживающее взаимодействие (возможный диапазон 34–136)
Отцы 73,3 (11,9) 66,9 (10,9) 66,3 (11,9) Время 16,31 <.001
Матери 77,6 (13,9) 72,0 (12,8) * 70,1 (14,7) Время 23,03 <0,001
с поддержкой (диапазон неудовлетворенности) 102)
Отцы 41,7 (10,7) 41,9 (10,7) 42,1 (10,8) Время 0,05 нс
Матери.3 (8,9) 40,4 (9,3) 41,4 (9,6) Время 0,56 нс
Отрицательные взаимодействия (возможный диапазон 7-28)
Отцы ) 10,1 (2,6) 10,0 (3,3) Время 0,71 нс
Матери 10,0 (2,2) 9,2 (2,2) * 3 20 (2,1) * Время 6,26 <0,01
. Время 1 . Время 2 . Время 3 . Тест общей тенденции .
Переменная . M (SD) . M (SD) . M (SD) . Эффект . Ф . п .
* т тестов отцов с матерями: p <.05.
Анкета общего состояния здоровья (возможный диапазон 0-12)
Отцы 5.7 (3,0) 4,1 (3,5) 2,8 (3,4) Время 23,14 <0,001
Матери 6,3 (3,1) 4,4 (3,7) 3,2 (3,8) Время 28,13 <0,001
Поддерживающее взаимодействие (возможный диапазон 34–136)
Отцы 73,3 (11,9) 66,9 (10,9) 66.3 (11,9) Время 16,31 <.001
Матери 77,6 (13,9) 72,0 (12,8) * 70,1 (14,7) 6 23 время 9060 0,001
Неудовлетворенность поддержкой (возможный диапазон 34-102)
Отцы 41,7 (10,7) 41,9 (10,7) 42,1 (10,8) Время 0.05 нс
Матери 41,3 (8,9) 40,4 (9,3) 41,4 (9,6) Время 0,56 нс -28)
Отцы 10,5 (2,8) 10,1 (2,6) 10,0 (3,3) Время 0,71 нс
613 Матери 90.0 (2,2) 9,2 (2,2) * 9,0 (2,1) * Время 6,26 <0,01
Таблица I.

Описательная статистика для переменных исследования ( п = 62) и матери ( n = 66), при постановке диагноза (время 1), в 6 месяцев (время 2) и через 12 месяцев (время 3), повторный анализ отклонений и Эффект повторного тестирования

. Время 1 . Время 2 . Время 3 . Тест общей тенденции .
Переменная . M (SD) . M (SD) . M (SD) . Эффект . Ф . п .
* т тестов отцов с матерями: p <.05.
Опросник общего состояния здоровья (возможный диапазон 0-12)
Отцы 5,7 (3,0) 4,1 (3,5) 2.8 (3,4) Время 23,14 <.001
Матери 6,3 (3,1) 4,4 (3,7) 3,2 (3,8) Время 28,13 0 4 <.
Поддерживающее взаимодействие (возможный диапазон 34–136)
Отцы 73,3 (11,9) 66,9 (10,9) 66,3 (11,9) Время 16,31 <.001
Матери 77,6 (13,9) 72,0 (12,8) * 70,1 (14,7) Время 23,03 <0,001
с поддержкой (диапазон неудовлетворенности) 102)
Отцы 41,7 (10,7) 41,9 (10,7) 42,1 (10,8) Время 0,05 нс
Матери.3 (8,9) 40,4 (9,3) 41,4 (9,6) Время 0,56 нс
Отрицательные взаимодействия (возможный диапазон 7-28)
Отцы ) 10,1 (2,6) 10,0 (3,3) Время 0,71 нс
Матери 10,0 (2,2) 9,2 (2,2) * 3 20 (2,1) * Время 6,26 <0,01
. Время 1 . Время 2 . Время 3 . Тест общей тенденции .
Переменная . M (SD) . M (SD) . M (SD) . Эффект . Ф . п .
* т тестов отцов с матерями: p <.05.
Анкета общего состояния здоровья (возможный диапазон 0-12)
Отцы 5.7 (3,0) 4,1 (3,5) 2,8 (3,4) Время 23,14 <0,001
Матери 6,3 (3,1) 4,4 (3,7) 3,2 (3,8) Время 28,13 <0,001
Поддерживающее взаимодействие (возможный диапазон 34–136)
Отцы 73,3 (11,9) 66,9 (10,9) 66.3 (11,9) Время 16,31 <.001
Матери 77,6 (13,9) 72,0 (12,8) * 70,1 (14,7) 6 23 время 9060 0,001
Неудовлетворенность поддержкой (возможный диапазон 34-102)
Отцы 41,7 (10,7) 41,9 (10,7) 42,1 (10,8) Время 0.05 нс
Матери 41,3 (8,9) 40,4 (9,3) 41,4 (9,6) Время 0,56 нс -28)
Отцы 10,5 (2,8) 10,1 (2,6) 10,0 (3,3) Время 0,71 нс
613 Матери 90.0 (2,2) 9,2 (2,2) * 9,0 (2,1) * Время 6,26 <0,01

Гипотеза 1: наибольшая поддержка, полученная при диагностике, снижение поддержки За год неудовлетворенность поддержкой не изменилась

Анализы проводились отдельно для отцов и матерей. Повторяется дисперсионный анализ (MANOVA) был использован для проверки того, есть ли у родителей со временем изменилось количество поддержки или неудовлетворенность поддержкой.Оба отца, F (1, 93) = 16,31, p <0,001, и матери, F (1, 99) = 23,03, p <0,001, указали, что получили значительно меньше поддерживающих взаимодействий со временем (Таблица I). Инспекция средние баллы во время измерения показали, что полученная сумма поддержка уменьшилась в основном в течение первых 6 месяцев после постановки диагноза. Не обнаружено временных эффектов неудовлетворенности поддержкой (отцы: F [1, 69] = 0.05, нс ; матери: F [1, 85] = 0,56, нс ). Таким образом, родители, как группа, остались одинаково довольны поддержки они получили, хотя сумма поддержки уменьшилась за год (принята гипотеза 1). Матери получили значительно меньше отрицательных взаимодействий за год, F (1, 90) = 6,26, p <0,01, но отцы - нет, F (1, 96) = 0,71, нс . Средние значения количество негативных взаимодействий было заметно низким.

Гипотеза 2: сравнение отцов с матерями, матери получат Больше поддержки, чем отцы, нет различий в неудовлетворенности поддержкой и в сумме отрицательной поддержки

Парные (из-за зависимости между парами) т тестов были используется для исследования различий между отцами и матерями. В отличие от наших ожидания, мы обнаружили, что матери указали, что получили значительно больше поддержка, чем отцы, только через 6 месяцев после постановки диагноза ( т = 2.31, p <0,03), а не всегда. Хотя равные суммы были прогнозировалось, матери сообщили о меньшей отрицательной поддержке, чем отцы в 6 лет. ( т = 2,12, р <0,05) и 12 месяцев ( т = 2,16, р <0,05) после постановки диагноза. Наконец, отцы и матери были в равной степени неудовлетворен поддержкой во все времена измерения, вывод в поддержку гипотеза 2 (таблица I).

