Агитпроп это: Недопустимое название — Викисловарь
Агитпроп — это… Что такое Агитпроп?
Агитпро́п (сокращение от слов агитация и пропаганда) — обиходное название Отдела агитации и пропаганды при ЦК КПСС (ранее ЦК ВКП(б)) и местных комитетах КПСС в СССР в разное время.
С января 1930 года функции агитпропа перешли к культпропу[1] До 1934 года отдел назвался агитпроп[2][3]
Термин приобрёл расширенное значение — «пропаганда» вообще и советская пропаганда в частности. А также переносное значение — имелись в виду произведения советской культуры и искусства, созданные под непосредственным влиянием коммунистической идеологии и носящие на себе родовые черты советской пропаганды. Понятие употребряется обычно с негативной[4], либо юмористической[5]коннотацией.
История отдела ЦК КПСС
В разные годы отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС имел следующие наименования:
- Агитационно-пропагандистский отдел ЦК РКП(б)—ВКП(б) (1920—1928)
- Отдел культуры и пропаганды ЦК ВКП(б) (1930—1934)
- Отдел партийной пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1935—1939)
- Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1942—1948)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)—КПСС (1948—1956)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС (1965—1988)
- а также
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по РСФСР (1956—1966)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам (1956—1962)
- и
- Отдел внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС (1978—1982)
На международном «фронте»
Великобритания
США
Израиль
Несмотря на то, что СССР поддержал создание государства Израиль в 1947—1948 гг. , в последующие годы советское руководство сделало ставку на враждебные Израилю арабские страны. Советские военнослужащие, как в качестве военных советников, так и в составе подразделений Советской армии, направленных в регион, принимали непосредственное участие в военных конфликтах и войнах против Израиля [6]. Боевики, совершавшие теракты против мирного населения Израиля, проходили подготовку в СССР, им поставлялось как трофейное, так и советское оружие. Решения об этом принимались на высшем уровне.[7][8] Соответственно, изменились отношение и стиль публикаций о сионизме (в том числе, и ретроактивно), истории и политике Израиля. По мере изменения его политики, позиция СССР по отношению к Израилю становилась «все более агрессивной и даже враждебной», начиная с Суэцкого кризиса (1956), и заканчивая разрывом советско-израильских дипломатических отношений после поражения арабских стран от Израиля в ходе Шестидневной войны 1967 года. После этого Израиль стал «однозначно рассматриваться советским руководством как „орудие международного империализма“», а его враги — однозначно правыми в своих антизраильских действиях.
Примечания
Ссылки
Агитпроп — это… Что такое Агитпроп?
Агитпро́п (сокращение от слов агитация и пропаганда) — обиходное название Отдела агитации и пропаганды при ЦК КПСС (ранее ЦК ВКП(б)) и местных комитетах КПСС в СССР в разное время.
С января 1930 года функции агитпропа перешли к культпропу[1] До 1934 года отдел назвался агитпроп[2][3]
Термин приобрёл расширенное значение — «пропаганда» вообще и советская пропаганда в частности. А также переносное значение — имелись в виду произведения советской культуры и искусства, созданные под непосредственным влиянием коммунистической идеологии и носящие на себе родовые черты советской пропаганды. Понятие употребряется обычно с негативной[4], либо юмористической[5]коннотацией.
История отдела ЦК КПСС
В разные годы отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС имел следующие наименования:
- Агитационно-пропагандистский отдел ЦК РКП(б)—ВКП(б) (1920—1928)
- Отдел культуры и пропаганды ЦК ВКП(б) (1930—1934)
- Отдел культуры и пропаганды ленинизма ЦК ВКП(б) (1934—1935)
- Отдел партийной пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1935—1939)
- Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1942—1948)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)—КПСС (1948—1956)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС (1965—1988)
- а также
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по РСФСР (1956—1966)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам (1956—1962)
- и
- Отдел внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС (1978—1982)
На международном «фронте»
Великобритания
США
Израиль
![](/800/600/https/cs8.pikabu.ru/video/2017/09/23/5/og_og_1506153318351724244.jpg)
![](/800/600/https/cdn-st1.rtr-vesti.ru/vh/pictures/xw/550/644.jpg)
Примечания
Ссылки
Агитпроп — это… Что такое Агитпроп?
Агитпро́п (сокращение от слов агитация и пропаганда) — обиходное название Отдела агитации и пропаганды при ЦК КПСС (ранее ЦК ВКП(б)) и местных комитетах КПСС в СССР в разное время.
С января 1930 года функции агитпропа перешли к культпропу[1] До 1934 года отдел назвался агитпроп[2][3]
Термин приобрёл расширенное значение — «пропаганда» вообще и советская пропаганда в частности. А также переносное значение — имелись в виду произведения советской культуры и искусства, созданные под непосредственным влиянием коммунистической идеологии и носящие на себе родовые черты советской пропаганды. Понятие употребряется обычно с негативной[4], либо юмористической[5]коннотацией.
История отдела ЦК КПСС
В разные годы отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС имел следующие наименования:
- Агитационно-пропагандистский отдел ЦК РКП(б)—ВКП(б) (1920—1928)
- Отдел культуры и пропаганды ЦК ВКП(б) (1930—1934)
- Отдел культуры и пропаганды ленинизма ЦК ВКП(б) (1934—1935)
- Отдел партийной пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1935—1939)
- Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (1942—1948)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)—КПСС (1948—1956)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС (1965—1988)
- а также
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по РСФСР (1956—1966)
- Отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам (1956—1962)
- и
- Отдел внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС (1978—1982)
На международном «фронте»
Великобритания
США
Израиль
Несмотря на то, что СССР поддержал создание государства Израиль в 1947—1948 гг. , в последующие годы советское руководство сделало ставку на враждебные Израилю арабские страны. Советские военнослужащие, как в качестве военных советников, так и в составе подразделений Советской армии, направленных в регион, принимали непосредственное участие в военных конфликтах и войнах против Израиля[6]. Боевики, совершавшие теракты против мирного населения Израиля, проходили подготовку в СССР, им поставлялось как трофейное, так и советское оружие. Решения об этом принимались на высшем уровне.
Советские официальные органы, наука и журналистика соответственно исполняли волю политического руководства, не стесняясь применять методы и «стилистику» времен «Дела врачей». [9][10]
Примечания
Ссылки
агитпроп — это… Что такое агитпроп?
агитпроп — агитпроп … Орфографический словарь-справочник
АГИТПРОП — АГИТПРОП, агитпропа, муж. (неол. ист.). Отдел агитации и пропаганды при ЦК, а также при местных комитетах ВКП(б), функции которого в январе 1930 г. перешли к культпропу. (Составлено из сокращения слов: агитация и пропаганда.) Толковый словарь… … Толковый словарь Ушакова
агитпроп — сущ., кол во синонимов: 1 • агитпропотдел (2) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 … Словарь синонимов
агитпроп… — агитпроп… агитационно пропагандистский Словарь: С. Фадеев. Словарь сокращений современного русского языка. С. Пб.: Политехника, 1997. 527 с … Словарь сокращений и аббревиатур
Агитпроп — (сокращение от слов агитация и пропаганда) обиходное название Отдела агитации и пропаганды при ЦК КПСС (ранее ЦК ВКП(б)) и местных комитетах КПСС в СССР в разное время. С января 1930 года функции агитпропа перешли к культпропу[1] До 1934… … Википедия
агитпроп — , а, м. 1. Агитация и пропаганда. АГС, 19. ◘ И мне агитпроп в зубах навяз. Маяковский, 1982, т. 2, 344. 2. Отдел агитации и пропаганды при ЦК КПСС и местных комитепах ВКП/б/ (до 1934 г.). МСЭ, т. 1, 25. ◘ Агитпроп, объединяет массовую… … Толковый словарь языка Совдепии
Агитпроп — м. Отдел агитации и пропаганды при ЦК и местных комитетах ВКП(б) (в СССР до 1934 г.). Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 … Современный толковый словарь русского языка Ефремовой
агитпроп — агитпроп, агитпропы, агитпропа, агитпропов, агитпропу, агитпропам, агитпроп, агитпропы, агитпропом, агитпропами, агитпропе, агитпропах (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») … Формы слов
агитпроп — агитпр оп, а … Русский орфографический словарь
агитпроп — (рус скрат од агитација и пропаганда) одделение за агитација и пропаганда при политички и други организации … Macedonian dictionary
Анатомия терроризма
Терроризм – это организация диверсий, и успешно заниматься этой деятельностью могут только квалифицированные специалисты. Противостоять терроризму не очень сложно. Но для этого должны приниматься твёрдые политические решения.
Предлагаем вашему вниманию последний прижизненный доклад Станислава Валерьевича Лекарева, человека-легенды, ветерана внешней контрразведки СССР, доктора философских наук, кандидата исторических наук, безвременно ушедшего от нас 11 мая 2010 года. Лекарев работал в английской резидентуре, был помощником начальника Второго главка КГБ СССР, затем занимался научной работой в НИИ проблем безопасности, преподавал в высшей школе ФСБ, написал ряд научных трудов по теории безопасности и разведки. Для сотрудников Института динамического консерватизма стало большой неожиданностью, что Станислав Валерьевич, чрезвычайно обаятельный и, как нам показалось, полный энергии человек, блестяще отвечавший на вопросы аудитории, не прожил и месяца после своего семинара. В конце мая Лекарев должен был сделать ещё один доклад в ИДК по теме «Секретная служба стратегической разведки. Личная разведка Сталина».
Я расскажу вам о главных признаках терроризма и механизмах борьбы с ними. Каждый свой довод я буду подкреплять примерами из своего прошлого, чтобы не казаться голословным. Работая во внешней контрразведке, которая занимается и проблемами терроризма тоже, я накопил достаточный опыт для того, чтобы раскрыть эту тему на профессиональном уровне.
Для начала я приведу вам пример, как англичане в своей стране покончили c терроризмом. По роду своей деятельности я работал в лондонской резидентуре и имел возможность изучить английский метод борьбы с терроризмом. Англичане заставили ИРА отказаться от вооружённой борьбы с помощью своих резидентов. Победили очень своеобразно, при помощи агентуры, которую вербовали среди ирландских детей, в местах скопления ирландских общин по всему миру. Общины они разыскали в Африке, Австралии, Новой Зеландии, где живут контактные ирландцы. Направили туда опытных контрразведчиков, которые стали меценатствовать, опекать детей. Если у детишек не было проблем с учёбой или устройством на работу, то им создавали такие проблемы, а потом устраняли их.
