Гендерные отношения: Ошибка 404. Запрашиваемая страница не найдена

Содержание

Гендер для чайников — краткий курс

COLTA.RU и Фонд имени Генриха Бёлля с удовольствием представляют наш новый совместный проект — мы надеемся, что он станет началом большого и осмысленного разговора о сюжетах, которые российское общество предпочитает не замечать или недопонимать. 

Как распознать сексизм и не впасть в него самому? Как найти свой собственный «-изм» и научиться ориентироваться в современном гендерном многообразии? Что вообще такое этот «гендер»? Об этом и многом другом — краткий видеокурс «Гендер для чайников», где в наших внутренних противоречиях разбираются лучшие российские эксперты, исследователи и практики, социологи и демографы, специалисты в областях гендерного равенства, прав и обязанностей мужчин и женщин.

Наш первый эксперт — Елена Здравомыслова, социолог, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, содиректор программы гендерных исследований. 

Что такое гендер?
Патриархат
Как формируются гендерные роли?

Консервативный поворот
Консервативный поворот (продолжение)

Что такое гендер?

K списку

Гендер — это иностранное слово, оно имеет латинские корни. И оно пришло в русский язык из английского языка. По-английски это звучит «дженде». Это слово вводится в науки, и первый человек, который это делает, — психиатр, психолог и психоаналитик Столлер. Он в 1968 году пишет книжку, которая называется «Gender and sex». Он предлагает точно разделять биологические характеристики человека, его половые характеристики (то, что по-английски будет называться sex) и gender — то, что социально организовано и социально сконструировано. Он это делает в 68-м году. На самом деле исследователи еще раньше пользуются этим термином, но именно за Столлером закрепилась эта идея, он у нас первооткрыватель этого термина. Этот термин активно начинает использоваться феминистскими исследователями, исследователями женского опыта, в гендерных исследованиях.

Исследования стали называться гендерными, от слова «дженде». Потому что на самом деле их фокус заключается в изучении социально конструированных отношений, групп, определяемых по признаку пола. Вот что такое гендер. В России впервые появился термин «гендер» в самом конце 80-х годов. Гендер по-английски — это грамматический род. В русском языке есть тоже грамматическая категория рода. И почему бы не использовать тогда категорию рода, объясняя социальную организацию отношений между полами? Очень важно было обозначить этот спектр исследовательских интересов через термин, который не ассоциируется с другими замыленными и ведущими не туда явлениями и дискурсивными формациями. Поэтому — «гендер».

Исследователи и просто люди, чувствительные к этой проблематике, стали обсуждать вопросы дискриминации по признаку пола. И вот тогда категория «гендер» оказалась очень емкой, важной и уместной. Потому что эта дискриминация, конечно, связана с социальными и политическими процессами.

И надо назвать людей, которые особенно сделали такой значимый шаг в этом направлении. Это созданный в 89-м году Московский центр гендерных исследований. Он создавался в Академии наук, в Институте народонаселения, в Институте демографии. И вот ядром человеческим было несколько исследователей, которые и раньше занимались феминизмом и гендерными исследованиями. Но это был их личный как бы интерес, институционально это не было никак оформлено. Это Анастасия Посадская, Наталья Захарова, Наталья Михайловна Римашевская, которая была во главе этого. Вот эти исследователи поставили вопрос о реальных структурных барьерах гендерного равенства.

А тут возникли специальные политические возможности для того, чтобы гендерные исследования были достаточно автономной областью этого знания. А дело в чем? Дело в том, что Россия в конце 80-х — начале 90-х годов демонстрирует политическую волю, интеграцию в международные академические процессы. После того как в Пекине ООН в 85-м году приняла декларацию, которую подписала Россия, о борьбе со всеми формами дискриминации против женщин, нужно было в соответствии с подписанной декларацией предпринять ряд шагов.

Потому что эта декларация предполагала действия на политическом уровне. Один из этих шагов — это зеленый свет для исследователей дискриминации и неравенства по признаку пола.

Патриархат

K списку

Патриархат — это социальная система, это общественное устройство, при котором женщины являются объектом угнетения, эксплуатации и оказываются в подчиненном положении. Такая исследовательница, как Сильвия Волби — я о ней говорю, потому что я разделяю эту точку зрения, — разделяет патриархат на публичный и приватный. Вот приватный патриархат, он в основном реализует себя как система подчинения женщин в сфере семейной жизни, в сфере частной жизни. И носителем воли, субъектом этого подчинения является отдельный конкретный мужчина.

Отец, супруг. И можно всегда сказать: кто угнетатель супруги? Ее муж. Патриархат становится персонализированным.

Но в публичном патриархате — нет. В публичном патриархате очень трудно назвать вот этого индивидуального носителя угнетения, эксплуатации и доминирования. Это сама структура, это само общественное устройство. На самом деле угнетается патриархатом не только женщина, но и мужчина. Тем самым фактом, что существует жесткое представление об их ролях. И вот этот публичный патриархат, то есть патриархат в общественной сфере: в сфере занятости, в сфере политики, в культурной репрезентации — то есть в тех картинках, которые нам сообщают представления о мужественности и женственности, — вот этот патриархат действует по-другому. Он не исключает женщин полностью. Он их включает — пожалуйста, занимайте свои позиции на работе, в политике — но включает на определенных условиях. Сегрегируя. Мы тебя сделаем заместителем премьер-министра, но ты будешь отвечать за вопросы здравоохранения.

Патриархат может, конечно, определяться как механизм угнетения женщин. Но если мы оптику сдвинем, мы увидим, что это также механизм угнетения мужчин. Потому что он давит и разделяет. Предписывает и сегрегирует. Если мужчина не вписывается в матрицу доминирования, которая ему предписана обществом, — «Будь охотником! Будь насильником! Будь кормильцем!» — то он будет слыть негодным, неудачником, ненастоящим мужчиной.

Когда обсуждаются гендерные отношения в России, то очень часто звучит тезис о женской власти. Эта дискуссия о женской власти, обсуждение ее, конечно, каким-то образом затемняет вопрос о гендерном неравенстве. Или по-другому его формулирует. На самом деле, о каком патриархате мы можем говорить? О каком феминизме мы можем говорить? Женщины действительно обладают ресурсами, потому что они работают. И не только поэтому, а потому, что у них есть своя особая женская власть. И такие обсуждения характерны не только для нашего общества.

В последнее время даже в литературе появился такой жанр, который исследователи называют «стервологией». Это разнообразные сборники, наставления, домострои определенные, руководства к действию, написанные психологами, которые обсуждают, как женщины могут манипулировать мужчинами. И вот в эту категорию «стервы», где почти обсценная (ненормативная) лексика (во всяком случае, этот термин явно не поощрительного характера), как бы едино встроены два образа женщины. С одной стороны, женщина, которая нечестным путем добивается своих целей, нелегитимно власть использует. А с другой стороны, она все-таки субъект, имеет свои цели, умеет их защищать и продвигать. Но делает она это нечестными путями. Использует так называемую женскую власть.

Мы предлагаем, вместе с моей коллегой Анной Темкиной и другими исследователями, говорить, что вот такая женская власть — это власть слабых. Эта власть манипуляторов, она, конечно, связана с предписанными ролями. И что такое вот эта женская власть? Это власть соблазнения, это власть интриги.

Это власть, которая не признается как реальная борьба за свои права. Это просто использование своего положения для того, чтобы управлять этим бедным мужчиной. Мужчина голова, а женщина шея. Эта власть находит себе применение только потому, что патриархат работает. Что у женщин нехватка нормальных ресурсов. Тогда, будучи реальными субъектами, они прибегают вот к этим самым малолегитимным способам. Вот в этом заключается власть слабых. И постольку, поскольку женщина не допущена на равных с мужчиной соревноваться за какие-то значимые блага, она начинает пользоваться этими подковерными тактиками для того, чтобы добиться своих целей. Вывод такой: власть слабых существует. И женская власть как таковая, как власть манипуляторов, как власть интриганок, — она существует как власть слабых. Если не будет патриархата, исключающего и сегрегирующего, то не будет и власти слабых.

Как формируются гендерные роли?

K списку

Государственные механизмы, правовые, политические и идеологические, работают на то, чтобы использовать социально организованные различия между полами в свою пользу. И продвигают определенные идеологии о том, какие роли у мужчин, какие роли у женщин должны быть. Государство действует, можно сказать, нормативно и давит морально. Оно законы прописывает и может в этом смысле по-разному конструировать мужественность и женственность.

Гендерные паттерны, то, как мы будем жить как мужчины и женщины, интересуют, конечно, каждого. Но люди не всегда их знают. И они, конечно, связаны с конкретным контекстом, в котором вы находитесь. Люди не всегда чувствительны к гендерной несправедливости. Или к гендерному неравенству. Потому что они усваивают определенные представления о мужских и женских ролях. Они усваивают представления старые, архаичные, которые морализируются. Приведем пример. Есть представление, что женщина по своей природе гораздо лучше может ухаживать за слабыми и больными, нежели мужчина. От природы она способна к заботе. Она эмпатичная, мягкая, теплая, женственная. Вот в этом и суть женственности. Если так конструируется модель правильной женственности, то она противопоставляется представлениям о правильной мужественности. Мужчина рассматривается как неспособный к этому вчувствованию, неспособный к этой эмпатии и заботе. Только, наверное, вынужденно может заниматься этим. Такие жесткие представления о мужественности и женственности, о мужских и женских ролях, на самом деле, ограничивают возможности выбора и степень человеческой свободы. Действуют верования в правильную мужественность и в правильную женственность, они действуют как барьеры для гендерного равенства.

В нашем гендерном порядке очевидна длинная история общественного участия женщины в сфере оплачиваемого труда. У нас профессиональные женщины. И в этом смысле мы в принципе по индексу гендерного равенства довольно высоко, по тому, как женщины работают, Россия очень близка к Европе. В России довольно длительная традиция, укорененные практики, воспроизводящиеся многие поколения, совмещения оплачиваемого труда с семейными заботами. Женщина у нас в этом смысле стратегически очень активный субъект, она знает, как совмещать домашние роли и роли работающего человека. У нас нехватка социальной поддержки вот этого баланса ролей. И поддержки со стороны государства. Хотя последние годы государство делает усилия для того, чтобы поддержать совмещение ролей женщиной. Но у нас явный гендерный дисбаланс в том, что мужчина недостаточно эмансипирован и недостаточно включен в домашние заботы. И это сильно отличает нас от стран Западной Европы, где гендерное равенство в домашней сфере в гораздо большей степени нашло свое практическое выражение. Мужчина берет отпуск по уходу за ребенком, никто не считает это каким-то особым подвигом или странностью.

Общество чувствительно к тому, что у нас проблемы с мужским гендером в большей степени, чем женским, если мы говорим в категории гендерного равенства. Потому что для того, чтобы обеспечить гендерное равенство, надо, чтобы и мужчины могли пересекать границу ролей, которые им предписаны.

Второе существенное различие — это наша гетеросексуальная матрица. Это совершенно очевидно. Если в Западной Европе работает политика инклюзивности (включенности) по отношению к людям с однополой сексуальной ориентацией, то Россия в этом отношении занимает совершенно другую позицию. Она считает, что такого рода открытость является неприемлемой. В этом она совершенно консервативна. И этот консерватизм является открыто декларируемой позицией российского законодательства, российской идеологии и средств массовой информации.

Проблемы гендерные чувствительны к разным возрастным группам. Скажем так, к разным этапам жизненного пути человека. Общество и государство чрезвычайно активно обсуждают гендерные дисбалансы репродуктивного возраста. И там говорится все время о том, не нужно ли больше яслей, не построить ли перинатальный центр. Или распространить декретные на мужчин. Конечно, есть сопротивление этим трендам. Но, во всяком случае, это проблематизировано. Однако если мы поговорим о людях, которые находятся на другом этапе жизненного пути, например, в предпенсионном или пенсионном возрасте, мы увидим, что они сталкиваются совсем с другой, но гендерно маркированной проблемой. Мы можем называть ее проблемой или синдромом «поколения сэндвич». Что это означает? Вы знаете, что такое сэндвич, — это бутерброд. Человек, оказывающийся в положении «сэндвич», находится в состоянии давления между двумя типами обязательств. По крайней мере, двумя, а то и больше. Сдавлен между двумя этими обязательствами. Вот только что дети подросли, и ты вроде достиг всего на рабочем месте, а тут у тебя начали болеть родители или бабушки и дедушки. И вот этот новый вызов совершенно застает человека врасплох. Потому что государство гораздо меньше помогает в уходе за пожилыми, чем в уходе за детьми. Это уже завершение жизни, это не продуктивный класс или социальная категория. Поэтому надо обеспечить им дожитие. Как семья будет справляться с уходом и заботой о немощных старших родственниках — это ее семейное дело. И в этом опять гендерный вопрос: чье это дело? Кто будет осуществлять прямой, ручной, непосредственный уход за больным пожилым человеком, чье состояние очень хрупкое? И, конечно, это опять профессиональное существо, которое профессионально социализировано как способное заботиться.

Консервативный поворот

K списку

Я бы хотела начать с того, что вообще гендерная проблематика в российском обществе довольно долго привлекала внимание только очень узкого круга активистов и исследователей. Массового интереса к этой проблематике, в общем, не было. И вдруг произошли перемены, гендерные вопросы стали политизироваться, и очень сильно. Начинается это примерно с середины 2000-х годов. То есть это второй срок президента Путина. Он объявляет, что перед Россией стоит демографическая проблема. Намечает три стратегии ее решения. И утверждает, что одним из путей решения демографического кризиса в России является рост деторождения. И необходимо поощрять женщин для того, чтобы они рожали детей.

Продвигается и очень быстро принимается закон о материнском капитале. Когда оказывается: роди второго ребенка, помоги гражданам России решить очень важный демографический вопрос, этому ребенку будет три года, и женщина получит так называемый материнский капитал. Начались общественные обсуждения: может ли действительно некоторая сумма служить стимулом для репродуктивного решения, как формулировать, какие есть действительно последствия этого закона. Феминистская критика прозвучала, потому что речь шла о материнском капитале. Довольно скоро он стал называться семейным капиталом. Но в реальной практике деньги эти может реально получать женщина. Обсуждались также цели, на которые может быть истрачен материнский капитал. Как мы знаем, по закону таких целей первоначально было только три. Это решение жилищного вопроса, пенсионные накопления матери и образование детей. Это прокрустово ложе трех целей использования этих денег оказалось чрезвычайно узким. Отношение государства к гражданам — такое, с одной стороны, патерналистское, а с другой стороны, жестко контролирующее — «Мы знаем, на что вам надо потратить деньги. И вы со своими потребностями уж приспособьтесь сами» — воспроизводило советские модели. Хотя сумма достаточно большая, тем более она индексировалась. С 2007 по 2016 год работает программа материнского капитала. И ясно, что она, может, и не решает проблему демографического кризиса, но улучшает в определенной степени положение семей. Семьи на нее рассчитывают. И, в общем, эта мера впервые проблематизирует гендер.

Второй момент связан с введением некоторых поправок в закон о репродуктивных правах. Дело в том, что у нас возникают массовые инициативы, которые призывают коренным образом пересмотреть очень либеральный закон об абортах. Или полностью его запретить. Происходит мобилизация консерваторов, которые вообще-то называются пролайферы. Это те, кто, обсуждая проблематику репродуктивных прав, категорически против того, чтобы у женщины вообще были репродуктивные права. Эти консерваторы, которые радикально хотят запретить аборт, не добиваются своей цели. Но изменения в законодательстве об абортах происходят, и частично эти поправки приводят к его ужесточению. Это второй, так скажем, пунктик политизации гендера. Потому что там возникает вопрос, имеет ли женщина право распоряжаться своим телом или ей надо вообще запретить это делать. Или она должна это делать только с согласия своего мужчины, партнера и так далее.