Гипотеза 3: Прогнозирующее влияние поддержки на психологическое Бедствие

Множественный регрессионный анализ был проведен для исследования прогнозирующего влияние поддерживающих переменных на психологическое функционирование, одновременно (во времени) и в перспективе (бедствие Время 2 или Время 3 и поддержка Время 1, контролируется для бедствия Time 1).Статистически контролируя уровни зависимой переменной во время 1, мы можем сделать выводы о направлении причинного влияния (Коэн и Брук, 1987). Также был проведен регрессионный анализ, чтобы проверить, насколько хорошо изменение со временем поддерживающих переменных; прогнозируемое изменение психологического горе. В этих анализах влияние дистресса при постановке диагноза на последующие психологический дистресс был частично устранен за счет включения первоначального дистресса в первый шаг.Чтобы контролировать более ранние уровни поддержки, переменные поддержки на Время 1 было введено на втором этапе, а на третьем этапе поддержка были введены переменные во время 2 или 3. Таким образом, краткосрочное воздействие на родительский дистресс может быть идентифицирован (Коэн И Брук, 1987). Проспективный регрессионный анализ и те изменения во времени были выполнены иерархически, чтобы исследовать прирост дисперсии объясняется опорными переменными.

Параллельные анализы (Таблица II) . Множественный регрессионный анализ показал, что отцы ( R 2 = 0,12, нс ) ни матери ( R 2 = 0,01, нс ) психологический дистресс при постановке диагноза был значительно предсказан тремя опорными переменными вместе. Только поддерживающее взаимодействие оказало прямое положительное влияние на страдания отцов в то время.Психологический стресс матери в момент T2 ( R 2 = 0,10, нс ) и T3 ( R 2 = 0,11, нс ) также не наблюдался. значительно предсказывается опорными переменными вместе. Уникальный позитив эффекты были обнаружены для поддерживающего взаимодействия во время T2 и для неудовлетворенности с поддержкой на Т3. Переменные поддержки вместе значительно предсказали бедствие отцов в T2 ( R 2 =.19, p <0,01) и T3 ( R 2 = 0,35, p <0,001). Недовольство поддержка оказала значительное положительное влияние на страдания отцов, как в Т2 и Т3.

Таблица II.

Множественный регрессионный анализ психологического стресса и поддержки Переменные, одновременно

902 906 906 04
. T1 . T2 . T3 .
Предикторы . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф .
** p <.01.
a T1 p = нс ; T2 p <0,01; T3 p <0,001.
b T1 p = нс ; T3 p = нс .
* p <.05.
*** p <.001.
Отцы ( n = 62) a ,12 2,58 ,19 4,52 . Взаимодействия ,28 * .16 -.01
Dissatis. .19 .31 * .45 ***
Отр. опора .04 .19 .20
Материнские ( n = 66)

135 b

1
0,19 .10 2.30 .11 2,64
Взаимодействия .06
Dissatis. 0,05 0,25 .31 *
Отр. опора -.09 .02 .06
902 906 906 04
. T1 . T2 . T3 .
Предикторы . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф .
** p <.01.
a T1 p = нс ; T2 p <0,01; T3 p <0,001.
b T1 p = нс ; T3 p = нс .
* p <.05.
*** p <.001.
Отцы ( n = 62) a ,12 2,58 ,19 4,52 . Взаимодействия .28 * .16 -.01
Dissatis. .19 .31 * .45 ***
Отр. опора .04 .19 .20
Материнские ( n = 66)

135 b

1
0,19 .10 2.30 .11 2,64
Взаимодействия .06
Dissatis. 0,05 0,25 .31 *
Отр. опора -.09 .02 .06
Таблица II.

Множественный регрессионный анализ психологического стресса и поддержки Переменные, одновременно

902 906 906 04
. T1 . T2 . T3 .
Предикторы . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф .
** p <.01.
a T1 p = нс ; T2 p <0,01; T3 p <0,001.
b T1 p = нс ; T3 p = нс .
* p <.05.
*** p <.001.
Отцы ( n = 62) a ,12 2,58 ,19 4,52 . Взаимодействия ,28 * .16 -.01
Dissatis. .19 .31 * .45 ***
Отр. опора .04 .19 .20
Материнские ( n = 66)

135 b

1
0,19 .10 2.30 .11 2,64
Взаимодействия .06
Dissatis. 0,05 0,25 .31 *
Отр. опора -.09 .02 .06
902 906 906 04
. T1 . T2 . T3 .
Предикторы . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф . β . р 2 . Ф .
** p <.01.
a T1 p = нс ; T2 p <0,01; T3 p <0,001.
b T1 p = нс ; T3 p = нс .
* p <.05.
*** p <.001.
Отцы ( n = 62) a ,12 2,58 ,19 4,52 . Взаимодействия .28 * .16 -.01
Dissatis. .19 .31 * .45 ***
Отр. опора .04 .19 .20
Материнские ( n = 66)

135 b

1
0,19 .10 2.30 .11 2,64
Взаимодействия .06
Dissatis. 0,05 0,25 .31 *
Отр. поддержка -.09 .02 .06

Перспективные анализы . Переменные поддержки, измеренные на диагноз был введен на втором этапе после учета дистресса на T1, который был введен на первом шаге (Таблица III).Поддержка переменные привели к значительному увеличению объясненной дисперсии будущие бедствия отцов в T2, F изменение = 3,08, p <0,05, а в T3 F изменение = 5,06, p <0,01. Неудовлетворенность поддержкой и негативными взаимодействиями, о которых сообщает отцы при постановке диагноза имели значительные индивидуальные положительные эффекты. Анализы для матерей показали, что эти ранние переменные вместе не учитывали значительное увеличение объясненной дисперсии ее будущего бедствия либо в T2, F изменить = 0.12, нс , или в T3, F изменение = 1,92, нс. Нет ранней поддержки переменные оказали индивидуальное влияние на дистресс матери в момент T2. Поддерживающий взаимодействия (отрицательно) и неудовлетворенность поддержкой (положительно) имели уникальное влияние на уровень дистресса матери при Т3.

Таблица III.

Иерархический множественный регрессионный анализ психологического дистресса и Поддерживаемые переменные, предполагаемые и изменяющиеся с течением времени

3 3 906 13 906 at at at at 31 ** 906 906
. T2 . T3 .
Предикторы . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п .
* p <.05.
** p <.01.
*** p <.001.
Отцы 8,89 <0,01 ,14 .14 8,97 <0,01
Шаг 2: проспективный анализ 0,26 ,12 3,08 <0,05 4 .33 <.01
T1-взаимодействия -.11 -.07
.44 ***
T1 отр. опора ,29 * ,28 *
2,07 нс 0,49 ,16 5,37 <0,01
T2 или T3 взаимодействия .21 .21 .17
T2 или T3 disatis. ,13 .44 ***
T2 или T3 отр. опора ,30 * ,39 **
04 9013
Шаг 1: управление при бедствии T1 .33 ,33 29,98 <0,001 ,14 ,14 10,12 <0,01
Шаг 2: перспективный анализ . 0,12 нс ,22 0,08 1,92 нс
T1 взаимодействия .01 -.23 *
T1 неудовлетворенность .
T1 отр. опора .04 .13
Шаг 3: анализ изменений .40 .07 2,19 ns . нс
T2 или T3 взаимодействия ,26 -.07 ,22 ,25
T2 или T3 отр. опора .13 .05
3 906 07 906 906 906 906
. T2 . T3 .
Предикторы . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п .
* p <.05.
** p <.01.
*** p <.001.
Отцы 313 ,13 8,89 <0,01 ,14 ,14 8,97 <0,01
Шаг 2: проспективный анализ . 3,08 <0,05 0,33 ,19 5,06 <0,01
T1 взаимодействия -.11
Недовольство T1 ,31 ** .44
T1 отр. опора ,29 * ,28 *
.08 2,07 нс .49 ,16 5,37 <0,01
T2 или T3 взаимодействия 13 -.17
T2 или T3 disatis. ,13 .44 ***
T2 или T3 отр. опора ,30 * ,39 **
04 9013
Шаг 1: управление при бедствии T1 .33 ,33 29,98 <0,001 ,14 ,14 10,12 <0,01
Шаг 2: перспективный анализ . 0,12 нс ,22 0,08 1,92 нс
T1 взаимодействия .01 -.23 *
T1 неудовлетворенность .
T1 отр. опора .04 .13
Шаг 3: анализ изменений .40 .07 2,19 ns . нс
T2 или T3 взаимодействия ,26 -.07 ,22 ,25
T2 или T3 отр. опора .13 .05
Таблица III.

