Основным новообразованием подросткового возраста является: 24.Основные психологические новообразования подросткового возраста.

Содержание

Самосознание как системообразующий фактор формирования девиантного поведения подростков Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

Бугаец А.Ю.

Самосознание как системообразующий фактор формирования девиантного поведения подростков

Развитие личности через механизмы обособления-идентификации, определяющие самосознание, нельзя точно предсказать: с кем будет себя идентифицировать и от кого будет обособляться, отчуждаться личность в процессе своего развития. На особенности протекания данных процессов в подростковом возрасте значительное влияние оказывает такое новообразование подросткового возраста, как самосознание.

Обобщенный образ «Я» формируется в процессе интеграции множества единичных конкретных образов в ходе самовосприятия, самонаблюдения, самоанализа. В нем отражены общие, специфические и существенные черты данного субъекта. Образ «Я» является определенным итогом процесса самопознания, обобщенный образ «Я» влияет на мировосприятие, обуславливает основную линию поведения личности. Образ «Я» можно рассматривать «как результат апробации человеком своих самооценок, притязаний и социально-психологических ожиданий в процессе жизнедеятельности»

В зарубежной и отечественной литературе много данных, акцентирующих внимание на определяющем установочном характере самосознания. Понимание самосознания как социальной установки (точнее, установочной системы) позволяет представить его структуру не как случайный набор компонентов, а как некоторую систему когнитивных, эмоциональных и поведенческих признаков. А самосознание подростков отражает особенности «переходного возраста» и маргинального положения, т.к. это уже не дети, но еще не взрослые.

Во-первых, ролевая неопределенность и пограничность их социального статуса дополняется противоречивостью механизмов их социального контроля: прежние формы внешнего контроля со стороны родителей, учителей и других взрослых, основанные на послушании, уже перестают действовать, а внутренние формы контроля - самоконтроль и саморегуляция - еще не сложились или не окрепли [4, с.

237].

Во-вторых, главное новообразование подросткового возраста - чувство взрослости - проявляется в возрастании тенденции к свободе и независимости. Следовательно, «горизонтальный вектор общения» со сверстниками, как с равными между собой, приобретает большую значимость по сравнению с «вертикальным» (снизу-вверх) со взрослыми [там же, с. 238].

В-третьих, к этому возрасту развивается абстрактно-логическое мышление, происходит открытие для себя собственного внутреннего мира и появляется интерес к внутреннему миру других; Я-концепция уже сформирована и начинает выполнять свои функции, хотя не является еще достаточно последовательной, дифференцированной и обобщенной.

В-четвертых,, общение становится для подростков своеобразным полигоном для испытания разных стратегий поведения, стилей межличностных отношений, ролевых предпочтений.

Выбор наиболее приемлемых ориентиров происходит на фоне статусных колебаний, так как неудачные попытки приводят к различным социальным санкциям.

[2, с. 35].

В-пятых, потребность в общении настолько велика, что становится ведущей потребностью данного возраста, но не все умеют общаться. В силу недостаточной сформированности волевых и коммуникативных качеств возникают различные барьеры общения; они не решаются первыми подойти и познакомиться, особенно с лицами противоположного пола; не умеют поддержать беседу, потому что не умеют слушать других, в этом возрасте им важнее высказаться самим; плохо чувствуют настроение и состояние партнера по общению, а, значит, часто попадают впросак, говоря что-то невпопад или некстати, и поэтому предпочитают в компаниях отсиживаться в углу и т.д. Реальные или воображаемые неудачи в такой значимой для подростков деятельности, как общение, нарушают их самосознание, формируется неприятие себя, как неспособного к общению, что ведет к сворачиванию числа попыток вступления в контакт, то есть к вынужденному одиночеству, переживаемому очень болезненно.

Неудачу в одной области иногда удается компенсировать успехами в другой, тогда самоуважение страдает меньше (например, многие социально благополучные подростки компенсируют неудачи в общении за счет хорошей учебы, эрудиции, занятий спортом, различных хобби и необычных увлечений). Если у подростка не обнаруживается никаких ярких способностей, он не может и не умеет быть лидером, учится неважно, со взрослыми конфликты - вот тогда самооценка, и без того неустойчивая, в силу возрастных особенностей, резко падает или компенсаторно завышается.

В-шестых, очень важная потребность в подростковом возрасте - самоутвердиться среди сверстников, «занять свое место под солнцем», и он «из кожи вон лезет», лишь бы быть замеченным сверстниками, используя любые способы, известные ему. Он может попробовать курение, употребление спиртного или наркотиков. Он будет демонстрировать показную браваду или отклоняющееся от общепринятых норм поведение, может даже совершить суицидную попытку (реальную или демонстративную), пока не найдет способ поддержать свое самоуважение на приемлемом уровне.

В-седьмых, потребности самих подростков - им еще многое надо узнать и попробовать, прежде чем они станут взрослыми. При этом многими движет мотив все в жизни попробовать, скорее исшагать все, что могут позволить себе взрослые.

В-восьмых, физиологическая нагрузка на организм в период полового созревания, бурного роста организма и перестройки всех его систем часто провоцирует скрытые (компенсированные) психические расстройства.

В-девятых, помимо информационных перегрузок в школе и в средствах массовой информации, возрастает объем требований к подросткам и ожиданий со стороны взрослых.

Л. С. Выготский первым в советской детской психологии выдвинул возникновение самосознания в качестве центрального новообразования всего подросткового возраста, понимая его не как первичный духовный акт, а как результат длительного социального формирования.

«Самосознание, таким образом, не первичный, а производный факт в психологии подростка и возникает оно не путем открытия, а путем длительного развития» [3, с. 231]. Л.И. Божович подтверждает точку зрения Л.С. Выготского о возникновении самосознания как центрального новообразования подросткового возраста и считает, что у подростка самосознание возникает «в собственном смысле этого слова», то есть как «способность направлять сознание на свои собственные психические процессы, включая и сложный мир своих

переживаний. Этот уровень развития сознания порождает у подростка потребность обернуться на самого себя, познать себя как личность, отличную от других людей и в соответствии с избранным образцом. Это, в свою очередь, вызывает у него стремление к самоутверждению, самореализации и самовоспитанию» [1, с. 429].

Подростковый возраст - это самый трудный и сложный из всех детских возрастов, представляющий собой период становления личности.

Это самый ответственный период, поскольку здесь складываются основы нравственности, формируются социальные установки, отношения к себе , к людям , к обществу, формируются ценности и убеждения. Кроме того, в данном возрасте стабилизируются черты характера и основные формы межличностного поведения. Главные мотивационные линии этого возрастного периода, связанные с активным стремлением к личностному самосовершенствованию, - это самопознание, самовыражение и самоутверждение.

В этом возрасте дети становятся особенно чуткими к мнению сверстников, перед ними впервые остро встают проблемы морально-этического характера, связанные, в частности, с интимными человеческими взаимоотношениями. «В связи с возникновением самосознания, - писал Л. С. Выготский, - для подростка становится возможным и неизмеримо более глубокое и широкое понимание других людей. Социальное развитие, которое приводит к образованию личности, приобретает в самосознании опору для своего дальнейшего развития» [3, с.

280].

В подростковом возрасте отмечается отчетливое направление сознания на самого себя. Осознание себя личностью происходит у подростка в первую очередь в процессе общения со сверстниками. В связи с этим ряд психологов считают общение в подростковом возрасте одним из ведущих типов деятельности. Самопознание, выделение и сопоставление своего «Я» с другими создают условия для самосовершенствования. Подросток, оценивая свои способности, успехи, внешнюю привлекательность, моральный облик, свою социальную роль в коллективе, свои недостатки, эмоционально переживает все это и стремится завоевать уважение и доверие окружающих. На основе соотношений между уровнем притязаний и реальными успехами у него формируется, соответственно, высокое или низкое самоуважение. Оно зависит и от оценки подростка окружающими. У подростков обычно отмечается завышенная самооценка и уровень притязаний, что при неуспехе в учебной, спортивной и других видах деятельности нередко приводит к аффективным реакциям, а при хроническом неуспехе - к неуверенности в своих возможностях и даже к появлению стойких отрицательных свойств личности.

Подростки обращаются к анализу своей личности как средству, необходимому для организации своей деятельности и взаимоотношений с окружающими. По мнению Д.Б. Эльконина, оценка собственных качеств, как средств решения стоящих перед подростком задач, существенно важна для понимания генеза самосознания и понимания особенностей психического развития подростков. Сущность этого факта заключается в том, что при решении той или иной задачи происходит ориентация не только на объективные условия и образец действия, но и на собственные качества (особенности, умения, знания, черты характера), как на решающее условие ее решения. Там, где нет такой ориентации, там нет и самосознания, которое потому и называется самосознанием, что оно есть знание отношения нового качества субъекта к решению стоящей перед ним задачи. Такое превращение ребенка из субъекта деятельности в

личность и происходит в подростковом возрасте в отношении задач построения отношений с другими людьми [5, ^ 317-318].

Развитие самосознания и его важнейшей стороны - самооценки - это сложный и длительный процесс, сопровождающийся у подростка целой гаммой специфических, (часто внутренне конфликтных) переживаний, на которое обращали внимание буквально все психологи, занимавшиеся этим возрастом. Они отмечали свойственную подросткам неуравновешенность, вспыльчивость, частые смены настроения, иногда подавленность и пр. Самооценка в отрочестве еще чрезвычайно неустойчива. Свои недостатки подросток вольно или невольно пытается как бы снивелировать, компенсировать их достоинствами.

Еще очень незрелые попытки анализа своих возможностей сопровождаются то взлетом самоуверенности, то, напротив, сомнениями в себе и колебаниями. Такого рода неуверенность в себе часто приводит подростков к ложным формам самоутверждения - бравированию, развязности, нарушению дисциплины исключительно с целью показать свою независимость.

Неправильная самооценка подростков может иметь далеко идущие последствия. У подростка появляется естественное стремление занять соответствующее его представлению о себе место в коллективе. И это обстоятельство нередко приводит к конфликтам как внутренним, так и внешним.

Потребность в самосознании диктует подростку более пристальное, чем на предыдущих возрастных этапах, внимание к своему «Я», заставляет его разобраться, кто он есть, чем его «Я» отличается от других, в чем неповторимость его «Я». Попытки эти большей частью безуспешны. А самоуничижение, негативный Я-образ, отрицательное отношение к себе тесно связано с девиантным поведением.

Негативное самовосприятие подростков может проистекать из 3 источников:

1. Они считают, что не имеют личностно-ценных качеств или не могут совершать личностно-ценные действия, а, наоборот, обладают отрицательными чертами или совершают отрицательные действия.

2. Они считают, что значимые для них другие не относятся к ним положительно или относятся отрицательно.

3. Они не умеют эффективно использовать эго-защитные механизмы, позволяющие снять или смягчить последствия двух первых субъектов опыта.

Основным в психическом развитии в период, переходный от младшего школьного к подростковому возрасту, является возникновение и формирование чувства взрослости.

Д. Б. Эльконин считает, что чувство взрослости является основным новообразованием начала подросткового возраста, именно по его возникновению можно судить о начале нового периода развития. «Чувство взрослости - специфическая для подросткового возраста форма самосознания, социального по своему содержанию» [5, а 306].

Выделение чувства взрослости как основного новообразования начального периода подросткового возраста означает, что вся система воспитательного воздействия должна опираться на чувство взрослости и формировать на его основе социальное сознание, его морально-этическое содержание.

В современной западной психиатрической и психологической литературе широкое распространение получила концепция Э. Эриксона о «кризисе идентичности» как о главной особенности подросткового периода. Под «идентичностью» подразумевается определение себя как личности, как индивидуальности. Формирование «идентичности» рассматривается

с психоаналитических позиций как результат «распада детского Я» и необходимости синтеза нового «взрослого Я», образования «сверх-Я» и т.п. Самой идентичности, процессу познания самого себя, придается самодовлеющее значение. Именно этот процесс, а не факторы окружающей среды рассматривается как первоисточник всех трудностей и всех нарушений поведения у подростков. Многие исследователи (Донцов И. Л., Кочетов А.И., Колесов Д. Б., Ковалев А.Г., Мягков И.Ф.) подросткового возраста пришли к выводу, что именно подростковый возраст является тем периодом, когда уже отчетливо выступает потребность в самовоспитании и ведется активная работа над собой. И действительно, это возраст становления самостоятельности, формирование чувства собственного достоинства, выражающего потребность в самоопределении и самоутверждении подростка в среде взрослых. Между притязаниями и реальными возможностями есть еще значительные расхождения и даже противоречия. Подросток, с одной стороны, не может отказаться от своих притязаний и, с другой стороны, не может видеть слабостей и своей ограниченности, которые нередко только маскирует внешней независимостью и развязанностью в поведении. Именно это противоречие и толкает подростка к работе над собой с целью его разрешения.