Таким образом, англичане завоёвывали доверие молодых ирландцев, делали их своими друзьями, и постепенно выводили их на вербовщиков ирландских террористических ячеек. Всем известно, что вечной проблемой всех тайных организаций является снабжение молодой кровью, пополнение рядов молодёжью. Соответственно, завербованные ирландцы попадали в террористические круги, их инструктировали должным образом и они становились полноправными членами ирландских террористических организаций. Англичане, со своей стороны, разрешали им участвовать в терактах, при условии уведомления об этом своих кураторов. Им разрешалось ещё много вещей, которые наносят внешний ущерб интересам английских спецслужб, но за это они сдавали участников террористических организаций, каналы связи, источники финансирования.
Когда была собрана вся необходимая информация, англичане провели операцию – в 1 день арестовали несколько сот участников террористических ячеек Ирландской республиканской армии. Причём, они не стали скрывать своих методов, а объявили прямо и открыто, как они это сделали. В общем, дали понять ирландским террористам, что английские агенты проникли во все ряды ИРА, что боевикам некуда деться и их будут наказывать по полной программе, если отловят. Следствием этого стало заявление о том, что Ирландская республиканская армия отказалась от вооружённой борьбы. На какой-то период появилась временная Ирландская республиканская армия, но масштаб был уже не тот.
Что я могу сказать, проанализировав английский опыт? Это, безусловно, очень интересная комбинация, которая показывает, как важно контролировать деятельность террористов и иметь возможность принимать меры до того, как произойдёт очередной теракт, а не после этого. Именно для этого нужно изучать проблему комплексно, создавать необходимые условия для взаимодействия и координации всех служб, которые противостоят терроризму.
Что такое взаимодействие и координация в системе борьбы с терроризмом? Это один из 3 китов, на которых стоит вся система спецслужбы, и от которого зависит успех или неуспех. Все наши неуспехи происходят оттого, что мы бьём в основном «по хвостам»: где-то что-то взорвалось – и мы начинаем разыскивать, вычислять, а в этом случае нужно опережать противника.
1-й из 3 китов борьбы с терроризмом – это информация, собранная агентурой легальным путём или из архивов, сгруппированная или структурированная в некие базы данных, на которые можно опираться, и исходя из которых можно планировать свою деятельность. Естественно, учитывая собственные силы и средства.
2 – это планирование. Планирование работы – это штабное искусство, которое, к моему величайшему сожалению, сегодня утрачивается. Приведу пример, как это работало во времена Андропова. В то время я был помощником начальника контрразведки, сидел, что называется, на планах, которые приходили из нижних подразделений. Как это делалось? Андропов приезжал из Политбюро, собирал начальников главков: 1-е Главное Управление – это разведка, 2-е главное – контрразведка, 3-е главное – военная контрразведка, 4-е – транспорт, связь, 5-е – идеологическое, 6-е – промышленное и т.д. Ставил задачу, дескать, «борьба с терроризмом на современном этапе, по имеющимся данным некие группы активизировались и хотят провести на нашей территории акции. 3 дня, планы по вашей линии мне на стол». Начальники главков уходили к себе, собирали начальников отделов. Надо сказать, что у каждого было по 17-20 отделов. Начальники ставили задачу своим подчинённым и давали срок в 2 дня, те в свою очередь собирали начальников отделений и назначали срок, но уже в 1 день. Начальник отделения собирал своих оперативников и требовал составить планы к вечеру текущего дня. И начиналась работа.
Планы быстро верстались и по цепочке передавались наверх. В мои обязанности входило объединять планы, которые передали мне 20 отделов 2-го Главного управления. Сам я ничего в них не добавлял, а просто группировал по назначению: это организационный план, это агентурно-оперативный, это оперативно-технический, это материально-финансовый. Планы получались большие, на 30-40 страниц. Потом я отдавал их помощнику Андропова. Таким образом, у него скапливалось 15 таких планов, по одному от каждого управления. Он их верстал по тому же принципу, что и я. И на выходе получался один большой план на 100-150 страниц, с указанием ответственных исполнителей, сроков исполнения и т.д. И планы начинали работать. Без малейшего преувеличения могу сказать, что это была мощнейшая вещь. Не скрою, мне иногда казалось, что это невыполнимо, но планы срабатывали, как ни удивительно. Это и есть сила взаимодействия, когда все усилия были подчинены одному начальнику, в нашем случае, Андропову.
Теперь расскажу о 3-м ките под названием взаимодействие и координация. Поскольку я работал во 2-м главке, мне приходилось иметь дело с иностранными журналистами и, скажу вам, все они шпионили «по-чёрному». Зная, что они все общаются с советскими журналистами, которые находились в ведении 5-го управления, я шёл к помощнику Бобкова (Филипп Денисович Бобков, начальник 5-го управления КГБ СССР в 1969-1991 годах. – Прим.ред.) и говорил ему, что надо нам с ним договориться, его агентов из советских «подсунуть» под моих шпионов и мы сможем координировать действия, он со своей линии, я со своей. Вот это называется координация. Я не мог ему приказать, я мог только придти к нему, поклониться, принести подарки и по-хорошему договориться.
Итак, вот 3 компонента – информация, план, взаимодействие и координация, на которых всё должно держаться. Ну и конечно, начальник, которому ты подчиняешься, доверяешь и готов за него в любое время суток в огонь и воду. Без этих компонентов ничего не получится в любом деле, не только в борьбе с терроризмом. Поэтому, деловая ли разведка, или ещё какой-то бизнес, они всегда будут стоять на этих китах. Главное, повторюсь, это информация. Без неё просто не понять, что такое современный терроризм. Необходимо знать, откуда растут у него ноги, чтобы что-то ему противопоставлять.
Вот ещё 1 пример. Вы никогда не обращали внимания на то, что в метро иногда можно встретить молодых кавказцев в спортивных костюмах, которые идут группой, спокойно, не бузят? Даже если ваше внимание на них и остановится, вы подумаете, что они возвращаются со стадиона или с тренировки. Даже если они перепрыгнули через турникет, вахтёрша им свистнет для порядка и всё.
Но не всё так просто. Опытные милицейские дежурные из тех, что несут службу в метро, и их напарники, из числа начальников отделений, должны будут трактовать эту ситуацию совсем не так однозначно. Скорее всего, так они должны подумать, это стажёры-боевики, прошедшие подготовку в центре, изучают оперативную обстановку, режим на месте, может быть, будущего теракта, ведут разведку и смотрят, обращает ли внимание милиция на хулиганские выходки, как быстро реагируют все службы метрополитена.
В этом случае их необходимо остановить, проверить документы, отксерокопировать их и внести в базу данных. Это необходимое условие для того, чтобы в нужный момент можно было опереться на эти данные, вести розыск, на основании фотографий вычислить в видеоматериалах возможных взрывников, понять, кто они, откуда приехали. Это трудоёмкий процесс, – сейчас уже, к сожалению, никто этим не занимается. Службы кивают друг на друга, стараясь свалить нудные обязанности на кого-нибудь другого. А ведь, если вспомнить английский опыт, этих молодых боевиков можно перевербовать, и, таким образом, проникать вглубь террористических сетей.
Теперь перейду непосредственно к особенностям терроризма.
1 особенность – это группа агитпропа. Агитпроп в терроризме имеет очень большое значение. Это такой своеобразный террористический PR. Большинство нападений боевиков тщательно готовится и совершается в тех местах, которые находятся в непосредственной близости от стратегически важных объектов. Государственная дума, метро, Кремль, штаб-квартира СВР, административное здание МВД, ФСБ, аэродромы. Последние взрывы в метро это демонстрируют даже слишком явно. Лубянка – прямое указание на тех, кому это адресуется. Спите спокойно, дорогие товарищи, пока мы делаем то, что хотим. Под землёй ли, в воздухе, а надо будет, то и в воде.
2-й взрыв был на «Парке Культуры». В официальной версии говорилось, что этот теракт произошёл там по ошибке, дескать, целью была станция «Октябрьская», где располагается здание МВД. Но все забыли, что на «Парке Культуры» выходят сотрудники Главного управления ракетных войск стратегического назначения. Весьма неглупо. Что это им даёт? Возможность сказать, что они не террористы, а диверсанты, которые работают по военным объектам. И работают, ни больше, ни меньше, со времён Дудаева. Выглядеть в глазах западной общественности борцами за свободу для них вполне выгодно.
2 особенность, отнесем её тоже к агитпропу, это особая жестокость в проведении актов. Целью для насилия выбираются дети, абсолютно невинные люди, пассажиры метро, маршруток, простые граждане. На этом фоне демонстрация спланированности собственных действий и очевидной безнаказанности явно имеет целью проиллюстрировать бессилие российских силовых структур, которые в основном «бьют по хвостам». Это явно рассчитано на то, чтобы вызвать у людей неверие в способность властей контролировать ситуацию, создать иллюзии абсолютного бессилия властей перед безнаказанными выходками террористов.
Теперь перейдём к следующей особенности – максимальному привлечению внимания средств массовой информации. Снова пример: у нас были теракты в день Победы, 1 сентября, в день избрания президента, в день города. А кто скажет, к чему были приурочены последние теракты в метро? А ведь это точная дата, день в день. Никто об это не вспомнил. Это был день, когда Путин объявил о том, что мы будем «мочить террористов в сортирах». Они, правда, пошли дальше, этот день «отметили» по-своему и приурочили 40-й день смерти жертв в метро ко Дню Победы. Это значит, что все свои акции террористы планируют с учётом агитпропа.
4 особенность – это то, что такие акты проводятся в качестве «ответных мер». По крайней мере, это так преподносится. И опять приведу пример. Официально он не был признан терактом, но я сейчас очерчу круг особенностей, и вы сами сможете определить, как эту акцию рассматривать.
Так вот, на следующий день после ликвидации Яндарбиева произошла трагедия в Трансваале. Центр общественных связей заговорил о техногенной катастрофе. И снова никто не учёл места трагедии. Аквапарк Трансвааль располагается в Ясенево, где находится штаб-квартира СВР. Я был в Трансваале через час после обрушения кровли и слышал мнения очевидцев. 1-й хлопок был зафиксирован на 17-й несущей опоре, она рухнула, на людей стала падать крыша, стекло, поднялась паника, люди выбегали из аквапарка, оставляя за собой кровавые следы. Естественно, всё это снимали приехавшие туда почти сразу телевизионщики. Ужас, крики пострадавших, трупы, кровь на снегу, все это было похоже на террористический агитпроп.
А свидетели вспоминали, что ещё до катастрофы видели некую группу людей с детьми, которая фотографировалась возле этой опоры. Мне кажется, что опора – не самое живописное место в аквапарке, не правда ли? Тем более – несущая опора. Но все продолжают воспринимать это, как техногенную катастрофу, хотя налицо демонстративность акции, характерная для терактов. И это ещё одна особенность.