Иерархический множественный регрессионный анализ психологического дистресса и Поддерживаемые переменные, предполагаемые и изменяющиеся с течением времени

3 3 906 13 906 at at at at 31 ** 906 906
. T2 . T3 .
Предикторы . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п .
* p <.05.
** p <.01.
*** p <.001.
Отцы 8,89 <0,01 ,14 .14 8,97 <0,01
Шаг 2: проспективный анализ 0,26 ,12 3,08 <0,05 4 .33 <.01
T1-взаимодействия -.11 -.07
.44 ***
T1 отр. опора ,29 * ,28 *
2,07 нс 0,49 ,16 5,37 <0,01
T2 или T3 взаимодействия .21 .21 .17
T2 или T3 disatis. ,13 .44 ***
T2 или T3 отр. опора ,30 * ,39 **
04 9013
Шаг 1: управление при бедствии T1 .33 ,33 29,98 <0,001 ,14 ,14 10,12 <0,01
Шаг 2: перспективный анализ . 0,12 нс ,22 0,08 1,92 нс
T1 взаимодействия .01 -.23 *
T1 неудовлетворенность .
T1 отр. опора .04 .13
Шаг 3: анализ изменений .40 .07 2,19 ns . нс
T2 или T3 взаимодействия ,26 -.07 ,22 ,25
T2 или T3 отр. опора .13 .05
3 906 07 906 906 906 906
. T2 . T3 .
Предикторы . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п . Дет. β . р 2 . R 2 изменение . F изменение . п .
* p <.05.
** p <.01.
*** p <.001.
Отцы 313 ,13 8,89 <0,01 ,14 ,14 8,97 <0,01
Шаг 2: проспективный анализ . 3,08 <0,05 0,33 ,19 5,06 <0,01
T1 взаимодействия -.11
Недовольство T1 ,31 ** .44
T1 отр. опора ,29 * ,28 *
.08 2,07 нс .49 ,16 5,37 <0,01
T2 или T3 взаимодействия 13 -.17
T2 или T3 disatis. ,13 .44 ***
T2 или T3 отр. опора ,30 * ,39 **
04 9013
Шаг 1: управление при бедствии T1 .33 ,33 29,98 <0,001 ,14 ,14 10,12 <0,01
Шаг 2: перспективный анализ . 0,12 нс ,22 0,08 1,92 нс
T1 взаимодействия .01 -.23 *
T1 неудовлетворенность .
T1 отр. опора .04 .13
Шаг 3: анализ изменений .40 .07 2,19 ns . нс
T2 или T3 взаимодействия ,26 -.07 ,22 ,25
T2 или T3 отр. поддержка .13 .05

Анализ изменений . Для этих анализов вспомогательные переменные T2 или T3 были введены на третьем шаге (Таблица III).Изменения в опорных переменных, происходящие во время первого Через 6 месяцев после постановки диагноза значительная часть отклонение отцов, F изменение = 2.07, нс , или матери, F сдача = 2.19, нс , бедствие в T2. Увеличенный опыт негативной поддержки индивидуально предсказал более высокие уровни психологического стресса у отцов того времени.Изменения в поддержке переменные вместе в течение 12 месяцев после постановки диагноза составили значительный прирост объясненной дисперсии дистресса отца T3, F изменение = 5,37, p <0,01, но не матери, F изменение = 1.07, нс . Повысился неудовлетворенность поддержкой и более опытная негативная поддержка каждый значительно сопровождал более высокий уровень дистресса у отцов.Ни один из изменения в поддерживающих переменных значительно и индивидуально сопровождались изменениями в уровне стресса матери.

Этот результат предполагает, что изменение неудовлетворенности поддержкой или негативные взаимодействия вызвали изменение бедствия. Однако изменение бедствия могли вызвать изменение в поддержке. Поэтому мы исследовали влияние дистресс при диагностике по этим двум опорным переменным на T2 и T3 для отцы, участвуя в поддерживающей переменной T1.Анализы показали, что есть не оказало влияния бедствия Времени 1 на переменные поддержки в T2 или T3, когда ранние уровни поддержки отцов контролировались. Это означает, что недовольство поддержкой и негативной поддержкой прогнозировали отцы психологический стресс, а не наоборот.

Гипотеза 4: Постоянство бедствия

Проверить, было ли постоянство страдания обусловлено поддерживающие переменные при постановке диагноза, мы включили мультипликативный дистресс × поддерживать термин взаимодействия в регрессионном анализе, пока контроль основных эффектов начального бедствия и начальной поддержки Переменная.Было проведено три отдельных множественных регрессионных анализа: член двустороннего взаимодействия начального бедствия × начальный 1: поддерживающий взаимодействия, 2: неудовлетворенность поддержкой или 3: отрицательные взаимодействия. Т2 или психологический дистресс Т3 был зависимой переменной. Взаимодействие переменные не внесли значительного вклада. Итак, постоянство бедствия не было обусловлено начальным уровнем одной из поддерживающих переменных.

Отсутствие значительного влияния опорных переменных вместе на Материнские страдания поразительны. Это открытие побудило нас провести следующие анализы.

Индивидуальные различия в потребности в поддержке

Предыдущий анализ показал, что родители как группа получали меньшую поддержку со временем, но остался так же недоволен. Однако потребность в поддержке может варьируются для отдельных родителей.Хотя небольшая поддержка может удовлетворить потребность в одни родители, другие могут быть недовольны, даже если получают больше служба поддержки. Чтобы получить более полное представление о том, в какой степени была оказана поддержка. воспринимаются как удовлетворительные, мы разделили родителей на три группы на основе их психологическое функционирование в период обучения. Это позволило нам проверить, была ли потребность в поддержке лучше удовлетворена для одного из этих родителей группы.Первую группу составили родители, оставшиеся клинически бедствие по всем измерениям с помощью GHQ, продолжающиеся случаи (отцов n = 22, матерей n = 25). Во вторую группу вошли родители с клинически повышенным уровнем на момент постановки диагноза, но у которых все было хорошо через 12 месяцев — случаи ремиссии (отцов n = 28, матерей n = 31). В третью группу вошли родители, которые вообще имели баллы ниже уровня GHQ. измерения, продолжающиеся нелестные случаи (отцы n = 7, матери n = 8).Был проведен дисперсионный анализ с повторными измерениями (MANOVA). вычисляется со временем как внутрисубъектный фактор и вышеописанная переменная для проверки эффектов между субъектами с помощью поддерживающих взаимодействий и неудовлетворенность поддержкой как зависимыми переменными. На рисунках 1 и 2 показаны результаты. Ось x представляет объем полученной поддержки с более высокими оценками. что указывает на то, что сообщалось о более поддерживающих взаимодействиях. Ось y означает неудовлетворенность поддержкой.Чем выше оценка, чем больше были недовольны родители тем количеством поддержки, которую они полученный.

Рисунок 1.

Потребность в поддержке отцов, о чем свидетельствует количество и неудовлетворенности поддержкой.