Третий момент, связанный с консервативной мобилизацией, касается закона о ювенальной юстиции. Довольно сложная дискуссия. Дело в том, что Россия должна была подписать закон о ювенальной юстиции. Консерваторы категорически против этого закона. По двум основаниям. С одной стороны, они говорят, что у них есть либеральный аргумент. Он заключается в том, что если государство вмешивается в частную жизнь, то это пространство коррупции, интервенции и давления. И ограничивает родительские права. С другой стороны, под эту же сурдинку совершенно не проводится никаких мер по облегчению положения детей, которые оказываются в местах заключения и которые преследуются по закону. Они говорят о том, что семья все должна решать. «В семье должны быть роли четко расписаны. Какие могут быть права ребенка?!» Ведь закон о ювенальной юстиции базируется на правах ребенка. «Никаких прав ребенка! Только права отца и права матери!» Вот эта модель традиционной семьи выступает. И это тоже консервативное такое наступление, чтобы не использовать слово «наезд».

Дальше мы говорим о законе о гендерном равенстве. Чтобы действительно реально бороться с дискриминацией, нужно было провести через парламент закон о гендерном равенстве с определенными формулировками. Это международное право. Этот закон блокируется, его не принимают. Почему? Потому что консерваторы выступают против категории «гендер». И вот это для нас довольно любопытный момент. Они говорят, что «гендер» — это чуждый термин, заимствованный. Мало того, сторонники гендерного подхода утверждают, что модели и роли мужественности и женственности, мужского и женского поведения социально сконструированы. А если они социально сконструированы, их можно изменить. Их можно выбрать. Они не предписаны ни государством, ни биологией, ни религиозными догматами. А раз так, то, используя категорию «гендер» в законодательных актах, мы тем самым проводим политику выбора сексуальной ориентации и половых ролей.

Консервативный поворот (продолжение)

K списку

Кто же эти консерваторы?

Прежде всего, существуют общественные инициативы. Эти общественные инициативы — различные организации, которые как будто бы созданы независимо от поддержки государственных структур. Действительно, есть люди, активно верящие и в богоданность, и в натуральность сложившихся ролей по признаку пола. Они имеют мощную поддержку у РПЦ, Русской православной церкви. Они имеют мощную поддержку в одном из сегментов политических элит. Именно поэтому, собственно говоря, они оказываются довольно серьезной силой в обществе и в общественном дискурсе.

Я не назвала еще одну законодательную инициативу, связанную с законом, запрещающим пропаганду гомосексуализма. Этот закон, который вызвал дискуссию, все-таки был принят на федеральном уровне. Он, конечно же, является исключающим, является репрессивным. Он является мощным утверждением гетеросексуальной матрицы. Таким образом, мы видим это вот проявление консервативных позиций в правовом поле, в дискурсивном поле. А в одной из речей президента консервативная идеология была названа идеологией российского политического истеблишмента. То есть вот этот консерватизм, проявляющий себя в продвижении ценностей патриархальной семьи, жесткой гетеросексуальной матрицы, представления о гендерных ролях, является той идеологией, которая претендует на гегемонию, то есть на господство. Потому что все, кто будет говорить против этого, будут расценены как диссиденты. Или как несогласные или те, кто не вписывается в мейнстрим этой идеологии, которая постоянно отсылает нас к традиционным ценностям, к российской культуре, к православным, к христианским ценностям.

И, конечно, есть сопротивление этой консервативной волне. Но на уровне повседневной жизни, когда люди просто игнорируют все это и находят возможности решать проблемы, с которыми они сталкиваются, самостоятельно. Игнорируя идеологическое наступление консерваторов. С другой стороны, существует феминистская мобилизация. Она пока небольшая. Может быть, даже не феминистская, а в сторону гендерного равенства. Когда люди выделяют, и проблематизируют, и обсуждают, и так далее. Поэтому мне кажется, что мы живем в том обществе, где полное господство консерваторов просто не может осуществиться технологически. Ни границы нельзя закрыть, ни дискурс нельзя полностью цензурировать. Поэтому я склонна рассматривать консервативный поворот как один из циклов политического развития, политической динамики, на смену которому рано или поздно придет другая волна. Но консерваторы довольно сильны в нашем обществе, что еще раз нас отсылает к тому, что наш гендерный порядок во многом сохраняется в качестве традиционного и патриархатного. С устойчивым представлением о моделях мужественности и женственности, с оправданием гендерных границ природными, биологическими или даже религиозными факторами.

Материал подготовлен Ириной Костериной в рамках совместного проекта COLTA. RU и Фонда имени Генриха Бёлля

Идея проекта: Ирина Костерина
Координатор и логист: Юлия Островская
Режиссер: Дмитрий Вакулин
Оператор: Кирилл Бегишев
Монтаж: Ирина Савина
Иллюстрации: Елена Зайкина

Другие материалы курса «Гендер для чайников»:

Что такое семейная политика?
Кому и зачем нужно материнство?
Что такое сексуальная идентичность?
Что такое феминизм?
Что такое маскулинность?
Что такое насилие?
Что такое отцовство?
Как устроены гендерные нормы на Северном Кавказе?

Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс. Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

При поддержке Немецкого культурного центра им. Гете, Фонда имени Генриха Бёлля, фонда Михаила Прохорова и других партнеров.

Гендер для чайников — краткий курс

COLTA.RU и Фонд имени Генриха Бёлля с удовольствием представляют наш новый совместный проект — мы надеемся, что он станет началом большого и осмысленного разговора о сюжетах, которые российское общество предпочитает не замечать или недопонимать. 

Как распознать сексизм и не впасть в него самому? Как найти свой собственный «-изм» и научиться ориентироваться в современном гендерном многообразии? Что вообще такое этот «гендер»? Об этом и многом другом — краткий видеокурс «Гендер для чайников», где в наших внутренних противоречиях разбираются лучшие российские эксперты, исследователи и практики, социологи и демографы, специалисты в областях гендерного равенства, прав и обязанностей мужчин и женщин.

Наш первый эксперт — Елена Здравомыслова, социолог, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, содиректор программы гендерных исследований. 

Что такое гендер?
Патриархат
Как формируются гендерные роли?
Консервативный поворот
Консервативный поворот (продолжение)

Что такое гендер?

K списку

Гендер — это иностранное слово, оно имеет латинские корни. И оно пришло в русский язык из английского языка. По-английски это звучит «дженде». Это слово вводится в науки, и первый человек, который это делает, — психиатр, психолог и психоаналитик Столлер. Он в 1968 году пишет книжку, которая называется «Gender and sex». Он предлагает точно разделять биологические характеристики человека, его половые характеристики (то, что по-английски будет называться sex) и gender — то, что социально организовано и социально сконструировано. Он это делает в 68-м году. На самом деле исследователи еще раньше пользуются этим термином, но именно за Столлером закрепилась эта идея, он у нас первооткрыватель этого термина. Этот термин активно начинает использоваться феминистскими исследователями, исследователями женского опыта, в гендерных исследованиях.

Исследования стали называться гендерными, от слова «дженде». Потому что на самом деле их фокус заключается в изучении социально конструированных отношений, групп, определяемых по признаку пола. Вот что такое гендер. В России впервые появился термин «гендер» в самом конце 80-х годов. Гендер по-английски — это грамматический род. В русском языке есть тоже грамматическая категория рода. И почему бы не использовать тогда категорию рода, объясняя социальную организацию отношений между полами? Очень важно было обозначить этот спектр исследовательских интересов через термин, который не ассоциируется с другими замыленными и ведущими не туда явлениями и дискурсивными формациями. Поэтому — «гендер».

Исследователи и просто люди, чувствительные к этой проблематике, стали обсуждать вопросы дискриминации по признаку пола. И вот тогда категория «гендер» оказалась очень емкой, важной и уместной. Потому что эта дискриминация, конечно, связана с социальными и политическими процессами. И надо назвать людей, которые особенно сделали такой значимый шаг в этом направлении. Это созданный в 89-м году Московский центр гендерных исследований. Он создавался в Академии наук, в Институте народонаселения, в Институте демографии. И вот ядром человеческим было несколько исследователей, которые и раньше занимались феминизмом и гендерными исследованиями. Но это был их личный как бы интерес, институционально это не было никак оформлено. Это Анастасия Посадская, Наталья Захарова, Наталья Михайловна Римашевская, которая была во главе этого. Вот эти исследователи поставили вопрос о реальных структурных барьерах гендерного равенства.

А тут возникли специальные политические возможности для того, чтобы гендерные исследования были достаточно автономной областью этого знания. А дело в чем? Дело в том, что Россия в конце 80-х — начале 90-х годов демонстрирует политическую волю, интеграцию в международные академические процессы. После того как в Пекине ООН в 85-м году приняла декларацию, которую подписала Россия, о борьбе со всеми формами дискриминации против женщин, нужно было в соответствии с подписанной декларацией предпринять ряд шагов. Потому что эта декларация предполагала действия на политическом уровне. Один из этих шагов — это зеленый свет для исследователей дискриминации и неравенства по признаку пола.

Патриархат

K списку

Патриархат — это социальная система, это общественное устройство, при котором женщины являются объектом угнетения, эксплуатации и оказываются в подчиненном положении. Такая исследовательница, как Сильвия Волби — я о ней говорю, потому что я разделяю эту точку зрения, — разделяет патриархат на публичный и приватный. Вот приватный патриархат, он в основном реализует себя как система подчинения женщин в сфере семейной жизни, в сфере частной жизни. И носителем воли, субъектом этого подчинения является отдельный конкретный мужчина. Отец, супруг. И можно всегда сказать: кто угнетатель супруги? Ее муж. Патриархат становится персонализированным.

Но в публичном патриархате — нет. В публичном патриархате очень трудно назвать вот этого индивидуального носителя угнетения, эксплуатации и доминирования. Это сама структура, это само общественное устройство. На самом деле угнетается патриархатом не только женщина, но и мужчина. Тем самым фактом, что существует жесткое представление об их ролях. И вот этот публичный патриархат, то есть патриархат в общественной сфере: в сфере занятости, в сфере политики, в культурной репрезентации — то есть в тех картинках, которые нам сообщают представления о мужественности и женственности, — вот этот патриархат действует по-другому. Он не исключает женщин полностью. Он их включает — пожалуйста, занимайте свои позиции на работе, в политике — но включает на определенных условиях. Сегрегируя. Мы тебя сделаем заместителем премьер-министра, но ты будешь отвечать за вопросы здравоохранения.

Патриархат может, конечно, определяться как механизм угнетения женщин. Но если мы оптику сдвинем, мы увидим, что это также механизм угнетения мужчин. Потому что он давит и разделяет. Предписывает и сегрегирует. Если мужчина не вписывается в матрицу доминирования, которая ему предписана обществом, — «Будь охотником! Будь насильником! Будь кормильцем!» — то он будет слыть негодным, неудачником, ненастоящим мужчиной.

Когда обсуждаются гендерные отношения в России, то очень часто звучит тезис о женской власти. Эта дискуссия о женской власти, обсуждение ее, конечно, каким-то образом затемняет вопрос о гендерном неравенстве. Или по-другому его формулирует. На самом деле, о каком патриархате мы можем говорить? О каком феминизме мы можем говорить? Женщины действительно обладают ресурсами, потому что они работают. И не только поэтому, а потому, что у них есть своя особая женская власть. И такие обсуждения характерны не только для нашего общества. В последнее время даже в литературе появился такой жанр, который исследователи называют «стервологией». Это разнообразные сборники, наставления, домострои определенные, руководства к действию, написанные психологами, которые обсуждают, как женщины могут манипулировать мужчинами. И вот в эту категорию «стервы», где почти обсценная (ненормативная) лексика (во всяком случае, этот термин явно не поощрительного характера), как бы едино встроены два образа женщины. С одной стороны, женщина, которая нечестным путем добивается своих целей, нелегитимно власть использует. А с другой стороны, она все-таки субъект, имеет свои цели, умеет их защищать и продвигать. Но делает она это нечестными путями. Использует так называемую женскую власть.

Мы предлагаем, вместе с моей коллегой Анной Темкиной и другими исследователями, говорить, что вот такая женская власть — это власть слабых. Эта власть манипуляторов, она, конечно, связана с предписанными ролями. И что такое вот эта женская власть? Это власть соблазнения, это власть интриги. Это власть, которая не признается как реальная борьба за свои права. Это просто использование своего положения для того, чтобы управлять этим бедным мужчиной. Мужчина голова, а женщина шея. Эта власть находит себе применение только потому, что патриархат работает. Что у женщин нехватка нормальных ресурсов. Тогда, будучи реальными субъектами, они прибегают вот к этим самым малолегитимным способам. Вот в этом заключается власть слабых. И постольку, поскольку женщина не допущена на равных с мужчиной соревноваться за какие-то значимые блага, она начинает пользоваться этими подковерными тактиками для того, чтобы добиться своих целей. Вывод такой: власть слабых существует. И женская власть как таковая, как власть манипуляторов, как власть интриганок, — она существует как власть слабых. Если не будет патриархата, исключающего и сегрегирующего, то не будет и власти слабых.

Как формируются гендерные роли?

K списку

Государственные механизмы, правовые, политические и идеологические, работают на то, чтобы использовать социально организованные различия между полами в свою пользу. И продвигают определенные идеологии о том, какие роли у мужчин, какие роли у женщин должны быть. Государство действует, можно сказать, нормативно и давит морально. Оно законы прописывает и может в этом смысле по-разному конструировать мужественность и женственность.

Гендерные паттерны, то, как мы будем жить как мужчины и женщины, интересуют, конечно, каждого. Но люди не всегда их знают. И они, конечно, связаны с конкретным контекстом, в котором вы находитесь. Люди не всегда чувствительны к гендерной несправедливости. Или к гендерному неравенству. Потому что они усваивают определенные представления о мужских и женских ролях. Они усваивают представления старые, архаичные, которые морализируются. Приведем пример. Есть представление, что женщина по своей природе гораздо лучше может ухаживать за слабыми и больными, нежели мужчина. От природы она способна к заботе. Она эмпатичная, мягкая, теплая, женственная. Вот в этом и суть женственности. Если так конструируется модель правильной женственности, то она противопоставляется представлениям о правильной мужественности. Мужчина рассматривается как неспособный к этому вчувствованию, неспособный к этой эмпатии и заботе. Только, наверное, вынужденно может заниматься этим. Такие жесткие представления о мужественности и женственности, о мужских и женских ролях, на самом деле, ограничивают возможности выбора и степень человеческой свободы. Действуют верования в правильную мужественность и в правильную женственность, они действуют как барьеры для гендерного равенства.

В нашем гендерном порядке очевидна длинная история общественного участия женщины в сфере оплачиваемого труда. У нас профессиональные женщины. И в этом смысле мы в принципе по индексу гендерного равенства довольно высоко, по тому, как женщины работают, Россия очень близка к Европе. В России довольно длительная традиция, укорененные практики, воспроизводящиеся многие поколения, совмещения оплачиваемого труда с семейными заботами. Женщина у нас в этом смысле стратегически очень активный субъект, она знает, как совмещать домашние роли и роли работающего человека. У нас нехватка социальной поддержки вот этого баланса ролей. И поддержки со стороны государства. Хотя последние годы государство делает усилия для того, чтобы поддержать совмещение ролей женщиной. Но у нас явный гендерный дисбаланс в том, что мужчина недостаточно эмансипирован и недостаточно включен в домашние заботы. И это сильно отличает нас от стран Западной Европы, где гендерное равенство в домашней сфере в гораздо большей степени нашло свое практическое выражение. Мужчина берет отпуск по уходу за ребенком, никто не считает это каким-то особым подвигом или странностью. Общество чувствительно к тому, что у нас проблемы с мужским гендером в большей степени, чем женским, если мы говорим в категории гендерного равенства. Потому что для того, чтобы обеспечить гендерное равенство, надо, чтобы и мужчины могли пересекать границу ролей, которые им предписаны.