И ещё пример, который не признаётся терактом, это Останкинская башня. Факел, который горит, напоминая о том, кто здесь хозяин. Не признаётся терактом пожар в Манеже. Но показывали его с Красной площади через стенку Кремля. Всё это происходило в день инаугурации президента. Я к тому, что пресса тоже вносит свою лепту в агитпроп террористов, уж не знаю, за деньги ли или завербованные люди работают.
Ещё одна особенность – это стремление унизить достоинство россиян. Это и Трансвааль, когда обезумевшие от горя люди искали своих детей, оставляя кровавые следы на снегу, это и Норд-Ост, когда был общий туалет в оркестровой яме, это и Беслан, когда детей заставляли пить собственную мочу и кричать «отпустите на волю наш народ». Все эти факты копятся, остаются в памяти.
Следующая особенность – фиксирование терактов на видеоплёнку. Это, как правило, делается, но зачем, спросите вы? Во-первых, это учебное пособие для тех, кто будет в дальнейшем участвовать в террористических акциях. Моё личное мнение, что это ещё производится в интересах иностранной разведки. Таким образом, можно установить по минутам, когда спохватятся спецслужбы, сколько времени есть у боевиков с того момента, когда они что-то взорвали, захватили и т.д. Это называется документирование, основа основ борьбы с противником. А заодно это привязывает участников, которые участвуют в деле, к совершению преступления. Делается это с таким расчётом, что человек начинает думать, что он никуда уже не денется, он повязан по рукам и ногам, его участие зафиксировано и отступать ему некуда. Кстати сказать, иногда к терактам привлекают друзей, коллег, это называется «вербовка под прессом».
Вот те особенности, которые связаны с агитпропом.
Далее мы рассмотрим организационно-управленческие особенности. Здесь я скажу вам одну вещь, от которой официальные структуры постараются откреститься. Дело в том, что противник, а террорист – это тот же противник, действует по законам и принципам нелегальной разведки. А это самая изощрённая, самая тонкая и сложная вещь, потому что провал там нельзя оценить. Если проваливается нелегал, то сыпется и агентура, и оперативные возможности, поэтому твоя безопасность в твоих собственных руках. Что это значит? Это значит, что ведётся высококвалифицированное планирование операций в центре. Причём эти операции планируются в глобальном масштабе.
Мне пришлось читать лекции в Академии ФСБ для коллег из Палестины и коллег с Кубы. Мы с ними обсуждали проблемы планирования. Что получилось? Для примера взяли теракт в Штатах 11 сентября. Они мне всё очень грамотно разложили, как по нотам, сколько человек в этом участвовало, сколько денег было потрачено, сколько времени понадобилось на подготовку и планирование.
Во-первых, они рассмотрели участие всех возможных групп, которые осуществляли теракт. Это группа разведки объектов проникновения, группа захвата, группа дублёров, группа сокрытия, группа обеспечения, транспорт. Затем сказали, сколько всё это стоит. А это зависит от того, сколько ушло времени на всю подготовку, на разведку, с момента появления идеи. Рассказали, каковы источники финансирования, и какие каналы поступления денег. Грамотные ребята. Они и наши теракты вот так хотели расписать. Но мне не захотелось этого слушать, потому что слишком явными были наши провалы в этих операциях.
Я к тому это говорю, что проведение любой операции определяется подготовкой состава, руководством, обеспечением вооружения, транспорта, питания, средств связи, обеспечением разведки по периметру, обеспечением прикрытия в случае отхода, чистильщиками. Всё это надо заранее предусматривать. И после теракта нужно не уничтожать всех свидетелей, как это сделали в случае Норд-Оста, а следить за теми, кто выжил и разбежался.
У любой нелегальной разведки должны быть центры, которые направляют всю деятельность. Всем известно, что они есть в Турции, на Кипре, раньше были в Боснии. У резидентуры для проведения таких актов, которые были в Москве, должен тоже иметься руководящий центр. А где он может располагаться? Да хоть и в Подмосковье. Ведь это очень удобно. Миллионы людей живут около столицы, их сложно проверить.
Следующие особенности относятся к группе участников операции, боевикам. Ну, кто они такие, известно. Как правило, это иностранные наёмники. Доходило до того, что в операциях участвовали даже негры. Очень много арабов. Также очень популярно использование смертников. С этим сложно бороться. Так же, как и с привлечением к участию в терактах детей и молодёжи. Хотя вот англичане, как я уже рассказывал, сумели из этого извлечь для себя пользу. С такими вещами может бороться только агентура, внедрённая в самый центр. Да только её ещё надо суметь туда внедрить. Хотя и в нашей практике такие вещи делались.
Приведу пример. Было это сразу после войны, когда встала серьёзная проблема борьбы с бандитами, так называемыми «лесными братьями» в Прибалтике. У меня был приятель, его внедрили в банду с 14 лет. Он с этими «братьями» ходил на операции, взрывал, убивал. Но, между делом, бегал в лес, закладывал там в дупло дерева тайник с информацией, где готовится очередная акция, в каком районе. Из тайника информацию забирал наш опер. Он всё делал очень грамотно, но его заподозрили и схватили. Стали судить. Хотели расстрелять, но потом помиловали.
Я спрашивал его, что он чувствовал в это время. Он рассказывал, что был спокоен, так как видел, что его коллеги из агентурной группы, внедрённые в эту банду, сели тихонько по краям поляны, где проходил суд и взводили затвор у ручного пулемёта, чтобы, если что, всех бандитов положить на месте. Это один из примеров удачного внедрения агента в интересующую структуру.
Но здесь тоже есть сложности. Если, например, в операциях используются семейные пары с детьми, то куда внедрять агента? В семью-то его не внедрить. Подобная практика использования семейных пар и детей началась в Израиле, где смертники-подростки – уже привычное дело. И от этого, на мой взгляд, нет рецептов. Ещё одна особенность – боевики в масках. Одни участвуют в терактах в масках, другие без. Те, которые в масках, видимо, сохраняют себя для будущих операций. Те, кто идёт с открытым лицом, решили идти до конца и пожертвовать своей жизнью.
Следующая особенность – комплектование и тактика групп боевиков. В основном, это применение небольших групп, состоящих из специалистов. Каждый выполняет свою функцию. Это участники диверсионных акций, таких, например, как акция в Нальчике, когда они захватили здания МВД, ФСБ. Обычная спецоперация, которая продемонстрировала высококвалифицированную подготовку. Они показали, что могут захватить город, район, субъект федерации. А потом они ушли. Сами…
Алексей Середин, Станислав Лекарев
Агитпроп от генпрокурора
По поручению генпрокурора Южной Осетии Урузмага Джагаева, накануне прокуроры Ленингорского и Цхинвальского районов, а 26 февраля и прокурор Дзауского района провели совещания с участием районного руководства, на которых осудили действия парламентской оппозиции. Участники встреч потребовали принять меры воздействия в отношении парламентариев, которые, по их мнению, незаконно бойкотируют заседания.
Предметом обсуждения районных прокуроров и организованных ими совещаний стали «результаты проведенного Генпрокуратурой анализа действующего законодательства и нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность Парламента Республики Южная Осетия».
Копии этого анализа были переданы главам поселковых и сельских администраций районов для информирования населения о правомерности принятия парламентом республики закона «О государственном бюджете на 2021 год» без кворума, простым большинством.
Главы поселковых и сельских администраций, говорится в сообщении, положительно оценили принятое парламентом решение и осудили бойкот парламентских сессий, называли его незаконным и необоснованным, несущим угрозу суверенитету и территориальной целостности, а также «отметили необходимость принятия мер правового воздействия в отношении депутатов, незаконно бойкотирующих работу парламента».
Депутат от оппозиционной партии «Ныхас», юрист Зита Бесаева повторяет, что генпрокурор превысил свои полномочия, так как не имеет права оценивать соответствие законов и нормативных актов Конституции, давать оценку конституционной деятельности парламента. Урузмаг Джагаев фактически наделил себя полномочиями Конституционного суда, а теперь, судя по его активности, заделался еще и политиком, что также противопоказано надзирающим органам, говорит Зита Бесаева:
«Вы видите, какую черту переходит Генеральная прокуратура? В данном случае она является не только правоохранительной структурой, но перешла еще и в сферу Конституционного суда, и в то же время Генпрокуратура является каким-то пропагандистским органом для исполнительной власти. Получается какой-то универсальный орган на все случаи жизни. Наверное, все-таки существуют другие способы предоставления такой информации. Почему же депутаты от «Единой Осетии» не разъезжают, не убеждают людей в том, что они приняли правильное решение?»
В самом деле, почему бы товарищам из партии власти не последовать примеру коллег из «Народной партии» и «Ныхаса» – ходить по дворам, встречаться с людьми, объяснять свою позицию?
Другое дело, говорит Зита Бесаева, что прокуратура могла бы отреагировать на совершенное депутатами от «Единой Осетии» и «Единства народа» нарушение четвертого пункта статьи первой Конституции, которая гласит: «Никто не может присваивать власть в Республике Южная Осетия. Захват власти или присвоение властных полномочий является тягчайшим преступлением против народа и преследуется по закону».
По мнению Бесаевой, именно это преступление совершили восемнадцать депутатов, которые упразднили регламент парламента и простым большинством провели заседание 16 февраля:
«В любом случае, по факту совершения такого действия прокуратура должна была возбудить уголовные дела. Мы понимаем, что сейчас, в нашей ситуации, прокуратура не будет возбуждать уголовные дела, и нет реакции от КГБ – это меня тоже настораживает. Должна была последовать реакция соответствующих органов, но сегодня мы этого не видим, поэтому есть основания предполагать, что при дальнейшем развитии ситуации они смогут совершить еще больше злоупотреблений, нарушить все что угодно. Но я все-таки думаю, что по истечении какого-то времени мы вернемся к этой истории, и соответствующие органы дадут свою оценку действиям депутатов, к ним будут применены соответствующие нормы уголовного законодательства. Я на это надеюсь, потому что такие решения, которые бьют по государственному устройству, нарушают Конституцию (в данном случае мы говорим о захвате властных полномочий определенным кругом депутатов из партии власти), не останутся безнаказанными. Эта история не должна сама собой пройти, эти лица должны быть привлечены к ответственности.
– По-другому никак не поучится вернуться к нормальной жизни или, как сейчас говорят в Южной Осетии, в правовое русло?
– Они все сделали, чтобы разрушить государственное устройство и продолжают рушить. Они по-другому не могут. Правовое русло – это не их сфера деятельности, они не чувствуют себя комфортно, когда надо исполнять законы. Вот когда все по беспределу – вот это их среда, они в ней очень вольно чувствуют, особенно когда наверху есть защита, когда их мнение преобладает. Даже при их меньшинстве в парламенте, они хотят переломить ситуацию любым способом, не дать возможность парламенту законным образом провести процедуру, принять решение».