Чувство своей неадекватности к предъявляемым требованиям способствует образованию у подростка ассоциативной связи между неприятными, мучительными для него переживаниями и той социальной средой, из которой исходят эти требования. Желание соответствовать ожиданиям коллектива, общества ослабевает, а желание уклониться от них, напротив, растет. Вследствие этого установки группы, на мнение которой подросток ориентируется, и его собственное поведение становятся все более антинормативными, а принадлежность к девиантной группе дает ему новые способы самоутверждения, позволяет максимизировать свое «Я» уже не за счет социально-положительных, в которых он оказался банкротом, а за счет социально-отрицательных черт и действий. Бывший минус становится в его сознании плюсом, в результате чего уровень самоуважения повышается.

Таким образом, в отношении подростков можно сказать, что им приходится постоянно осуществлять свой выбор, проявлять активность или пассивность, самоконтроль или импульсивность, творчество и максимальную самоактуализацию или уход от реальной действительности в иллюзорно-компенсаторный мир и дезадаптивное поведение.

Литература

1. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. - М., 1968.

2. Боришевский А.В. Теоретические вопросы самосознания личности/ Психологические особенности самосознания подростка. - М.: Высшая школа, 1980 . - С. 5-38.

3. Выготский Л.С. Педология возраста / В кн.: Психология подростка. Хрестоматия / Сост. Ю.И. Фролов. - М.: РПО, 1997. - С. 232-286.

4. Кон И.С. Психология юношеского возраста: (Проблемы формирования личности): учеб. пособие для пед. институтов [Текст] / И. С. Кон.- М.: Просвещение, 1979.- 175 с.

5. Эльконин Д.Б. К проблеме периодизации психического развития советского школьника // Вопросы психологии. - 1971. - №4.

Психологические особенности подростка

Психологические особенности подростка

Подростковый возраст является началом переходного периода от детства к взрослому состоянию в жизни человека. Греческое слово krisis переводится как «решение, приговор, решительный исход». В таком контексте восприятия слова «кризис» можно говорить о неминуемости подросткового кризиса в жизни каждого человека. Кризис подростничества, как решение о переходе во взрослый возраст, исход из детства, обуславливает психическое развитие в этом возрасте. Характер этого перехода может быть различным.

Возрастные границы подростничества

В зависимости от культурных традиций, социально-экономического развития общества, внутрисемейных установок переход от детства к взрослости может длиться от нескольких месяцев до нескольких лет. Общим является правило – ни в одном обществе от ребёнка не требуют, чтобы он стал взрослым моментально, всюду процессу достижения взрослости отводится время и место.

Одной из проблем современной возрастной психологии является определение культурных рамок подростничества. Дело в том, что этот возрастной период, согласно гипотезе этнографа Ариеса, отчетливо обозначился в обществе только к концу XVIII в. В современном технически сложном обществе отмечена тенденция удлинения «фазы ожидания» между детством и взрослостью. Это связано с психологической и психосоциальной незрелостью отроков, тогда как биологические предпосылки позволяют им рассматривать себя как взрослых (здесь необходимо учесть фактор акселерации – ускорения биологического созревания современных детей). Между физическими возможностями подростков и психологической и психосоциальной готовностью возникает конфликт. Как следствие – конфликт между подростком и обществом.

В отечественной психологической литературе принято различать младший подростковый (10–12 лет) и старший подростковый (13–15 лет) возрасты. Это согласуется с периодизацией психического развития Д.Б. Эльконина, и далее мы будем излагать материал в соответствии с выбранной ранее логикой рассмотрения возрастов.

Новообразования возраста

Психологическим критерием перехода к подростничеству является осознание себя человеком, перешагнувшим границы детства. Возникновение представления о себе как «не о ребёнке» многие специалисты называют основным новообразованием этого возраста. В связи с этим у подростка возникает потребность в изменении образа жизни. Решение проблем самоопределения в подростковом возрасте специалисты связывают с привлечением старшеклассников к жизнедеятельности взрослых, изменением характера общения, появлением потребности в уединении и обособлении.

Источником конфликтов с представителями старшего поколения может стать отсутствие в этом возрасте устойчивой системы координат – системы жизненных ценностей, которая позволила бы реально оценивать события. «Пустыня отрочества» по образному выражению Л.Толстого не имеет опыта личного выбора и ответственности. Осознание личной ответственности – важнейшая воспитательная задача в общении взрослого и подростка. «Если ты не маленький, отвечай за всю ту сферу, в которой считаешь себя взрослым».

Что является центральным новообразованием подросткового возраста? Анализ многочисленных исследований по теме «Подросток» (Носкова, 1999) показал, что в большинстве из них данный возраст изучается через характеристику феноменов самосознания. Это знаменитые исследования Ст. Холла, Э. Шпрангера, Ш. Бюлер, Э. Штерна, А. Фрейд, Э. Эриксона и других не менее известных ученых. Кроме того, в культурно-исторической психологии развития Л.С. Выготского непосредственно указано, что самосознание есть новообразование подросткового возраста. Самосознание при этом понимается и связывается с овладением человеком самим собой, с процессом самопознания, уровнем развития мышления и воли. В самосознании происходит как бы слияние аффективного и когнитивного в «берега» волевого.

Самосознание как вершина высших психических функций не только делает возможным более глубокое познание других людей и себя, но и перестраивает весь внутренний мир ребенка, что проявляется в его интересах, ценностях и поведении в целом. В результате того, что у подростка формируется самосознание, он становится способным открывать и порождать личностные смыслы, а следовательно, его можно считать субъектом волевого действия. Нам представляется, что развитие самосознания в период подростничества проходит следующий путь: в период «предподросткового» кризиса (К.

Н. Поливанова) появляется рефлексия, на начало периода отрочества – первая форма самосознания – «чувство взрослости» (Т.В. Драгунова, Д.Б. Эльконин), затем к 13 годам происходит становление собственно самосознания как вершинной психической функции и в кризисе 17 лет (по исследованию Л.И. Бершедовой (1999) возникает такая форма самосознания, как самоопределение (Л.И. Божович).

Более подробно остановимся на характеристике «чувства взрослости» как первой форме самосознания. По определению Д.Б. Эльконина и Т.В. Драгуновой «чувство взрослости» – это стремление быть, казаться и действовать как взрослый. В исследовании О.В. Курышевой изучалось представление подростков о собственной взрослости. Анализировались детские сочинения на тему «Когда, в каких ситуациях я ощущаю себя взрослым». Было установлено, что развитие образа взрослости происходит по сложно организованной схеме: от «сказочного» внешне обусловленного героического поступка к внешнему, но реальному поступку; к реальным поступкам, обусловленным внутренними признаками взрослости, и, наконец, к общему представлению о взрослости как единстве ответственности и самостоятельности.

Экспериментальные данные по динамике изменения представлений о взрослости показали, что взрослость в предподростничестве начинается с возникновения у ребенка представления-картинки о «достойном, правильном» поступке, выдуманном им. Героем истории выступает сам ребенок, а основным показателем взрослости является чувство гордости (эмоция, неразрывно связанная в сознании с представлением). Идеалом для ребенка начинает выступать «взрослый поступок» (обычно выполнение общепринятых норм), он открывает взрослость как конкретный факт, выраженный в геройском действии.

На втором этапе – этапе мифологизации образа взрослости – ребенок пытается буквально воспроизвести сложившееся представление в реальных ситуациях. Здесь смысл реальной ситуации меняется волшебным образом, и поэтому мало одного внешнего символа, необходимо сравнение себя с другими, новый статус в социуме, оценка аудитории. В отличие от первого этапа, где замысел заканчивался результатом, на этапе мифологизации образа взрослости ребенок останавливается на «замысливании», он не описывает ни дальнейших действий, ни полученного результата, только начало экстраординарного действия («дают специальное поручение»). Автор расценивает это как показатель возникновения первичных представлений ребенка о мере своих возможностей, о том, что достижение желаемого результата сопряжено с определенными трудностями.

На третьем этапе становления образа взрослости ребенок пытается выявить в собственном поведении ее содержательные элементы, соединить замысел своего взрослого действия с его реализацией, получить результат. На данном этапе построения образа взрослости ребенок описывает, в основном, собственную несостоятельность, в то время как на предшествующих этапах в центре внимания были внешние ограничители. Этот этап именуется автором этапом конфликта. Ребенок начинает постепенно осознавать границы собственной взрослости, которые заданы степенью самостоятельности и ответственности. На наш взгляд, границы взрослости задаются и осознанием своих прав и обязанностей, социальным пространством личности (В.С. Мухина).

На четвертом этапе у ребенка возникает отношение к мере своих собственных способностей, возможностей, дифференциальная самооценка. Здесь ребенок четко различает, в чем он уже взрослый, а в чем еще ребенок. Возникает произвольность деятельности и поведения, а следовательно, можно говорить, что появилось собственно самосознание. Ребенок стал субъектом своей жизни.

Однако на третьем этапе становления чувства взрослости возможна не поступательная тенденция развития, а возвратная. В каждом индивидуальном случае прохождения кризиса существует вероятность «не встречи» замысла и реализации взрослого действия. Ребенок может вернуться к другим этапам.

Изучая особенности «образа Я» в старшем подростковом возрасте, М.М. Олесик (2001) отмечает, что подростничество необходимо рассматривать относительно главного достижения и источника трансформаций личности ребенка, а именно – в контексте развития функции самосознания. Автор, не отвергая иных форм самосознания, предполагает, что самосознание подростка в сферах большей значимости и меньшей дифференцированности имеет символический характер. Динамика самопознания и самодетерминации идет по вектору построения индивидуального мифа, исходящего из взаимодополняющей трансформации индивидуального опыта и социокультурной заданности, в частности мифологемы героя. «Представляемое Я» подростка, построение индивидуального мифа позволяют акцентировать качественное отличие самосознания от его продукта – «образа Я» в подростковый период. Понятие мифа подчеркивает динамизм развития «образа Я», трансформацию и преображение «героя» на его пути; преобладание идеального и идеализированного в кристаллизации «образа Я», который выстраивается посредством осознания индивидуального опыта, вынесенного из детских переживаний; позволяет связать воедино построение «образа Я», жизненной стратегии личности, ее самодетерминацию будущим.

Становление самосознания в подростничестве

В концепции развития личности и самосознания В.С. Мухиной отмечается, что все звенья самосознания уже включены в самосознание подростка. Но содержательное их наполнение имеет свою возрастную специфику. Физический облик, внешний вид становится предметом исследования, подражания и особой заботы подростка. Отроку в сфере развития его самосознания предстоит приспособиться к новым телесным ощущениям, изменениям внешности. «Подросток начинает ощущать наполненность своего тела энергией, придающей ему особое чувство, – ощущение того, что он обладает жизненной силой, что он живое существо. В этот период жизни возникает предощущение того, что что-то должно случиться» (Мухина, 1997, с. 405). В данный период чувствования становятся острыми. Прикосновениям придается особый смысл. Они особенно ценимы, если исходят от привлекательных для подростка лиц, и наоборот, чужеродные прикосновения вызывают сильные отрицательные эмоции, физическое напряжение. Художественное описание подобных состояний подростка можно найти в произведениях знаменитых писателей, например Г. Белля «Долина грохочущих копыт», Г. Гессе «Гольмунд и Нарцисс».

Психологические проблемы, связанные с половым созреванием, можно в целом определить как проблемы реорганизации образа «физического Я» и формирования качественно новой телесной идентичности. По мнению И.С. Кона, половое развитие – это стержень, вокруг которого структурируется самосознание ребенка. Половая идентификация как одно из звеньев структуры самосознания интенсивно «наполняется» в подростковом возрасте. Все мальчики и девочки оценивают признаки мужественности и женственности у себя через сравнение себя с другими подростками. В предметно-инструментальном мужском стиле жизни это выражается ярче, чем в женском. Дети осваивают мужские и женские роли, внешнее поведение и внутренний духовный статус мужчины и женщины, ориентируются на их профессиональные виды деятельности. В исследовании Н. Крыгиной (1993) показано, что дети, лишенные родительского попечительства, особенно девочки, слабо дифференцируют маскулинные и феминные качества.