Второе существенное различие — это наша гетеросексуальная матрица. Это совершенно очевидно. Если в Западной Европе работает политика инклюзивности (включенности) по отношению к людям с однополой сексуальной ориентацией, то Россия в этом отношении занимает совершенно другую позицию. Она считает, что такого рода открытость является неприемлемой. В этом она совершенно консервативна. И этот консерватизм является открыто декларируемой позицией российского законодательства, российской идеологии и средств массовой информации.

Проблемы гендерные чувствительны к разным возрастным группам. Скажем так, к разным этапам жизненного пути человека. Общество и государство чрезвычайно активно обсуждают гендерные дисбалансы репродуктивного возраста. И там говорится все время о том, не нужно ли больше яслей, не построить ли перинатальный центр. Или распространить декретные на мужчин. Конечно, есть сопротивление этим трендам. Но, во всяком случае, это проблематизировано. Однако если мы поговорим о людях, которые находятся на другом этапе жизненного пути, например, в предпенсионном или пенсионном возрасте, мы увидим, что они сталкиваются совсем с другой, но гендерно маркированной проблемой. Мы можем называть ее проблемой или синдромом «поколения сэндвич». Что это означает? Вы знаете, что такое сэндвич, — это бутерброд. Человек, оказывающийся в положении «сэндвич», находится в состоянии давления между двумя типами обязательств. По крайней мере, двумя, а то и больше. Сдавлен между двумя этими обязательствами. Вот только что дети подросли, и ты вроде достиг всего на рабочем месте, а тут у тебя начали болеть родители или бабушки и дедушки. И вот этот новый вызов совершенно застает человека врасплох. Потому что государство гораздо меньше помогает в уходе за пожилыми, чем в уходе за детьми. Это уже завершение жизни, это не продуктивный класс или социальная категория. Поэтому надо обеспечить им дожитие. Как семья будет справляться с уходом и заботой о немощных старших родственниках — это ее семейное дело. И в этом опять гендерный вопрос: чье это дело? Кто будет осуществлять прямой, ручной, непосредственный уход за больным пожилым человеком, чье состояние очень хрупкое? И, конечно, это опять профессиональное существо, которое профессионально социализировано как способное заботиться.

Консервативный поворот

K списку

Я бы хотела начать с того, что вообще гендерная проблематика в российском обществе довольно долго привлекала внимание только очень узкого круга активистов и исследователей. Массового интереса к этой проблематике, в общем, не было. И вдруг произошли перемены, гендерные вопросы стали политизироваться, и очень сильно. Начинается это примерно с середины 2000-х годов. То есть это второй срок президента Путина. Он объявляет, что перед Россией стоит демографическая проблема. Намечает три стратегии ее решения. И утверждает, что одним из путей решения демографического кризиса в России является рост деторождения. И необходимо поощрять женщин для того, чтобы они рожали детей.

Продвигается и очень быстро принимается закон о материнском капитале. Когда оказывается: роди второго ребенка, помоги гражданам России решить очень важный демографический вопрос, этому ребенку будет три года, и женщина получит так называемый материнский капитал. Начались общественные обсуждения: может ли действительно некоторая сумма служить стимулом для репродуктивного решения, как формулировать, какие есть действительно последствия этого закона. Феминистская критика прозвучала, потому что речь шла о материнском капитале. Довольно скоро он стал называться семейным капиталом. Но в реальной практике деньги эти может реально получать женщина. Обсуждались также цели, на которые может быть истрачен материнский капитал. Как мы знаем, по закону таких целей первоначально было только три. Это решение жилищного вопроса, пенсионные накопления матери и образование детей. Это прокрустово ложе трех целей использования этих денег оказалось чрезвычайно узким. Отношение государства к гражданам — такое, с одной стороны, патерналистское, а с другой стороны, жестко контролирующее — «Мы знаем, на что вам надо потратить деньги. И вы со своими потребностями уж приспособьтесь сами» — воспроизводило советские модели. Хотя сумма достаточно большая, тем более она индексировалась. С 2007 по 2016 год работает программа материнского капитала. И ясно, что она, может, и не решает проблему демографического кризиса, но улучшает в определенной степени положение семей. Семьи на нее рассчитывают. И, в общем, эта мера впервые проблематизирует гендер.

Второй момент связан с введением некоторых поправок в закон о репродуктивных правах. Дело в том, что у нас возникают массовые инициативы, которые призывают коренным образом пересмотреть очень либеральный закон об абортах. Или полностью его запретить. Происходит мобилизация консерваторов, которые вообще-то называются пролайферы. Это те, кто, обсуждая проблематику репродуктивных прав, категорически против того, чтобы у женщины вообще были репродуктивные права. Эти консерваторы, которые радикально хотят запретить аборт, не добиваются своей цели. Но изменения в законодательстве об абортах происходят, и частично эти поправки приводят к его ужесточению. Это второй, так скажем, пунктик политизации гендера. Потому что там возникает вопрос, имеет ли женщина право распоряжаться своим телом или ей надо вообще запретить это делать. Или она должна это делать только с согласия своего мужчины, партнера и так далее.

Третий момент, связанный с консервативной мобилизацией, касается закона о ювенальной юстиции. Довольно сложная дискуссия. Дело в том, что Россия должна была подписать закон о ювенальной юстиции. Консерваторы категорически против этого закона. По двум основаниям. С одной стороны, они говорят, что у них есть либеральный аргумент. Он заключается в том, что если государство вмешивается в частную жизнь, то это пространство коррупции, интервенции и давления. И ограничивает родительские права. С другой стороны, под эту же сурдинку совершенно не проводится никаких мер по облегчению положения детей, которые оказываются в местах заключения и которые преследуются по закону. Они говорят о том, что семья все должна решать. «В семье должны быть роли четко расписаны. Какие могут быть права ребенка?!» Ведь закон о ювенальной юстиции базируется на правах ребенка. «Никаких прав ребенка! Только права отца и права матери!» Вот эта модель традиционной семьи выступает. И это тоже консервативное такое наступление, чтобы не использовать слово «наезд».

Дальше мы говорим о законе о гендерном равенстве. Чтобы действительно реально бороться с дискриминацией, нужно было провести через парламент закон о гендерном равенстве с определенными формулировками. Это международное право. Этот закон блокируется, его не принимают. Почему? Потому что консерваторы выступают против категории «гендер». И вот это для нас довольно любопытный момент. Они говорят, что «гендер» — это чуждый термин, заимствованный. Мало того, сторонники гендерного подхода утверждают, что модели и роли мужественности и женственности, мужского и женского поведения социально сконструированы. А если они социально сконструированы, их можно изменить. Их можно выбрать. Они не предписаны ни государством, ни биологией, ни религиозными догматами. А раз так, то, используя категорию «гендер» в законодательных актах, мы тем самым проводим политику выбора сексуальной ориентации и половых ролей.

Консервативный поворот (продолжение)

K списку

Кто же эти консерваторы?

Прежде всего, существуют общественные инициативы. Эти общественные инициативы — различные организации, которые как будто бы созданы независимо от поддержки государственных структур. Действительно, есть люди, активно верящие и в богоданность, и в натуральность сложившихся ролей по признаку пола. Они имеют мощную поддержку у РПЦ, Русской православной церкви. Они имеют мощную поддержку в одном из сегментов политических элит. Именно поэтому, собственно говоря, они оказываются довольно серьезной силой в обществе и в общественном дискурсе.

Я не назвала еще одну законодательную инициативу, связанную с законом, запрещающим пропаганду гомосексуализма. Этот закон, который вызвал дискуссию, все-таки был принят на федеральном уровне. Он, конечно же, является исключающим, является репрессивным. Он является мощным утверждением гетеросексуальной матрицы. Таким образом, мы видим это вот проявление консервативных позиций в правовом поле, в дискурсивном поле. А в одной из речей президента консервативная идеология была названа идеологией российского политического истеблишмента. То есть вот этот консерватизм, проявляющий себя в продвижении ценностей патриархальной семьи, жесткой гетеросексуальной матрицы, представления о гендерных ролях, является той идеологией, которая претендует на гегемонию, то есть на господство. Потому что все, кто будет говорить против этого, будут расценены как диссиденты. Или как несогласные или те, кто не вписывается в мейнстрим этой идеологии, которая постоянно отсылает нас к традиционным ценностям, к российской культуре, к православным, к христианским ценностям.

И, конечно, есть сопротивление этой консервативной волне. Но на уровне повседневной жизни, когда люди просто игнорируют все это и находят возможности решать проблемы, с которыми они сталкиваются, самостоятельно. Игнорируя идеологическое наступление консерваторов. С другой стороны, существует феминистская мобилизация. Она пока небольшая. Может быть, даже не феминистская, а в сторону гендерного равенства. Когда люди выделяют, и проблематизируют, и обсуждают, и так далее. Поэтому мне кажется, что мы живем в том обществе, где полное господство консерваторов просто не может осуществиться технологически. Ни границы нельзя закрыть, ни дискурс нельзя полностью цензурировать. Поэтому я склонна рассматривать консервативный поворот как один из циклов политического развития, политической динамики, на смену которому рано или поздно придет другая волна. Но консерваторы довольно сильны в нашем обществе, что еще раз нас отсылает к тому, что наш гендерный порядок во многом сохраняется в качестве традиционного и патриархатного. С устойчивым представлением о моделях мужественности и женственности, с оправданием гендерных границ природными, биологическими или даже религиозными факторами.

Материал подготовлен Ириной Костериной в рамках совместного проекта COLTA.RU и Фонда имени Генриха Бёлля

Идея проекта: Ирина Костерина
Координатор и логист: Юлия Островская
Режиссер: Дмитрий Вакулин
Оператор: Кирилл Бегишев
Монтаж: Ирина Савина
Иллюстрации: Елена Зайкина

Другие материалы курса «Гендер для чайников»:

Что такое семейная политика?
Кому и зачем нужно материнство?
Что такое сексуальная идентичность?
Что такое феминизм?
Что такое маскулинность?
Что такое насилие?
Что такое отцовство?
Как устроены гендерные нормы на Северном Кавказе?

Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

При поддержке Немецкого культурного центра им. Гете, Фонда имени Генриха Бёлля, фонда Михаила Прохорова и других партнеров.

Гендерные отношения в современном мире

16–18 мая преподаватели МГИМО приняли участие в Международной конференции «Гендерные отношения в современном мире: управление, экономика, социальная политика», которая прошла на трех площадках — в Москве, Иванове и Плесе.

Конференция, посвященная 25-летию становления гендерных исследований в системе российского высшего образования, была организована Ивановским государственным университетом, Институтом социально-политических исследований РАН, РАНХиГС и Федерацией женщин с университетским образованием. В научном форуме приняли участие 145 представителей тридцати российских университетов (МГУ, МГИМО, СПбГУ, ИГУ, РАНХиГС, НИУ ВШЭ и др.), восьми институтов РАН и Российской академии образования, ученые из США, Великобритании и Таджикистана.

Собравшихся приветствовали председатель Думы Ивановской области М.А.Дмитриева и инициатор конференции — заместитель председателя правительства Ивановской области, главный редактор журнала «Женщина в российском обществе» О.А.Хасбулатова. Приветствие от имени проректора МГИМО по научной работе Е.М.Кожокина огласила заведующая кафедрой педагогики и психологии Е.В.Воевода.

МГИМО представляли преподаватели кафедры демографической и миграционной политики (Г.И.Гаджимурадова), кафедры социологии (А.В.Носкова, аспирант Е.И.Кузьмина), кафедры педагогики и психологии (Е.В.Воевода, Е.Н.Махмутова, Е.Э.Шишлова), кафедры рекламы и связей с общественностью (Л.С.Сальникова) и кафедры английского языка №2 (Л.С.Пичкова, О.О.Чертовских).

Гендерным аспектам миграции были посвящены доклады Г.И.Гаджимурадовой (тема: «Гендерное измерение миграции мусульман в Европу») и совместный доклад А.В.Носковой и Е.И.Кузьминой (тема: «Мобильность женщин с детьми в контексте социальной политики»).

Г.И.Гаджимурадова в своем докладе подробно остановилась на современном состоянии миграционной ситуации в странах Европы, положении женщин в мусульманских общинах европейских стран. Она отметила, что мусульманок в Европе отличает относительно низкая включенность в общественную жизнь принимающих стран и это существенно затрудняет процесс интеграции всей мусульманской диаспоры. Учет гендерного фактора в процессе интеграции в принимающее общество, по мнению докладчика, улучшит процесс адаптации и интеграции всей мусульманской уммы, что позволит «новым гражданам» в полной мере стать частью европейского общества.

Е.В.Воевода осветила восприятие карьерных возможностей студентками факультета Международной журналистики. Л.С.Сальникова рассмотрела профессиональные и карьерные перспективы студентов старших курсов факультета МЖ в условиях цифровой реальности. Опираясь на анализ проведенного опроса студентов 3-4 курса факультета МЖ, автор исследования сделала вывод о том, что современная «цифровая молодежь» пока не готова адаптироваться к новым вызовам, связанным с трансформацией глобального рынка труда.

Как утверждают ведущие мировые эксперты, четвертая промышленная революция будет способствовать исчезновению целого ряда профессий, в частности, значительную часть функций в сфере медиаиндустрии возьмут на себя роботы с искусственным интеллектом. Кроме того, по прогнозам аналитиков, цифровая экономика приведет к углублению гендерного неравенства, поскольку под угрозой потери рабочего места и профессии окажутся прежде всего женщины. Современным выпускникам уже сегодня необходимо переходить к самостоятельному проектированию своей профессиональной стратегии, а задача вуза — возродить на качественно новом уровне систему профессиональной ориентации, сделала вывод Л.С.Сальникова.

Е.Н.Махмутова рассказала о российском опыте реализации профессиональных образовательных программ по предпринимательству в гендерном аспекте. О.О.Чертовских и Л.С.Пичкова посвятили свой доклад роли гендерного образования в современном мире, а Е.Э.Шишлова — гендерному аспекту скрытого содержания образования.

Доклады сопровождались оживленными дискуссиями, которые продолжались в ходе неформального общения.

К началу работы конференции был издан сборник научных статей участников.

Кафедра демографической и миграционной политики
Кафедра педагогики и психологии
Кафедра рекламы и связей с общественностью

Гендерные отношения | Диплом по психологии

Гендерные отношения – это различные формы взаимосвязи людей как представителей определенного пола, возникающие в процессе их совместной жизнедеятельности [11]. К гендерным отношениям относятся отношения между гендерными группами и отношения между субъектами разного пола. В каждом случае гендерные отношения зависят от гендерных представлений, стереотипов, установок и степени усвоения гендерных ролей участниками гендерных отношений.

Существуют две основные модели гендерных отношений, характерных для современности [11]:

  1. Партнерские отношения – это отношения двух равноправных субъектов, каждый из которых обладает собственной ценностью, имеет индивидуализированные цели и принимает во внимание цели и интересы другого. В таких отношениях важнее всего согласование позиций и устремлений партнеров. Общение и взаимодействие при партнерском типе отношений отличаются взаимоуважением и корректностью.
  2. Доминантно-зависимые отношения – отношения, не предполагающие равноправия позиций: одна сторона таких отношений занимает доминантную позицию, другая – зависимую. Один субъект отношений (доминирующий) побуждает другого подчиняться себе и учитывать цели и интересы, не согласующиеся с устремлениями другого (зависимого) субъекта.