Рисунок 1.

Потребность в поддержке отцов, о чем свидетельствует количество и неудовлетворенности поддержкой.

Рисунок 2.

Потребность в поддержке матерей определяется количеством и неудовлетворенности поддержкой.

Рисунок 2.

Потребность в поддержке матерей, на что указывает количество и неудовлетворенности поддержкой.

Выявлен повторный анализ поддерживающих взаимодействий для отцов значительный временной эффект, F = 8,35, p <0,001, но нет значительный эффект группы или взаимодействия.Это означает, что все отцы получили меньше поддержки со временем. Без значительного временного эффекта, значительная группа эффект, F = 6,23, p = 0,004, и нет значимого взаимодействия Эффект был обнаружен при неудовлетворенности поддержкой. Последующий односторонний дисперсионный анализ (Тест Шеффе) указывает на значительную группу эффект при T1, F (2) = 3,53, p = 0,04, при T2, F (2) = 4.13, п. =.02, а при T3 F (2) = 6,08, p = 0,004. Однако ни одна из групп не может быть идентифицирована как существенно различающаяся. от других. Эти результаты показывают, что чем больше отцов было недовольны полученной поддержкой, независимо от того, сколько они получено, тем больше психологического стресса они сообщали.

Анализы матерей показали значительный временной эффект, F = 20.87, п. <.001, для поддерживающего взаимодействия, но не для неудовлетворенность поддержкой, F = 0,36, нс . Был значительный групповой эффект для обоих поддерживающих взаимодействий, F = 4,51, p = 0,015, и для неудовлетворенности поддержкой, F = 4,75, p = 0,012. Односторонний дисперсионный анализ (тест Шеффе) указали на значительный групповой эффект для поддерживающих взаимодействий при T1, F (2) = 4,53, p =.01, а при T3 F (2) = 4,54, p = 0,01, но не в T2. Матери с ремиссией получили больше поддержки в T1 и T3, чем в двух других группах матерей. Также был значительный групповой эффект неудовлетворенности поддержкой в ​​T1, F (2) = 3,62, p = 0,03, а при T3 F (2) = 4,91, p = 0,01, но не в Т2. Матери с продолжающимся заболеванием были наиболее недовольны поддержкой. Нет были обнаружены значительные эффекты взаимодействия.Эти результаты показывают, что матери, у которых на момент постановки диагноза были клинические расстройства, но которые хорошо адаптировались к время, получили большую поддержку и были менее недовольны, чем матери, которые продолжал испытывать клинические расстройства.

Обсуждение

В соответствии с предыдущими исследованиями, наши результаты показали, что родители сообщали высокий уровень психологического стресса на момент постановки диагноза, за которым следует снижаться с течением времени (Dahlquist et al., 1996). Однако уровень стресса у родителей был все же выше. на один год больше, чем у нормативной группы (Hoekstra-Weebers, Jaspers, Kamps и Клип, 1998).

В этом исследовании изучалась поддержка родителей детей с впервые установленным диагнозом. онкологические пациенты в течение 1 года. Поддержка была адресована в тремя разными способами: (1) частота поддерживающих взаимодействий, (2) частота негативных взаимодействий и (3) неудовлетворенность поддержкой.Результаты, достижения показал, что родители указали, что они получали наибольшую поддержку примерно в то время острого криза при диагностике. Усилия родителей по мобилизации поддержки они нуждались или желание социальной сети оказать поддержку было самый высокий в то время. Эту поддержку можно считать кризисной. Родители указали, что они получили меньшую поддержку в более поздние сроки в течение года, когда они справлялись с хроническим стрессом во время лечения.Это снижение было наиболее заметны после первых 6 месяцев. Хотя самооценка количества поддержки снизился, уровень неудовлетворенности поддержкой остался без изменений, что подтвердило нашу гипотезу. Эти данные показывают, что существует изменение мобилизации или предоставления поддержки в зависимости от стресса ситуация. Это согласуется с более ранними исследованиями, в которых сообщалось, что острый стрессор может привести к мобилизации поддержки в краткосрочной перспективе и хронический стрессор может со временем ослабить полученную поддержку (Thoits, 1995).

Наши результаты частично подтвердили ожидаемые гендерные различия и сходства. Согласно Ван Сондерену (1993), мы обнаружили, что отцы и матери были в равной степени недовольны полученной поддержкой. Матери только указали, что они получили больше поддержки в 6 месяцев, чем отцы, но не в диагноз и через 12 месяцев, что отличалось от более ранних исследований (Антонуччи, 1994). An объяснение может заключаться в том, что в случае детского рака большая часть поддержки (например, забота о братьях и сестрах, выполнение домашних дел, эмоциональные поддержка) предлагается или мобилизуется парами, ведущими к большему гендерному сходство в количестве поддержки, чем ожидалось.

Родители сообщили о нескольких негативных взаимодействиях. В то время как матери сообщили, что они у отцов было меньше этих взаимодействий со временем (как и предполагалось). Этот упадок привел к неожиданному гендерному различию; отцы сообщили, что у них больше негативных взаимодействий, чем матери. Отрицательные взаимодействия также значительно предсказал уровень психологического стресса отцов, в отличие от к матери. Объяснение более заметной роли отрицательного поддержка отцов может заключаться в том, что все больше отцов сталкивались с трудностями в своих работа, чем мамы.Большинство отцов были заняты, хотя это не было случай для матерей (88% отцов работали полный рабочий день и 1% матери, еще 6% отцов и 32% матерей были трудоустроены неполная занятость). Оба родителя часто оставались в больнице во время первоначального лечение, и оба часто сопровождали своего ребенка в поликлинику потом. Поэтому отцы регулярно отсутствовали на работе, что могло на раздражение и критику.Также может быть, что отсутствие на работе в этом конкретная ситуация более ожидаема и принимается от матерей, чем от отцы.

В соответствии с нашей третьей гипотезой мы обнаружили, что социальная поддержка переменные вместе составляли значительную долю в прогнозе психологический стресс отца, одновременно, в перспективе и когда учитывая изменение. Однако для матерей этого не нашли. Социальное поддержка, измеренная в этом исследовании, кажется, играет большую роль в психологическое функционирование и приспособление отцов, чем от матерей.Другие также наблюдали гендерные различия в связи между психическим здоровьем и социальная поддержка (Shumaker & Hill, 1991). Различия в причинных последствиях поддержки для психического здоровья также сообщалось (Джонсон, 1991). Эти авторы предлагают различие в измерениях инструменты или различные механизмы, которые связывают социальные отношения со здоровьем для мужчины и женщины как объяснение этих результатов. Например, комбинированное воздействие различных размеров поддержки было больше для женщин, чем для мужчин (Антонуччи и Акияма, 1987).Это также было обнаружено в нашем исследовании, как мы объясним. Однако другие факторы также могут иметь большее значение для прогнозирования материнского психологическое функционирование. Переменные, которые могут иметь значение: личность, функционирование семьи, взаимодействие родителей и детей, воспитание детей компетентность и партнерская деятельность, (Hoekstra-Weebers et al., 1998; Казак и др., 1998; Валландер и Варни, 1998).

В соответствии с нашей гипотезой, мы обнаружили, что неудовлетворенность поддержка (оба родителя) и негативное взаимодействие (отцы) были связаны с более высоким уровнем психологического стресса.В отличие от нашей гипотезы, мы обнаружили положительную взаимосвязь между поддерживающим взаимодействием и одновременным дистресс для отцов при постановке диагноза и для матерей в 6 месяцев. Объяснение может быть, эти родители получили больше помощи, чем хотели, что привело к раздражение и еще большее беспокойство. Многие родители жаловались на телефоны постоянно звонит и люди приходят в гости без предупреждения, оставляя мало времени для семейного уединения.Второе объяснение вполне может заключаться в том, что более проблемные родители получают больше поддержки, потому что они больше возбуждают сочувствие.