Депутат от партии «Ныхас» Давид Санакоев называет эту ситуацию неслыханной. Только вдумайтесь, говорит он, по заданию генпрокурора его сотрудники собирают по всей республике представителей поселковых администраций, чтобы агитировать их за одну фракцию парламента против другой фракции. С одной стороны – это окончательная деградация институтов, участвующих в этом цирке, а с другой, это все-таки признание вины. Люди, уверенные в своей правоте, так себя не ведут, считает Давид Санакоев:
«Один из ближайших сподвижников Адольфа Гитлера – Йозеф Геббельс как-то сказал: «Ложь, произнесенная тысячу раз, становится правдой». Видимо, расчет именно на это. Действующая власть избрала именно такую стратегию – она теперь заставит многие инстанции, многих чиновников и просто зависимых от нее людей повторять, что никакого преступления партия власти не совершала, что все было ради народа, для народа, во благо народа… Что тут скажешь? И Геббельс, и его фюрер плохо кончили».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Агитпроп (БСЭ, 1926) | Понятия и категории
АГИТПРОП, Агитационно-Пропагандистский Отдел Центрального (или местного) комитета РКП(б), орган, руководящий агитационно-пропагандистской работой: выполняет задания парт, комитета в области руководства идеологической работой, направляет и контролирует просветительную деятельность Советских, профессиональных, кооперативных и других организаций (через партийцев, находящихся в руководящих органах, и через комфракции). Во времена царизма, находясь на нелегальном положении, и после февральской революции, выйдя из подполья и борясь за влияние на массы, партия уделяла много внимания и сил агитации и пропаганде (устная и печатная, демонстрации и т. д.). Партия создавала кадры работников, наряду с организационной работой отдававшихся, по преимуществу, агитационной или пропагандистской работе (группы агитаторов, пропагандистские коллективы, коллегии пропагандистов при комитетах и т. п.). Эта отрасль работы оформилась в виде отделов комитетов после завоевания власти и по окончании первого периода гражданской войны, когда новые задачи руководства государственной работой и расширявшийся размах деятельности партии требовали отчетливой дифференциации различных видов работы (организационная, по работе в деревне, военная и т. д.). Направление, цели и формы Агитпропа, естественно, тоже подверглись значительному изменению. До Октябрьской Революции главной задачей партии в области Агитпропа было политическое воспитание трудящихся (в первую очередь рабочего класса и его передовых элементов), выяснение необходимости революционной борьбы с помещичье-капиталистическим строем России. В настоящее время это политическое воспитание и просвещение направляется на укрепление пролетарской диктатуры, углубление союза рабочего класса и крестьянства, на упрочение власти советов, осуществляющих смычку рабочего класса и крестьянства, на выявление перспектив международной революции (изучение опыта Октябрьской Революции и империалистской войны, развитие международной солидарности и т. д.), на подготовку масс к сознательному участию в хозяйственном и культурном строительстве социализма. До революции партия в агитационной деятельности своей стремилась воздействовать на трудящиеся массы—в целях концентрации элементов политического недовольства и протеста против эксплуататорских классов, против помещичье-буржуазной власти; она стремилась помочь массам осознать задачи борьбы и вовлечь их в революционную борьбу. Теперь партия своей агитацией направляет усилия победившего рабочего класса и крестьянства на поддержку Советской власти во внешней и внутренней поли-тике, выражающей интересы трудящихся, на хозяйственное строительство, на усиление Коммунистического Интернационала, руководящего борьбой за коммунизм в международном масштабе (кампания по поднятию производительности труда, оживление советов, разъяснение действий и планов международного империализма, укрепление Красной армии и т. д.). К тем средствам, которыми располагала партия до революции (листовка, газета, массовка, выступление большевика-депутата в Думе), присоединилось много новых: сеть школ политграмоты, совпартшкол, комвузов, кружков марксизма и ленинизма, рабочих клубов, изб-читален, кружков политсамообразования и т. д. Под руководством пропагандистов партийные и беспартийные рабочие и крестьяне усваивают основы ленинизма, учатся связывать теорию пролетарской революции со своей повседневной работой и участием в социалистическом строительстве. Газеты и издательства, бывшие в руках идеологов помещиков и капиталистов очагами бесстыдной лжи и затемнения сознания трудящихся масс, теперь, под руководством компартии (ее агитпроп-органов), служат делу политического просвещения и воспитания народных масс. Советская школа (от первой ступени и пункта по ликвидации неграмотности до вуза),— из которой изгнаны религиозный дурман, фальсификация науки, методы начетничества, книжной схоластики, оторванной от жизни, — готовит, под руководством партии и Советских органов, политически просвещенных строителей новой жизни. Наконец, Агитпропу принадлежит общее руководство систематической работой по борьбе с враждебными пролетариату идеологическими течениями и с искажениями науки, с идеализмом и мистицизмом, политическое руководство научно-исследовательской работой коммунистов (Научно-Исследовательские институты, Коммунист. Академия, Институт Красной Профессуры и т. д.). Значительное место в работе агитпропотделов занимает политико-культурная работа среди национальных меньшинств. Эту работу под руководством Агитпропа ведут секции и их бюро: секции ведут агитационную работу среди нацменьшинств на их родном языке, выдвигают перед партией вопросы политического и культурного строительства, вытекающие из бытовых и культурных особенностей этих национальностей. Агитационные отделы комитетов (областных, губернских, уездных, районных), во главе которых стоят авторитетные члены комитетов (обыкновенно члены бюро), опираясь на агитаторские, пропагандистские и литературные силы организации, проводят соответствующие политические кампании (например, по выборам в советы, укреплению кооперации и т. д.), руководят и направляют внутрипартийную воспитательную работу по программам и планам Агитпропа ЦК. Агитационно-пропагандистской работой в ячейке руководит бюро и секретарь ячейки, опираясь на помощь райкома, укома. После XIII партийного Съезда, давшего обстоятельную резолюцию директивного характера по агитационной работе, ячейки фабрик и заводов создают у себя низовой Агитпроп — в лице выделяемого из состава бюро Агитпропа организатора. Дело агитации, бывшее до революции и в первые годы революции исключительно делом узкой прослойки подготовленных партийных интеллигентов и немногих старых революционеров-рабочих, постепенно получает опору в подрастающих и выдвигающихся рядовых рабочих. Кружки агитаторов, пропколлективы, шефкомиссии, кружки докладчиков создаются теперь на каждом сколько-нибудь крупном заводе, в них вырабатываются десятки тысяч агитаторов и пропагандистов — рабочих от станка. Партия выковывает мощную армию агитаторов и пропагандист, в лице селькоров и рабкоров, редколлегий и сотрудников стенных газет. Вокруг партии начинает вырастать слой помощников и в деревне (избачи, демобилизованные красноармейцы, селькоры, учи теля, активные передовики-крестьяне).
Агитационный аппарат партии опирается на непрерывно растущую широкую сеть агитаторских и пропагандистских сил, в своей повседневной работе за станком, на фабрике, в беседах и т. д., ведущих агитацию за партию, за ее великие задачи, пропагандирующих идеи ленинизма. Успехи агитационной работы партии объясняются в особенности тем, что партия всегда органически и крепко была связана с рабочими массами, ее задачи и лозунги — правильно понятые и отчетливо формулированные интересы рабочих масс. Глубокая историческая правда нашей агитации и пропаганды, отвечающая величию тех исторических и мировых по значению задач, которые ставит себе партия—этот авангард пролетариата: вот в чем сила агитационной работы партии и разгадка ее мощного, организующего миллионы трудящихся масс, характера. «Ясность агитации есть основное условие. Если наши противники говорили и признавали, что мы сделали чудеса в развитии агитации, то это надо понимать не внешним образом, что у нас было много агитаторов, и было истрачено много бумаги, а это надо понимать внутренним образом, что та правда, которая была в этой агитации, пробивалась в головы всех. И от этой правды отклониться нельзя» (Ленин).
С. Сырцов.
Большая советская энциклопедия. Гл. ред. О.Ю. Шмидт. Том первый. А – Аколла. – М., АО Советская энциклопедия. – 1926. Колонка. 420-423.
агитпроп — Политический словарь
Агитпроп — это политическая пропаганда, особенно в форме искусства или литературы, которая используется для продвижения политической позиции.
Термин возник в Советской России и является аббревиатурой от агитационной пропаганды (агитационной пропаганды). Пропаганда была ключевым аспектом стратегии советского правления.
В брошюре 1902 года «Что делать» Владимир Ленин изложил свои взгляды на роль пропаганды и агитации. По мнению Ленина, каждая из них должна сыграть важную роль.Пропагандист работал в основном в печати и произвел логический анализ социальных проблем, таких как бедность. Агитатор, в свою очередь, действовал на эмоциональном уровне, пробуждая в людях интерес к социальным недугам.
К 1920-м годам секция агитации и пропаганды была прочной частью советского правительства. Отделение действовало на самом местном уровне, и агитаторы были главным средством связи партии с большинством людей. Плакаты, скульптуры и картины — обычно выполненные в стилизованном, гиперреалистичном стиле — также были важной частью российского агитпропа.
Agitprop также имеет глубокие корни в Северной Корее. Плакаты и статуи, созданные правительством Северной Кореи, выглядят как что-то из советского отдела пропаганды 1950-х годов. Изображенные лидеры, конечно, разные, но стилизованные, неуклюжие образы такие же. И сегодня, спустя десятилетия после распада Советского Союза, Северная Корея продолжает выпускать плакаты с изображением сияющих заводских рабочих.
На западе термин «агитпроп» обычно ассоциируется с артистами и левыми мотивами.Работы уличных художников вроде Бэнкси часто называют агитпропом. Некоторые консервативные эксперты утверждают, что вся продукция Голливуда сводится к «прокоммунистическому» агитпропу. Но термин не ограничивается левыми. Его также используют — обычно в уничижительном смысле — для описания любого, кто пытается продвигать сильную идеологию.
Александрию Окасио Кортес, первого члена конгресса из Нью-Йорка, часто называют мастером агитпропа. Окасио Кортес широко известен своим использованием социальных сетей и умением вдохновлять людей лозунгами и изображениями.Однако ее критики жалуются, что Окасио Кортес близок к советской пропаганде.
Консерваторы заявили, что серия плакатов, созданных Окасио Кортесом в 2019 году, выглядела «так, как будто Советский Союз разместил бы на Красной площади». (Плакаты были созданы, чтобы подчеркнуть предложения Окасио Кортеса относительно «Нового зеленого курса». Сотрудники Окасио Кортеса заявили, что их стиль ретро был вдохновлен произведениями искусства эпохи Нового курса.)
Бывший советник президента Трампа Стив Бэннон также считается мастером агитпропа.Бэннон был у руля консервативного Breitbart Media, но он также много лет работал в Голливуде в качестве продюсера и режиссера. Бэннон снял серию документальных фильмов, в том числе один о движении «Чаепитие» («Битва за Америку»), а другой — о движении «Оккупай» («Захвати без масок»).