Традиционная гендерная идеология предполагает доминантно-зависимый тип гендерных отношений: «мужчине отведена роль субъекта государственной, профессиональной и общественной деятельности, главы и кормильца семьи, связующего звена между семьей и обществом в целом. Его прерогативой является внешний мир, культура, творчество, господство. «Естественное» предназначение женщины в этом обществе – сфера материнства, воспитания детей и домашнего хозяйства. Иерархия мужской и женской ролей фиксируется совершенно четко: он – субъект властных отношений, она – объект его власти» [11, с.171].

В настоящее время реализуется эгалитарная государственная политика (политика, в основу которой положен принцип создания равных условий для развития личности независимо от ее половой принадлежности во всех социальных сферах), и официально проблема дискриминации женщин не существует, т.к. равноправие полов закреплено в конституции страны несколько десятилетий назад [11].

Однако до настоящего времени сохранилось фактическое неравноправие представителей мужского и женского пола, предполагающее социальное доминирование мужчин, закрепленное в стереотипах маскулинности и фемининности, стереотипах гендерных отношений, берущих начало от традиционной гендерной идеологии, а также в традициях, обычаях и религиозных учениях. В частности, неравноправие проявляется в предпочтении мужчин в процессе профотбора при приеме на работу, в том, что, наиболее престижной и высокооплачиваемой работой занимаются мужчины, а высокая концентрация женщин существует только в отраслях и профессиях с наименее высоким уровнем оплаты труда, в том, что в семьях основная часть домашних обязанностей ложится на плечи женщин, и т.п. [5].

Таким образом, гендерные отношения в современном обществе характеризуются сочетанием элементов партнерской и доминантно-зависимой моделей отношений, при этом для женщин характерен в целом более низкий статус, чем для мужчин. Такая особенность гендерных отношений характерна не только для российского общества, но и наблюдается во всем мире [11].

Теоретический анализ представленных в литературе данных позволяет выявить две основные группы проявлений гендерных отношений в сфере общения людей:

  1. Проявления гендерных отношений, связанные с фактически существующим различием статусов гендерных групп. Приведем примеры таких проявлений в сфере общения:
    • «Интересные факты выявили Р.Хаген и А.Кан: в ре­альном межличностном взаимодействии и в чисто личностном плане высококом­петентные женщины не пользуются расположением не только мужчин, но и жен­щин. Авторами экспериментально было установлено, что и те и другие стремятся исключить из своей группы компетентных женщин. Авторы объясняют это тем, что высокая компетентность женщин нарушает существующие полоролевые сте­реотипы. Проигрыш мужчины женщине почти всегда означает снижение его само­оценки, поскольку «настоящий» мужчина должен всегда обыгрывать женщину» [6, с.184].
    • «Мальчики чаще, чем девочки, предпо­читают дружить с теми, кто добивается меньших успехов, и дистанцируются от тех сверстников, кто имеет лучшие учебные или спортивные показатели. Студентки же, наоборот, дружили с теми, кто добивался лучших результатов, чем они сами» [6, с.182].
    • «Обращения, направленные к мужчинам и женщинам, тоже различаются. Р. Рубин выявила при опросе университетских преподавателей, что студенты называют по имени молодых преподавателей-женщин гораздо чаще, чем мужчин. Спортивные обозреватели называют теннисисток по имени гораздо чаще, чем теннисистов (соответственно в 53 и 8% случаев). В лас­кательных прозвищах женщина превращается в еду или детенышей животных: сладкая, овечка, конфетка, котеночек, зайчик, цыпленок и т.п. По мнению психологов, это подтверждает отношение к женщине как человеку, имеющему более низкий статус» [6, с.185].
  2. Проявления гендерных отношений, связанные с социально-психологичес-кими феноменами внутригруппового фаворитизма и межгрупповой дискриминации. Внутригрупповой фаворитизм – это психологическое стремление людей каким-либо образом благоприятствовать членам собственной группы (давать позитивные оценки членам своей группы), межгрупповая дискриминация – это стремление преувеличивать различия между членами своей и другой группами и давать при этом членам другой группы менее позитивные оценки в сравнении с членами своей группы [11]. Данные феномены характерны и для гендерных групп в форме так называемой гендерной консолидации: «Во многих работах показано, что оценки представителей своего пола оказываются более высокими, чем представителей противоположного пола … Группы нередко укрепляют свою внутреннюю солидарность за счет подчеркивания негативных качеств представителей других групп … Это свойственно как мужчинам, так и женщинам: и те и другие охотно отпуска­ют острые шутки и делают уничижительные комментарии по адресу представите­лей противоположного пола» [5, с.179-180].

Таким образом, гендерные отношения оказывают существенное влияние на общение людей. Однако процесс общения подвержен воздействию не только гендерных отношений, но и других многочисленных факторов: мотивов, целей, содержания общения, личностных особенностей общающихся, вида общения и т.д. В каждом конкретном случае значимость каждого из факторов может быть различна. Так, например, в деловом общении и взаимодействии мужчины и женщины проявляют себя и как представители гендерных социальных групп, и как субъекты профессиональной деятельности.

В наибольшей мере гендерные отношения проявляются в межгрупповом общении, когда общающиеся выступают как представители социальных групп (в данном случае – гендерных групп) и реализуют общественные отношения. На процесс межличностного общения, когда общающиеся выступают как уникальные личности, когда реализуются межличностные отношения, гендерные отношения могут оказывать значительно меньшее влияние. При этом чем больше продолжительность общения, тем дальше общение переходит от межгруппового уровня к межиндивидуальному.

Далее: Гендерные проблемы общения врача и пациента

Как гендер формирует социальные отношения

Мой первый пример касается исследований небольших научно ориентированных начинающих компаний, которые сегодня занимают лидирующие позиции в области биотехнологий и информационных технологий (IT). Как пишут Кьерстен Уиттингтон и Лорел Смит-Доерр[31], многие из этих высокотехнологичных компаний приняли новую организационную логику, названную сетевой формой. Работа в этих компаниях организована с точки зрения проектных команд, которые часто построены совместно с сетью других фирм. Учёные в них гибко перемещаются между этими проектными командами, а иерархии контроля за их деятельностью остаются относительно плоскими.

Является ли эта неформальная, гибкая структура благоприятной или неблагоприятной для женщин-учёных, работающих в высокотехнологичных компаниях? Исследование Уиттингтон и Смит-Доерр предполагает[32], что в случае с биотехнологическими компаниями, основанными на науках о жизни, и компаниями, основанными на технических науках и физике (например в IT-фирмах), ответ будет различным. Чтобы понять, почему одна и та же организационная логика работает по-разному для женщин-учёных в разных контекстах, мы должны учитывать то, как фоновый фрейм гендера действует в каждом контексте.

Науки о жизни не являются строго гендерно типизированными в современной культуре. На сегодняшний день примерно треть докторов наук в этой области — женщины[33]. Применение фреймового подхода даёт нам основания ожидать, что из-за смешанного гендерного состава работников культурные представления о гендере будут выделяться в биотехнологических компаниях, но лишь расплывчато. Поскольку эта область не является строго гендерно типизированной, мы ожидаем, что эти фоновые гендерные представления создадут лишь небольшие преимущества для мужчин в отношении ожидаемой от них компетентности. Предполагается, что женщины-учёные в области биотехнологий редко сталкиваются с предубеждениями и пользуются доверием у коллег, потому что им необходимо эффективно использовать возможности, предоставляемые гибкой структурой инновационных фирм. Они должны быть в состоянии продвигать свои интересы, работать с «плохими акторами», если это необходимо, находить проекты, которые соответствуют их навыкам, и преуспевать[34]. В результате, в контексте биотехнологий, для женщин неформальная, гибкая организационная форма может быть выгоднее, чем более иерархическая структура.

Действительно, Уиттингтон и Смит-Доерр[35] считают, что женщины-учёные в области наук о жизни лучше проявляют себя в инновационных биотехнологических фирмах, чем в более традиционных иерархических исследовательских организациях, например, в фармацевтических компаниях. По сравнению с более иерархическими компаниями, женщины в этих гибких организациях чаще достигают руководящих должностей[36] и паритета с мужчинами в возможности зарегистрировать по крайней мере один патент на свое имя[37]. Однако даже в этих инновационных фирмах женщины получают меньше патентов, чем мужчины, также как и в традиционных иерархических компаниях. Это отставание не кажется удивительным, если вспомнить, что фоновые гендерные предубеждения по-прежнему в незначительной степени благоприятствуют мужчинам, даже в контексте инновационных биотехнологий.

В отличие от наук о жизни, инженерные и физические науки в нашем обществе по-прежнему сильно гендерно типизированы в пользу мужчин. Так, фоновый гендерный фрейм в контексте IT является более значимым и создаёт более сильные скрытые предубеждения против женской компетентности, чем в области биотехнологий. В этой ситуации неформальность и гибкость инновационных фирм вряд ли будет благоприятствовать женщинам-учёным, и может мешать им. Столкнувшись с серьёзными сомнениями в их авторитете, женщинам будет труднее эффективно использовать гибкую структуру. Кроме того, в контексте маскулинно типизированного гендерного фрейма, неформальная структура работы может привести к появлению атмосферы «мужского клуба» в инновационных IT-фирмах.

В соответствии с приведенным выше анализом, Уиттингтон[38] в своём исследовании патентования обнаружила, что женщины-физики и инженеры в небольших, гибких и менее иерархических фирмах не чувствуют себя комфортнее, чем в традиционных компаниях, занимающихся промышленными исследованиями и разработками. В обоих случаях вероятность того, что они получат патент, мала. В целом у женщин в этой области меньше патентов, чем у мужчин. В другом исследовании Макилви и Робинсон[39] обнаружили, что женщины-инженеры на самом деле добивались большего успеха в традиционной, аэрокосмической компании со структурированными правилами, чем в более неформальном, гибком IT-стартапе, потому что в контексте неблагоприятного фонового гендерного фрейма формальные правила в некоторой степени выровняли игровое поле. Этот пример предполагает, что мы не можем полностью понять значимость конкретной организационной логики для гендерной структуры, которую она будет производить, без учёта того, как эта организационная логика взаимодействует с фоновыми эффектами гендерного фрейма.

Гендерные отношения в современном мире

Профессор кафедры иностранных языков факультета истории и международных отношений РГУ имени С.А. Есенина, доктор педагогических наук Лидия Петровна Костикова приняла участие в Международной научной конференции «Гендерные отношения в современном мире: управление, экономика, социальная политика», организованной Ивановским государственным университетом совместно с РАНХиГС при Президенте (Ивановский филиал), Институтом социально-политических исследований РАН, Федерацией женщин с университетским образованием (российское отделение) научным журналом «Женщина в российском обществе». Конференция объединила учёных из различных регионов России, США и Таджикистана, представителей органов государственной власти, некоммерческих организаций.

На конференции обсуждались проблемы нового гендерного порядка, гендерные аспекты управления и социальной политики, женского предпринимательства и занятости, гендерной социализации поколений, гендерного измерения образования и науки, гендерной миграции.

Лидия Петровна Костикова выступила с докладом на тему «Готовность девушек-курсантов к военной службе», который был подготовлен совместно с заведующей кафедрой иностранных и русского языков, кандидатом филологических наук Еленой Сергеевной Чернявской и преподавателем Екатериной Ивановной Бугровой Рязанского гвардейского высшего воздушно-десантного командного училища имени генерала армии В.Ф. Маргелова. В докладе отмечалось, что на современном этапе приём девушек-курсантов на военные специальности является одной из важных задач реформирования высшего военного образования в Российской Федерации.

В настоящее время в РГВВДКУ имени генерала армии В.Ф. Маргелова девушки-курсанты обучаются по специальности 11.05.04 – «инфокоммуникационные технологии и системы специальной связи». Как показали результаты исследования, у девушек-курсантов есть огромное желание и необходимые физические данные для успешной подготовки к военной службе. Их отличают такие качества, как дисциплинированность, исполнительность, организованность, упорство, целеустремленность, коммуникабельность, аккуратность, эмпатия и гибкость мышления. Профессорско-преподавательский состав обеспечивает соответствующее психолого-педагогическое сопровождение профессиональной подготовки девушек-связисток.

К началу мероприятия был издан сборник материалов конференции. В дальнейшем наиболее интересные доклады появятся в журнале «Женщина в российском обществе», который индексируется в базе данных SCOPUS.

 

РГУ имени С.А. Есенина благодарит за информацию и фотоматериалы профессора кафедры иностранных языков ФИМО, доктора педагогических наук Лидию Петровну Костикову

Гендер, секс и феминизм: взгляд социолога • Arzamas

Анна Тёмкина — о том, как изучать неравенство между мужчинами и женщинами

Разговор Кирилл Головастиков, Ирина Калитеевская, Анна Тёмкина

Анна Тёмкина — доктор философии (Университет Хельсинки), профессор факультета политических наук и социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге. Автор книги «12 лекций по гендерной социологии» (в соавторстве с Еленой Здравомысловой).


— Что такое гендер с точки зрения социолога?

— Чтобы ответить на вопрос, нужно рассказать, как формировалось представление о гендере, гендерных различиях. Социологическую постановку проблемы половых различий можно отнести к 1950-м годам, когда крупнейший американский социолог Толкотт Парсонс впервые сформулировал, что половые роли мужчин и женщин подчиняются определенным социальным ожиданиям и формируются в процессе социализации, а не буквальным образом вытекают из биологии.

Но главный толчок к современному представлению о гендере дало женское движение (вторая волна феминизма) в западных обществах в 1970–80-е годы, которое переработало и критически объединило много разрозненных социальных теорий. Например, на идею гендера (гендерных различий) сильно повлиял марксизм: оказались важны представления об эксплуатации и неравенстве в интерпретации положения женщин. С другой стороны, повлиял психоанализ — например, идея о том, что усвоение образцов женственности и мужественности и их неравенство происходит в процессе раннего психосексуального развития через отношения с матерью и с отцом, то есть через определенного рода культурные и символические структуры, а не возникает буквально из биологии. Важными являются антропологические исследования Маргарет Мид, показывающие различия половых ролей в разных культурах. К моменту возникновения второй волны феминизма существовали и собственно феминистские теории — например, экзистенциальный феминизм Симоны де Бовуар и представления об инаковости женщин. И разумеется, были важны либеральные идеи — прежде всего права человека и равенство всех перед законом.

Участники марша за права женщин. Вашингтон, 9 марта 1986 года © Barbara Alper / Getty Images

Все эти теории получают спрос в 1970-е годы в контексте женского движения, когда у активисток и социологов возникает много вопросов: что такое женщина, чем она отличается от мужчины, откуда взялось неравенство и что с ним делать — словом, какой диагноз неравенства и социальных проблем и каковы рецепты их преодоления.

И постепенно в социальных науках начинает использоваться термин «гендер», который отделяется от термина «пол»: в интерпретациях 1980-х годов пол — это биологические, анатомические, генетические характеристики человека, а гендер — это социальные и культурные характеристики. Происходит признание того, что одному и тому же биологическому полу могут приписы­ваться разные социальные и культурные характеристики в разных обществах, социальных и культурных контекстах. Несколько позднее в фокус гендерной социологии попадают социальные взаимодействия, в которых производится гендер (теория социального конструирования гендера), а затем — производство гендера в условиях структурных ограничений.

— Есть ли у гендерного подхода своя специфика в социологии?

— Да. Во-первых, в гендерной социологии и в гендерных исследованиях в целом есть тематики, которыми социология до этого не занималась. Например, насилие в семье, принятие решения об аборте, использование контрацепции и обсуждение этого с партнером, забота о детях и пожилых людях, переживания женщинами беременности, родов или рака молочной железы и т. п. Важной тематикой стал и баланс ролей — то, как женщины сочетают домашние и профессиональные роли, каковы различия в разных социальных группах и проч. Все это тематики сенситивные — чувствительные, многие из них болезненные, они затрагивают экзистенциальный уровень человеческого существования. Их трудно исследовать статистически, они уникальны.