В целом необходимо отметить особую озабоченность подростков своими физическими данными и презентациями себя как представителя определенного пола.

Освоение собственного тела, которое организовано сложно и многоуровнево провоцирует как двигательную суперактивность (танцевать, кричать, бегать), так и двигательную вялость, неподвижность. Одной из задач подросткового возраста Г.С.Абрамова называет установление иерархических отношений между произвольными и непроизвольными двигательными реакциями. Потому во все времена особое внимание уделялось физическому воспитанию молодых людей. Подросток, лишённый «мышечной радости», вынужденный сдерживать свои двигательные функции, зачастую проявляет различные виды нервных тиков. Специалисты подмечают тот факт, что у подростков из сельской местности тики практически отсутствуют, как и проявления физической неловкости в общении.

В подростковом возрасте, как отмечено у В.С. Мухиной, имя ребенка может подвергаться особым испытаниям, заменяясь кличкой, беспощадно оценивающей его индивидуальные свойства или вовсе обесценивающей его личность. Депривируя ценностное отношение к именам друг друга, подростки однако отстаивают свое право на приемлемое обращение к себе по имени с должным уважением и соответствием нормам культуры социального окружения. Соответствующее обращение по имени есть показатель социального признания, который проще регулировать, чем другие притязания.

В психологическом времени личности в период подростничества также происходят изменения по сравнению с младшим школьным возрастом. Оно расширяется, связано с реорганизацией представления о себе. Многие исследователи отмечают усиливающееся значение прошлого и будущего в самосознании отрока. Так как ребенок постепенно начинает брать на себя позиции взрослого, важным объектом его размышлений становится будущее. Подростки по отношению к себе обнаруживают временную перспективу как компоненту формирующегося самоотношения (К.Н. Поливанова). Они начинают осознавать свое «Я» как изменяющееся во временной перспективе собственной жизни, что свидетельствует о связи психологического времени с новым видением себя в отрочестве.

Социальное пространство как следующий компонент структуры самосознания в концепции В.С. Мухиной для подростка предстает в реальности общения. Особое значение и смысл приобретают для него обязанности и права, которые существуют в социальном пространстве отношений взрослых и отдельно – в подростковой субкультуре. Подросток стремится овладеть всем диапазоном социального пространства (от подростковых групп до политической жизни страны). По мнению автора, он показывает высокую сензитивность к общению и взаимодействию с системой прав и обязанностей. Подростки ориентированы на развитие в себе чувства ответственности за себя и других, на необходимость самостоятельного выбора в обыденной жизни, в экстремальных ситуациях, а также на осуществление гражданского выбора. Подросток уже способен понять и принять значение выбора как элемента культуры, когда он сам ответственно его делает.

Когда общество не предоставляет такой возможности отроку, потребность в выборе и ответственности депривируется. Последствия такого рода депривации проявляются в девиантном и делинквентном поведениях подростков.

Заканчивая характеристику особенностей наполнения структурных звеньев самосознания в подростковом возрасте, В.С. Мухина отмечает, что отроческое «Мы» и отроческое «Я» нередко противоборствуют, что проявляется в мотивах, в отдельных поступках и нередко в общей линии поведения. «Мы» – это способность идентифицировать себя с другими, слиться с другими в ситуациях социального выбора, эмоциональных ситуациях; это умение отрефлексировать себя как часть какой-либо общности. «Я» – это способность к обособлению от других, осознание себя как уникальной личности (Мухина, 1997, с. 417).

Ведущая деятельность

Традиционно ведущей деятельностью в подростковом возрасте называются общение со сверстниками (Д.Б.Эльконин) и общественно значимая деятельность (В.В.Давыдов).

К.Н. Поливанова, рассматривая проблему психологического содержания подросткового возраста, отмечает в качестве дискуссионного вопрос о ведущем виде деятельности данного периода. По ее мнению, таковой выступает проектная деятельность, где ребенок может реализовать авторское действие. Почему автор выделяет именно эту деятельность, а В.В. Давыдов – общественно-значимую? Автор исходит при анализе возраста из соотношения реальной и идеальной формы в детском развитии. Идеальной формой подростничества выступает идеальный герой, поначалу во всей чувственности и конкретности реального персонажа. По мнению К.Н. Поливановой, современный подросток почти лишен возможности выбора культурных текстов, из которых бы он мог вынести представление о своем герое, т.е. о персонаже авторского действия. Так как «естественным» путем ребенок открывает лишь суррогаты, то задача образовательной практики состоит в открытии для него идеальной формы авторства. Если для младшего школьника фигурой было «как сделать», то для подростка – «что сделать». Ребенок в процессе образования должен иметь возможность практиковать авторское действие – замысливание, анализ условий реализации, получение продукта. Именно продуктивность авторского действия – его ключевая характеристика – не может возникнуть стихийно, вне специально спроектированных условий. Авторское действие не может быть спланировано, оно может быть инициировано. Деятельность, в которой происходит трансляция авторского действия, называется К.Н. Поливановой проектной. Именно через эту деятельность на этом отрезке онтогенеза ребенок строит собственную субъектность как субъектность авторства.

Подходы Г.Г. Кравцова и К.Н. Поливановой к определению ведущей деятельности подростка, несмотря на их различие, наталкивают педагогов на мысль о необходимости смены процесса образования, его методов и организации в средней школе.

Учебная деятельность в подростковом возрасте.

Переход к отрочеству отмечен изменением отношения ребенка ко взрослым, резким снижением успеваемости и потерей интереса к учебе, неприятием общепринятых социальных норм и правил, появлением девиантного поведения. Но ребенок продолжает учиться в школе и формально большую часть времени он должен посвящать учению. А какова ведущая деятельность этого возраста, если учеба утратила свое развивающее значение? В.В. Давыдов, Г.А. Цукерман отмечают, что если даже у ребенка в начальной школе и сложилась учебная деятельность, то при переходе в среднюю он не хочет (а иногда и не умеет) его пользоваться. В традиционном обучении не получает удовлетворения специфическое для подростков «чувство взрослости». Кроме того, все исследователи отмечают особую роль общения ребенка со сверстниками для его полноценного психологического развития. Любимым времяпровождением подростка являются «тусовки» в компании сверстников. Современные методы обучения никак не учитывают этой особенности детей. На уроках они предпочитают не слушать и отвечать, а перебрасываться записками, обсуждать свои проблемы, играть, просто разговаривать друг с другом. Интимно-личностное общение со сверстниками, согласно Д.Б. Эльконину, становится ведущим видом деятельности. В центр общения выходит сверстник.

Проблему «совмещения» учебной деятельности и потребности общаться со сверстниками возможно решить, если учебную деятельность сделать содержанием ведущей для подростка деятельности – общения. Исследования, проведенные Г.Г. Кравцовым и его учениками, экспериментально доказали, что отличительной чертой общения в подростковом возрасте является его содержательный, деловой характер. Отношения участников совместно осуществляемой деятельности таковы, что все члены коллектива равны в праве на постановку целей и оценку результатов этой деятельности. Таким образом, новизна общения подростков друг с другом и со взрослым – в его предметном содержании. Предмет этот может быть различным – от мальчишеских или девчоночьих «тайн», связанных с игрой, приключением по мотивам фильма или знакомой сказки, до достаточно серьезного увлечения какой-либо областью науки, спорта, культуры. В случае нормального, оптимального хода вещей для детей этого возраста делается важным и общение со взрослым, который является носителем той или иной области культуры, интересной в качестве предметного содержания детского общения. При этом не особенности предметной области определяют, кто из педагогов станет центром общения детей, а напротив, взрослый, умеющий общаться с детьми этого возраста, так интригующе приоткрывает им предметное содержание, что ребенок увлекается соответствующим предметом. Самым привлекательным, определяющим смысл взаимодействий подростка является общение.

Социальная ситуация развития

Социальной ситуацией развития становится освоение области взаимоотношений людей за рамками семейного круга.

Интересы подростка очень подвержены влиянию социального окружения, особенно сверстника и увлеченного взрослого, значимого для отрока.

Л.И. Божович отмечала, что к началу переходного возраста в общем психическом развитии появляются более широкие, новые интересы, личные увлечения и стремление занять более «взрослую» позицию в жизни. Личностные интересы характеризуются своей «ненасыщаемостью»: чем больше они удовлетворяются, тем более устойчивыми и напряженными становятся. Удовлетворение таких интересов в отличие от ситуативных (эпизодических) связано с активным поиском или созиданием предмета их удовлетворения. Это толкает подростков к постановке все новых и новых целей, часто выходящих за пределы сегодняшнего дня. Наличие у подростка устойчивых личностных интересов делает его целеустремленным, а следовательно, внутренне более собранным и организованным. Он как бы обретает волю. «Недаром Л.С. Выготский, возражая принятому в традиционной психологии взгляду, говорил, что подростка характеризует не слабость воли, а слабость целей» (Божович, 1995, с. 241).

Целенаправленность возникает в подростковом возрасте и в связи с мотивами, в которых на первое место выходят формирующееся мировоззрение и планы на будущее. Осознанные устойчивые мотивы становятся доминирующими в структуре мотивационной сферы и меняют, таким образом, весь внутренний облик подростка. Это обстоятельство, по мнению Л.И. Божович, ликвидирует постоянные конфликты разнонаправленных мотивационных тенденций, характерных для кризиса переходного возраста, и делает подростка внутренне более гармоничным. Хочется подчеркнуть, что Л.И. Божович весь возраст полового созревания полагает критическим и отмечает внутренний конфликт, внутреннее противоречие как суть данного возраста, не сводя его к внешним, социальным проявлениям. В качестве основного новообразования подросткового возраста, появляющегося во второй его фазе (16–17 лет), она называет самоопределение.

А.Е. Личко в своей работе «Психопатии и акцентуации характера у подростков» (1983 г.), характеризуя подростковый возраст, дает классификацию увлечений, которые в этом возрасте отличаются «запойным» характером: интеллектуально-эстетические, которые могут пересекаться с обучением; эгоцентрические; телесно-мануальные; накопительные; информативно-коммуникативные (самый примитивный вид увлечений).

Осознаётся потребность в собственной позиции. Утверждению собственной позиции помогает наличие «своей территории». Подростковый и юношеский возрасты считаются самыми активными по освоению территории. «Территориальное поведение» подростков может открыть взрослым ту информацию, которая иначе им недоступна. «Оформление» подростком собственной комнаты или уголка плакатами, наклейками и другой «наглядностью» подскажет взрослым о том, что желает видеть рядом с собой их чадо. Наиболее предпочитаемые места встреч с друзьями также позволят сделать некоторое предположение о содержательной стороне общения подростка с приятелями. В общении со сверстниками, особенно в первой фазе подростничества, для подростка важны не столько содержание, сколько интенсивность общения. Постепенно происходит смещение внимания на содержательную сторону общения. Но кажущимся парадоксом подросткового общения является тот факт, что энергетически зарядить и общение, и творчество подростков может только человек взрослый. Огромное значение в становлении стиля подросткового поведения имеет « значимый взрослый», чаще не родитель, а представитель того самого социального мира, куда устремлён взор подростка. Это может быть тренер, учитель, тот, кто в глазах подростка обладает уникальными качествами общественно значимой деятельности.

Тенденция к взрослости проявляется и в семейном поведении подростка. Подросток обречён на рождение из «семейной утробы» в мир социальных отношений. Рвётся «эмоциональная пуповина», меняется характер эмоциональной привязанности к родителям. На смену авторитету родительской власти приходит (или не приходит) авторитет личности родителей. Он зависит для подростка от уровня социальной или профессиональной компетенции мамы или папы. Существует точка зрения, согласно которой, человек, не изменивший характера эмоциональной привязанности к родителям в подростковом возрасте, вынужден будет сделать это в период становления собственных семейных отношений.

В книге Франсуазы Дольто «На стороне подростка» приводится подробный анализ многих семейных драм, связанных с переживанием подросткового кризиса. В частности, Ф.Дольто отмечает, что внутренние разногласия, возникающие в семьях, воспринимаются ребёнком до 11 лет с огромными трудностями, но молча. В подростковом же возрасте «назревшие противоречия требуют разрешения». В случае, когда всё идёт хорошо и в семье нет никакого разлада, подросток «расценивает свою семью как пристанище и ценит её очень высоко, но при этом он не чувствует, что играет в ней сколько-нибудь значительную роль и ищет пути самоутверждения в окружающем обществе». Стремление к самоопределению в мире социальных отношений толкает подростка на выход из семьи. Если семья имеет многообразие социальных контактов, у взрослых есть круг внесемейного общения, то и подростки не задерживаются на пассивной или агрессивной позиции. Имея за спиной свою семью, как надёжную гавань, куда в любой момент можно прийти, чтобы набраться сил, подросток отправляется в самостоятельное плавание по социуму.