Сам Бэннон однажды сказал, что его цель — «поразить» аудиторию. Критики Бэннона писали, что просмотр документальных фильмов был подобен «агитпроповской лихорадке».
Бруклинский музей: Агитпроп!
В ключевые моменты истории художники вышли за рамки галерей и музеев, используя свои работы как призыв к действию для создания политических и социальных изменений.За последние сто лет термин агитпроп , комбинация агитация и пропаганда , напрямую отражал цель этой работы.
Агитпроп! связывает современное искусство, посвященное социальным изменениям, с историческими моментами творческой активности, выделяя мероприятия, которые стремятся мотивировать широкую и разнообразную публику. Исследуя сложность, диапазон и влияние этих художественных приемов, включая фотографию, пленку, гравюры, баннеры, уличные акции, песни, цифровые файлы и веб-платформы, выставка расширяется в рамках уникальной и динамичной структуры.Он открылся работами двадцати современных художников, отвечающих на насущные проблемы дня, в диалоге с пятью историческими примерами. Вторая волна современных работ была добавлена 17 февраля 2016 года, а третья будет добавлена 6 апреля 2016 года — каждая волна художников выбирает своих художников из следующей.
Эти проекты освещают борьбу за социальную справедливость с начала двадцатого века, от избирательного права женщин и кампаний против лишения свободы до современных требований в области прав человека, защиты окружающей среды и протестов против войны, массовых тюремных заключений и экономического неравенства.
В первый раунд приглашенных художников вошли Луис Камнитцер, Что Делать?, Чжан Дали, Dyke Action Machine !, Друзья Уильяма Блейка, Коко Фуско, Futurefarmers, Ganzeer, Gran Fury, Guerrilla Girls, Дженни Хольцер, Департамент бедности Лос-Анджелеса, Йоко Оно, Otabenga Jones & Associates, Марта Рослер, Sahmat Collective, Dread Scott, Adejoke Tugbiyele, Сесилия Викунья и Джон Даггер, а также в совместной работе The Yes Men with Steve Lambert, CODEPINK, May First / People Link, Evil Twin, «Улучшай везде, а не альтернатива» вместе с более чем тридцати писателями, пятьдесят советниками и тысячей добровольных распространителей.
Второй тур художников включает Amnesty International и El Zeft, Джелили Атику, Дэвида Брауэра и Джерри Мандера, Нэнси Бьюкенен, Interference Archive, Lady Pink, Марину Напрушкина, Not An Alternative, Occupy Museums, Шани Петерс, Дженни Полак, Лори Джо Рейнольдс , Л. Дж. Робертс, Хуанг Руи, Индер Салим, Тэнможи Саундарараджан, Эндрю Тайдер и Джефф Гринспен, а также Ультра-красный.
В третий раунд художников вошли Андреа Бауэрс, Combat Paper (с Кевином Баслом, Дрю Кэмерон и Натан Льюис), Энди Дао и Иван Кэш, Сонг Донг, Enmedio, Faith57, Khushboo Gulati, The Illuminator, Мариса Моран Ян (Studio REV -) и Яэль Меламед (SALTY Features), Ато Малинда, Беатрис Сантьяго Муньос, Pussy Riot, Рена Рэдл и Владан Еремич, Мануэла Рибаденейра, Visual AIDS (с Таней Андерсон, Беверли Блэнд Бойдстон III, Жан Фус, Рейна Госсетт, Киа Лабе Элис О’Мэлли, Морган М.Пейдж, Джейми Кью, Элизабет Мари Ривера, Л.Дж. Робертс, Сью Шаффнер, Сариния Срисакул и Джессика Уитбред) и Странный Аллан Капроу (Эрин Шарпентье, Закари Гоф, Трэвис Нил и Шарита Таун). В дополнительном проекте Александра Двинелла, Ноя Фишера, The Illuminator, Movement to Protect the People (MTOPP), Not An Alternative, Сары Квинтер из Mi Casa No Es Su Casa и Derecho a Techo, Антонио Серна из Color Bloc и Arts & Labor’s Рабочая группа по альтернативным экономикам, Ультра-красные и Бетти Ю.
Агитпроп! организована сотрудниками Центра феминистского искусства Элизабет А. Саклер: Сайшей Грейсон, помощником куратора; Кэтрин Дж. Моррис, куратор семьи Саклер; Стефани Вайсберг, помощник куратора; и Джесс Уилкокс, бывший координатор программ.
agitprop — определение и значение
Офис пропаганды страны, созданный по образцу одноименного советского агентства, благодаря усилиям которого возник термин « агитпроп », занимается распространением лозунгов, произведений искусства, фильмов и сообщений в СМИ, укрепляющих режим.
Изделия из шифера
Может быть, Black Caucus Конгресса, или Эрик Холдер, или даже Media Matters, должны вложить свои деньги туда, где находится их агитпроп , и рискнуть 100000 долларов, чтобы увидеть, выступят ли какие-либо свидетели, чтобы поддержать их противников в инциденте с Новой Черной Пантерой.
Заговор Волоха »Подробнее о записке Генерального секретаря по делу Торговой палаты США против Канделарии
То, что некогда уважаемый и влиятельный журнал публикует такого рода агитпроп , поистине позорно.
Ледин и китайский «фашизм» «Блог Antiwar.com
Но за агитпропом скрывается финансовое насилие: подачки богатым, разрушение нашей инфраструктуры, осквернение окружающей среды и отказ от нуждающихся.
Боб Бернетт: Выборы 2010: Выбор обидчика
По сути, все складывалось примерно так: последние несколько месяцев CNN документировал деятельность некоторых молодых людей консервативного движения, в том числе О’Киф, чей тайный агитпроп является одним из основных продуктов организации под названием Project Veritas.
Шутка Джеймса О’Кифа на CNN не удалась: активист планировал устроить соблазнение Эбби Будро в плавучем «Дворце удовольствий»
Но за агитпропом скрывается финансовое насилие: подачки богатым, разрушение нашей инфраструктуры, осквернение окружающей среды и отказ от нуждающихся.
Боб Бернетт: Выборы 2010: Выбор обидчика
По сути, все складывалось примерно так: последние несколько месяцев CNN документировал деятельность некоторых молодых людей консервативного движения, в том числе О’Киф, чей тайный агитпроп является одним из основных продуктов организации под названием Project Veritas.
Шутка Джеймса О’Кифа на CNN не удалась: активист планировал устроить соблазнение Эбби Будро в плавучем «Дворце удовольствий»
По сути, все складывалось примерно так: последние несколько месяцев CNN документировал деятельность некоторых молодых людей консервативного движения, в том числе О’Киф, чей тайный агитпроп является одним из основных продуктов организации под названием Project Veritas.
Шутка Джеймса О’Кифа на CNN не удалась: активист планировал устроить соблазнение Эбби Будро в плавучем «Дворце удовольствий»
Со времен Рейгана в каждой президентской администрации был устойчивый антипрофсоюзный уклон, и неумолимый поток агитпропа из профсоюзов СМИ рисовал как корень всего зла на современном рабочем месте, хотя на самом деле сила и влияние профсоюзов налицо. исторический минимум с начала * прошлого * века.
Ун транзит «BuzzMachine
Более 3,5 миллионов фунтов стерлингов было потрачено на набор всемирной сети молодых «климатических активистов» в более чем 70 странах для участия в пропаганде изменения климата — то, что марксисты раньше называли агитпропом — и для оказания давления на своих политиков, чтобы они присоединились к всемирной борьбе.
Telegraph.co.uk: новости, бизнес, спорт, газета Daily Telegraph, Sunday Telegraph
ТЕАТР — Краткая история Агитпроп
Советский агитпроп театр
The Cradle Will Rock представляет собой относительно редкую разновидность музыкального театра, шоу с откровенно политическими посланиями.Такую форму театра называют «агитпропом», чемоданом «агитации» и «пропаганды». Агитпроп стремится изменить социальные, политические и даже моральные убеждения общественности путем прямого убеждения и, следовательно, побудить аудиторию к каким-либо действиям. Театр — лишь одна из форм агитпропа, который также включает в себя кино, поэзию и визуальное искусство, но агитпроп-театр отличается от других форм прямым общением.
Политический театр так же стара, как и сам театр, но «агитпроп» как таковой берет свое начало в революционной России как часть более масштабных усилий по донесению идеи революции до масс.Традиционный буржуазный театр был по большей части недоступен, не говоря уже о недоступности, для русских масс. Театральные группы агитпропа организовывались в мобильные бригады, распространяя революционное послание по всей провинции, где проживало большинство русских масс.
Русский агитпроп уличный театр
Театр был особенно важным средством коммуникации для революционного дела, поскольку 70% россиян были неграмотными. Представления часто обращались к эмоциям, а не к интеллекту, например, упрощая вопросы и используя карикатуры на совершенное добро и полное зло
Мобильный аспект большинства представлений агитпропа требовал отказа от типичных театральных условностей, включая освещение, костюмы и декорации.Выступления региональных агитпропов приносили театр людям прямо на складах, фабриках, фермах и на улицах, часто на голых сценах с минимумом декораций. Это привело к появлению некоторых инновационных методов презентации, в том числе реквизита, который был многофункциональным и даже символическим — стул мог стать лошадью, лодкой или стеной. Две враждующие армии могут быть представлены флагами разного цвета.
Но, опять же, откровенно политический театр восходит к самым истокам записанной драмы.Классический греческий театр изобиловал примерами серьезных политических пьес, таких как « Антигона » Софокла, а также политическими комедиями, такими как « Лисистрата» Аристофана. Можно также возразить, что средневековые пьесы о морали были по-своему политическими, поскольку они стремились контролировать поведение hoi polloi . Даже Шекспир направил свою собственную форму агитпропа, в том числе поучительные политические драмы Юлий Цезарь и Кориолан .
Говоря более современным языком, Бертольт Брехт, вероятно, является самым известным сторонником стойкой формы политического театра. Его « Трехгрошовая опера», написанная совместно с композитором Куртом Вайлем «», является жестоким осуждением коррупции в правительстве и чувствительности среднего класса, а его дикая пьеса « Устойчивое восхождение Артуро Уи » представляет собой не слишком тонкую аллегорию подъема Гитлер.
В ожидании левши
« В ожидании Левши» Клиффорда Одетса «» (1935) — пьеса, во многом совпадающая по времени, месту и теме с « Колыбель будет рок». Действие представляет собой собрание объединенных в профсоюзы водителей такси, которые собираются объявить забастовку, и использует зрителей театра как участников собрания, чтобы сломать четвертую стену и побудить публику к действию.