Поэтому (и это вторая особенность) широкое распространение в гендерной социологии получают качественные методы — как направленные на изучение уникальных явлений в особенных контекстах. В последнее время используются и количественные методы. Они, в частности, необходимы феминистским исследователям, которые считают, что их результаты могут помочь изменить положение угнетенных групп. Следовательно, им нужна статистика, которая показывает, как мужчины и женщины представлены на разных уровнях власти, в разных экономических областях, какие у них разницы зарплат и так далее.

Очень важно и то, что благодаря качественным методам — третья особенность — в нашем распоряжении оказывается опыт из первых рук. Гендерным исследователям важно услышать те голоса, которые раньше не были слышны, — потому что эти проблемы не замечались, считались индивидуальными, а не социальными: например, семейное насилие или переживание аборта, опыт женщин-мигранток или сексуальных меньшинств. Практики невидимых групп становятся предметом исследования. В результате не только социологи получают новое знание, но и социальные группы могут, обретая данное знание, расширить диапазон своих возможностей.

Гендерных социологов интересуют различного рода социальные барьеры — ограничения, правила, нехватка ресурсов. В ранних гендерных исследованиях шла речь о патриархате — об общем структурном препятствии для карьеры женщин в политике, экономике, в отраслях, где сосредоточены максимальные ресурсы. Эти препятствия множественные. Они могут быть связаны с гендер­ными стереотипами и социализацией («не женское это дело»), с нехваткой ресурсов для получения образования и географической мобильности, с семейными обязанностями. Например, женщина начинает делать карьеру, а когда у нее рождается ребенок (средний возраст сейчас около 25 лет, в крупных городах выше), она уходит в долгий отпуск по уходу за ним. Если она хочет выйти на работу (или вернуться к своим проектам), может возникнуть еще один барьер — нехватка средств на оплату помощников по уходу, недостаток качественных детских садов. И она находится дома до того момента, пока ребенку не исполнится три года. Потом у нее рождается второй ребенок — то есть при наличии и выполнении желаемой нормы детности (двое детей) женщина не работает лет пять-шесть. Или совмещает эти роли с большим напряжением. И хотя никто ее специально не дискрими­нировал, к 30–35 годам она уже значительно отстала в своей карьере и, соответственно, заработке.

Детский сад в Бетнал-Грин. Англия, 1941 год © AP/ТАСС

Еще один принцип феминистского гендерного исследования, четвертый, — принцип рефлексивности. Мы как социологи должны быть чувствительны по отношению к тем людям, которых исследуем. Кстати, феминистское направление избегает слова «объект»: когда мы работаем с людьми, они такие же субъекты, как и мы. Соответственно, нужна постоянная рефлексия об отношениях между исследователем и тем, о ком исследование проводится, о том, как складываются эти отношения, как исследование может повлиять на жизнь женщин и мужчин.

Гендерные исследования сильно изменили социологию в целом — появились новые темы. Например, социология эмоций, социология заботы, исследования домашнего труда. Изучение гендера заметно повлияло на социологию сексуальности, социологию тела. Я уж не говорю о таких традиционных направлениях, как социология семьи, которая не может быть гендерно нечувствительной.

— Чем социология гендера отличается от социологии сексуальности?

— Cоциология сексуальности формировалась в своей собственной логике. Ее всегда интересовали отличия мужского и женского, но ей всегда было трудно абстрагироваться от психо- и анатомо-физиологических свойств человека. Довольно долго она имела тенденцию к эссенциализму — то есть к объяснению различий мужской и женской сексуальности природными причинами.

Для гендерных исследователей гораздо более значимым является, во-первых, социальное конструирование отношений, в том числе в сфере сексуальности, во-вторых, структурная система неравенства и отношений власти.

Важно то, что гендерные отношения — это всегда отношения власти, хотя и необязательно власти мужчины над женщиной: такие трактовки уже немного устарели. И, соответственно, интерес исследователя обращен на нера­венство, на структурные барьеры, на нехватку ресурсов, на навязывание жест­ких норм поведения и женщинам, и мужчинам.

— Что значит, что гендерные отношения — это отношения власти?

— Это довольно очевидно для всех, кто занимается гендерными исследованиями, и часто довольно сложно для тех, кто не занимается. Попробую пояснить это от противного, через два распространенных модуса возражений.

Первый — общелиберальный модус возражения: мужчины и женщины равны, в нашей Конституции это записано, никакая формальная дискриминация в обществе недопустима. А если женщины не представлены на высшем политическом уровне или на наиболее высокооплачиваемых позициях, если их зарплаты статистически меньше, чем у мужчин, то это не вопрос власти. Женщины могут всего этого достичь, это даже приветствуется, весь репертуар возможностей им открыт. Но если этого не происходит, то потому, что женщины сами этого не хотят, у них другое природное предназначение и жизненные цели. Для либералов гендерные исследования зачастую оказываются «лишними» и «избыточными»: если структурное неравенство и власть не признаются, то непонятно, почему существует проблема и в чем состоит предмет исследования.

Второй модус — широко распространенный в современной России — консервативный. В нем говорится что-то близкое: у женщин другое природ­ное предназначение. Но, в отличие от либерального модуса, здесь возникает сомнение в том, что женщинам нужны такие же права, как у мужчин. Утверж­дается, что женщины должны заниматься семьей, их зарплата вполне может быть меньшей, потому что основной добытчик — мужчина; женщины могут работать, но в той степени, в которой это не мешает воспитанию детей, обеспечению домашнего хозяйства и заботе о муже. Если женщины занимают равные с мужчинами позиции в обществе, то это ведет к определенной дегра­дации, потому что женщины утрачивают свое природное предназначение, они перестают в надлежащей степени лично заботиться о детях и домохозяйстве. В данном модусе очень подозрительно относятся к гендерным исследованиям: они, с точки зрения консерваторов, способствуют разрушению традиционной семьи, продвижению гомосексуальности в обществе, подрыву моральных устоев и национальных ценностей.

Однако в гендерных исследованиях считается, что дискурс об ином женском природном предназначении — это один из важнейших механизмов произ­водства неравенства и власти.

Драка на кулаках. Австралия, 1925 год © New South Wales State Library

Другой пример — гегемонная маскулинность, термин, который возник в гендерной социологии. Это некий образец, который в данном конкретном обществе считается правильным и привлекательным для мужчин: например, это белый гетеросексуальный образованный мужчина среднего класса, у него есть профессия или должность, которая обспечивает его деньгами и престижным потреблением. Этот идеальный образец связан с наличием больших ресурсов, а большое количество ресурсов является основанием для власти, поэтому на них ориентируется большинство. По отношению к данному образцу многие другие мужчины оказываются маргинализированными: они могут быть бедными, больными, старыми, гомосексуалами, мигрантами, принадлежать к другой расе или к другой культуре — они все будут находиться в иерархических властных отношениях с гегемонной маскулинностью, доми­нирующей и диктующей «правильные» образцы поведения мужчин. При этом гегемонная маскулинность в социальной иерархии находится выше, чем любой тип женственности. Это еще одна интерпретация конструкций власти.

— Вы говорили о политике высокого уровня и высокооплачиваемых постах. Но как быть в случае с более бытовыми темами, отношениями внутри семьи например, в них тоже выстраиваются отношения власти? Можно ли изучать их с точки зрения гендера и не искать власть?

— Я говорила о том, как мыслятся гендерные отношения, но это не означает, что исследования всегда посвящены механизмам власти, у них могут быть другие задачи, однако они все-таки могут показать власть. Например, магистрантка Катя Иванова под моим руководством в ЕУСПб проводила исследование отношений разведенных мужчин к бывшим семьям, и ее изначальная задача была проанализировать стратегии выплаты алиментов. Но один из результатов был такой: после развода в конечном счете именно мужчины управляют экономическими отношениями со своей бывшей семьей — и женщины только в очень маленькой степени могут на это влиять. Например, мужчина хорошо обеспечен, но выплачивает только формальные алименты — долю от официальной зарплаты. В таком случае мужчина действует по закону, к нему не может быть претензий, но эти суммы очень незначительные, и никакой реальной помощи собственному ребенку он не оказывает. Другая стратегия: супруги договариваются о том, что отец выплачивает существенную сумму и реально помогает семье. Но делает он это только до тех пор, пока жена соблюдает правила, которые он ей предлагает: например, как он будет взаимодействовать с ребенком. Если она начнет этому препятствовать, он легко может снизить размер неформально обговоренной суммы до формальных алиментов. То есть власть, несмотря на развод, остается на его стороне, он управляет материальными отношениями с бывшей семьей.

Или, например, я в 2000-е годы занималась исследованием использования контрацепции современной российской молодежью. Молодые люди очень хорошо понимают риски, которые связаны с неиспользованием контрацепции. Но для многих легитимным аргументом против использования презервативов было то, что они понижают чувствительность у мужчины. И женщина идет на риск. Это тоже отношения власти, хотя более «переговорные».

— Большинство ученых говорят, что не дают оценку тому, что наблю­дают. Но, учитывая всю описанную выше специфику, значит ли это, что вы как гендерный социолог даете оценку?

— Это очень сложный вопрос. От личных оценок я стараюсь воздерживаться — очень надеюсь, что у меня это получается. Но я не знаю, является ли обнаружение неравенства обязательно оценочным — и да, и нет. Есть направление исследований, которое тесно связано с социальным активизмом, оно считает, что если неравенство найдено, его нужно преодолеть или хотя бы попытаться. Я себя не отношу к данному направлению, я не настолько наивна, чтобы полагать, что вскрытые тенденции легко изменить. Моя задача — их обнаружить.

— То есть возможно такое неравенство, которое можно вскрыть, но при этом оставить?

— Его можно вскрыть — но возможно, что с ним абсолютно ничего нельзя сделать. Сколько есть исследований, например, коррупции — а она, коррупция, их даже не замечает. С другой стороны, некоторые феминистские исследователи полагают, что само обнаружение социальных проблем уже может быть изменением положения людей, к которым эта проблема относится. Например, наличие сексуальных домогательств в отношении женщин (или мужчин) или семейное насилие. Или жизнь с раком молочной железы. Обнаружение данных трендов может что-то изменить. Однако я скорее полагаю, что само по себе исследование ничего не изменяет: люди ведут себя определенным образом независимо от того, исследовали мы их или нет.

Но бывает, что нашими исследованиями интересуются журналисты, активисты или — изредка — политические деятели. Они могут что-то менять. Иногда наши студенты уже активисты — и они заранее ставят себе задачей сделать такое исследование, которое потом позволит что-то изменить в устройстве общества. Окей, говорю я им, это прекрасно, но это потом; моя задача, пока они осуществляют исследование, научить, как его проводить, отделяя от активизма.

— Есть ли знак равенства между гендерной социологией и феминистской?

— Если отвечать коротко, то да. Они вместе формировались, гендерная социология феминистски чувствительна, мне трудно представить себе гендерную социологию, которая не понимает основ феминизма. Но гендерная социология совсем необязательно ставит себе феминистские задачи — выявить структуры неравенства, изменить их. Если она их и ставит, то скорее в порядке исключения. Особенно у нас — в европейском контексте практически любая социология будет критической наукой. В европейских университетах трудно найти женщин, равнодушных к феминизму. А у нашей социологии поначалу было к нему очень настороженное отношение: в 1990-е годы он казался чем-то непонятным, чем-то из другого контекста, актуального для нас. Существовало предположение о том, что гендерным исследованиям необязательно быть феминистскими — вряд ли они будут патриархальными, конечно, но и феминистскими быть не обязаны.

Участница демонстрации в поддержку репродуктивных прав. Голландия, 1981 год © Nationaal Archief

Но в последние несколько лет гендерная социология в России почти вся стала феминистской, и произошло это во многом благодаря консервативному повороту. Прошла мода на гендерную тематику, когда консервативный дискурс объяснил всем, что гендер разрушает семью, гетеросексуальность, нацию. Поэтому стало невозможным удержаться на неопределенной позиции — вроде бы и гендерная социология, но не признающая феминизм, власть, неравенство, дискриминацию. Ну, конечно, и накопление знаний за это время произошло, и новое поколение выросло, критически относящееся к патриархату и интересующееся самыми современными научными трендами и теориями.

— Кажется, что сейчас гендерная и феминистская тематика вызывает бешеный интерес. Прежде всего это видно по социальным сетям: обсуждение гендерного неравенства — это всегда скандал. С чем вы это связываете?

— Я не очень вижу бешеный интерес, если честно. Хотя, конечно, консерваторы очень много сделали для того, чтобы усилился интерес к гендерной тематике и у молодого феминистского поколения, и у публики, спасибо им за это. Я не слежу за скандалами в социальных сетях, они мне интересны только с одной точки зрения — как симптом формирования новых трендов, например общественного движения, феминистских инициатив. Общественные движения развиваются, если есть конфликт. Если есть движение — есть и контрдвижение, это всегда конфликт.

Конечно, тематика чувствительна, эмоционально окрашена, касается каждого. В соцсетях в обсуждении гендерного неравенства активно принимают участие и те, кто почти не информирован, они бесконечно повторяют в разных вариациях тезис о том, что мужчина должен быть мужчиной, женщина должна быть женщиной и так далее, эссенциализм очень силен. А гендер современные исследователи как раз и считают постоянным (перформативным) повторением телесных и речевых актов. Значит, данные люди таким образом утверждают свой гендер как «естественный». А информированные мужчины и женщины утверждают обратное. За скандалом могут стоять совершенно разные социальные процессы.

— То есть и нарастание консерватизма, и, наоборот, пробуждение общественного движения?

— В каком-то смысле — да. Одно измерение скандала — может быть, лучше назвать его конфликтом, — когда у людей идет формирование представлений об общественных интересах, взглядах, действиях. И они отличаются друг от друга. Например, женщины и мужчины — они равные или неравные? В правах? В отношении к детям? В политических интересах? Есть вообще общие интересы у всех женщин? Или есть разные интересы у разных групп? И так далее. Много споров внутри феминистских сообществ, иногда в академических. Другое измерение — это свидетельство консервативного поворота, негативный взгляд на гендерное равенство. Но есть и другие противоречия, когда практики людей подчиняются одним принципам, а их идеи и символы — другим. Например, мы все чаще в исследованиях фиксируем (и все мы это видим), что в эгалитарных парах из образованного среднего класса, в которых и мужчина, и женщина профессионалы, оба настроены на карьеру, по умолчанию домашнюю работу делает тот, кто может. Или они договариваются. А как одеты их дети? Девочки — строго в розовое, мальчики — строго в голубое. Вот такой парадокс: эгалитарная пара — и дети с очень ярко выраженными половыми символами, чтобы никто не перепутал.

— И почему же они так делают, если сами не выстраивают отношения власти между собой?

— Они не выстраивают отношения власти между собой, но они включены в систему государственного патриархата. Из нее нельзя быть выключенным: материнский капитал дается матерям, а не отцам, устройством в детские сады и в школы занимаются женщины, и они же в них работают, няни — это женщины и так далее. Окружающие бесконечно повторяют, что мужчины должны быть мужчинами, а женщины — женщинами. Вероятно, когда реальные различия ролей утрачиваются, обостряется необходимость проводить символическую границу — через одежду и телесные проявления (в гендерной социологии это называется гендерным дисплеем). Потому что различие мужского и женского — это способ мышления о мире, которому нас всех научили, а теперь мы сами (хотя и не все) хотим научить ему окружающих. Это способ существования социума, даже если кому-то в нем достаются по признаку пола большие объемы власти, а кому-то меньшие.

Мы сами производим себя как мужчин и женщин, даже понимая условность этой исторической конструкции. Я веду себя как женщина и не собираюсь переставать это делать, потому что слишком много телесных практик, привычек, устройство жизни выстраивается вокруг этого и встроено в них.