Взаимосвязь между поддерживающими взаимодействиями и неудовлетворенностью поддержка, с одной стороны, и психологическое функционирование, с другой, кажется, быть более сложным для матерей, чем для отцов. Матери были больше подвержены риску будущие бедствия, когда они получили меньше поддержки и были больше недоволен диагнозом.Их потребность в поддержке, кажется, меньше выполненный, чем у матерей, которые психологически хорошо приспособились к год. Отцы подвергались большему риску, когда были недовольны поддержкой, независимо от количества поддержки, воспринимаемой им самим. Этот результат находится в в отличие от перекрестного исследования родителей детей, которые не были лечение, которое сообщили родители, и особенно отцы, с низким уровнем поддержки, которые подвергались риску психологического стресса (Спичли и Но, 1992).Наше исследование показывает, что для отцов не столько количество поддержки, сколько недовольство такой поддержкой оказалось актуальным как для прямого, так и для будущее психологическое функционирование — открытие, согласующееся с Morrow et al. (1984). Сообщается, что мужчины получают больше пользы от поддержки со стороны ближайшего человека, их супруга, чем женщины (Штансфельд, фюрер и Шипли, 1998). Вполне возможно, что большее участие матерей в повседневной заботе о больном ребенке ограничивает их способность обеспечивать это служба поддержки.Этот вопрос может представлять интерес для будущих исследований.

Мы не нашли подтверждений предположению, что стойкость дистресс был обусловлен одной из переменных социальной поддержки, как сообщает родители при постановке диагноза. Это говорит о том, что стратегия выявления уязвимые родители на основании высокого или низкого балла по социальной поддержке меры, используемые в этом исследовании, не кажутся эффективными.

Это исследование имеет некоторые ограничения.Во-первых, потому что все меры были самоотчет, возможны различия в общих методах. Родители могут быть предвзятые в отношении количества и неудовлетворенности их поддержкой, в зависимости от об их психологическом статусе. Однако предполагаемый дизайн исследования позволил исследовать причинно-следственную связь. Результаты показывают, что поддерживать прогнозируемое бедствие, а не наоборот. Во-вторых, детский рак — это редкое заболевание (Миллера, Янга и Новакович, 1995), в результате чего были получены небольшие выборки для исследования.Несмотря на это, количество родителей, принявших участие в этом исследовании, велико по сравнению с известно другое лонгитюдное исследование (Kupst et al. др., 1988). Кроме того, в исследовании были задействованы отцы, и исследованием их функционирования пренебрегли (Долгин и Фиппс, 1996). Это позволило нам проанализировать взаимосвязь между поддержкой и бедствие отцов как отдельного объекта, как предполагают другие (Спичли и Но, 1992).Анализ показал несколько интересных гендерных различий. В третьих, только родители, чьи дети остались живы, были приглашены к участию в следовать за. Таким образом, результаты доступны только родителям выживших. дети. В-четвертых, социальная поддержка — сложное явление. Мы выбрали в это исследование, посвященное глобальному количеству поддержки (как положительной, так и отрицательный) и недовольство поддержкой, но мы не различали разные виды поддержки.Было высказано предположение, что существуют различия в эффективность различных видов поддержки в зависимости от ситуации или потребности, связанные с конкретной ситуацией (Helgeson, 1993). Например, инструментальная поддержка была бы более эффективной. для недавно диагностированных онкологических больных, тогда как эмоциональная поддержка будет более уместно позже (Дункель-Шеттер, 1984). Будущее исследования могут решить этот вопрос.

Таким образом, это исследование показывает различия в запросах / предоставлении поддержки, в зависимости от конкретной стрессовой ситуации.Влияние поддержки на Психологическое функционирование также зависит от пола родителей. Наши результаты поддерживают модель социальной причинности. Социальная поддержка считается изменяемым риском или защитный фактор (Wallander & Varni, 1998). Эти результаты могут помочь профессионалам спланировать вмешательство. программы для родителей, учитывая различный эффект различных аспекты социальной поддержки психологического функционирования и адаптации отцы и матери хронически больных детей.

Это исследование финансировалось Голландским онкологическим обществом и педиатрическим отделением. Онкологический фонд Гронингена.

Список литературы

Антонуччи, Т. К. (

1994

). Взгляд на женщин на протяжении всей жизни социальные отношения. В Б. Ф. Тернер и Л. Э. Тролль (ред.),

женщин стареет

(стр.

239

-269). Тысяча Оукс, Калифорния: Сейдж.

Антонуччи, Т. К., и Акияма, Х. (

1987

).An изучение половых различий в социальной поддержке пожилых мужчин и женщин.

Половые роли

,

17

,

737

-749.

Баррера М., Сандлер И. и Рамзи Т. (

1981

). Предварительная разработка шкалы социальной поддержки: учеба в вузе. студенты.

Американский журнал общественной психологии

,

9

,

435

-441.

Чеслер М., и Барбарин О. (

1984

).Трудности оказания помощи в кризисной ситуации: Отношения между родителями детей с рак и их друзья.

Журнал социальных проблем

, г.

40

,

113

-134.

Коэн П. и Брук Дж. (

1987

). Семейные факторы связано с сохранением психопатологии в детском и подростковом возрасте.

Психиатрия

,

50

,

332

-345.

Cohen, S., & Wills, T.A. (

1985

).Стресс, социальный поддержка и гипотеза буферизации.

Психологический Бюллетень

,

98

,

310

-357.

Дальквист, Л. М., Чижевский, Д. И., и Джонс, К. Л. (

1996

). Родители детей, больных раком: продольное исследование эмоциональный стресс, стиль совладания и приспособление к браку два и двадцать месяцев после постановки диагноза.

Журнал детской психологии

,

21

,

541

-554.

Долгин, М., и Фиппс, С. (

1996

). Взаимный Влияние на приспособление семьи к детскому раку. В L. Baider, C.L. Купер и А. Каплан Де-Нур (ред.),

Рак и семья

(стр.

73

-92). Чичестер: Уайли И сыновья.

Дункель-Шеттер, К. (

1984

). Социальная поддержка и рак: Выводы, основанные на опросах пациентов, и их значение.

Журнал социальных проблем

,

40

,

77

-98.

Голдберг, Д. П., и Уильямс, П. (

1988

).

Руководство пользователя Опросника общего состояния здоровья

. Беркшир: НФЕР-НЕЛЬСОН.

Helgeson, V. S. (

1993

). Два важных различия в социальная поддержка: вид поддержки и воспринимаемая в сравнении с полученной.

Журнал социальных проблем

,

49

,

825

-845.

Хоэкстра-Уиберс, Дж. Э. Х. М., Ясперс, Дж. П. К., Кампс, В. А., И Клип, Э.С. (

1998

). Гендерные различия в психологическом адаптация и совладание родителей больных раком в детском возрасте.

Психоонкология

,

7

,

26

-36.

Джонсон, Т. П. (

1991

). Психическое здоровье, социальное отношения и социальный отбор: продольный анализ.

Журнал здравоохранения и социального поведения

,

32

,

408

-423.

Казак А.Э., Баракат Л.М., Миске, К., Кристакис, Д., Медоуз, А. Т., Кейси, Р., Пенати, Б., и Стубер, М. Л. (

1997

). Посттравматический стресс, функционирование семьи и социальная поддержка у выживших детский лейкоз и их отцы и матери.