Более современные потомки агитпропа включают пьесу Артура Миллера 1947 года « Все мои сыновья», — грубоватую пьесу о спекуляции во время Второй мировой войны. В книге Кэрил Черчилль «Серьезные деньги » (1987) финансовые махинации в Тэтчерской Англии анализируются не менее чем в рифмованных двустишиях.Ларри Крамер, спектакль « Нормальное сердце», 1985 год, «» осуждает криминальное отсутствие реакции со стороны правительства США на кризис СПИДа. А Дэвид Хэйр создал Stuff Happens в 2004 году, чтобы раскритиковать Белый дом Джорджа Буша за неубедительное и надуманное оправдание войны в Ираке.
Политические мюзиклы 1930-х годов были гораздо более вероятными, если перефразировать лирика Гарольда Рима из его популярного сатирического ревю Pins and Needles (1937), чтобы украсить свое наблюдение синкопой.Другими словами, они развлекали свои сообщения. Мюзиклы Гершвина « Of Thee I Sing », « Strike up the Band » и « Let ‘Em Eat Cake » имели разный успех, в прямой зависимости от того, насколько эти шоу делали их сатиру приятными. Of Thee I Sing был значительным хитом; Strike up the Band сначала потерпел неудачу, но позже преуспел, когда укус шоу уменьшилось; Let ‘Em Eat Cake была ужасной катастрофой.
Позже, в 20-м веке, политически сознательные мюзиклы обращались к масштабам войны, в том числе хит Hair и яростно смешной Джоан Литтлвуд Oh, What A Lovely War! .Когда в 1970-х годах чернокожие авторы, наконец, закрепились в создании коммерческого музыкального театра, они создали такие злобные политические шоу, как « Ain’t Should to Die a Natural Death» и Мики Грант « Don ‘ t Bother Me, I». Не могу справиться .
Политических мюзикла остаются с нами по сей день. Многие из этих шоу включают в себя значительную развлекательную ценность наряду с их политическими посланиями, в том числе Hamilton и Rent, или обеспечивают значительное количество эмоционального катарсиса, как Spring Awakening. Эти элементы могут частично объяснить, почему эти шоу имели успех, тогда как другие более острые шоу ( Bloody Bloody Andrew Jackson, Assassins, The Scottsboro Boys, Fela ) не смогли завоевать популярность.
Обучение взлому: Ed-Tech Agitprop | Национальный центр образовательной политики
Этот доклад был сделан на OEB 2019 [крупнейшая международная конференция Ed-Tech] в Берлине. Или частично это было. У меня было всего 20 минут, чтобы выступить, и то, что я написал здесь, немного больше, чем то, что я мог уместить в этот временной интервал.Вы можете найти полную слайд-деку (со ссылками) здесь.
Я собираюсь пнуть шершневое гнездо сегодня утром.
Прежде чем я это сделаю, позвольте мне поблагодарить вас за приглашение в OEB. Мне никогда не удавалось попасть на это мероприятие — оно всегда совпадало с серией статей о конце года, которые я традиционно писал для Hack Education. Но я положил конец этой серии, пока сосредоточился на написании книг, и я очень рад возможности присоединиться к вам здесь в этом году. (Я также очень рад, что книга в основном готова.)
Я выступал несколько лет назад на мероприятии OEB Midsummit в Исландии. Признаюсь, это был один из самых странных переживаний, которые я когда-либо испытывал на сцене. Паре мужчин в зале явно не понравилось мое выступление. Им не понравилось, когда я упрекал других ораторов за использование крылатой фразы «Uber for education» или чего-то подобного. Так они насмехались. Не могу сказать, что когда-либо видел, как других основных докладчиков на мероприятиях в области образовательных технологий кричали. Но как бы то ни было, это помогло мне подчеркнуть не только то, как подавляющее большинство ораторов образовательных технологий с праведной яростью рассказывают о сегодняшней системе образования, которая перекликается со сценой школы как фабрики в книге Pink Floyd The Wall — Заметьте, 40-летнему фильму — и все мечтательные о будущем образования, которое будет (по иронии судьбы) более автоматизированным, более алгоритмичным; и как слишком много людей в аудитории на мероприятиях по обучению и технологиям хотят скандировать «Эй, учитель! оставь этих детей в покое», а затем быть уверенными в том, что в будущем технологии волшебным образом сделают все счастливее.
В тот день в Исландии я разделил сцену с человеком, который рассказал о том, как в будущем роботы будут любить нас — как они будут заботиться о нас в старости; как они будут преподавать в наших классах; как они будут растить наших детей. И хотя моя критика эксплуататорской технологии «персонализированного обучения» была освистана, их прогнозы были одобрены.
Когда этот докладчик перечислил чудеса новых цифровых технологий и будущее искусственного интеллекта, они мимоходом заявили, что мы уже можем «буквально печатать кошек на 3D-принтере».»И, ребята, позвольте мне вас заверить. Мы буквально не можем.
Но их никто не допросил. Никто и глазом не моргнул. Похоже, никто не остановился и не подумал: «Эй, погоди, если вы сделали это заявление о 3D-печати кошачьих, возможно, вы также преувеличиваете возможности ИИ, преувеличивая наше желание любви к роботам. Почему мы должны доверять тому, что вы говорите нас о будущем? »
Почему аудитория должна доверять кому-либо из нас здесь? Почему ты? И опять же, почему ты можешь мне не доверять?
В последнее время я много думал об этом рассказе историй, который мы, ораторы, делаем — это часть того, что я называю «воображаемым ed-tech».«Это включает в себя истории, которые мы изобретаем, чтобы объяснить необходимость технологий, обещания технологий; истории, которые мы используем, чтобы описать, как мы сюда попали и куда мы движемся. И несмотря на все разговоры о том, что мы« управляемы данными », о том, что суровость «изучения наук» и тому подобное, большая часть воображаемого ed-tech довольно фантастична. Волшебник страны Оз не обращает внимания на человека за занавеской.
Это повествование кажется довольно сильным в риторическом и эмоциональном плане. Он имеет внутреннее влияние в сфере образования и образовательных технологий.И это имеет внешнее влияние — то есть убеждает широкую публику в том, как может выглядеть и должно выглядеть будущее преподавания и обучения, и заставляет их опасаться, что преподавание и обучение сегодня в определенных отношениях терпят неудачу. Это повествование надеется установить повестку дня. Отсюда и название моего сегодняшнего выступления: «Ed-Tech Agitprop» — агитационная пропаганда ed-tech.
Пожалуй, самая яркая и известная история о будущем преподавания и обучения выглядит так: [укажите на слайд].Вы можете сколько угодно говорить о Сугате Митре или выступлении Кена Робинсона на TED Talks, но эту сказку посмотрели миллионы людей.
Эта научная фантастика закрадывается в презентации, которые претендуют на то, чтобы предложить научные факты. Он закрадывается в обещания о мгновенном обучении, чему способствуют предполагаемые прорывы в науке о мозге. Возьмем, к примеру, Николаса Негропонте, соучредителя MIT Media Lab, который в своем выступлении на TED в 2014 году предсказал, что через 30 лет (то есть, я полагаю, через 25 лет) вы проглотите таблетку и «будете знать английский» , «проглоти таблетку и» узнай Шекспира.«
Что делает эти истории привлекательными или даже правдоподобными для некоторых людей? Это не наука. Это «спецэффекты». А The Matrix — это, в конце концов, антиутопия. Так почему же было бы желательно обучение в стиле Матрицы? Из-за его скорости? Отсутствие учителей?
Что означает в этих историях — как в рассказах Вачовских, так и в рассказах Негропонте — «знать»? Знать кунг-фу, английский или Шекспир? Мне, по крайней мере, кажется, что знания и знания здесь деконтекстуализированы, удешевлены.Это выдолбленная эпистемология, эпистемическая бедность, в которой не ценятся человеческий опыт и человеческая культура.
Я заканчиваю свою книгу, как некоторые из вас знают, об обучающих машинах. Это история устройств, созданных в середине двадцатого века (до компьютеров), которые, по мнению психологов, таких как Б. Ф. Скиннер, можно было использовать для обучения людей (так же, как он тренировал голубей), и которые на языке того времени «индивидуализировали» образование.
Я собираюсь в основном обойти обсуждение Teaching Machines на данный момент — я оставлю это для книжного обзора.Но я хочу быстро отметить другие значения этой фразы — те, которые появляются в «Google Alert», который я установил для заголовка. В этой формулировке якобы обучаются машины. Предположительно компьютерные ученые сейчас обучают машины — кондиционирующие и обучающие алгоритмы и машины, и, как также полагал Скиннер, извлекают из них оптимальное поведение при обучении. Время от времени мои «обучающие машины» Google Alert вызывают другие отсылки к нашим опасениям, что студенты, которых мы обучаем, превращаются в роботов, подозрение на растущую механизацию жизни студентов — на самом деле всей нашей жизни. .(Предупреждение никогда не касается долгой истории обучающих технологий — хотя моя книга изменит это, я надеюсь, — потому что мы ведем себя так, как будто история не имеет значения.) И снова эпистемическая бедность.
Меня очень беспокоит большая часть технологий, особенно образовательных: не то, чтобы «искусственный интеллект» на самом деле превзошел то, что люди могут думать или делать; не то чтобы это расширило то, что люди могут знать; скорее, люди — интеллектуально, эмоционально, профессионально — будут сведены к машинам.Мы уже видим это, когда разговариваем по телефону со службой поддержки; мы видим это на складах Amazon; и мы видим это в программах для адаптивного обучения. Люди склоняются к машине.
Зачем спешить с механизацией? Почему ликование? Почему волнение?
Я думаю, что отчасти ответ кроется в историях, которые мы рассказываем о технологиях — «воображаемое ed-tech». «Эд-тек агитпроп».
И когда я говорю «мы», я действительно имею в виду нас — тех из нас, кто находится в этой комнате, тех из нас, кто сидит за микрофонами на подобных мероприятиях, тех из нас, чьи средства к существованию требуют, чтобы мы рассказывали или повторяли истории о будущем образование.
Агитпроп — это чемодан — комбинация «агитации» и «пропаганды», сокращенное название Советского Управления агитации и пропаганды, которое отвечало за разъяснение коммунистической идеологии и убеждение людей поддержать партию. Этот агитпроп принял несколько форм — плакаты, пресса, радио, кино, социальные сети — и все это служило распространению идей революции, служило формированию общественных убеждений, служило направлением страны к конкретное будущее.
Предположение, что рассказывание историй в образовательных технологиях является агитпропом, не означает, что это часть какого-то коммунистического заговора. Но я надеюсь, что это сделано для того, чтобы прояснить, что есть повестка дня — политическая повестка дня, причем очень мощная, — и идеология наших технологий, которые переплетаются с невероятным чувством безотлагательности. «Мы должны принять ту или иную новую технологию» — по крайней мере, так гласит история, — «иначе мы будем отставать, или мы потеряем работу, или наши дети не смогут конкурировать.«Мы должны принять ту или иную новую технологию, — по крайней мере, так гласит история, — чтобы вызвать революцию».