— Так все-таки эссенциализм — это плохо? Можно ли отделить в женских и мужских ролях природное от культурного?

— Эссенциализм — это не плохо и не хорошо, хотя феминизм и гендерные исследования относятся к нему критически. Но наша задача — объяснить его устойчивость в сознании людей и их идеях. Эссенциализм, во-первых, это «факт», задействованный в объяснении социальных и культурных различий, во-вторых, это важный ресурс. Попробую объяснить на примере. Человек постоянно вступает в огромное количество коммуникаций, и чтобы нам было проще начинать взаимодействие, мы автоматически категоризируем людей. На улице и на работе мы вступаем во взаимодействие не с абстрактным индивидом, а с мужчинами и женщинами (они также имеют возраст, этничность, сексуальность — но сейчас мы говорим о гендере). И мы впадаем в ступор, если мы не можем определить пол человека — это нас отвлекает от рутинных задач.

Более того, взаимодействуя c мужчинами и женщинами, мы автоматически наделяем их качествами, которые вообще характерны для мужчин и вообще характерны для женщин. Маленький пример: вам нужно донести тяжелые пачки книг до своего рабочего места. Вы заходите в комнату, в которой находятся не очень хорошо вам знакомые мужчина и женщина примерно одинакового возраста. Кого вы попросите помочь с учебниками?

Две женщины и член экипажа на пароходе. Австралия, 1930 год © Australian National Maritime Museum
— Мужчину.

— Мужчину, естественно. А вполне возможно, что у мужчины болит позвоноч­ник, а у женщины разряд по легкой атлетике. И от мысли, что из этих двоих женщине будет гораздо легче принести книги, мы уже вздрогнули: социальный (гендерный) порядок нарушен. Мы могли бы войти и спросить, не может ли кто-то из присутствующих помочь. Но это значит, что мы должны заранее отрефлексировать рутинную задачу, а это дополнительное усилие. И ситуаций таких миллион, одна следует за другой, поэтому гораздо удобнее взаимодейст­вовать в повседневности, выделяя категорию мужчин и категорию женщин и наделяя их стереотипическими свойствами. А для этого их надо четко различать.

Конечно, раньше это разделение было проще: женщины находились в приватной сфере, мужчины — в публичной, выглядели они совершенно по‑разному, и привычки у них были разные. Эмиль Дюркгейм говорил о том, что чем общество цивилизованнее, тем больше различие между мужчинами и женщинами. А в современной ситуации по очень многим параметрам мужчины и женщины уже не отличаются — например, работают в одном офисе, выполняют сходные функции. Как продолжать воспроизводить социальный порядок? Надо использовать другие измерения: голубые и розовые кофточки, украшения, каблуки и прочее. Эти символические признаки будут способствовать воспроизводству категоризации, которая лежит в основе повседневности и взаимодействий, разделяя людей на мужчин и женщин.

Кроме того, либерализм и консерватизм продвигают эссенциализм, и в такой обстановке символические признаки гендера становятся ресурсом. Например, для успешной профессиональной работы во многих видах деятельности важен телесный капитал. Идешь на собеседование или работаешь с клиентом — должен хорошо выглядеть, но не абстрактно, а с учетом своего пола: женщина подчеркивает женственность, мужчина — мужественность.

Иначе говоря, очень много факторов работают на то, чтобы мужчины и женщины отделяли себя друг от друга — и нас в первую очередь интересует то, как они это делают, как на это влияют социум и культура. Но, напомню, это не просто различия. Они встраиваются в систему стереотипов, согласно которым в первую очередь женщина (по крайней мере в среднем классе) заботится о ребенке, прерывает свою карьеру (или проекты), ее зарплата не растет так быстро, как у ее мужа (партнера), она не продвигается так быстро по служебной лестнице. И она оказывается в системе гендерного неравенства, даже если в семье преобладают эгалитарные идеи.

— Расскажите о своих исследованиях и об исследованиях коллег, которые кажутся вам наиболее интересными.

— Я много занималась исследованиями сексуальности в разных обществах; меня интересовало, как меняются сексуальные практики у поколения 1990-х годов и начала 2000-х. Если в двух словах, итог был такой: налицо тенденции к либерализации и эгалитарности, практики становятся более свободными и неравенство в сексуальных отношениях уменьшается.

Моя коллега Елена Здравомыслова занимается социологией заботы: как в современных семьях организована забота о детях и пожилых. Это очень актуальная тематика и тоже гендерно выраженная, потому что основной заботящийся — это женщина. Есть феномен sandwich generation («поколение-сэндвич»): женщины стали позднее рожать, и когда их родители уже начинают болеть и становятся ограниченными в своих возможностях, дети еще не выросли. Женщина еще воспитывает детей и уже должна заботиться о своих родителях — а мы помним, что у нее к этому шесть лет отпуска по уходу за ребенком и раньше начинается пенсионный возраст, а может быть, ей даже приходится раньше срока выходить на пенсию. То есть женская карьера по времени короче мужской лет на десять. А с этим связаны и размеры заработков, и размеры пенсии.

Моя тематика в последние годы — гендер и здоровье, в частности репродук­тивное здоровье. Я провожу исследование о сестринском образовании. Медсестры — это стереотип женской профессии: когда говорят о женских профессиях, в первую очередь имеют в виду нянь, медсестер, акушерок. Я изучаю, какие люди становятся сестрами и как их обучают этой «женской» профессии.

Второе направление моих исследований связано с системой родовспоможения и с тем, что сейчас изменяется в родильных домах. Меня интересует, например, как формируется сегмент платных услуг в родовспоможении и почему некоторые женщины оплачивают родовспоможение, притом что оно у нас бесплатное государственное. Не спрашивайте почему — у меня еще нет ответа.

Медсестры родильного дома c новорожденными младенцами на руках. Сосновый Бор, 1981 год © Юрий Абрамочкин / РИА «Новости»
— Какие исследования сейчас были бы особенно важны в России?

— Есть ощущение, что у нас вообще очень мало того, что детально исследовано в гендерном измерении; катастрофически мало хороших работ. На английском языке одних только журналов по гендерным и феминистским исследованиям существует несколько десятков, некоторые из них имеют очень высокие рейтинги и индексы цитирования. У нас по гендерным исследованиям нет ни одного журнала. Хотя число интересных исследований и публикаций в гендерной социологии растет.

Мне кажется, что для российского контекста очень важны исследования гендерного измерения бюрократических форматов и институциональных контекстов — это то, что сильно отличает нас от многих других обществ. Формальные правила накладываются на неформальные, постоянно изменяются, люди к ним постоянно приспосабливаются. Важно исследовать, как на практике работает роддом, детская поликлиника, детский сад, школа, как взаимодействуют дети, родители и профессионалы, как матери/родители осуществляют медицинскую и иную заботу о детях. Например, в заботе о здоровье детей матери среднего класса бегают между платными и бесплатными поликлиниками, на полностью платные не хватает денег, да им и не всегда доверяют, в бесплатных — очереди и вокруг больные дети. А требования к здоровью детей растут, представления об их потребностях меняются. Важно исследовать, чем занимается мать, чем занимается отец, что делают бабушки-дедушки и как меняется их роль, какие у разных поколений идеи о семье и отношениях, о женских и мужских ролях, откуда эти идеи берутся, как они реализуются, как меняются идеи и практики с возрастом, при разводе, выходе на пенсию, наступлении нетрудоспособности и т. п. Мы не знаем, как конкретно женщины заботятся о своем здоровье и здоровье членов семьи и как это делают мужчины. Кто доверяет медицине, а кто нет и почему? Какие последствия это имеет для людей разного пола? В конце концов, почему женщины больше болеют, а мужчины меньше живут? В целом важно понимать социальные различия и гендерное устройство в разных группах и социальных институтах.

Замечу, что если мы какие-то аспекты жизни не исследовали (или с исследо­ваниями не знакомы), то начинаем о них рассуждать как обыватели — что в социальных сетях пишут, то мы и повторяем. И другие повторяют. Или, например, с чего начинают женщины, которые собираются заводить детей, рожать или делать вакцинацию младенцу? Они открывают фейсбук. А исследований и на эту тему нет. Фейсбук стал настолько рутинной повседневной практикой, что пора эти социальные взаимодействия исследовать в гендерном измерении. С другой стороны, происходит милитаризация общества — тоже надо исследовать, как это влияет на гендерные отношения, идет консервативный поворот — то же самое, религии я вообще не коснулась, а это очень важно для интерпретации гендерных идей и практик. Так что поле непаханое.  

Гендеры, полы и здоровье: каковы связи и почему это важно? | Международный эпидемиологический журнал

Аннотация

Откройте любой биомедицинский журнал или журнал общественного здравоохранения до 1970-х годов, и один термин будет явно отсутствовать: , пол . Откройте любой недавний биомедицинский журнал или журнал общественного здравоохранения, и два термина будут использоваться либо: (1) взаимозаменяемо, либо (2) как отдельные конструкции: пол и пол .Почему изменение? Почему такая путаница? - и почему это важно? После краткого обзора концептуальных дебатов, ведущих к различиям между «полом» и «гендером» как биологическими и социальными конструкциями, соответственно, в статье на основе экосоциальной теории представлены 12 конкретных примеров, в которых гендерные отношения и биология, связанная с полом, не являются по отдельности, ни то, ни другое. оба значимы как независимые или синергетические детерминанты выбранных результатов. Эти исходы, от врожденных дефектов до смертности, включают: хромосомные нарушения, инфекционные и неинфекционные заболевания, профессиональные и экологические заболевания, травмы, беременность, менопаузу и доступ к медицинским услугам.Как показывают эти примеры, не только гендерные отношения могут влиять на выражение и интерпретацию биологических характеристик, но и связанные с полом биологические характеристики в некоторых случаях могут способствовать или усиливать гендерные различия в состоянии здоровья. Поскольку наша наука будет настолько ясной и безошибочной, насколько и наше мышление, большая точность в отношении того, нужны ли и когда гендерные отношения, связанная с полом биология, и то и другое, или ни то, ни другое не имеет значения для здоровья.

Откройте любой биомедицинский журнал или журнал общественного здравоохранения до 1970-х годов, и один термин будет явно отсутствовать: , пол .Откройте любой недавний биомедицинский журнал или журнал общественного здравоохранения, и два термина будут использоваться либо: (1) взаимозаменяемо, либо (2) как отдельные конструкции: пол и пол . Почему изменение? Почему такая путаница? - и почему это важно?

Как элегантно утверждает Раймонд Уильямс, словарный запас включает не только «доступное и развивающееся значение известных слов», но также «определенные смысловые образования - способы не только обсуждения, но и на другом уровне наблюдения многих из наших основных переживаний» (см.1, стр. 15). Язык в этом смысле воплощает в себе «важные социальные и исторические процессы», в которых вводятся новые термины или старые термины приобретают новое значение, и часто «более ранние и более поздние смыслы сосуществуют или становятся реальной альтернативой, в которой оспариваются проблемы современной веры и принадлежности. '(ссылка 1, с. 22).

То же самое и с «полом» и «полом». 2, 3 Введение «гендера» в английский язык в 1970-х годах в качестве альтернативы «полу» было явным образом направлено против неявного и часто явного биологического детерминизма, пронизывающего научный и непрофессиональный язык. 2– 8 Новый термин был использован для ясности мысли в тот период, когда как ученые, так и активисты, в рамках возрождающегося женского движения той эпохи и в ответ на него, участвовали в дебатах по поводу наблюдаемых различий в социальных ролях. , работоспособность и нерепродуктивное состояние здоровья женщин и мужчин - а также девочек и мальчиков - было связано с якобы врожденными биологическими различиями («пол») или связанными с культурой конвенциями о нормах и отношениях между женщинами, мужчинами, девочками. , и мальчики («пол») (таблица 1).Чтобы язык мог выразить идеи и проблемы, одного всеобъемлющего термина - «секс» - уже недостаточно. Таким образом, значение «гендера» (происходящего от латинского термина «generare», «порождать») расширилось из технического грамматического термина (относящегося к тому, были ли существительные в латинском и родственных языках «мужским» или «женским») до термина. социального анализа (ссылка 1, стр. 285; ссылка 4, стр. 2; ссылка 5, стр. 136–37). Напротив, значение «пол» (полученное от латинского термина secus или sexus , относящееся к «мужскому или женскому разделу человечества» [исх.1, стр. 283]). В частности, он перешел от термина, описывающего различия между женщинами и мужчинами и их относительный статус (например, Симона ДеБовуар Второй пол 9 ), к биологическому термину, относящемуся к группам, определяемым биологией полового размножения (или , в значении «заниматься сексом», к взаимодействиям, связанным с сексуальной биологией) (ссылка 1, стр. 285; ссылка 4, стр. 2; ссылка 5, стр. 136–37).

По мере того, как термин «гендер» начал проникать в повседневное употребление, он также начал входить в научную литературу, 3– 8, 10 иногда в новом значении, а иногда в виде, казалось бы, модного. замените слово «секс» - в некоторых статьях 11 даже включают оба термина, как взаимозаменяемые, в их названия! Другие исследования, напротив, придерживались строгого разделения по признаку пола / пола, обычно исследуя влияние только одного или другого на конкретные результаты в отношении здоровья. 3– 8, 10 Новое направление медицинских исследований, в свою очередь, расширяет эти термины с единственного числа на множественное, начиная работать с новыми конструкциями полов и полов, которые сейчас входят в научную область, например, «трансгендер». ',' транссексуал ',' интерсексуал ', которые стирают границы не только между половой дихотомией, но и внутри нее (Таблица 1). 8 Конечный результат состоит в том, что, хотя был написан ясный анализ того, почему важно различать «гендер» и «пол», 4– 8 эпидемиологическим и другим исследованиям в области здравоохранения препятствовало отсутствие четких концептуальные модели для одновременного рассмотрения обоих, чтобы определить их актуальность - или нет - для исследуемых результатов.

Тем не менее, сегодня мы живем не как «гендерные» люди, а завтра как «половые» организмы; мы оба одновременно, и для любого конкретного результата в отношении здоровья это эмпирический вопрос, а не философский принцип, имеют ли различные изменения пола и пола значение - или они не имеют отношения к делу. Чтобы проиллюстрировать важность постановки этого вопроса концептуально и аналитически, в таблице 1 используется экосоциальная эпидемиологическая перспектива 2, 12 , чтобы выделить 12 примеров, 13– 24 в диапазоне ассоциаций воздействия - результатов, в которых пол отношения и связанная с полом биология по отдельности, ни то, ни другое не имеют значения как независимые или синергетические детерминанты. 25 Эти примеры были выбраны по двум причинам. Во-первых, подчеркивая важность рассмотрения этих изменений для любых исходов, примеры варьируются от врожденных дефектов до смертности и включают: хромосомные нарушения, инфекционные и неинфекционные заболевания, профессиональные и экологические заболевания, травмы, беременность, менопаузу и доступ к услугам здравоохранения. Во-вторых, они систематически представляют различные сценарии с учетом возможных комбинаций гендерных отношений и связанной с полом биологии, как по отдельности, так и совместно уместных или нерелевантных.В этих примерах проявления гендерных отношений включают: гендерную сегрегацию рабочей силы и гендерную дискриминацию в заработной плате, гендерные нормы в отношении гигиены, гендерные ожидания в отношении сексуального поведения и беременности, гендерное представление и реакцию на симптомы болезни и гендерное насилие. Примеры биологии, связанной с полом, включают: хромосомный пол, менструацию, генитальные выделения, вторичные половые признаки, чувствительную к половым стероидам физиологию нерепродуктивных тканей, беременность и менопаузу.