Подростка, не умеющего выйти за пределы семейного круга, Ф.Дольто сравнивает с мацерированным плодом (мацерация – размягчение тканей, приводящее к распаду на отдельные клетки, «смерть заживо» - Т.С.), который не в состоянии родиться. «Семья взрывается, словно мать, которую разрывает изнутри её дитя. Это происходит в семьях, помешанных на семейственности, где нет радости внешнего социального общения, того, что подталкивает ребёнка заниматься спортом, интересоваться культурной жизнью и т.д.» (26, с.90-91).

Обретение подростком собственной позиции в мире социальных отношений совсем не тождественно разрыву с семейными устоями и ценностями. Многие подростки высоко ценят нормы, существующие в их семьях, обретая собственную социальную самостоятельность, уверены в том, что их будущая семья будет такой же, как и семья их родителей. Часто семейные устои являются для подростка эталоном, ориентируясь на который он выстраивает собственное взаимодействие с социумом. На вопрос «неужели тебе никогда не хотелось сбежать из дому?» один из известных российских учёных ответил, вспоминая себя в 15 лет: "Как Вы не понимаете: из осажденной крепости не сбегают".

Интересы и ценностные ориентации

Изучение самосознания в подростковом возрасте в отечественной психологии идет и в русле исследования его содержания: интересов, ценностных ориентаций, ценностей.

Так, Л.С. Выготский называл проблему интересов «ключом ко всей проблеме психологического развития подростков». В своей работе «Педология подростка» (1931 г.) он дал такое определение: «интересы – целостные динамические тенденции, определяющие структуру направленности наших реакций» (Выготский, 1984, с. 7). По мнению ученого, на первой фазе подростничества происходит разрушение и отмирание установившейся прежде системы интересов. Этот период совпадает с негативной фазой подростничества (кризисом 13 лет). В позитивной фазе данного возраста (пубертата) созревает новое ядро интересов. Данный процесс автор характеризует так: «Если в начале фаза развития интересов стоит под знаком романтических стремлений, то конец фазы знаменуется реалистическим и практическим выбором одного наиболее устойчивого интереса, большей частью непосредственно связанного с основной жизненной линией, избираемой подростком» (Там же, с. 26). Л.С. Выготский выделил несколько доминант – основных групп наиболее ярких интересов подростков:

– «эгоцентрическая доминанта» – интерес к собственной личности;

– «доминанта дали» – установка на обширные, перспективные масштабы;

– «доминанта усилия» – тяга к сопротивлению, к волевым напряжениям, которые иногда проявляются в упрямстве, негативных явлениях;

– «доминанта романтики» – стремление к неизвестному, рискованному, к приключениям, героизму.

Огромное количество исследований в современной психологии посвящено изучению доминирующих ценностных ориентаций подростка. Мы уже отмечали тот факт, что к концу младшего школьного возраста наблюдается расхождение ценностей взрослого и ребенка. Появляющиеся новые формы самосознания способствуют возникновению собственных ценностей в жизни последнего. К концу возраста складывается и их индивидуальная структура. Общечеловеческие ценности имеют свою специфическую выраженность в этом возрастном этапе. Ведущими ориентационными ценностями современных подростков, согласно исследованиям группы ученых под руководством С.В. Кривцовой (1997 г.), являются следующие: счастливая семейная жизнь, наличие хороших и верных друзей, свобода как независимость в делах и поступках, материально обеспеченная жизнь, любовь. Ценности, перечисленные в рейтинговом порядке, относятся к подросткам 14–17 лет, живущим в Москве и Подмосковье. В этом исследовании выявлено, что социально значимые ценности, которые провозглашает школа как главный институт социализации подростков (творчество, активная деятельная жизнь, интересная работа и познание), отвергаются ими. Авторский коллектив ученых интерпретирует данные результаты как нежелание подростков брать на себя ответственность за дела и поступки, об усилении в их поведении стереотипных реакций. С этой целью предлагается проводить с подростками специальные тренинги, с помощью которых они могут получить от взрослых опыт сопереживания, творческого подхода к жизни и ответственного поведения. Думается, что это не решит основных проблем возраста. Продуктивнее рассматривать меры, которые может предпринять общество для обеспечения реализации основных потребностей возраста: смена методов обучения, стиля общения педагога и подростка, предоставление последнему возможности реализовывать авторское действие в условиях, которые контролирует помогающий взрослый и «достраивает» действия ребенка до реализации замысла, получения результата; расширение реального поля альтернатив для включения подростка в социальную жизнь (Е.К. Авдуевцева и Т.А. Араканцева; Г.Г. Кравцов; К.Н. Поливанова; Д.И. Фельштейн).

Развитие мышления и воображения в подростничестве

Центральной психологической функцией сознания подростка, по мнению Л.С. Выготского, является мышление, мышление в понятиях, т.е. мышление высшего уровня. Оно призвано выполнять синтезирующую и упорядочивающую функции. Благодаря этому виду мышления подросток получает возможность выделить и интегрировать существенные свойства объектов своего анализа, что создает основы для логической связи явлений внутреннего мира. Если школьник мыслит припоминая, то подросток припоминает мысля. Этот же вид мышления делает его независимым от ситуации, наличных внешних связей. Отрок становится способным выделить внутренние, существенные связи, не данные изначально, и организовать свою деятельность и поведение исходя из них.

Подростки способны решать интеллектуальные задачи исходя из сделанных заранее гипотез и предположений, рассуждать об идеалах, создавать теории и т.п., одним словом, у них происходит становление основ мировоззрения. Эти достижения тесно связаны с интеллектуальным развитием ребенка. Все познавательные процессы и функции интеллектуализируются. Воображение, сближаясь с теоретическим мышлением, дает импульс к творчеству: подростки начинают писать стихи, серьезно заниматься различными видами конструирования. Но далеко не все из них стремятся к достижению объективного творческого результата, хотя все используют возможности своего творческого воображения, получая удовлетворение от самого процесса фантазирования. Это похоже на игру. Отмечая преемственность возрастов, Л.С. Выготский писал, что игра ребенка перерастает в фантазию подростка.

По результатам исследований Е.Е. Кравцовой (1999) продуктом воображения младшего подростка являются предметы и отношения между ними. Психологическая особенность воображения детей данного возраста связана с коллективным продуктом воображения. Оно становится коллективно распределенной деятельностью, что можно проследить на примере детских коллективных фантазий, реализуемых в играх. Здесь легко увидеть «кусочки» каждого из играющих.

По мере развития воображения в младшем подростковом возрасте уменьшается количество партнеров совместной деятельности фантазирования. Так, если сначала воображающая компания состоит из 8–10 человек, то к концу младшего подросткового периода эти коллективы превращаются в диады или триады. Вторая особенность изменений в воображении связана с составом воображающей компании. Так, если вначале подросток стремится поучаствовать в разных компаниях, поэтому, как отмечали Д.Б. Эльконин и Т.В. Драгунова, состав детских сообществ очень непостоянный, то возникшие к концу периода диады, как правило, постоянны. Третья особенность – воображение становится полисубъектным, т.е. ребенок в своем воображении получает возможность реализовывать не одну, а несколько точек зрения.

Главным отличием воображения старших подростков от воображения младших является его диалогичность. Полисубъектная позиция воображения младшего подростка перерастает в диалогическую. Если полисубъектная позиция позволяла представить воображаемый образ с разных сторон в зависимости от партнера по фантазии, то с помощью диалогической старший подросток обретает способность сам индивидуально менять, развивать, дополнять образ воображения. Причем он может это делать и в определенных предметных условиях (как младший школьник), и в совместной деятельности (как младший подросток), и просто сам по себе, экспериментируя с собой.

Диалогичность внеситуативной внутренней позиции старшего подростка обеспечивает индивидуальный характер воображения. При этом появляются и новые формы коллективного воображения. Но если в младшем подростковом возрасте продукт воображения получается как бы из мозаичных кусочков, то в старшем подростковом возрасте уже можно говорить о некой целостности как самого образа воображения, так и его отдельных частей. Субъект воображения нерасчленим и практически невозможно определить, кто что придумал.

Социализация в подростковом возрасте

Изучая психологию подростка, необходимо рассмотреть особенности процесса социализации ребенка данного возраста, так как именно по социальной конфликтности отроческий период называют «периодом бури и натиска» (С. Холл). Трудности социализации современного подростка отечественные авторы (Е.П. Авдуевская, С.А. Баклушинская) связывают с тем, что сегодня социальные изменения происходят намного быстрее способности ребенка адаптироваться, когда едва полученный опыт оказывается неприемлемым в социальной практике, а усвоенные нормы не только не помогают ориентироваться, а напротив, в первую очередь подвергаются пересмотру. Агентами социализации для подростка являются семья и сверстники. Ученые доказали, что подростки, которые в качестве значимых лиц указывают членов семьи, в большей степени склонны воспринимать социальную действительность как стабильную и устойчивую, чем их сверстники, для которых семья является менее значимой.

Р.М. Грановская (1997) описывает проблемы, возникающие в процессе общения ребенка-подростка и взрослого. По каждому году периода подростничества автор отмечает виды зависимостей, в которые может попасть ребенок. Так, в возрасте 12 лет подросток в большей степени рискует стать наркоманом, так как он еще некритично относится к разнообразным друзьям. В 13 лет ребенок становится чувствительным к критике, деньги и вещи рассматриваются им как способ привлечь к себе внимание, поэтому кражи и нечестность часто обусловлены потребностью в контакте со сверстниками. В этом возрасте усиливается интерес к бессмертию, происходит внутренняя борьба с интенсивной тревогой вследствие осознания своей конечности, на пороге взросления ребенок чувствует угрозу своему существованию. Ему приходится делать выбор: либо путь реальных достижений, либо уход в мир фантазий. Это первая критическая точка, когда возможен уход ребенка в какую-либо секту. В 14 лет центр внимания подростка переносится на окружающий мир, ребенок вновь становится экстравертированным. Он задумывается над значением жизни, и из-за отсутствия ясной перспективы часто происходят нервные срывы в связи с утратой душевного равновесия. В этом же возрасте наиболее часты дисморфобии – навязчивый страх телесного уродства или дефекта. В западной литературе болезненные варианты пубертатной дисморфобии называют «синдром Квазимодо», а неболезненные варианты таких переживаний – «синдром гадкого утенка». Сомнения и тревоги по поводу своего будущего облика выдают ребенка раздражительностью, сочинительством небылиц, манерой одеваться. Средством успокоения для подростка обычно выступает конформистская тенденция одеваться как все в референтной группе («социальная мимикрия»).

15 лет – возраст максимальной самостоятельности. Подросток стремится во всем обнаружить свою волю, часто идет на провоцирование ситуации. Главный мотив, который движет подростком, – желание утвердиться в коллективе сверстников. Неадекватно завышенные притязания способствуют вступлению в девиантные группы, которые дают ребенку новые способы самоутверждения. Надо иметь в виду, что низкая самооценка отрока предрасполагает к асоциальному пути развития. В этом возрасте ребенок переживает и чувство одиночества, и чувство соперничества. Суть конфликта взрослого и ребенка Р.М. Грановская видит в разной ориентации психологического времени: если взрослый концентрирует свое внимание на дальних результатах, то подросток – на ближайших.

Любовь и дружба

Жизненно важной сферой для подростков становится область межполовых отношений. Психологическую и духовную характеристику этого важной проблемы приводит в кн. «На пороге зрелости» протоиерей Василий Зеньковский. Каким образом говорить взрослому человеку с подростками о любви, об отношениях мужчины и женщины, обо всём том, что волнует и интересует в этом возрасте? Здесь существует многообразие мнений – от признания ведущей позиции здесь общества сверстников, которое, якобы, «на доступном уровне выдаёт требуемое количество информации», до специально разработанных взрослыми программами «просвещения» подростков. Многие опытные педагоги уверены в том, что взрослый человек должен говорить с подростками на темы любви и взаимоотношения полов. Но как это делать, универсальный совет дать затрудняются. В педагогической литературе начала ХХ века встречаются советы знакомить подростков с содержанием Книг Ветхого Завета, где проявления любви человеческой представлены как Богом дарованные и освящённые.