Журнал Консультации и клиническая психология

,

65

,

120

-129.

Казак А. Э., Стубер М. Л., Баракат Л. П., Миске К., Гатри, Д., & Медоуз, А. Т.(

1998

). Прогнозирование посттравматического стресса симптомы у матерей и отцов, переживших онкологические заболевания в детстве.

Журнал Американской академии детей и подростков Психиатрия

,

37

,

823

-831.

Koeter, M. W. J., & Ormel J. (

1991

).

Опросник общего состояния здоровья

. Голландское руководство. Лиссе: Swets & Zeitlinger BV.

Купст М. и Шульман Дж. (

1988

).Долгосрочное выживание с детской лейкемией: шестилетнее наблюдение.

Журнал Педиатрическая психология

,

13

,

7

-22.

Купст, М. Дж., Натта, М. Б., Ричардсон, К. К., Шульман, Дж. Л., Лавин, Дж. В., и Дас, Л. (

1995

). Семья справляется с детский лейкоз: через десять лет после лечения.

Педиатрический журнал Психология

,

20

,

601

-617.

Магни, Г., Сильвестро, А., Тамиелло, М., Занеско, Л., и Карли, М. (

1988

). Комплексный подход к оценке семьи адаптация к острому лимфолейкозу у детей.

Acta Psychiatrica Scandinavica

,

78

,

639

-642.

Манн, С. Л., Тейлор, К. Л., Догерти, Дж., И Кемени, Н. (

1997

). Поддерживающие и отрицательные отзывы в партнере отношения: их связь с психологической адаптацией среди люди с раком.

Журнал поведенческой медицины

,

20

,

101

-125.

Миллер, Р. В., Янг, Дж. Л., младший, и Новакович, Б. (

1995

). Детский рак.

Рак

,

75

,

395

-405.

Морроу, Г. Р., Карпентер, П. Дж., И Хоугланд, А. К. (

1984

). Роль социальной поддержки в адаптации родителей к детский рак.

Журнал детской психологии

,

9

,

317

-329.

Норбек, Дж. С., Линдси, А. М., и Карриери, В. Л. (

1981

). Разработка инструмента для измерения социальных служба поддержки.

Медсестринское дело

,

30

,

264

-269.

Пиццо П. А. и Поплак Д. Г. (

1993

).

Принципы и практика детской онкологии

. Филадельфия, Пенсильвания: Липпинкотт.

Пельковиц, Д., Гольденберг, Б., Каплан, С., Вайнблатт, М., Мандель, Ф., Мейерс, Б. и Винчигерра, В. (

1996

). Посттравматический стрессовое расстройство у матерей, перенесших онкологические заболевания в детском возрасте.

Психосоматика

,

37

,

116

-126.

Сарасон, Б. Р., Сарасон, И. Г., и Пирс, Г. Р. (

1990

).

Социальная поддержка: интерактивная посмотреть

. Нью-Йорк: Wiley & Sons.

Сарасон, И. Г., Левин, Х. М., Бэшем, Р. Б., и Сарасон, Б. Р. (

1983

).Оценка социальной поддержки: социальная поддержка анкета.

Личный и социальный журнал Психология

,

44

,

127

-139.

Шумакер, С. А., & Хилл, Д. Р. (

1991

). Пол различия в социальной поддержке и физическом здоровье.

Здоровье Психология

,

10

,

102

-111.

Спичли, К. Н., и Но, С. (

1992

). Выживать детский рак, социальная поддержка и психологическая адаптация родителей.

Журнал детской психологии

,

17

,

15

-31.

Стэнсфельд, С.А., Фюрер, Р., и Шипли, М.Дж. (

1998

). Типы социальной поддержки как предикторы психиатрической заболеваемость в когорте британских государственных служащих (исследование Whitehall II).

Психологическая медицина

,

28

,

881

-892.

Тойтс, П. А. (

1995

). Стресс, совладание и социальные процессы поддержки: где мы находимся? Что дальше?

Журнал здоровья и Социальное поведение, (доп. Выпуск)

, г.

53

-79.

Ван Сондерен, Э. (

1991

).

Измерение социальная поддержка

. Гронинген: Рейксский университет.

Ван Сондерен, Э. (

1993

).

Измерение социальная поддержка с SSQ-I и SSQ-D

. Голландское руководство. Гронинген: Noordelijk Centrum voor Gezondheidsvraagstukken.

Валландер, Дж. Л., и Варни, Дж. У. (

1998

). Эффекты педиатрических хронических физических расстройств по адаптации ребенка и семьи.

Журнал детской психологии и психиатрии

, г.

39

,

29

-46.

Вортман, К. Б. (

1984

). Социальная поддержка и рак Пациент: концептуальные и методологические вопросы.

Рак

,

53

,

2339

-2360.

Общество педиатрической психологии

GoodTherapy | Адаптация

Адаптация — это понятие в теории эволюции.Согласно этой теории, адаптация — это характеристика организма, которая эволюционировала в результате естественного отбора для выполнения определенной функции. Термин адаптация также может использоваться в разговорной речи для обозначения здоровых поведенческих изменений.

Что такое адаптация?

Эволюция не направляет сознательно развитие организмов, и ничто не эволюционировало для определенной цели. Напротив, эволюция случайна и определяется выживанием, вызывая мутации, которые приводят к генетически разнообразной популяции.У каждого вида каждое животное может иметь несколько разные гены или возможности. Когда давление окружающей среды делает один признак более полезным, чем другой, у животных с этим генетическим признаком больше шансов выжить. Например, большой сложный мозг людей мог быть приспособлением, которое позволяло древним людям путешествовать, общаться, решать сложные экологические проблемы и развивать оседлые цивилизации.

Адаптивная черта контрастирует с неадаптивной чертой — чертой, которая делает организм менее подготовленным к работе с окружающей средой и с большей вероятностью погибнет.

Разговорное использование

Термин «адаптация» также может использоваться для описания поведения, которое хорошо служит человеку. Например, терапевт может сказать клиенту, что хорошие коммуникативные навыки — это адаптивное поведение. В этом контексте термин имеет то же значение, что и биологическое использование, потому что адаптивные навыки облегчают жизнь. Разница в том, что в разговорной речи люди не обязательно говорят об эволюционных чертах, когда говорят об адаптации.

Термин иногда относится к преднамеренным изменениям в ответ на окружающую среду.Например, недавно разведенный человек может пойти на терапию, чтобы узнать, как адаптироваться к новому образу жизни, с новым статусом отношений и новыми целями.

Психологическая адаптация

Подобно тому, как определенные физические черты могут передаваться из поколения в поколение, когда они помогают организму выжить, текущие исследования показывают, что некоторые психологические черты или адаптации могут действовать аналогичным образом.

Психологическая адаптация чаще всего определяется как склонность к определенному поведению или образцу мышления.Например, страх перед змеями может быть психологической адаптацией, которая помогает защитить людей от травм или смерти в результате укусов. Исследования, в которых анализируются общие черты человеческого мышления, могут выявить и другие психологические адаптации. Подобно тому, как подавляющее большинство людей рождаются с ногтями, определенные формы поведения или наклонности, возникающие, несмотря на культурные различия, могут указывать на то, что они эволюционировали, потому что помогли прошлым поколениям выжить.

Синдром общей адаптации

В области медицины и психологии термин адаптация может также использоваться для описания общего адаптационного синдрома, который представляет собой процесс реакции организма на стресс.