Как показывает изучение 12 примеров из практики, не только гендерные отношения могут влиять на выражение и интерпретацию биологических признаков, но и связанные с полом биологические характеристики в некоторых случаях могут способствовать или усиливать гендерные различия в состоянии здоровья. Например, как показано в случае № 9, непризнание того, что паритет является социальным, а также биологическим феноменом, имеющим значение как для мужчин, так и для женщин, означает, что важные ключи к разгадке того, почему паритет может быть связан с данным результатом, могут быть упущены.Точно так же, как показано в случае № 11, признание социального неравенства среди женщин (в том числе связанного с гендерным неравенством между женщинами и мужчинами) может улучшить понимание выражений биологии, связанной с полом, например возраст в перименопаузе. Поскольку наша наука будет настолько ясной и безошибочной, насколько и наше мышление, более высокая точность в отношении того, являются ли гендерные отношения, биология, связанная с полом, и то и другое, или ни то, ни другое не имеет значения для здоровья, оправдана.

  • Гендер как социальный конструкт и пол как биологический конструкт - это разные, но не взаимозаменяемые термины; Тем не менее, эти два понятия часто путают и используются как синонимы в современной научной литературе.

  • Актуальность гендерных отношений и связанной с полом биологии для данного результата в отношении здоровья - это эмпирический вопрос, а не философский принцип; в зависимости от исследуемого исхода для здоровья ни один, ни другой не могут иметь значения - как единственные, независимые или синергетические детерминанты.

  • Ясность концепций и внимание как к гендерным отношениям, так и к связанной с полом биологии имеют решающее значение для достоверных научных исследований в области здоровья населения.

Таблица 1

Определения «пола» и «гендера».Из Глоссарий по социальной эпидемиологии 2

Срок . Определение .
Гендер, сексизм и секс Пол относится к социальной конструкции, касающейся культурных условностей, ролей и поведения, а также отношений между женщинами, мужчинами и мальчиками и между ними. девушки. Гендерные роли варьируются в зависимости от континуума, и как гендерные отношения, так и биологических проявлений гендера различаются внутри и между обществами, как правило, в связи с социальным разделением, основанным на силе и авторитете (например.g., класс, раса / этнос, национальность, религия). Сексизм , в свою очередь, предполагает несправедливые гендерные отношения и относится к институциональным и межличностным практикам, при которых члены доминирующих гендерных групп (обычно мужчины) получают привилегии, подчиняя другие гендерные группы (обычно женщины), и оправдывают эти практики идеологиями врожденного превосходства и различий. , или отклонение. Наконец, пол - это биологическая конструкция, основанная на биологических характеристиках, обеспечивающих половое размножение.У людей биологический пол определяется по-разному в зависимости от вторичных половых характеристик, гонад или половых хромосом; сексуальные категории включают: мужской, женский, интерсексуальный (лица, рожденные как с мужскими, так и женскими половыми признаками) и транссексуалы (лица, перенесшие хирургическое и / или гормональное вмешательство для изменения пола). Связанные с полом биологические характеристики (например, наличие или отсутствие яичников, яичек, влагалища, полового члена; различные уровни гормонов; беременность и т. Д.) В некоторых случаях могут способствовать гендерным различиям в состоянии здоровья, но также могут быть истолкованы как гендерных выражения. биологии и ошибочно используется для объяснения биологических проявлений пола .Например, связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди женщин обычно связывают с гормональными изменениями, связанными с беременностью; Новое исследование, показывающее сопоставимую связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди мужчин, однако, предполагает, что социальные условия, связанные с паритетом, и не обязательно - или исключительно - биологией беременности, могут быть этиологически значимыми.
Сексуальность и гетеросексизм Сексуальность относится к связанным с культурой условностям, ролям и поведению, включающим выражение сексуального желания, силы и различных эмоций, опосредованных полом и другими аспектами социального положения (например,g., класс, раса / этническая принадлежность и т. д.). Отличительные компоненты сексуальности включают: сексуальную идентичность, сексуальное поведение и сексуальное желание. Современные «западные» категории, с помощью которых люди идентифицируют себя или могут быть обозначены, включают: гетеросексуалов, гомосексуалистов, лесбиянок, геев, бисексуалов, «квир», транссексуалов, транссексуалов и асексуалов. Гетеросексизм, вид дискриминации, связанной с сексуальностью, представляет собой одну из форм отмены сексуальных прав и относится к институциональной и межличностной практике, посредством которой гетеросексуалы получают привилегии (например,g., законное право вступать в брак и иметь сексуальных партнеров «другого» пола) и дискриминировать людей, которые имеют или желают однополых сексуальных партнеров, и оправдывают эту практику идеологиями врожденного превосходства, различия или отклонений. Таким образом, жизненный опыт сексуальности может влиять на здоровье не только половыми контактами (например, распространение болезней, передаваемых половым путем), но также дискриминацией и материальными условиями семейной и домашней жизни.
Срок . Определение .
Гендер, сексизм и секс Пол относится к социальной конструкции, касающейся культурных условностей, ролей и поведения, а также отношений между женщинами, мужчинами и мальчиками и между ними. девушки. Гендерные роли варьируются в зависимости от континуума, и как гендерные отношения, так и биологических проявлений гендера различаются внутри и между обществами, как правило, в связи с социальным разделением, основанным на силе и авторитете (например.g., класс, раса / этнос, национальность, религия). Сексизм , в свою очередь, предполагает несправедливые гендерные отношения и относится к институциональным и межличностным практикам, при которых члены доминирующих гендерных групп (обычно мужчины) получают привилегии, подчиняя другие гендерные группы (обычно женщины), и оправдывают эти практики идеологиями врожденного превосходства и различий. , или отклонение. Наконец, пол - это биологическая конструкция, основанная на биологических характеристиках, обеспечивающих половое размножение.У людей биологический пол определяется по-разному в зависимости от вторичных половых характеристик, гонад или половых хромосом; сексуальные категории включают: мужской, женский, интерсексуальный (лица, рожденные как с мужскими, так и женскими половыми признаками) и транссексуалы (лица, перенесшие хирургическое и / или гормональное вмешательство для изменения пола). Связанные с полом биологические характеристики (например, наличие или отсутствие яичников, яичек, влагалища, полового члена; различные уровни гормонов; беременность и т. Д.) В некоторых случаях могут способствовать гендерным различиям в состоянии здоровья, но также могут быть истолкованы как гендерных выражения. биологии и ошибочно используется для объяснения биологических проявлений пола .Например, связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди женщин обычно связывают с гормональными изменениями, связанными с беременностью; Новое исследование, показывающее сопоставимую связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди мужчин, однако, предполагает, что социальные условия, связанные с паритетом, и не обязательно - или исключительно - биологией беременности, могут быть этиологически значимыми.
Сексуальность и гетеросексизм Сексуальность относится к связанным с культурой условностям, ролям и поведению, включающим выражение сексуального желания, силы и различных эмоций, опосредованных полом и другими аспектами социального положения (например,g., класс, раса / этническая принадлежность и т. д.). Отличительные компоненты сексуальности включают: сексуальную идентичность, сексуальное поведение и сексуальное желание. Современные «западные» категории, с помощью которых люди идентифицируют себя или могут быть обозначены, включают: гетеросексуалов, гомосексуалистов, лесбиянок, геев, бисексуалов, «квир», транссексуалов, транссексуалов и асексуалов. Гетеросексизм, вид дискриминации, связанной с сексуальностью, представляет собой одну из форм отмены сексуальных прав и относится к институциональной и межличностной практике, посредством которой гетеросексуалы получают привилегии (например,g., законное право вступать в брак и иметь сексуальных партнеров «другого» пола) и дискриминировать людей, которые имеют или желают однополых сексуальных партнеров, и оправдывают эту практику идеологиями врожденного превосходства, различия или отклонений. Таким образом, жизненный опыт сексуальности может влиять на здоровье не только половыми контактами (например, распространение болезней, передаваемых половым путем), но также дискриминацией и материальными условиями семейной и домашней жизни.
Таблица 1

Определения «пола» и «гендера».Из Глоссарий по социальной эпидемиологии 2

Срок . Определение .
Гендер, сексизм и секс Пол относится к социальной конструкции, касающейся культурных условностей, ролей и поведения, а также отношений между женщинами, мужчинами и мальчиками и между ними. девушки. Гендерные роли варьируются в зависимости от континуума, и как гендерные отношения, так и биологических проявлений гендера различаются внутри и между обществами, как правило, в связи с социальным разделением, основанным на силе и авторитете (например.g., класс, раса / этнос, национальность, религия). Сексизм , в свою очередь, предполагает несправедливые гендерные отношения и относится к институциональным и межличностным практикам, при которых члены доминирующих гендерных групп (обычно мужчины) получают привилегии, подчиняя другие гендерные группы (обычно женщины), и оправдывают эти практики идеологиями врожденного превосходства и различий. , или отклонение. Наконец, пол - это биологическая конструкция, основанная на биологических характеристиках, обеспечивающих половое размножение.У людей биологический пол определяется по-разному в зависимости от вторичных половых характеристик, гонад или половых хромосом; сексуальные категории включают: мужской, женский, интерсексуальный (лица, рожденные как с мужскими, так и женскими половыми признаками) и транссексуалы (лица, перенесшие хирургическое и / или гормональное вмешательство для изменения пола). Связанные с полом биологические характеристики (например, наличие или отсутствие яичников, яичек, влагалища, полового члена; различные уровни гормонов; беременность и т. Д.) В некоторых случаях могут способствовать гендерным различиям в состоянии здоровья, но также могут быть истолкованы как гендерных выражения. биологии и ошибочно используется для объяснения биологических проявлений пола .Например, связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди женщин обычно связывают с гормональными изменениями, связанными с беременностью; Новое исследование, показывающее сопоставимую связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди мужчин, однако, предполагает, что социальные условия, связанные с паритетом, и не обязательно - или исключительно - биологией беременности, могут быть этиологически значимыми.
Сексуальность и гетеросексизм Сексуальность относится к связанным с культурой условностям, ролям и поведению, включающим выражение сексуального желания, силы и различных эмоций, опосредованных полом и другими аспектами социального положения (например,g., класс, раса / этническая принадлежность и т. д.). Отличительные компоненты сексуальности включают: сексуальную идентичность, сексуальное поведение и сексуальное желание. Современные «западные» категории, с помощью которых люди идентифицируют себя или могут быть обозначены, включают: гетеросексуалов, гомосексуалистов, лесбиянок, геев, бисексуалов, «квир», транссексуалов, транссексуалов и асексуалов. Гетеросексизм, вид дискриминации, связанной с сексуальностью, представляет собой одну из форм отмены сексуальных прав и относится к институциональной и межличностной практике, посредством которой гетеросексуалы получают привилегии (например,g., законное право вступать в брак и иметь сексуальных партнеров «другого» пола) и дискриминировать людей, которые имеют или желают однополых сексуальных партнеров, и оправдывают эту практику идеологиями врожденного превосходства, различия или отклонений. Таким образом, жизненный опыт сексуальности может влиять на здоровье не только половыми контактами (например, распространение болезней, передаваемых половым путем), но также дискриминацией и материальными условиями семейной и домашней жизни.
Срок . Определение .
Гендер, сексизм и секс Пол относится к социальной конструкции, касающейся культурных условностей, ролей и поведения, а также отношений между женщинами, мужчинами и мальчиками и между ними. девушки. Гендерные роли варьируются в зависимости от континуума, и как гендерные отношения, так и биологических проявлений гендера различаются внутри и между обществами, как правило, в связи с социальным разделением, основанным на силе и авторитете (например.g., класс, раса / этнос, национальность, религия). Сексизм , в свою очередь, предполагает несправедливые гендерные отношения и относится к институциональным и межличностным практикам, при которых члены доминирующих гендерных групп (обычно мужчины) получают привилегии, подчиняя другие гендерные группы (обычно женщины), и оправдывают эти практики идеологиями врожденного превосходства и различий. , или отклонение. Наконец, пол - это биологическая конструкция, основанная на биологических характеристиках, обеспечивающих половое размножение.У людей биологический пол определяется по-разному в зависимости от вторичных половых характеристик, гонад или половых хромосом; сексуальные категории включают: мужской, женский, интерсексуальный (лица, рожденные как с мужскими, так и женскими половыми признаками) и транссексуалы (лица, перенесшие хирургическое и / или гормональное вмешательство для изменения пола). Связанные с полом биологические характеристики (например, наличие или отсутствие яичников, яичек, влагалища, полового члена; различные уровни гормонов; беременность и т. Д.) В некоторых случаях могут способствовать гендерным различиям в состоянии здоровья, но также могут быть истолкованы как гендерных выражения. биологии и ошибочно используется для объяснения биологических проявлений пола .Например, связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди женщин обычно связывают с гормональными изменениями, связанными с беременностью; Новое исследование, показывающее сопоставимую связь между паритетом и заболеваемостью меланомой среди мужчин, однако, предполагает, что социальные условия, связанные с паритетом, и не обязательно - или исключительно - биологией беременности, могут быть этиологически значимыми.
Сексуальность и гетеросексизм Сексуальность относится к связанным с культурой условностям, ролям и поведению, включающим выражение сексуального желания, силы и различных эмоций, опосредованных полом и другими аспектами социального положения (например,g., класс, раса / этническая принадлежность и т. д.). Отличительные компоненты сексуальности включают: сексуальную идентичность, сексуальное поведение и сексуальное желание. Современные «западные» категории, с помощью которых люди идентифицируют себя или могут быть обозначены, включают: гетеросексуалов, гомосексуалистов, лесбиянок, геев, бисексуалов, «квир», транссексуалов, транссексуалов и асексуалов. Гетеросексизм, вид дискриминации, связанной с сексуальностью, представляет собой одну из форм отмены сексуальных прав и относится к институциональной и межличностной практике, посредством которой гетеросексуалы получают привилегии (например,g., законное право вступать в брак и иметь сексуальных партнеров «другого» пола) и дискриминировать людей, которые имеют или желают однополых сексуальных партнеров, и оправдывают эту практику идеологиями врожденного превосходства, различия или отклонений. Таким образом, жизненный опыт сексуальности может влиять на здоровье не только половыми контактами (например, распространение болезней, передаваемых половым путем), но также дискриминацией и материальными условиями семейной и домашней жизни.
Таблица 2

Избранные примеры различных ролей гендерных отношений и связанной с полом биологии в результатах для здоровья: только пол, только связанная с полом биология, ни то, ни другое

Таблица 2

Избранные примеры различных ролей гендерных отношений и Связанная с полом биология на результаты для здоровья: только пол, только связанная с полом биология, ни то, ни другое

Спасибо Софии Грускин за полезные комментарии.Работа не была поддержана грантом.

Список литературы

1

Уильямс Р. Ключевые слова: Словарь культуры и общества. Пересмотренный Эдн . NY: Oxford University Press, 1983.

2

Кригер Н. Глоссарий по социальной эпидемиологии.

J Epidemiol Community Health

2001

;

55

:

693

–700,3

Кригер Н., Фи Э. Искусственная медицина и здоровье женщин: биополитика пола / гендера и расы / этнической принадлежности.

Int J Health Serv

1994

;

24

:

265

–83,4

Oudshoorn N. За пределами естественного тела: археология половых гормонов . Лондон: Рутледж, 1994.

5

Хаббард Р. Построение половых различий. В: Хаббард Р. Политика женской биологии . Нью-Брансуик, штат Нью-Джерси: Rutgers University Press, 1990, стр. 136–40.

6

Шибингер Л. Тело природы: гендер в становлении современной науки .Бостон: Beacon Press, 1993.

7

Дойал Л. Секс, пол и здоровье: необходимость нового подхода.