Исследованиям подросткового возраста посвящено немало книг, отдельным направлением в психологии и педагогике обозначена работа с т.н. «трудными» подростками. Подросток, не подчиняющийся никаким правилам и требованиям, привносит в своё окружение огромное количество проблем. Несомненно, этот возраст является первым возрастом проверки всего предшествующего процесса воспитания, он беспощадно вскрывает все ошибки и промахи, совершённые родителями и воспитателями до этого. И каждый раз в подобной ситуации нет готовых рецептов «что и как делать». Помочь может живое, заинтересованное общение с самим подростком и жизненный опыт тех, кто сталкивался с подобными проблемами.

Подросток и Церковь

В.В. Зеньковский так характеризует психическую сферу подростка: «После периода трезвости и погружения в «порядок» природы, социальной и моральной жизни подросток чувствует себя подхваченным новой и неведомой ему силой, которая действует в его глубине. Эта сила властно и нетерпеливо опрокидывает привычки, сложившиеся вкусы, толкает куда-то вперёд, мутит и волнует душу, бросая её из одной крайности в другую… Душа подростка совершенно отошла от трезвости и реализма, от следования правилам и от приспособления к порядку… Она вновь, хотя и по-иному, чем в раннем детстве, возвращается к себе – но уже не в форме наивного эгоцентризма, а в форме мечтательного эгоцентризма. «Мечтательность» есть ключ к этому периоду …» (27, с. 117-118). На границе подросткового возраста происходит изменение отношения реального и возможного в сознании. Развитие интеллекта приводит к тому, что резко расширяются границы внутренней жизни – сознание наполняется идеальными конструкциями, гипотезами о себе и окружении. Одной из задач развития подростка является координация взаимодействия реального и воображаемого в сознании и деятельности.

Объясняя особенности духовного развития в подростничестве, В.В.Зеньковский пишет: «Все темно над подростком. Вдруг он «решит» (!), что Бога нет и уверен, что в нем нет веры – а то вдруг по привычке, по неисчезнувшей инерции начнет молиться – и на время глубокое волнение, мистические восторги охватят душу. Это все лишь искушения, это лжеблагодать. Религиозная сфера как будто вся в скорлупе, живет она прошлым, где-то сосредоточенно в душе наливается «сок»,– но по-существу отрочество религиозно пусто, хотя очень мистично – но мистикой земной, даже подземной, но отнюдь не небесной. Религиозные рассуждения, в которых идет та же игра, как и всюду в этом возрасте, могут быть пусты или серьезны, глубоки или поверхностны, но увы – они нереальны. Опасная, жуткая пора – сумерки перед зарей, некая темная ночь перед грядущим восходом солнца» (В.З.).

Изменение характера внутрисемейных отношений приводит к изменениям в духовной, религиозной жизни подростка. Проявляется это чаще всего в том, что подростки отказываются посещать церковь, жить теми правилами, которые до этого радостно принимали и исполняли. Признавая существование такого рода проблем, В.В.Зеньковский предупреждает родителей и педагогов о том, что основная беда заключается не в том, что дети перестают ходить в церковь, а в тех душевных переменах, которые стоят за этим. «И как бывает опасно, а порой даже гибельно для религиозной жизни подростка, когда в период сложной душевной работы, период тревожных исканий мятущейся души, родители или школа думают не о том, чтобы войти в эту внутреннюю драму души, а заставляют идти в Церковь! Ничего кроме лицемерия, недоброй враждебности к религиозной жизни не дают такие меры». В.В.Зеньковский уверяет своих читателей в том, что к Церкви никого не нужно принуждать, ибо Она так полна красоты и правды: «Нужно, чтобы каждой душе дано было найти в Церкви отзвук на её искания и запросы, дано было опытно познать правду и силу Церкви»(там же).

Поэтому, занимаясь православным воспитанием подростков, имеет смысл обращать внимание на тех взрослых, кому стремятся подражать подростки. Особенно стоит потрудиться в деле воцерковления талантливых педагогов, интересных, ярких личностей, тех, к кому тянутся дети. Как правило, это честные, ищущие люди. Порой складывается впечатление, что они самодостаточны, и есть большой соблазн (не только у священников, но и у простого мирянина), говоря православным сленгом, смирить такого человека. И в этой ситуации стоит поучиться у русских православных миссионеров, которые были не только самоотверженными свидетелями своей веры, но нередко и подлинными создателями культуры целых народов. Как писал архиепископ Николай Японский (Касаткин), “наше служение есть духовное рождение чад Богу; какое же рождение не сопряжено с муками?” Создание педагогической православной среды – первостепенная задача в наших школах. Православная среда складывается в том случае, когда к педагогам постепенно приходит понимание того, что со своими сомнениями или проблемами можно обратиться к священнику. Есть “наш батюшка”, и у него найдутся силы, время и любовь для нас. Он подскажет, он помолится, он утешит. И только потом рождается понимание, что Церковь – это не только наш батюшка, но и мы сами.

Почти на каждом приходе есть люди, умеющие что-то очень хорошо и с любовью делать. Кто-то замечательно фотографирует, у кого-то есть дар сочинять стихи, кто-то поет песни под гитару, а кто-то занимается спортом. Совсем не обязательно, чтобы творчество этого человека прямо соприкасалось с церковным искусством или ремеслом. Человек, живущий церковной жизнью, вносит свет в каждое свое делание. Дети это очень хорошо чувствуют. А в подростковом возрасте просыпается особый интерес именно к такому человеку – носителю социально значимых умений. Будет разумно, если такие люди посвятят несколько часов в неделю общению с детьми, чтобы у них складывалось положительное и более широкое представление о Церкви.


© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

Подросток

Особенности подросткового возраста

Процесс развития подростка тесно связан с возрастными особенностями, которые оказывают значительное влияние на формирование личности. Подростковый возраст считается более трудным для обучения и воспитания, чем любой другой. В подростковом возрасте совершается переход от детства к взрослости и связан с серьезной перестройкой психики, ломкой старых, сложившихся форм отношений с людьми, изменением условий жизни и деятельности.

Психологические особенности подросткового возраста, по мнению разных исследователей, рассматриваются, как кризисные и связаны с перестройкой в трех основных сферах: телесной, психологической и социальной.  На телесном уровне происходят существенные гормональные изменения, на социальном уровне подросток занимает промежуточное положение между ребенком и взрослым, на психологическом подростковый возраст характеризуется формированием самосознания.

1. Гормональная буря.  Бурное начало функционирования желез внутренней секреции (щитовидной, половой и гипофиза) отсюда гиперсексуальность и повышение интереса к противоположному полу. Новые гормоны вызывают так же резкие перемены настроения. В связи с неразвитостью сердечнососудистой системы повышается утомляемость, она может выражаться в негативных поведенческих реакциях от агрессии до полной апатии к происходящему.

2. Ведущая деятельность данного возраста – общение со сверстниками (особенно это касается первого и частично второго курса) то есть ребята приходят пока не учиться, а общаться (!). Для  следующего  возрастного  этапа  свойственно – новое отношение к обучению и оно становиться ведущей деятельностью. В этом возрасте подросток испытывает внутренний конфликт: уход от детства  и появление ответственности.

Переход из детства во взрослую жизнь. Еще не взрослый, но уже и не ребенок. Противоречие возраста – стремление получить статус и возможности взрослого, избегая взрослой ответственности.

Возникают взрослые вопросы, (например, о смысле жизни) которые  создают ощущение глобальной неразрешимости. Подросток свято верит в уникальность собственных проблем и переживаний, что порождает чувство одиночества и подавленности;

3. Формирование мы-концепции. Борясь с  одиночеством, подросток начинает искать себе подобных. Так образуются молодёжные «тусовки» и формируется подростковая субкультура в противовес миру взрослых. Формируется «мы-концепция». С одной стороны, это именно то, что сплачивает группу: общие цели, интересы, задачи. С другой стороны, мир вокруг распадается на «своих» и «чужих», причём взаимоотношения между этими группами порой очень резкие.

4. Сознательная регуляция своих поступков, формирование самосознания

Именно в этот период формируются нравственные ценности, жизненные перспективы, происходит осознание самого себя, своих возможностей, способностей, интересов, стремление ощутить себя и стать взрослым, тяга к общению со сверстниками, оформляются общие взгляды на жизнь, на отношения между людьми, на свое будущее, иными словами - формируются личностные смыслы жизни.
Основными новообразованиями в подростковом возрасте являются: сознательная регуляция своих поступков, умение учитывать чувства, интересы других людей и ориентироваться на них в своем поведении.
Новообразования не возникают сами по себе, а являются итогом собственного опыта ребенка, полученного в результате активного включения в выполнение самых разных форм общественной деятельности.

5.  Формирование логического мышления, критического отношения. В подростковом возрасте происходит снижение продуктивности умственной деятельности в связи с тем, что конкретное мышление сменяется логическим. Именно новым для подростка механизмом логического мышления и объясняется рост критичности. Он уже не принимает постулаты взрослых на веру, он требует доказательств и обоснований. Рост критичности подчас ведёт к полному негативизму. Чаще же всего этот негативизм распространяется только на конфликтные, стрессовые и эмоционально напряжённые для подростка ситуации.

Выводы: подростки реализуются  в общении с друзьями и не мыслят себя вне общения со сверстниками.  Они нуждаются в  положительной оценке своей референтной группы,  в любви и понимании родителей, близких людей, во внимании окружающих людей к себе, в самопознании. Дружба значит много: она позволяет помериться силами - физическими и духовными- с равными себе, оценить себя и других, ощутить свою индивидуальность. Подросток, как в зеркало, смотрится в оценку значимых людей, корректирует представление о себе. Поэтому оценка и положительная эмоциональная поддержка родителей и педагогов приобретают для него первостепенное значение.

Подростковый возраст представляет родителям последнюю возможность для налаживания эмоционального контакта со своим ребёнком.

Памятка для родителей

Ведущая деятельность:

Социально-значимая деятельность, средством реализации которой служит:

  •  обучение;
  • общение;
  • общественно-полезная деятельность.

Центральные новообразования:

  •  абстрактное, логическое , критическое  мышление;
  •  переоценка ценностей;
  • устойчивые «автономные» моральные взгляды, суждения и оценки, независимые  от случайных влияний;
  • самосознание – подросток начинает постепенно выделять качества из отдельных видов деятельности и поступков, обобщать и осмысливать их, как особенности своего поведения, а затем и качества своей личности.

Что происходит:

·       серьезная гормональная перестройка организма

·       формирование самосознания

·       освобождение от родительской опеки, начало взросления;

·       вхождение в группу сверстников, где появляется конкуренция и кооперация;

·       противопоставление себя взрослому обществу;

·       подростку важно, чтобы его взрослость была заметна окружающим  и его уважали;

·       подростку важно, чтобы его форма поведения не была детской;

·       подросток склонен к мечтанию и фантазированию, иногда к  полному выпадение из учебного процесса на 15-20 минут;

·       подросткам свойственно обсуждение поведения взрослых, причем не в лицеприятной форме;

Несколько правил общения с подростком:

·       Не вмешивайтесь в дела подростка, если видите, что он должен справиться сам.

·       Помогите подростку, когда он хочет вашей помощи.

·       Позвольте подростку столкнуться с отрицательными последствиями своих действий (или бездействия).

·       Не стесняйтесь сказать подростку о своих отрицательных переживаниях, вызванных его поведением.

·       Говорите о своих переживаниях, а не о его поведении, говорите от первого лица. ( «Я злюсь, когда…)

·       Помните, что это еще в некоторой степени ребенок, и не требуйте от него невозможного.

·       Активно слушайте и старайтесь понять эмоциональные проблемы своего ребенка, когда он делится с вами

Рекомендации специалистов:

·       помогайте подростку приобретать жизненный опыт;

·       помогайте подростку осознать свои актуальные потребности, для этого ставьте вместе с ним цели, помогающие ему достичь заветных желаний;

·       учите добиваться этих желаний;

·       помните, что подростки прислушиваются к вам только в том случае, если ваш интерес к их проблемам будет искренним;

·       действенным средством влияния на подростка является оценка его значимой группы сверстников ;

·       подростковый возраст ни в коем случае нельзя рассматривать только как подготовку к взрослой жизни, он ценен сам по себе, как и любой период человеческой жизни.

 

Рак у детей и подростков

  • Сигель Р.Л., Миллер К.Д., Фукс Х.Э., Джемаль А. Статистика рака, 2021. CA: Онкологический журнал для клиницистов 2021; 71 (1): 7–33.