Хотя агитпроп часто ассоциируется с советским контролем и распространением информации, в 20-е годы XX века зародилась прочная традиция агитпропа и театра — не только в СССР. Одним из самых известных ее сторонников был мой любимый драматург Бертольд Брехт. Давным-давно, прежде чем я обратил свое внимание на образовательные технологии, я работал над докторской диссертацией по сравнительной литературе, которая опиралась на Verfremdungseffekt Брехта и на концепцию ostranenie , предложенную русскими формалистами — «опровержение».«Возьмите знакомое и сделайте его незнакомым. Эти радикальные действия или около того, по мнению этих художников и активистов, дестабилизируют то, что стало естественным, нормализованным, принятое за некую глубокую« правду ». Что-то, что выведет нас из состояния самоуспокоенности.
Возможно, ничто не стало настолько естественным в кругах образовательных технологий, как истории о неизбежности технологий, о технологиях как о спасении.
Одна из моих целей в этом выступлении состоит в том, чтобы «лишить знакомых» этих историй, обратить вспять агитпроп в сфере информационных технологий.Это мой театр для вас сегодня утром. В политическом плане я хочу заставить вас переосмыслить свои истории. Практически, как минимум, я хочу заставить вас переосмыслить свои слайд-колоды. И это отстой, я думаю. Вот что меня освистит на этот раз. Но мы должны более тщательно продумать истории, в продвижении которых мы помогаем могущественным корпорациям и влиятельным политическим силам. Нам нужно остановиться и осознать, что такое пропаганда, что неверно и дезинформация, что маркетинг, что фигня, что потенциально опасно, разрушительно, повествование, что является антиутопическим миростроительством.
Я хочу прочесть серию историй — на самом деле отрывки из рассказов. Это пропаганда, которую, я полагаю, вы слышали, вы услышите снова — хотя, надеюсь, не здесь, на этом мероприятии. Я утверждаю, что эти истории основаны не больше на науке, чем урок Кунг-фу Нео или пилюля Шекспира Негропонте.
Ни одна из этих историй не является бесспорной правдой. В лучшем — в лучшем случае — их невозможно проверить. Мы не знаем, что нас ждет в будущем; Конечно, мы можем строить прогнозные модели, но это не так.Скорее, эти истории рассказываются, чтобы направить будущее в определенном направлении, направить доллары в определенном направлении. (Алан Кей однажды сказал, что «лучший способ предсказать будущее — это построить его», но я думаю, что точнее, «лучший способ предсказать будущее — это выпустить пресс-релиз», «лучший способ предсказать будущее состоит в том, чтобы придумывать статистику в своей лейтмотиве »). Эти истории могут« работать »для некоторых людей. Их можно включить в повествование, чтобы подчеркнуть необходимость того, чтобы институты просто адаптировались к меняющемуся миру — агитационная пропаганда.
Многие из этих историй содержат числа, и поэтому кажется, что они основаны на исследованиях, на данных. Но эти цифры часто цитируются без каких-либо источников. Часто нет указаний на то, откуда могли взяться данные. Это числовые фантазии о будущем.
У меня здесь немного времени, но я хочу быстро опровергнуть эти истории — вы, конечно, можете в свое время попытаться проверить их. Ищите источники. Посмотрите сноски. И затем, конечно, спросите, почему именно эта история рассказывается, которая повторяется — как эта история функционирует.Бенджамин Докстдатор представил отличный пример того, как это сделать, в статье под названием «Полевое руководство по« профессиям, которые еще не существуют »», в которой он исследует истоки утверждения о том, что «65% детей, поступающих сегодня в начальную школу. закончит работу, которой еще не существует «. Он прослеживает его появление в материалах ОЭСР и Всемирного экономического форума; через его призыв в книге Кэти Дэвидсон 2011 года Теперь вы видите это и австралийском отчете о вакансиях, который теперь никто не может найти; и он прослеживает все это до шутки, сделанной президентом Биллом Клинтоном в 1996 году.Это не факт. Это слоган. Это изобретение. Это ложь.
Утверждение «период полураспада навыков», похоже, имеет столь же запутанное и сомнительное происхождение. Если вы поищете это утверждение, то обнаружите, что прослеживаете его по длинному списку ссылок — EAB цитирует Всемирный экономический форум (организацию, которая, кажется, специализируется на такого рода повествовании историй, и стоит спросить, почему прекрасные люди, собравшиеся в Давосе могут создавать такие рассказы). Со своей стороны Всемирный экономический форум цитирует маркетинговый блог.В этом маркетинговом блоге цитируется книга Джона Сили Брауна «Новая культура обучения ». Но если поискать по тексту этой книги, фраза «период полураспада навыков» нигде не встречается. Это сфабриковано. А если остановиться и подумать, это чушь. И все же эта история настолько точно вписывается в более широкий рассказ, что мы все должны быть вовлечены в постоянное «обучение на протяжении всей жизни», постоянно переобучаясь, всегда находясь в опасности быть замененным другим работником или заменой машиной, никогда не задаваясь вопросом, почему больше нет сеть социальной защиты.
Мы должны постоянно переобучаться (часто за свои деньги и в свободное время), как гласит история, потому что люди больше не остаются на той же работе или в той же карьере. Люди меняют работу чаще, чем когда-либо прежде, и выполняют больше разных видов работы, чем когда-либо прежде. Но это не так. По крайней мере, не в США. Переход на другую работу фактически замедлился за последние два десятилетия — да даже для миллениалов. Несмотря на то, что профессиональная структура экономики существенно изменилась за последние сто лет, темпы создания новых рабочих мест также замедлились с 1970-х годов.Несмотря на все разговоры о «гиг-экономике», около 90% рабочей силы по-прежнему занято в стандартных рабочих условиях — примерно столько же, сколько было с 1995 года. Все больше людей не становятся фрилансерами; все больше людей не запускают стартапы.
Безусловно, есть множество людей, которые настаивают на том, что в ближайшие годы этот профессиональный застой будет разрушен, потому что «роботы приходят на вашу работу». Слово, пожалуйста. Роботы не приходят на работу, но менеджмент вполне может прийти.Работодатели примут решение заменить человеческий труд автоматизированным. Но даже эти разговоры о надвигающейся революции искусственного интеллекта являются спекулятивными. Это агитационная пропаганда. Революция искусственного интеллекта надвигается вот уже около 65 лет. Но на этот раз я уверен, что это по-настоящему.
Еще одно слово: «роботы приходят на вашу работу» — это одна сторона медали; «Иммигранты приезжают за вашей работой» — другой. То есть это одна и та же монета. Эту монету часто используют, чтобы направить страх и ненависть, чтобы заставить нас чувствовать себя незащищенными и находящимися под угрозой.Эта монета используется для ловкости рук, чтобы отвлечь нас от ориентированной на прибыль практики капитализма. Это монета, которая разделяет нас, чтобы мы не могли решить насущные глобальные проблемы для всех вместе.
Технологии меняются быстрее, чем когда-либо прежде? Может показаться, что это так. Футуристы могут сказать вам, что это так. Но многие историки не согласятся. Роберт Гордон, например, утверждал, что экономический рост начался в конце 19 века и начался в начале 20 века с изобретением «электричества, двигателя внутреннего сгорания, телефона, химикатов и пластмасс, а также их распространения во всех городах. чистая проточная вода и вывоз мусора.«Быстрые технологические изменения — быстрее, чем когда-либо прежде. Но он утверждает, что рост новых технологий замедлился к 1970-м годам. Новые технологии — даже новые цифровые технологии, — утверждает он, — это постепенные изменения, а не широкомасштабные изменения в обществе, которое мы видел столетие назад. Многие новые цифровые технологии, утверждает Гордон, являются потребительскими технологиями, и они не обязательно — несмотря на все рассказы, которые мы слышим — перестроят наш мир. Возможно, мы вынуждены покупать новый iPhone каждый год, но это не означает, что технологии меняются быстрее, чем когда-либо прежде.Это просто означает, что мы в ловушке запланированного устаревания Apple.
Как пишет историк Джилл Лепор, «футуристы предсказывают неизбежные результаты, вызывая в воображении неизбежное прошлое. Люди, которые занимаются продажей предсказаний, должны представлять прошлое как предсказуемое — основную истину, контрольный пример. Машины более предсказуемы, чем люди. , а в историях, написанных футуристами, машины просто продолжают приближаться; изображение их марша как неудержимого подтверждает предсказания футуристов.Но машины не приходят на ум. Они финансируются, изобретаются, строятся, продаются, покупаются и используются людьми, которые с таким же успехом не могли бы финансировать, изобретать, строить, продавать, покупать и использовать их. Машины не управляют историей; люди делают. История не умная машина ».
Мы должны желать будущего, в котором человеческое достоинство, процветание, справедливость, безопасность и забота — для всех. Образование — основная часть этого. Но достоинство, процветание, справедливость и забота редко являются фокусом того, как мы формируем «будущее обучения» или «будущее работы».«Роботы никогда не позаботятся о нас. Необузданное техническое решение никогда не принесет справедливости. Обучение на протяжении всей жизни не приносит успеха, когда оно является признаком экономической нестабильности, отсутствия инвестиций в общественное благо.
Когда будущее, которое мы слышим, предсказываемое на таких сценах, как этот, так небрежно поворачивается к антиутопии, к объятию машины, к объятию эффективности, неравенства и страха — и, конечно же, это траектория, которую я чувствую, что мы идем с повествованиями поддерживая так много агитпропа в сфере образовательных технологий — тогда мы потерпели неудачу.Это, безусловно, крупный провал нашей политики, но это также и массовый провал воображения. Сделать лучше.
Agitprop | Encyclopedia.com
БИБЛИОГРАФИЯАгитпроп, сокращенно от агитация и пропаганда , был коммунистическим театральным жанром в Европе между двумя мировыми войнами, который в основном создавался и исполнялся любителями, призванный привить коммунистические ценности в сознание рабочих. Его происхождение обсуждается; некоторые ученые указывают на средневековые пьесы о страсти как на далекое прошлое.Однако большинство согласится с тем, что собственно агитпроп зародился в России во время гражданской войны (1918–1920), последовавшей за большевистской революцией, когда агитпоезда везли действующие труппы («живые газеты»), брошюры и музыкантов в практически неграмотные русские крестьянство.