BMJ

2001

;

323

:

1061

–63,8

Фаусто-Стерлинг А. Определение пола тела: гендерная политика и конструирование сексуальности . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Basic Books, 2000.

9

DeBeauvoir S. Второй пол . Нью-Йорк: Винтажные книги, 1974 (1952).

10

Институт медицины, Комитет по пониманию биологии пола и гендерных различий.Wizemann TM, Pardue M-L (ред.). Изучение биологического вклада в здоровье человека: имеет ли секс значение? Вашингтон, округ Колумбия: National Academy Press, 2001.

11

Boling EP. Пол и остеопороз: сходство и половые различия.

J Gend Specif Med

2001

;

4

:

36

–43.12

Кригер Н. Теории социальной эпидемиологии в 21 веке: экосоциальная перспектива.

Int J Epidemiol

2001

;

30

:

668

–77.13

Ипполито Дж., Пуро В., Хептонстолл Дж., Джаггер Дж., Де Карли Дж., Петросилло Н. Инфекция профессионального вируса иммунодефицита человека у медицинских работников: случаи во всем мире до сентября 1997 г.

Clin Infect Dis

1999

;

28

:

365

–83,14

Лизеганг TJ. Связанный с контактными линзами микробный кератит: Часть I: Эпидемиология.

Роговица

1997

;

16

:

125

–31,15

Ранке М.Г., Сенгер П.Синдром Тернера.

Ланцет

2001

;

358

:

309

–14,16

Аоки Ю. Полихлорированные бифенилы, полихлорированные дибензо-п-диоксины и полихлорированные дибензофураны как эндокринные разрушители - что мы узнали из болезни Юшо.

Environ Res

2001

;

86

:

2

–11,17

Pickle LW, Гиллум РФ. Географические различия в смертности от сердечно-сосудистых заболеваний у чернокожих и белых в США.

J Natl Med Assoc

1999

;

91

:

545

–56,18

Ван Тонгерен М., Ньювенхейсен М.Дж., Гардинер К. и др. . Матрица воздействия на рабочем месте для химических веществ, потенциально нарушающих работу эндокринной системы, была разработана для исследования связи между воздействием на рабочем месте матери и гипоспадией.

Ann Occup Hyg

2002

;

46

:

465

–77,19

Мелвин К.Л., Роджерс М., Гилберт BC и др. .Намерение беременности: как данные PRAMS могут использоваться в программах и политике.

Matern Child Health J

2000

;

4

:

197

–201.20

Хадер С.Л., Смит Д.К., Мур Дж.С., Холмберг С.Д. ВИЧ-инфекция у женщин в США: статус в тысячелетии.

JAMA

2001

;

285

:

1186

–92.21

Кравдал О. Связана ли связь между деторождением и заболеваемостью раком биологией или образом жизни? Примеры важности использования данных о мужчинах.

Int J Epidemiol

1995

;

4

:

477

–84,22

Фельдман Т., Сильвер Р. Гендерные различия и результаты вмешательств при острых коронарных синдромах.

Cardiol Rev

2000

;

8

:

240

–47,23

Wise LA, Krieger N, Zierler S, Harlow BL. Пожизненное социально-экономическое положение по отношению к наступлению перименопаузы: проспективное когортное исследование.

J Epidemiol Community Health

2002

;

56

:

851

–60.24

Watts C, Zimmerman C. Насилие в отношении женщин: глобальные масштабы и масштабы.

Ланцет

2002

;

359

:

1232

–37,25

Дарроч Дж. Биологический синергизм и параллелизм.

Am J Epidemiol

1997

;

145

:

661

–68.

© Международная эпидемиологическая ассоциация 2003

Стабильность и изменение гендерных отношений по JSTOR

Abstract

Отношения между мужчинами и женщинами могут быстро меняться, но одновременно могут сопротивляться переменам.Этот парадокс рассматривается в теории социальной организации в традиции «личность и социальная структура», которая пытается объяснить, какие аспекты гендерных отношений меняются наиболее быстро и какие аспекты наиболее устойчивы к изменениям с точки зрения 1) институциональных моделей организации. и 2) противоположные способы, которыми статус и роль влияют на идентичность. Изменения в гендерных отношениях сначала появляются в общественной сфере, но с большей вероятностью сохранятся, если они институционализированы как в общественной, так и в домашней сферах и воплощены в идентичностях.

Journal Information

«Социологическая теория» публикует работы во всех областях теории, включая новые существенные теории, историю теории, метатеорию, построение формальной теории и синтетические материалы. «Социологическая теория», рецензируемая и публикуемая ежеквартально, известна лучшими международными исследованиями и стипендиями и является важной книгой для социологов.

Информация об издателе

Заявление о миссии Американской социологической ассоциации: Служить социологам в их работе Развитие социологии как науки и профессии Содействие вкладу социологии в общество и ее использованию Американская социологическая ассоциация (ASA), основанная в 1905 году, является некоммерческой организацией. членская ассоциация, посвященная развитию социологии как научной дисциплины и профессия, служащая общественному благу.ASA насчитывает более 13 200 членов. социологи, преподаватели колледжей и университетов, исследователи, практикующие и студенты. Около 20 процентов членов работают в правительстве, бизнес или некоммерческие организации. Как национальная организация социологов Американская социологическая ассоциация, через свой исполнительный офис, имеет хорошие возможности для предоставления уникального набора услуги для своих членов и продвижение жизнеспособности, видимости и разнообразия дисциплины.Работая на национальном и международном уровнях, Ассоциация стремится сформулировать политику и реализовать программы, которые, вероятно, будут иметь самые широкие возможное влияние на социологию сейчас и в будущем.

Гендерные отношения в ранней современной Англии (семинарские исследования) (9781408225684): Гоуинг, Лаура: Книги

Эта краткая и доступная книга исследует историю пола в Англии между 1500 и 1700 годами. Среди политических и религиозных потрясений Реформации и Гражданской войны половые различия и гендерные различия были предметом публичных дебатов и частных разногласий.

Лаура Гоуинг дает уникальное представление о гендерных отношениях во времена перемен, используя источники, начиная от женщин, которые пытались проголосовать в Ипсвиче в 1640 году, до снов архиепископа Лауда и бабушки, описывающей, как ее внук впервые надел бриджи . Изучая гендерные отношения в контексте тела, дома, соседства и политического мира, это всестороннее исследование анализирует приливы изменений и силу обычаев в досовременном мире.

Эта книга предлагает:

  • Ранее неопубликованные документы женщин и мужчин из всех слоев общества, от частных писем до судебных дел
  • Критический анализ новой области, отражающий оригинальные исследования и самые последние стипендии
  • Углубленный анализ исторических свидетельств, позволяющий читателю реконструировать скрытые истории женщин.

Также включает хронологию с указанием ключевых фигур, руководство для дальнейшего чтения и раздел полноцветных табличек, Гендерные отношения в раннем возрасте. Modern England идеально подходит для студентов и заинтересованных читателей на всех уровнях, предоставляя широкий спектр первоисточников и инструментов для их открытия.

Лаура Гоуинг, , изучает раннюю современную британскую историю в Королевском колледже в Лондоне. Ее предыдущие работы включают Домашние опасности: женщины, слова и секс в Лондоне раннего современного периода (OUP, 1996) и Обычные тела: женщины, прикосновение и власть в Англии семнадцатого века (Йель, 2003).

Лаура Гоуинг - преподаватель британской истории раннего нового времени в Королевском колледже в Лондоне.Ее предыдущие работы включают Домашние опасности: женщины, слова и секс в Лондоне раннего современного периода (1996) и Обычные тела: женщины, прикосновение и власть в Англии семнадцатого века (2003).

Программа DHS - Гендерные отношения, сексуальное поведение и риск заражения инфекциями, передаваемыми половым путем, среди женщин в союзе в Уганде (английский)


Аннотация:

Инфекции, передаваемые половым путем (ИППП), являются серьезной проблемой для репродуктивного здоровья и общественного здоровья. особенно в эпоху ВИЧ / СПИДа.В этом исследовании изучалась взаимосвязь между сексуальными расширение прав и возможностей и статус женщин в союзе в Уганде с ИППП, контроль сексуального поведения, партнерские факторы и характеристики женщин. Исследование, основанное на данных Демографического и медицинского обследования Уганды 2011 г. (UDHS), проанализировали 1307 взвешенных случаев женского союза в возрасте 15-49 лет и отобраны для домашнего насилия модуль. Критерии хи-квадрат и многомерные логистические регрессии использовались для проверки предикторы статуса ИППП. Расширение сексуальных возможностей измерялось по трем показателям: женский заявленная способность отказаться от секса, способность попросить своего партнера использовать презерватив, а также мнение относительно оправдан ли отказ женщины от секса с мужем, если он неверен.Результаты показывают, что 28% женщин в союзе сообщили об ИППП за последние 12 месяцев. Сексуальный насилие и количество партнеров на протяжении всей жизни были самыми сильными предикторами сообщения об ИППП. Женский сексуальные возможности были значимым предиктором их статуса ИППП, но, что удивительно, шансы Сообщений об ИППП было больше среди женщин, у которых были сексуальные возможности. Отчетность об ИППП была отрицательно ассоциируется с участием женщины в принятии решений в отношении ее собственного здоровья, и был положительно связан с опытом сексуального насилия, контроля партнера поведение и наличие более одного спутника жизни.Наши результаты показывают, что в отношении ИППП расширение сексуальных возможностей, измеряемое в исследование не защищает женщин, имеющих сексуально агрессивных и контролирующих партнеров. Вмешательства пропаганда сексуального здоровья должна эффективно бороться с негативными мужскими установками и ролями, которые увековечивают нездоровое сексуальное поведение и гендерные отношения в браке. Также важно способствовать супружеской верности и лучшему общению в рамках союза, а также поощрять женщин к заботятся о своем здоровье вместе со своими партнерами.

гендерных отношений - Новости, исследования и анализ - Разговор - стр. 1

Мужчины, мужественность и гендерные отношения

Резюме

Несмотря на то, что гендерный анализ по-прежнему часто приравнивается к женщинам, мужчины и представители мужественности имеют равный гендерный характер.Это касается всего общества, в том числе внутри организаций. После новаторской феминистской науки о работе и организациях с 1980-х годов увеличилось количество исследований, посвященных мужчинам и маскулинности. Необходимость включения гендерного анализа мужчин и маскулинности в гендерные исследования организаций, лидерства и менеджмента в настоящее время широко признана, по крайней мере, в рамках гендерных исследований. Тем не менее, это понимание по-прежнему игнорируется или преуменьшается в основной работе и даже в некоторых исследованиях, рассматриваемых как «критические».Действительно, подавляющее большинство основных работ по организациям до сих пор либо не содержит гендерного анализа, либо опирается на очень упрощенное и довольно грубое понимание гендерной динамики.

Исследования мужчин и маскулинности были широкими и подняли важные новые вопросы о гендерной динамике в организациях, включая культуры и контркультуры в производственных цехах фабрик; исторические преобразования людей и менеджмента в воспроизводстве патриархатов; отношения бюрократии, мужчин и мужественности; управленческо-трудовые отношения как взаимоотношения мужественности; формирование управленческой и профессиональной идентичности; управленческая гомосоциальность; и взаимодействие различных профессиональных мужских качеств.Исследования показали, что структуры, культуры и обычаи мужчин и маскулинности продолжают сохраняться и доминировать во многих современных организациях. Сказав это, концепции пола, мужчин и маскулинности, а также организации подверглись сложным и противоречивым процессам, которые влекут за собой как их явное наименование, так и их одновременную деконструкцию и критику. Это иллюстрируется, соответственно, интерсекциональной конструкцией пола; настоятельная необходимость называть мужчин мужчинами при анализе доминирования в организации, но также деконструировать категорию мужчин как условную; и в умножении организационных форм, таких как, например, межорганизационные отношения, сетевые организации и киберорганизации.

Эти противоречивые исторические и концептуальные наименования и деконструкции особенно важны при анализе транснациональных организаций, действующих в контексте глобализации, транснационализации, производства, воспроизводства и транс (национальных) патриархатов. Внутри транснациональных организаций, таких как крупные транснациональные корпорации с гендерной принадлежностью, само собой разумеющееся понятие транснациональных гендерных иерархий и культур сохраняется в управлении, частично поддерживаясь общностью через различия, гендерной горизонтальной специализацией и контролем.Транснациональные организации являются ключевыми площадками для создания множества развивающихся форм (транснациональных) деловых мужских качеств, некоторые из которых более индивидуалистичны, некоторые основаны на браке, некоторые основаны на нации, некоторые выходят за пределы нации. Эта мужественность имеет очевидные последствия для гендерной практики в частных сферах, включая предоставление услуг по дому, часто чернокожими женщинами и женщинами из этнических меньшинств. Рост экономики знаний вносит дальнейшие осложнения в эти транснациональные модели из-за развития техно-маскулинности и взаимодействия мужчин, мужественности, а также информационных и коммуникационных технологий.Это особенно актуально в международном финансовом секторе, где на построение мужчин и мужественности влияют гендерные аспекты капитала и финансового кризиса, а также гендерные режимы финансовых учреждений, как и в случае рискованного поведения мужчин-финансистов. Необходимы дальнейшие исследования, касающиеся «гендерно-нейтральной» гегемонии организаций, лидерства и менеджмента, особенно на транснациональных аренах, и организаций, подверженных изменениям в технологиях. Другие ключевые вопросы исследования касаются анализа игнорируемых взаимосвязей, в том числе взаимосвязанных привилегий, мужского / мужского / мужского тела и само собой разумеющейся категории «мужчин» в организациях и вокруг них.

Негативные внутригендерные отношения между женщинами: дружба, соперничество и женоненавистничество

Шэрон Мавин

Шэрон Мавин - профессор кафедры организации и управления человеческими ресурсами в Ньюкаслской бизнес-школе, Нортумбрийский университет, Великобритания. Ее исследовательские интересы сосредоточены на правильном и ином подходе к гендерным вопросам; женские отношения между полами и управленческая карьера; лидерство, идентичность и эмоции работают в управлении организацией. Шэрон является соредактором журнала Gender in Management: An International Journal и имеет недавние публикации в журналах Gender Work and Organization, Organization, International Journal of Management Reviews, Gender in Management: An International Journal и British Journal of Management.

Джаннин Уильямс

Джаннин Уильямс - преподаватель организационного поведения в Ньюкаслской школе бизнеса, Нортумбрийский университет, Великобритания. Ее исследовательские интересы включают процессы организации; категории социальных отношений и конструкции различия, особенно инвалидность и пол; женские отношения между полами и дружба на работе; карьерные исследования с упором на безграничные карьеры. Она является соредактором книги «Глухие студенты в высшем образовании: текущие исследования и практика», опубликованной в Международном журнале управленческих обзоров.

Джина Гранди

Джина Гранди - доцент кафедры коммерции Центра бизнес-исследований Рона Джойса при университете Маунт Эллисон в Нью-Брансуике, Канада. Ее исследования сосредоточены на конкурентных преимуществах, лидерстве, идентичности, организационных изменениях, поле и стигматизируемых профессиях. Джина публиковалась в таких журналах, как Organization, Gender, Work and Organization, Journal of Management Studies, Gender in Management: An International Journal, Qualitative Research in Organizations and Management: An International Journal, The Learning Organization и Journal of Strategy and Management.

Для доступа к полному контенту Oxford Handbooks Online требуется подписка или покупка. Общедоступные пользователи могут выполнять поиск на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы без подписки.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите, чтобы получить доступ к полному тексту.

Если вы приобрели печатное издание, содержащее токен доступа, просмотрите этот токен для получения информации о том, как зарегистрировать свой код.

По вопросам доступа или устранения неполадок, пожалуйста, ознакомьтесь с нашими часто задаваемыми вопросами, а если вы не можете найти там ответ, свяжитесь с нами.

.