    [Аннотация PubMed]
  • Howlader N, Noone AM, Krapcho M, et al. (ред.). Обзор статистики рака SEER, 1975–2018, Национальный институт рака. Bethesda, MD, https://seer.cancer.gov/csr/1975_2018/, на основе данных SEER, представленных в ноябре 2020 г., опубликованных на веб-сайте SEER, апрель 2021 г.

  • Howlader N, Noone AM, Krapcho M, et al. (ред.). Обзор статистики рака SEER, 1975–2017, Национальный институт рака. Bethesda, MD, https://seer.cancer.gov/csr/1975_2017/, на основе данных SEER, представленных в ноябре 2019 г., опубликованных на веб-сайте SEER, апрель 2020 г.

  • Джемал А., Уорд Э.М., Джонсон С.Дж. и др. Годовой отчет для нации о статусе рака, 1975–2014 гг., Посвященный выживанию. Журнал Национального института рака 2017; 109 (9).

    [Аннотация PubMed]
  • Curtin SC, Минино AM, Андерсон RN. Снижение показателей смертности от рака среди детей и подростков в США, 1999–2014 гг. Краткий обзор данных Национального центра статистики здравоохранения 2016; (257): 1–8.

    [Аннотация PubMed]
  • Уоррен К.Э. Диффузная врожденная глиома моста: готовность к прогрессу. Границы онкологии 2012; 2: 205.

    [Аннотация PubMed]
  • Попов С.Д., Себире Н.Дж., Притчард-Джонс К., Вуянич Г.М. Опухоли почек у детей в возрасте 10–16 лет: отчет Группы по детскому раку и лейкемии Соединенного Королевства. Детская патология и патология развития 2011; 14 (3): 189–193.

    [Аннотация PubMed]
  • Показатели заболеваемости раком у детей рассчитаны с использованием базы данных исследований заболеваемости SEER18, материалы, представленные в ноябре 2017 г. (Популяционная поправка Катрина / Рита).Все показатели локализации рака основаны на кодах сайтов SEER, за исключением медуллобластомы, в которой использовался код сайта C71.6 и код злокачественной гистологии по Международной классификации онкологических заболеваний, третье издание (ICD-O-3) 9470/3, 9471 / 3 и 9474/3.

  • Ram R, Wolach O, Vidal L, et al. Подростки и молодые люди с острым лимфобластным лейкозом имеют лучший результат при лечении по схемам, рекомендованным педиатрами: систематический обзор и метаанализ. Американский журнал гематологии 2012; 87 (5): 472–478.

    [Аннотация PubMed]
  • Димарас Х., Корсон Т.В., Кобриник Д. и др. Ретинобластома. Обзоры природы. Праймеры для болезней. 2015; 1: 15021.

    [Аннотация PubMed]
  • Наголенники MF, Maia AT, Wiemels JL, Ford AM. Лейкемия у близнецов: уроки естествознания. Кровь 2003; 102 (7): 2321–2333.

    [Аннотация PubMed]
  • Росс Дж. А., Спектор Л. Г., Робисон Л. Л., Ольшан А.Ф.Эпидемиология лейкозов у ​​детей с синдромом Дауна. Детская кровь и рак 2005; 44 (1): 8–12.

    [Аннотация PubMed]
  • Лу К., Чжан Дж., Нагахаватте П. и др. Геномный ландшафт детской и подростковой меланомы. Журнал следственной дерматологии 2015; 135 (3): 816–823.

    [Аннотация PubMed]
  • Хсу В.Л., Престон Д.Л., Сода М. и др. Заболеваемость лейкемией, лимфомой и множественной миеломой среди выживших после атомной бомбардировки: 1950–2001 гг. Радиационные исследования 2013; 179 (3): 361–382.

    [Аннотация PubMed]
  • Кардис Э., Хэтч М. Чернобыльская авария - эпидемиологическая перспектива. Клиническая онкология: журнал Королевского колледжа радиологов 23 (4): 251–260.

    [Аннотация PubMed]
  • Пирс М.С., Салотти Дж. А., Литтл М. П. и др. Радиационное облучение от компьютерной томографии в детстве и последующий риск лейкемии и опухолей головного мозга: ретроспективное когортное исследование. Ланцет 2012 г .; 380 (9840): 499–505.

    [Аннотация PubMed]
  • Джи БТ, Шу ХО, Линет М.С. и др. Отцовское курение сигарет и риск детского рака среди потомков некурящих матерей. Журнал Национального института рака 1997; 89 (3): 238–244.

    [Аннотация PubMed]
  • Sorahan T, McKinney PA, Mann JR, et al. Детский рак и употребление табака родителями: результаты межрегионального эпидемиологического исследования детского рака (IRESCC). Британский журнал рака 2001; 84 (1): 141–146.

    [Аннотация PubMed]
  • Бейли HD, Инфанте-Ривард С., Метайер С. и др. Воздействие пестицидов в домашних условиях и риск детской лейкемии: результаты международного консорциума по детской лейкемии. Международный журнал рака 2015; 137 (11): 2644–2663.

    [Аннотация PubMed]
  • Van Maele-Fabry G, Lantin AC, Hoet P, Lison D.Детский лейкоз и профессиональное воздействие пестицидов у родителей: систематический обзор и метаанализ. Причины рака и борьба с ними 2010; 21 (6): 787–809.

    [Аннотация PubMed]
  • Винсон Ф., Мери М., Балди И., Рейнал Х., Гамет-Пайрастре Л. Воздействие пестицидов и риск рака у детей: метаанализ недавних эпидемиологических исследований. Медицина труда и окружающей среды 2011; 68 (9): 694–702.

    [Аннотация PubMed]
  • Чен М., Чанг Ч., Тао Л., Лу К.Воздействие пестицидов в жилых помещениях при онкологических заболеваниях в детстве и детстве: метаанализ. Педиатрия 2015; 136 (4): 719–729.

    [Аннотация PubMed]
  • Джонсон К.Дж., Каллен Дж., Барнхольц-Слоан Дж. С. и др. Эпидемиология опухолей головного мозга у детей: обзор консорциума по эпидемиологии опухолей головного мозга. Эпидемиология, биомаркеры и профилактика рака 2014; 23 (12): 2716–2736.

    [Аннотация PubMed]
  • Кьяварини М., Налдини Дж., Фабиани Р.Материнское потребление фолиевой кислоты и риск опухолей головного и спинного мозга у детей: систематический обзор и метаанализ. Нейроэпидемиология 2018; 51 (1–2): 82–95.

    [Аннотация PubMed]
  • Амитай Е.Л., Кейнан-Бокер Л. Грудное вскармливание и заболеваемость детской лейкемией: метаанализ и систематический обзор. JAMA Pediatrics 2015; 169 (6): e151025.

    [Аннотация PubMed]
  • Curtin K, Smith KR, Fraser A, Pimentel R, Kohlmann W, Schiffman JD.Семейный риск детского рака и опухолей в спектре Li-Fraumeni в базе данных населения штата Юта: значение для генетической оценки в педиатрической практике. Международный журнал рака 2013; 133 (10): 2444–2453.

    [Аннотация PubMed]
  • Малкин Д., Николс К.Э., Шиффман Д.Д., Плон С.Е., Бродер Г.М. Будущее наблюдения в контексте предрасположенности к раку: через мутное зеркало. Клинические исследования рака 2017; 23 (21): e133 – e137.

    [Аннотация PubMed]
  • Schiffman JD. Наследственные синдромы рака: если вы посмотрите, вы их найдете. Детская кровь и рак 2012; 58 (1): 5–6. DOI: 10.1002 / pbc.23336

  • Barr RD, Ries LA, Lewis DR, et al. Заболеваемость и тенденции заболеваемости наиболее частыми видами рака у подростков и молодых взрослых американцев, включая «доброкачественные / неинвазивные» опухоли. Рак 2016; 122 (7): 1000–1008.

    [Аннотация PubMed]
  • Oeffinger KC, Mertens AC, Sklar CA, et al. Хронические состояния здоровья у взрослых, переживших рак в детстве. Медицинский журнал Новой Англии 2006; 355 (15): 1572–1582.

    [Аннотация PubMed]
  • Meadows AT, Friedman DL, Neglia JP, et al. Вторые новообразования у лиц, переживших рак в детстве: результаты когорты исследования выживших после рака. Журнал клинической онкологии 2009; 27 (14): 2356–2362.

    [Аннотация PubMed]
  • Armstrong GT, Kawashima T, Leisenring W и др. Старение и риск серьезных, инвалидизирующих, опасных для жизни и фатальных событий в исследовании выживших после рака в детском возрасте. Журнал клинической онкологии 2014; 32 (12): 1218–1227.

    [Аннотация PubMed]
  • Armstrong GT, Chen Y, Yasui Y, et al. Снижение поздней смертности среди пятилетних лиц, переживших рак у детей. Медицинский журнал Новой Англии 2016; 374 (9): 833–842.

    [Аннотация PubMed]
  • Комплексные геномные профили зародышевой линии у детей, подростков и молодых людей с солидными опухолями

    Изменения зародышевой линии в серии пациентов Cleveland Clinic

    Мы оценили 50 проспективно включенных пациентов с C-AYA в Cleveland Clinic (CCF) с широким спектром солидных опухолей диагностирован в возрасте до 29 лет. Средний возраст этой группы составлял 12 ± 7 лет.1 год (диапазон 0,5–29) и состоял из 31 ребенка (52% женщин, средний возраст 8 ± 4,2 года), 12 подростков (66,7% мужчин, средний возраст 18 ± 1,2 года) и 7 молодых людей (все мужчины , средний возраст 22 ± 3,6 года). В совокупности у этих пациентов было 14 различных типов опухолей, причем саркомы костей и мягких тканей были преобладающими типами рака (дополнительная таблица 1; дополнительные данные 1).

    Сначала мы проанализировали 204 известных предрасполагающих к раку гена (KCPG), отобранных с использованием ранее установленных предрасполагающих к раку генов в дополнение к недавно предложенным генам из недавних публикаций (Дополнительные данные 2; Дополнительный рис.1). Мы обнаружили три патогенных варианта зародышевой линии (методы), одну нонсенс-мутацию в TP53 и две индели сдвига рамки считывания в генах BRCA2 и GJB2 у двух пациентов с остеосаркомой, что было дополнительно подтверждено секвенированием по Сэнгеру (Таблица 1; Рис. 1a, b; дополнительные данные 3; дополнительный рисунок 2). Средняя средняя глубина составила 258 × (диапазон 45 × –444 ×) для вариантов CCF P / LP KCPG. Оценивая вариации числа копий зародышевой линии (CNV), используя данные о покрытии экзома, мы обнаружили пять генов с дупликациями зародышевой линии, включая DDX10 и SUZ12 (дополнительный рис.3; Дополнительные данные 4). В базе данных геномных вариантов (DGV) не было известных CNV в идентифицированных регионах. В редких случаях у 27-летнего мужчины с множественными первичными саркомами было обнаружено два патогенных варианта KCPG: один в BRCA2 (наследуется по отцу), а другой - в TP53 (наследуется по материнской линии), последний подтверждает наличие Диагностика синдрома Ли – Фраумени (таблица 1). Обоим родителям за 50, они не болели раком. Наш второй репрезентативный случай - пациентка с остеосаркомой, диагностированной в 10 лет, которая несла патогенный вариант в GJB2 в дополнение к дупликации зародышевой линии DDX10 , последний - известный маркер, соматически связанный с плохим прогнозом остеосаркомы (Таблица 1; рис.1c; Дополнительный рис. 3а). В целом, 2 из 50 пациентов с C-AYA CCF с солидными опухолями несли патогенный вариант KCPG зародышевой линии, а 3 других пациента C-AYA CCF имели CNV зародышевой линии.