Общий адаптационный синдром протекает в три стадии, а именно:

  1. Реакция на тревогу: На этой стадии начинается реакция борьбы или бегства. Высвобождаются гормоны стресса, включая кортизол и адреналин. У кого-то может наблюдаться учащение пульса и артериального давления при срабатывании тревожной реакции.
  2. Сопротивление: Стадия сопротивления фокусируется на балансировании гормонов и физиологических реакций, которые были вызваны на первой стадии.Если стрессор исчез во время стадии сопротивления, реакция организма вернется к норме; если стресс не исчезнет, ​​организм останется в режиме реакции на стресс.
  3. Истощение: Люди, которые испытывают стресс в течение длительного времени, могут оказаться в стадии истощения. Это происходит, когда тревожная реакция тела срабатывает и не рассеивается, истощая тело его энергии. Те, кто достигли стадии истощения, могут сообщать об усталости, тревоге, депрессии или других проблемах с психическим или физическим здоровьем.

Хотя общий адаптационный синдром является естественным физиологическим процессом, он может негативно повлиять на психическое здоровье человека, когда его реакции на стресс выходят из-под контроля или становятся трудноуправляемыми. Может помочь практика релаксации, например работа с дыханием или медитация. Если вы чувствуете себя подавленным стрессом, специалист по психическому здоровью может помочь вам решить проблему и изучить навыки, позволяющие контролировать факторы стресса в вашей жизни. Найдите терапевта рядом с вами.

Гедоническая адаптация

Гедоническая адаптация, также называемая «гедонистической беговой дорожкой», относится к доказанной исследованиями тенденции людей довольно быстро возвращаться к стабильному уровню счастья после болезненного или приятного события.Его также можно применить к множеству сильных эмоциональных состояний и может объяснить, почему люди привыкают к событиям, с которыми они неоднократно сталкивались. Эта тенденция может быть связана с психологической адаптацией, которая позволяет нам сосредоточиться и сосредоточиться на текущих проблемах, требующих нашего внимания.

Хотя эти две концепции имеют некоторое сходство, гедоническая адаптация в конечном итоге отличается от процесса десенсибилизации. При гедонической адаптации взгляд человека на событие как на положительное или отрицательное постепенно возвращается к более нейтральному взгляду на ситуацию.Между тем, десенсибилизация относится к более общему отсутствию восприятия или реакции на событие, которое однажды вызвало реакцию.

Каталожные номера:

  1. Армента, К., Бао, К. Дж., Любомирский, С., и Шелдон, К. М. (2014). Возможны ли долгосрочные изменения? Уроки модели предотвращения гедонической адаптации. В Стабильность счастья. Academic Press [Интернет]. Получено с https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780124114784000047
  2. .
  3. Audesirk, T., Одесирк, Г., и Байерс, Б. Э. (2008). Биология: жизнь на Земле с физиологией . Река Аппер Сэдл, Нью-Джерси: Пирсон Прентис Холл.
  4. Берджесс, Л. (28 ноября 2017 г.). Что нужно знать об общем адаптационном синдроме. Медицинские новости сегодня. Получено с https://www.medicalnewstoday.com/articles/320172.php
  5. .
  6. Гиттлман, Дж. Л. (нет данных). Приспособление. Британская энциклопедия онлайн . Получено с https://www.britannica.com/science/adaptation-biology-and-physiology
  7. .
  8. Любомирский, С.(2011). Гедоническая адаптация к положительному и отрицательному опыту. В С. Фолкмане (ред.), Оксфордская библиотека психологии. Оксфордский справочник стресса, здоровья и преодоления трудностей (стр. 200-224). Нью-Йорк, Нью-Йорк, США: Издательство Оксфордского университета.
  9. Петерсон, К. Д. и Барретт, Х. С. (2015). Познание, эволюция. Международная энциклопедия социальных и поведенческих наук (второе изд.). Получено с https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/B9780080970868810326
  10. .
  11. Шмитт, Д.П. и Пилчер Дж. Дж. (2004). Оценка свидетельств психологической адаптации: как мы узнаем человека, когда видим его? Психологическая наука, 15 (10), 643-649. DOI: 10.1111 / j.0956-7976.2004.00734.x
  12. Скотт Э. (4 мая 2019 г.). Гедоническая адаптация: почему ты не счастливее. Получено с https://www.verywellmind.com/hedonic-adaptation-4156926
  13. .

Последнее обновление: 20.02.2020

Пожалуйста, заполните все обязательные поля, чтобы отправить свое сообщение.

Подтвердите, что вы человек.

Связь неструктурных форм социального взаимодействия с проблемами социально-психологической адаптации студентов, склонных к химической зависимости

стр. 10885-10894 | Номер статьи: ijese.2016.788
Опубликован онлайн: 11.11.2016

Ключевые слова: Социально-психологическая адаптация, область социально-психологической адаптации, поведенческая стратегия, зависимость

Андреева Г.М. (2002). Социальная психология. Москва: Аспект Пресс, 376 с.

Артамонов, Ю. (2016). Телекоммуникации и информация как глобальная модель современного общества. Технологии информационного общества. X Международная промышленная научная конференция : Труды, 295 с.

Бандура, А. (2000). Теория социального обучения. Санкт-Петербург: Евразия, 320 с.

Баянова Л.Ф., Мустафин Т. (2016). Факторы соблюдения ребенком правил в контексте русской культуры. Европейский научно-исследовательский журнал дошкольного образования, 3 (2), 355-368.

Беребин М.А., Тишевской И.А. (2013). Функционально-системная организация феномена адаптации человека . Прямой доступ: http://www.auditorium.ru/ index.php newsid = 869

Березин, Ф.Б. (1988). Психологическая и психофизиологическая адаптация человека . Ленинград: Изд-во «Наука», 270 с.

Болдачев, А.В. (2005). Интеллектуальные инновации и адаптация. Прямой доступ: http://boldatch-ev.h2.ru/adapt.shtml

Чучелина Е.В. (2007). Психологические факторы социально-психологической адаптации студентов в университетской среде : Автореф. Санкт-Петербург, 30 стр.

Дорошенко Т. (2008). Социально-психологическая адаптация как фактор профессиональной самооценки старшеклассников . Кандидатская диссертация. Ставрополь, 224 с.

Фестингер, Л. (2000). Теория когнитивного диссонанса .Санкт-Петербург: Изд-во: Речь, 320 с.

Фомин, Н.А. (2003). Адаптация: общебиологические и физиологические основы . Москва: Теория и практика физической культуры, 383 с.

Фрейд, З. (2004). Основные психологические теории в психоанализе . Перевод М. Вольфа и А.А. Спектор. Москва: Урожай, 400 с.

Э. Фромм (2009). Побег из свободы . Москва: АСТ, 288 с.

Гилемханова, Э.Н. (2012). Особенности социально-психологической адаптации студентов, склонных к зависимости от химических веществ. Казанский педагогический журнал , 3 , 73-80.

Гилемханова, Е. (2013). Особенности социально-психологической адаптации студентов, склонных к алкогольной и наркомании: кандидатская диссертация. Казань, 198 с.

Годфрой Дж. (1992). Что такое психология . Москва: Мир, 302 с.

Григорьева М.В. (2010) Понятие «образовательная среда» и модель образовательной среды в современной отечественной педагогической психологии. Ученые записки СГУ Педагогического института им. Н.Г. Чернышевского. Серия: Психология. Педагогика, 4 , 54-63.

Грязнов А.Н., Чеверикина Е.А. И Тухватуллина Д. (2009). Психолого-педагогические компоненты профилактики токсикомании у студентов. Казанский педагогический журнал 3 , 10-14.

Клочко, В. (2007). Современная психология: системный смысл парадигматического сдвига. Сибирский психологический журнал , 26 , 15-21.