Эстетика Agitprop требовала создания коротких, динамичных, идеологически правильных, актуальных и конкретных сцен. По возможности обращались к местным проблемам. Таким образом, за исключением любых так называемых ведущих статей — статей, затрагивающих вопросы, представляющие интерес для рабочих по всей стране, — ни одно центральное агентство не готовило сценарии трупп.Коллективы делились своими работами друг с другом. Сценарии могут касаться любого аспекта жизни или мысли рабочего класса, включая внешнюю политику, организации рабочего класса и частные интересы. Музыка и танец повышали агитационные возможности сцен. Хотя фортепиано обычно сопровождали музыкальное сопровождение, джазовые оркестры были обычным явлением. Никакой музыкальный стиль не преобладал; выступления могут включать стилизацию как оперных арий, так и самых последних хитов.
Костюмы и другие атрибуты были максимально простыми.Игроки часто носили простые синие рубашки, сочетающиеся либо с черными юбками, либо с брюками и ботинками. Подробно указаны типы персонажей. Например, у алкашей были красные носы. Поскольку труппы ценили мобильность, простота была принципом; они использовали подпорки только при необходимости. Плакаты, однако, были важны для представления фактов и цифр, сопровождающих выступления. Характерной чертой такой работы был отказ от традиционных форм как буржуазных в пользу более новых, предположительно пролетарских форм. Здесь труппы предвосхитили стиль Бертольда Брехта, важнейшего драматурга Германии межвоенного периода.
Помимо Советского Союза, агитпроп театр был наиболее важным в Германии — родине самой значительной коммунистической партии Западной Европы — во время Веймарской республики, в период между окончанием Первой мировой войны и Третьим рейхом. Агитпроп прибыл в Германию в 1927 году, когда по стране гастролировала советская труппа. Движение быстро стало очень популярным. К 1930–1931 гг. Коммунистическая партия насчитывала около трехсот трупп.
Немецкие труппы были относительно небольшими, от шести до двадцати членов.В большинстве своем были женщины, но их всегда было меньше, чем мужчин. Игроки, как правило, были молодыми, часто подростками. Молодые рабочие, вероятно, присоединились к таким коллективам, чтобы принять другую персону, то есть превратить свою идентичность из «простых» рабочих в представителей победившего революционного пролетариата. Символический акт управления своей жизнью распространился на названия, принятые труппами, такие как «Левая колонна», «Кривая влево» и «Красный мегафон». Театр «Агитпроп» ставился там, где жили и собирались рабочие: на улицах, во дворах квартир, в барах, на спортивных мероприятиях, на партийных собраниях.Чаще всего группы обращались к коммунистической партии и Коминтерну (Коммунистическому Интернационалу), развитию Советского Союза, религии и культурной реакции, прессе, «социал-демократическому предательству», безработице, выборам и полиции.
Коммунистическая музыка и литература в 1920-х и начале 1930-х годов подчинялись правилам, аналогичным правилам агитпропа. Различные национальные коммунистические движения спонсировали написание пролетарских романов, которые были бы дешевыми, захватывающими и острыми.Советская фантастика этого периода должна была быть не только интересной, но и политически приемлемой, эстетически прогрессивной. Большая часть этой работы оказалась более политически уместной, чем развлекательной. Похоже, ожидаемая пролетарская аудитория не заинтересовала.
То же самое было и на Западе, где сюжеты таких романов часто были сосредоточены вокруг растущего классового сознания городских рабочих, которые, осознав свое положение, присоединились к коммунистической партии. Партия. Другие темы включали разоблачение политических врагов, чтобы показать их истинную природу.В основном эти враги были социал-демократами. Фашисты и нацисты появлялись редко. Эта слабость, безусловно, умаляет их предполагаемый реализм.
Музыка Агитпропа включала уличное пение песен протеста, а также выступления организованных революционных хоров. Певцы отказались от понятия искусства ради искусства, заменив его полностью политизированным репертуаром. Как сказал Ханс Эйслер, выдающийся композитор двадцатого века и соратник Бертольда Брехта, «даже наше пение должно представлять борьбу» (цитируется по Durus, p.4). Тем не менее, движение боролось, но так и не решило вопрос о том, можно ли реабилитировать классику или отвести ее в прошлое. Вторая дискуссия касалась затрат и преимуществ пародирования современных хитов. В Германии нацистская партия пришла к власти до того, как эти вопросы удалось решить. Действительно, как и агит-театр и агитационная литература, агитпроп-музыка стала жертвой радикальных политических сдвигов в Германии после захвата власти нацистами.
См. Также Брехт, Бертольт; Пропаганда; Театр.
Бодек, Ричард. Пролетарское представление в Веймарском Берлине: Агитпроп, Хор и Брехт. Columbia, S.C., 1997.
Durus. «Arbeitergesang und Agitprop». Kampfmusik (май 1931 г.).
Малли, Линн. Революционные акты: любительский театр и советское государство, 1917–1938. Итака, штат Нью-Йорк, 2000.
Стоурак, Ричард и Кэтлин Маккрири. Театр как оружие: Рабочий театр в Советском Союзе, Германии и Великобритании, 1917–1934 гг. Лондон, 1986.
Ричард Бодек
Энциклопедия современной Европы: Европа с 1914 года: Энциклопедия эпохи войны и реконструкции
Расчленение путинистского агитпропа | CEPA
Агитация, пропаганда и дивизия
Москва имеет долгую историю распространения дезинформации для смягчения своих целей и достижения конкретных политических целей. В советское время подобные инициативы часто относились к категории «агитпроп» — агитация и пропаганда.Кампании агитпропа были призваны не только убедить людей в большевистской версии реальности, но и мобилизовать их на действия в соответствии с этими убеждениями. Путинский агитпроп, нацеленный на западные общества, преследует аналогичную цель.
Кремлевская пропаганда против демократических систем включает как психологический, так и политический компоненты. Цель состоит не только в том, чтобы разделить западные общества, многие из которых уже политически поляризованы, или даже в культивировании пророссийских государств.Его основные стратегические цели — парализовать демократические системы, разрушить международные институты и лишить возможности принимать решения на национальном уровне, особенно в странах, которые могут бросить вызов неоимперским устремлениям России.
В то время как советский коммунизм нес единое идеологическое послание в глобальном соревновании двух различных социально-экономических систем, современные нарративы Москвы «мультиидеологичны». В его посланиях отсутствует единая заповедь или основная ценность, но они адаптированы и адаптированы для максимального воздействия на самые разные целевые аудитории.
Эти пропагандистские нарративы включают по крайней мере три основных блока сообщений — традиционалистский, прогрессивный и суверенистский. «Традиционалистский» нарратив создан для обращения к антилиберальным, евроскептическим, социально-консервативным и традиционным религиозным группам, в которых Россия выступает в качестве защитника традиционных ценностей. И наоборот, лидеры и институты ЕС и США изображаются аморальными, девиантными, декадентскими, мультикультуралистами, атеистами, либералами и либертарианцами.
В этом пропагандистском водовороте принципы интеграции в НАТО и ЕС осуждаются как находящиеся в прямом противоречии с традиционными социальными, семейными и религиозными ценностями.В то время как Советский Союз провозгласил себя революционной социальной силой, Россия теперь представляется консерваторам контрреволюционной державой, которая дорожит стабильностью, преемственностью, верой и традициями. Парадоксально, но фундаменталистский традиционализм в мультикультурном контексте также может быть представлен как революционный, обращаясь к разочарованной националистической молодежи, а также к консервативному старшему поколению, стремящемуся восстановить идеализированную ушедшую эпоху.
Второй нарратив, созданный Кремлем, можно обозначить как «прогрессивный.Это более прямой преемник советской пропаганды, созданный для обращения к западным радикальным левым, воинствующим пацифистским, антиглобалистским, антимилитаристским, антикапиталистическим, анархо-нигилистическим и радикальным движениям за охрану окружающей среды. В нем Россия изображается как наследница СССР, прочный бастион антиимпериализма и интернационалистический авангард против американской глобальной гегемонии и корпоративистского капитализма.
Третий отдельный узел кремлевского нарратива — это «суверенист». Он часто перекликается с традиционалистским агитпропом, но фокусируется на продвижении этнического национализма, регионалистского сепаратизма, ксенофобского расизма, протекционистского нативизма и абсолютистского государственного суверенитета.Пропагандистские кампании на суверенном фронте направлены на раскол западных демократий путем поощрения внутренних сепаратистских движений и межэтнического или межрегионального соперничества, при этом призывая к демонтажу многонациональных институтов, таких как НАТО, которые якобы угрожают государственной независимости.
Три основных повествования не просто созданы для пассивного обращения к западным гражданам. Основная цель — агитировать и побуждать людей действовать в соответствии с их представлениями и убеждениями.Agitprop может влиять на партийные предпочтения, модели голосования и выбор политики. Он может мобилизовать молодежь на участие в акциях протеста, присоединиться к воинствующим политическим организациям или активно поддерживать отдельные проблемы. Пропаганда слова сочетается с пропагандой дела.
Связанные с Кремлем олигархи финансируют организации и кампании в западных обществах, которые подкрепляют три группы нарративов Москвы. В рамках традиционалистского пакета ряд ультраправых и популистских партий, как сообщается, получили кредиты, поддержку по связям с общественностью и средства на избирательную кампанию из российских источников.В свою очередь партийные лидеры аплодируют внешней политике России и хвалят Владимира Путина как сильного и эффективного лидера. Поддерживаются также связи с консервативными церковными организациями, включая евангелические группы в Соединенных Штатах, которые верят и проповедуют, что Россия является стойко религиозной страной, ориентированной на семью.
В своем прогрессивном агитпропе российские источники финансировали или рекламировали ультра-левые партии и движения, которые могут помочь оспорить политику западных правительств.В первую очередь они нацелены на молодое поколение, которое более склонно к участию в антиправительственных акциях протеста или пытается маневрировать зелеными движениями и другими причинами для продвижения интересов Кремля.
Суверенистский агитпроп выиграл от целого ряда этнонационалистических, сепаратистских и выступающих за суверенитет движений в Европе. Brexit предоставил ценную возможность поддержать разрыв в Европейском союзе и даже потенциальный распад Соединенного Королевства. Независимо от их достоинств, независимость Шотландии и Каталонии либо поощрялась, либо дискредитировалась активистами российской пропаганды с целью подрыва внутренней сплоченности западных стран.
Различные освободительные движения в западных штатах, в том числе маргинальные сепаратисты из Техаса и Калифорнии, были приглашены на конференции в Москву. Такие собрания также позволяют российским официальным лицам продемонстрировать и легитимизировать сепаратистские группы в Грузии, Украине и других соседних государствах, исключая автономные, регионалистские и сепаратистские организации, действующие в Российской Федерации. Москва также поощряла этнические, расовые и религиозные споры и разжигала другие социально вызывающие разногласия в США проблемы.С.
Эклектичный характер путинского агитпропа не только увеличивает его привлекательность, но и делает борьбу с дезинформацией Москвы более сложной задачей, чем в советские времена.
.