    Таблица 1 Пациенты с CCF с изменениями зародышевой линии известных предрасполагающих к раку генов. Рис. 1: Изменения зародышевой линии и клинические исходы в серии исследований клиники Кливленда.

    a Гены с патогенными / вероятными патогенными (P / LP) вариантами зародышевой линии в известных генах предрасположенности к раку (KCPG) и генах-кандидатах, а также тип их изменений у детей, подростков и молодых взрослых (C-AYA) пациентов с солидные опухоли. b Онкоплоты основных мутировавших генов с вариантами P / LP в KCPG и генами-кандидатами в зависимости от возрастной группы. Каждый столбец представляет одного пациента и его затронутые гены. c Два примера вариаций числа копий (CNV), обнаруженных у пациентов с C-AYA с солидными опухолями. d Число пациентов с изменениями зародышевой линии, как однонуклеотидными вариациями (SNV), так и CNV, в каждом типе опухоли. e Сравнение клинических результатов между двумя группами пациентов с C-AYA с солидными опухолями, с изменениями зародышевой линии и без них.Серый цвет представляет количество пациентов с указанным клиническим исходом в каждой группе. Был реализован двусторонний точный тест Фишера, P = 0,31, OR = 2,14, 95% ДИ = 0,6–8,0. Адренокортикальная карцинома ACT, центральная нервная система ЦНС, EWS саркома Юинга, опухоль зародышевых клеток GCT, глиома высокой степени злокачественности HGG, глиома низкой степени злокачественности, LMPRT опухоль почки с низким потенциалом злокачественности, нейробластома NBL, доброкачественная опухоль NM, остеосаркома OS, ПКР почечно-клеточная карцинома, рабдомиосаркома RHB, саркома мягких тканей STS, опухоль Вильмса WLM, делеция Del, вставка Ins.

    Оценка родословных для получения семейных историй выявила наличие положительного семейного анамнеза рака примерно у 40% из оставшихся 42 (84%) пациентов. Это предполагает существование еще не идентифицированных предрасполагающих генов у пациентов с отрицательной мутацией KCPG. Следовательно, мы расширили наш анализ, чтобы изучить другие варианты P / LP из не-KCPG, которые мы будем называть генами-кандидатами. Наша классификация вариантов, основанная на рекомендациях ACMG, выявила 59 предполагаемых патогенных и 37 прогнозируемых вероятных патогенных вариантов в 89 генах-кандидатах (рис.1а, б; Дополнительные данные 3). Средняя средняя глубина составила 163 × (диапазон 20 × -454 ×) для всех вариантов-кандидатов CCF P / LP. В целом, 34 из оставшихся 45 пациентов (75,5%) имели по крайней мере один вариант гена-кандидата (рис. 1d). Пациенты с C-AYA с изменениями зародышевой линии имели тенденцию к неблагоприятному исходу, который мы оперативно определили как любой рецидив, метастаз, второе первичное злокачественное новообразование (SMN) или смерть, по сравнению с группой без изменений зародышевой линии (рис. 1e) ( P = 0,31, отношение шансов (OR) = 2.14, 95% доверительный интервал (ДИ) = 0,6–8,0).

    Чтобы подтвердить наши результаты с помощью более крупных независимых серий, мы затем проанализировали данные экзома зародышевой линии у 1457 пациентов с C-AYA с солидными опухолями из набора данных St. Jude (StJ). Поскольку мы примерно видели аналогичные паттерны мутаций в наборе данных StJ, что и в нашей серии CCF, мы объединили серии CCF и StJ для дальнейшего анализа. Комбинированный набор данных включал 1507 пациентов со средним возрастом 6,41 ± 5,8 года, состоящих из 1182 детей (50,7% женщин, медиана 5.2 ± 4,5 года), 164 подростка (59,1% мужчин, средний возраст 16,8 ± 1,3 года), 20 молодых людей (75% мужчин, средний возраст 21 ± 2,4 года) и 141 неизвестная возрастная группа, у которых были диагностированы солидные опухоли. младше 29 лет. Наиболее распространенные типы опухолей включали опухоли ЦНС у 323 пациентов (21,4%), за ними следуют опухоли Вильмса у 207 пациентов (13,7%), нейробластомы у 190 пациентов (12,6%) и рабдомиосаркомы у 134 пациентов (8,9%). По сравнению с прогнозируемыми частотами солидных опухолей в программе наблюдения, эпидемиологии и конечных результатов (SEER) (http: // seer.ракушек. ).

    Таблица 2 Демографические и клинические характеристики пациентов.

    Варианты зародышевой линии в известных генах предрасположенности к раку

    При анализе 204 KCPG (методы; дополнительные данные 2) мы обнаружили 158 патогенных и 40 вероятных патогенных вариантов у 182 пациентов (12%).Средняя средняя глубина составила 120 × (диапазон 21 × -410 ×) для всех вариантов P / LP KCPG. Средняя доля вариантного аллеля в вариантах P / LP KCPG составила 47% (± 9,2). Патогенные варианты включали 53 вставки со сдвигом рамки считывания (37 делеций, 16 вставок), 53 бессмысленных, 25 сайтов сплайсинга, 23 бессмысленных мутации, 3 мутации с потерей старта и 1 делецию в рамке (дополнительные данные 5-6; дополнительный рисунок 4). . Большинство вероятных патогенных вариантов (37, 92,5%) были миссенс-мутациями (дополнительные данные 5). RB1 (32 пациента, 53% с нонсенс-мутациями), NF1 (22 пациента, 41% с нонсенс-мутациями), CHEK2 (19 пациентов, 58% с делециями сдвига рамки считывания) и TP53 (10 пациентов, 50% с миссенс-мутациями) были гены с наиболее частыми мутациями P / LP среди 54 мутировавших генов в нашем наборе данных (рис.2а, б). Все эти 198 вариантов P / LP относятся к генам KCPG с аутосомно-доминантным (AD), аутосомно-рецессивным / аутосомно-доминантным (AR / AD) или X-сцепленным-доминантным (XLD) типом наследования. Мы исключили все аутосомно-рецессивные варианты KCPG, поскольку идентифицировали только гетерозиготные изменения (дополнительные данные 7). Из 182 пациентов с мутациями P / LP KCPG у 168 (92,3%) человек имелся только по одному варианту P / LP KCPG. Двенадцать пациентов имели два варианта P / LP KCPG, у 6 из них была диагностирована ретинобластома.У нас был 2-летний пациент мужского пола с адренокортикальной карциномой, у которого было три варианта P / LP KCPG в генах NTRK1 , EP300 и HMBS . Наш второй случай с тремя вариантами P / LP KCPG был женщиной с диагнозом опухоль ЦНС в возрасте 6 лет и несущей варианты в генах NF1 , LZTR1 и RECQL ; после 20 лет клинического наблюдения она выжила после рака без SMN (дополнительные данные 8) 8 .

    Рис. 2: Распределение патогенных / вероятных патогенных (P / LP) мутаций зародышевой линии у детей, подростков и молодых людей (C-AYA) с солидными опухолями.

    a Лучшие мутировавшие гены с вариантами P / LP зародышевой линии в KCPG (левая панель) и генах-кандидатах (правая панель) и их тип изменений. b Онкоплоты верхних мутированных генов с вариантами P / LP в известных генах, предрасполагающих к раку (KCPG) (верхняя панель) и генах-кандидатах (нижняя панель), в зависимости от возрастной группы. Каждый столбец представляет одного пациента и его затронутые гены. c Наиболее часто мутировавшие гены с вариантами P / LP в KCPG (левая панель) и генами-кандидатами (правая панель) в зависимости от типов пораженных ими опухолей.Адренокортикальная карцинома ACT, базальноклеточная карцинома BCC, карцинома CA, центральная нервная система ЦНС, EWS саркома Юинга, опухоль зародышевых клеток GCT, гигантоклеточная опухоль GICT, глиома высокой степени злокачественности GICT, глиома низкой степени злокачественности LGG, опухоль почки с низким потенциалом злокачественности LMPRT, NBL, нейробластома, доброкачественная опухоль NM, остеосаркома OS, другие солидные опухоли OST, параганглиома PGL, ретинобластома RB, почечно-клеточная карцинома RHB, рабдомиосаркома RHB, саркома мягких тканей STS, опухоль Вильмса WLM, делеция Del, вставка Ins.

    вариантов зародышевой линии в генах-кандидатах

    Помимо вариантов KCPG, мы идентифицировали 1825 патогенных и 896 вероятных патогенных вариантов в 1173 генах-кандидатах (рис.2а, б; Дополнительные данные 9; Дополнительный рис. 5). Сюда входят еще 925 (61%) пациентов с предполагаемыми патогенными вариантами и 193 (13%) пациентов с вероятными патогенными вариантами. Средняя средняя глубина составила 99 × (диапазон 20 × -1040 ×) для всех вариантов-кандидатов P / LP. Одна тысяча сто один (40%) из прогнозируемых патогенных и 380 (42%) из прогнозируемых вероятных патогенных вариантов имели активность, предполагаемую потерей, согласно анализу IVA (дополнительные данные 9). Средняя доля вариантного аллеля в кандидатах в варианты P / LP составила 47% (± 9.4). Кандидаты в варианты P / LP включали 696 бессмысленных, 418 сайтов сплайсинга, 377 вставок со сдвигом рамки (197 делеций, 180 вставок), 1179 неправильных вставок и 51 вставку внутри рамки (44 делеции, 7 вставок) (дополнительные данные 9). Среди 1173 мутировавших генов-кандидатов в нашем наборе данных, PRKN (23 пациента), PAH и TYR (каждый обнаружен у 17 пациентов), а также EYS и TMPRSS3 (каждый обнаружен у 16 ​​пациентов) имели самые высокие показатели. количество вариантов P / LP (рис. 2а, б; дополнительные данные 10–11).В качестве контроля такой же вариантный анализ был проведен на данных 53 105 человек из набора данных Exome Aggregation Consortium (ExAC), за исключением лиц, принадлежащих к Атласу генома рака (TCGA), известному как набор данных ExAC, не относящийся к TCGA. В целом, 28% генов-кандидатов с четырьмя и более вариантами P / LP имели статистически значимые частоты аллелей вариантов P / LP (OR = 4,3–247 и бесконечность, скорректированные по Бонферрони значения P = 0,049–2,44 × 10 −17 ) в нашем наборе данных C-AYA по сравнению с набором данных ExAC, не относящимся к TCGA (Дополнительные данные 12–13).Интересно, что этот процент был равен проценту, рассчитанному для группы KCPG с четырьмя и более вариантами P / LP по сравнению с набором данных ExAC без TCGA (28%, отношение шансов = 7,4–40,7, скорректированные по Бонферрони значения P = 0,039 до 3,16 × 10 −31 ).

    Геномные сигнатуры зародышевой линии для разных типов солидных опухолей

    Чтобы найти геномную сигнатуру зародышевой линии для каждого типа опухоли, мы классифицировали наши данные о зародышевой линии по индивидуальному типу опухоли для 12 конкретных типов солидных опухолей (выборки от 22 до 323 случаев на тип опухоли ).У лиц с адренокортикальной карциномой и опухолями глиомы высокой степени злокачественности было наибольшее количество вариантов P / LP зародышевой линии (комбинированных генов KCPG и кандидатов) на образец, 3,6 и 2,8, соответственно, по сравнению с общим количеством вариантов P / LP 1,9 на образец. Половина пациентов с АКТ и 45% случаев ретинобластомы имели по крайней мере один вариант KCPG P / LP на каждого пациента. Хотя каждый тип солидной опухоли C-AYA имел свои хорошо известные ассоциированные KCPG зародышевой линии, мы сообщили о неожиданных KCPG для многих типов опухолей (рис.2c и 3a; Дополнительные данные 14–15). Например, хотя TP53 , PMS2 и RET уже описаны как гены с изменениями зародышевой линии у лиц с саркомой Юинга, мы идентифицировали варианты P / LP зародышевой линии в ATM (1 пациент), BRCA1 ( 1), CHEK2 (3), GJB2 (1), LZTR1 (1) и POLE (1) гены в случаях саркомы Юинга (дополнительный рисунок 6). Другие примеры включают варианты P / LP зародышевой линии в MEN1 (1), BRCA2 (1), PALB2 (1), KIT (1), MPL (1), CDC73 (1) , и COL7A1 (4) у пациентов с опухолью Вильмса.Хотя RB1 был мутирован примерно в одной трети наших случаев ретинобластомы, пациенты с ретинобластомой RB1 с отрицательной мутацией имели варианты P / LP зародышевой линии в других известных генах предрасположенности к раку, таких как BRCA1 (2), EGFR (1) , и MSH6 (1) (рис. 3а, б).