Крюков Т.Л. & Куфтяк, Е. (2007). Анкета способов совладания. Журнал практического психолога , 3, 93-112.

Кузьмина, В. (2006). Особенности социально-психологической адаптации учащихся вуза: кандидатская диссертация. Курск, 176 с.

Макареня, А.А. (1997). Культурно-творческая среда: состояние, структура и функционирование. Тюмень: ТОГИРРО, 256 с.

Медведев В. (1987). О проблеме адаптации.Составляющие адаптационного процесса. Ленинград: Наука, 244 с.

Менделевич, В. (2004). Проблема наркозависимости в России: столкновение интересов экспертов, пациентов и властей (клиника и пример из практики). Казань: Школа, 240 с.

Маклакова А.Г., Чермянина С.В. (2001). Многоуровневый опросник личности «Адаптивность». Практическая психодиагностика. Процедуры и тесты. Самара, 549-558.

Паригин, Б.Д. (1971). Основы социально-психологической теории . Москва: Мисл, 351 с.

Парсонс Т. (1998). Система современных обществ. Москва: Аспект Пресс, 270.

Пиаже, М. (1994). Избранные психологические труды. Москва: Международная педагогическая академия, 597 с.

Платонов, К. (1972). По системе психологии. Москва: Мысл. 230 с.

Полонский В.М. (2004). Словарь по педагогике и педагогике. Москва: Высшая школа. 512 с.

Сандберг, Х., Вайнбергер, А., Таплин, Дж. (2005). Клиническая психология . Санкт-Петербург: Прайм — Еврознак, 384 с.

Тарасов, А.С. (2011). Образовательная среда: понятие, структура и типология. Вестник Магазин Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкин , 3 , 32-39.

Концепция социализации зависимых лиц в профессиональном образовании.(2012). Казань: Издательство «Данис» ИПП ИН РАО, 36 с.

Оксфордский словарь психологии (2002). В А. Ребере (ред.). Прямой доступ: dictionary.ru

Цуканов, А.П. (2006). Толерантность в структуре социально-психологической адаптации личности: На примере студентов : Автореф. Санкт-Петербург, 30 стр.

Волик М.В. (2008). Адаптация студентов к образовательному пространству в колледже. Адаптация коллективов образовательных учреждений к инновациям в системе образования: Материалы межрегиональной научно-практической конференции 18 марта 2008 г. .Воронеж ВОИПК и ПРО, 10-13.

Выготский, Л. (2005). Образовательная психология. Москва: Изд-во «Смисл», 536 с.

Том 4 Выпуск 6 Стр. 229

Правильный подход к организации процесса самообучения студентов имеет первостепенное значение для успешного высшего образования. Работа в классе в высших учебных заведениях направлена ​​на установление и наделение функций направления процесса преподавания / обучения, и именно студент несет ответственность за активное приобретение знаний с помощью различных средств.Участие в различных студенческих обществах и выполнение научно-исследовательской работы могут стать наиболее подходящими формами активного приобретения знаний. Систематическая работа в студенческих обществах, выполняющих исследования самостоятельно, а также в тесном сотрудничестве с научными руководителями, удовлетворяет двум основным критериям социально-психологической адаптации: удовлетворение от независимо полученных результатов научных исследований и социальный успех, который предполагает освоение новых условий жизни и завоевание уважения со стороны общества. сокурсники и профессорско-преподавательский состав.Теоретической основой концепции адаптации является идея непрерывного процесса активной адаптации индивида к окружающей среде, который касается всех уровней жизнедеятельности человека. Участие в студенческих научных коллективах играет важную роль в социально-психологической адаптации студента. Результаты, полученные в ходе нашего исследования, подтвердили наличие статистически достоверной разницы в адаптации студентов 6 курса. Следует отметить, что 6-й курс — время так называемого «третьего кризиса» высшего образования.Похоже, что из-за проблемы с распределением работы и переходом от учебы к рабочему образу жизни, также сравнение имеющихся и желаемых знаний и навыков может внести определенный диссонанс в самооценку студента. Студенты рассматривают влияние своей профессии на их будущее благосостояние. Со всеми этими вопросами легче справиться, если студенты посещали научные общества и группы, попробовали свои силы в практических аспектах и ​​улучшили свои знания. Результаты нашего анализа следующие.Целью статьи является сравнение психологической и социальной адаптации студентов, которые участвуют в научных коллективах и занимаются научными исследованиями, со студентами, которые воздерживаются от такой деятельности. Материал и методы. Для изучения социально-психологической адаптации 154 студентам было предложено заполнить анкету по методике К. Роджера и Р. Даймонда. Результаты и обсуждение. Мы обнаруживаем, что адаптация в группе студентов, занимающихся исследовательской деятельностью, намного выше.Так, в первой группе индекс эмоционального комфорта составляет 85%, а во второй — 67%. Исследователи оценивали высказывания о человеке, об образе профессиональной жизни, опыте, мыслях, привычках, стилях поведения по шестибалльной шкале: адаптация, самовосприятие, восприятие других, эмоциональный комфорт, внутреннее состояние, доминирование. Установлена ​​значительная разница между контрольной и экспериментальной группами по внутреннему, эмоциональному комфорту, самовосприятию и восприятию других.Заключение. Полученные результаты доказали, что участие в научных обществах повысило способность студентов к адаптации и помогло развить социально и психологически здорового профессионала с такими обоснованными качествами, как самоуважение, самопонимание, независимость и напористость.

Ключевые слова: социально-психологическая адаптация, студент, студенческий научный кружок

Полный текст: PDF (Ukr) 200K

Психологическая адаптация происходит во время перевода речи — Университет Аризоны

@article {16d8c0fd32b647e18f4ddd7525ce3 (Не) Трудности перевода: Психологическая адаптация происходит во время речевого перевода »,

abstract =« Хотя языковой стиль считается автоматическим и относительно стабильным, его пластичность еще не изучалась в переводах, которые требуют от переводчика «шагнуть в обувь другого человека.«В настоящем исследовании мы предлагаем психологическую модель языковой адаптации при переводе. Сосредоточившись на установленном маркере межличностных различий языкового стиля, то есть пола, мы исследовали, ассимилируются ли переводчики с исходным гендерным стилем или неявно проецируют свой собственный гендерный языковой стиль. В рамках предварительно зарегистрированного исследования мы изучали гендерные различия в использовании языков на TED Talks (N = 1,647) и их переводах (N = 544) в диадах говорящих / переводчиков одного и того же пола.Результаты показали, что переводчики ассимилировались с гендерными языковыми стилями, даже если они не соответствовали своему собственному полу. Это бросает вызов преобладающим взглядам на языковой стиль как фиксированный и способствует более динамичному взгляду на языковой стиль, который также определяется социальным контекстом. «,

keywords =» TED Talks, пол, языковая адаптация, использование языка, перевод «,

author = «Табеа Мейер и Бойд, {Райан Л.} и Мел, {Маттиас Р.} и Энн Милек и Пеннебейкер, {Джеймс В.} и Майк Мартин, и Маркус Вольф и Хорн, {Андреа Б.} «,

note =» Информация о финансировании: Автор (ы) раскрыл получение следующей финансовой поддержки для исследования, авторства и / или публикации этой статьи: Национальные институты здравоохранения (5R01GM112697-02), Федеральное бюро Investigation (15F06718R0006603), Schweizerischer Nationalfonds zur F {\ «o} rderung der Wissenschaftlichen Forschung (SNF PMPDP1_164470), John Templeton Foundation (# 48503, # 61156), National Science Foundation (IIS-1344257).