    Рис. 3: Геномные подписи зародышевой линии детей, подростков и молодых людей (C-AYA) с 12 типами солидных опухолей.

    a , b Сигнатуры генного облака зародышевой линии пациентов с C-AYA с солидными опухолями на основе их измененных известных предрасполагающих к раку генов (KCPG) ( a ) или генов-кандидатов ( b ).Размер генов пропорционален частоте их патогенных / вероятных патогенных (P / LP) вариантов в этом типе опухоли, цвета не указывают никакого значения. c , d Тепловые карты наиболее измененных KCPG ( c ) или генов-кандидатов ( d ). Двусторонний точный тест Фишера, реализованный в статистической программе R. Значения P были скорректированы для многократных испытаний с поправкой Бонферрони с учетом 593 испытаний. Порог FDR 0,05 считается значимым событием.Шкала относится к log10 (частота вариантов P / LP в определенных генах в каждом типе опухоли). Синие прямоугольники указывают значимые скорректированные значения P по сравнению с базой данных ExAC, не относящейся к TCGA. Адренокортикальная карцинома ACT, центральная нервная система ЦНС, EWS саркома Юинга, опухоль зародышевых клеток GCT, глиома высокой степени злокачественности HGG, глиома низкой степени злокачественности, нейробластома NBL, остеосаркома OS, ретинобластома RB, рабдомиосаркома RHB, опухоль мягких тканей W .

    Помимо вариантов P / LP KCPG, мы продемонстрировали интересную сигнатуру вариантов P / LP зародышевой линии в нашей группе генов-кандидатов (рис.3в, г). Например, мы обнаружили варианты P / LP зародышевой линии у TMPRSS3 , члена семейства сериновых протеаз, у пациентов с опухолями ЦНС (5), ретинобластомой (3) и саркомой мягких тканей (3) (рис. 3c, d). ). Другим примером является обнаружение вариантов P / LP зародышевой линии в MCPh2 , который кодирует белок ответа на повреждение ДНК, у трех наших пациентов с саркомой Юинга. Варианты P / LP зародышевой линии в SMARCAL1 , другом гене, относящемся к пути повреждения ДНК, были обнаружены у трех пациентов с остеосаркомой.Варианты P / LP зародышевой линии в SMAD7 , гене, связанном с колоректальным раком и раком груди, были обнаружены у шести наших пациентов с глиомой высокой степени злокачественности. Потеря функции зародышевой линии гена PRKN часто обнаруживалась у наших пациентов с опухолями Вильмса (6), ЦНС (5), нейробластомы (4) и остеосаркомы (3) (рис. 3c, d). Наши лучшие предлагаемые гены-кандидаты, отобранные на основе их известной связи с раком, и их предсказанные механизмы функционирования можно найти в таблице 3.

    Таблица 3 Десять примеров генов-кандидатов и их связи с раком.

    Наконец, чтобы исследовать, есть ли у пациентов с C-AYA с солидными опухолями какие-либо изменения зародышевой линии в генах, связанных с другими распространенными незлокачественными врожденными синдромами, мы сопоставили наши данные с 185 генами, связанными с врожденным пороком сердца (ВПС). и обнаружили, что 67 (4,4%) наших пациентов несут по крайней мере один вариант P / LP в одном аутосомно-доминантном гене, связанном с ИБС (7 генов KCPG и 19 генов-кандидатов). Еще 72 (4,8%) пациента несли гетерозиготные варианты аутосомно-рецессивных генов, связанных с ИБС (2 гена KCPG и 31 ген-кандидат), которые мы не включили в наш анализ из-за их способа наследования.У пациентов с C-AYA с опухолями ЦНС (32 варианта), нейробластомы (21), рабдомиосаркомы (15) и Вильмса (15) было наибольшее количество вариантов генов, связанных с ИБС, а у пациентов с ретинобластомой (2) и остеосаркомой (2) опухоли имели наименьшее количество этих вариантов (дополнительный рисунок 7; дополнительные данные 16).

    Анализ путей во всех солидных опухолях

    Поскольку мы заметили очень широкий спектр генов KCPG и генов-кандидатов, участвующих в солидных опухолях C-AYA, мы затем попытались определить, сходятся ли они по каким-либо общим путям.Путь p53 с затронутой долей 0,5 (3 из 6 генов) был наиболее затронут, за ним следуют рецепторные тирозинкиназы и путь Ras (RTK – RAS) с долей затронутых 0,14 (12 из 85 генов), путь Hippo с долей затронуты 0,13 (5 из 38 генов) (рис. 4a; дополнительные данные 17). Гены-кандидаты заметно участвовали в пораженных путях. Например, в пути RTK – RAS 3 из 12 мутировавших генов принадлежали к группе генов-кандидатов, включая SHC1 , ERBB3 и FLT3 (рис.4б). Путь Hippo затронул четыре гена-кандидата: CRB1 , CRB2 , HMCN1 и LATS1 . В пути Wnt у нас был один недавно распознанный KCPG, LZTR1 , а остальные шесть затронутых генов были из группы генов-кандидатов: AXIN1 , WNT10A , CHD8 , FZD6 , LRP201 , LRP201 . РСПО1 . Хотя только два гена принадлежали к пути клеточного цикла, RB1, один из этих двух, был геном с самой высокой частотой вариантов в нашем наборе данных с 32 случаями (24 варианта) (дополнительный рис.8).

    Рис. 4. Анализ пути изменения генов с патогенными / вероятными патогенными (P / LP) вариантами зародышевой линии у детей, подростков и молодых людей (C-AYA) с солидными опухолями.

    a Затронутые пути на основе измененных генов с вариантами зародышевой линии P / LP. Верхняя панель: только известные предрасполагающие к раку гены (KCPG), нижняя панель: комбинация всех KCPG и генов-кандидатов. Размер кружков увеличивается по мере увеличения затронутой доли. b Гены, мутировавшие в путях TP53 (верхняя панель) и RAS – RTK (нижняя панель), а также количество пострадавших пациентов в нашей когорте.Красный шрифт: гены-супрессоры опухолей; синий шрифт: онкогены. c Верхняя сеть, предсказанная анализом пути изобретательности (IPA), на основе всех генов KCPG (зеленый цвет) и генов-кандидатов (цвет лосося) по крайней мере с четырьмя вариантами P / LP у наших пациентов с C-AYA с солидными опухолями (справа точный тест Фишера P = 1 × 10 −42 ). d Фактор инициации трансляции эукариот 4 Гамма 1 (EIF4G1, скорректированный B – H P = 1,39 × 10 –3 ) и I каппа β киназа (IκB киназа, B – H скорректированный P = 1.39 × 10 −3 ), согласно нашему анализу IPA, это будут ведущие регулирующие органы / причинно-следственная сеть. Был использован точный критерий Фишера с правым хвостом, и была проведена коррекция значений Бенджамини – Хохберга (B – H) P для снижения частоты ложных открытий (FDR).

    Помимо прямого воздействия на каждый путь, мы исследовали взаимодействия между нашими мутировавшими генами с помощью анализа пути изобретательности (IPA) (дополнительные данные 18). Для создания наших сетей использовались только гены с как минимум четырьмя вариантами в наборе данных.Связь между нашими целевыми генами и молекулами в базе данных IPA легла в основу построения этой сети. Наша лучшая сеть, предсказанная IPA, включала 26 наших генов (10 генов KCPG и 16 генов-кандидатов), сосредоточенных вокруг p53 (точный тест Фишера с правым хвостом P = 1 × 10 −42 ; рис. 4c). Основными заболеваниями и функциями, которые, по прогнозам, будут затронуты этой сетью, являются метаболические заболевания, повреждения и аномалии организма, а также рак. Наш анализ показал, что наиболее ожидаемыми каноническими путями, на которые воздействуют наши целевые гены, была репарация двухцепочечных разрывов ДНК путем гомологичной рекомбинации (28.6% перекрытие, корректировка Бенджамини – Хохберга (B – H) P = 2,08 × 10 −3 ), роль BRCA1 в ответе на повреждение ДНК (перекрытие 11,2%, корректировка B – H P = 5,82 × 10 -5 ), и роль белков CHK в контроле контрольных точек клеточного цикла (перекрытие 8,8%, скорректированный B – H P = 2,48 × 10 -2 ). Используя наш сетевой анализ, мы могли предсказать, что эукариотический фактор инициации трансляции 4 гамма 1 (EIF4G1, B – H скорректированный P = 1,39 × 10 −3 ) и I каппа b киназа (IκB киназа, B – H скорректированный P = 1.39 × 10 -3 ) может действовать как главные вышестоящие регуляторы для измененных генов и потенциально контролировать экспрессию этих измененных генов (рис. 4d).

    Анализ сети лекарств-мишеней в солидных опухолях C-AYA

    Чтобы определить, какая доля вариантов P / LP, обнаруженных в нашем наборе данных, содержится в генах, потенциально подверженных воздействию лекарств, мы сопоставили наш список генов с созданной базой данных сети лекарств-мишеней нашей группой 10,11 . Эта база данных содержит 13 567 пар "лекарство-мишень", соединяющих 2248 мишеней и 1703 одобренных FDA лекарств.Из 1507 пациентов 511 (34%) имели по крайней мере один вариант P / LP на гене, который потенциально может быть лекарственным. Сто двадцать семь (8,4%) пациентов имели варианты KCPG P / LP, и еще 384 (25,5%) пациентов имели варианты P / LP в генах-кандидатах, которые можно использовать с помощью лекарств. Около одной трети этих пациентов (161 человек), 72 человека с вариантами KCPG P / LP и 89 с вариантами генов-кандидатов P / LP имели существующие антинеопластические и иммуномодулирующие соединения, одобренные FDA. Генетическое изменение P / LP у этих пациентов было локализовано на 73 генах, 19 генах KCPG и 54 генах-кандидатах.У нас было восемь человек с двумя генами, поддающимися воздействию наркотиков. У пациентов с C-AYA с адренокортикальной карциномой было наибольшее количество пациентов с лекарственными генами (45,5%), за которыми следовали пациенты с саркомами, включая саркомы мягких тканей (14%), саркомами Юинга (12,6%) и остеосаркомами (11,6%). Следующими были пациенты с опухолями ЦНС, ретинобластомой, опухолью Вильмса и нейробластомой, у каждого из которых 10% случаев имели лекарственные изменения. У пациентов с глиомой низкой степени злокачественности (4,2%) было наименьшее количество лиц с лекарственными препаратами (рис.5; Дополнительные данные 19–20).

    Рис. 5: Анализ лекарственной целевой сети у детей, подростков и молодых людей (C-AYA) с солидными опухолями.

    Известные предрасполагающие к раку гены (KCPG) и гены-кандидаты с патогенными / вероятными патогенными (P / LP) вариантами зародышевой линии у пациентов с C-AYA с солидными опухолями, которые имеют существующие одобренные FDA противоопухолевые и иммуномодулирующие соединения, в отношении их пораженные типы опухолей. Адренокортикальная карцинома ACT, центральная нервная система ЦНС, EWS саркома Юинга, опухоль зародышевых клеток GCT, глиома высокой степени злокачественности HGG, глиома низкой степени злокачественности, нейробластома NBL, доброкачественная опухоль NM, остеосаркома OS, другие солидные опухоли OST, параганглиома PGL, Ретинобластома RB, рабдомиосаркома RHB, саркома мягких тканей STS, опухоль Вильмса WLM.

    Произошла ошибка при настройке вашего пользовательского файла cookie

    Произошла ошибка при настройке вашего пользовательского файла cookie

    Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности. Если ваш браузер не принимает файлы cookie, вы не можете просматривать этот сайт.

    Настройка вашего браузера для приема файлов cookie

    Существует множество причин, по которым cookie не может быть установлен правильно. Ниже приведены наиболее частые причины:

    • В вашем браузере отключены файлы cookie.Вам необходимо сбросить настройки своего браузера, чтобы он принимал файлы cookie, или чтобы спросить вас, хотите ли вы принимать файлы cookie.
    • Ваш браузер спрашивает вас, хотите ли вы принимать файлы cookie, и вы отказались. Чтобы принять файлы cookie с этого сайта, используйте кнопку "Назад" и примите файлы cookie.
    • Ваш браузер не поддерживает файлы cookie. Если вы подозреваете это, попробуйте другой браузер.
    • Дата на вашем компьютере в прошлом. Если часы вашего компьютера показывают дату до 1 января 1970 г., браузер автоматически забудет файл cookie.Чтобы исправить это, установите правильное время и дату на своем компьютере.
    • Вы установили приложение, которое отслеживает или блокирует установку файлов cookie. Вы должны отключить приложение при входе в систему или проконсультироваться с системным администратором.

    Почему этому сайту требуются файлы cookie?

    Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности, запоминая, что вы вошли в систему, когда переходите со страницы на страницу.Чтобы предоставить доступ без файлов cookie потребует, чтобы сайт создавал новый сеанс для каждой посещаемой страницы, что замедляет работу системы до неприемлемого уровня.

    Что сохраняется в файле cookie?

    Этот сайт не хранит ничего, кроме автоматически сгенерированного идентификатора сеанса в cookie; никакая другая информация не фиксируется.

    Как правило, в файлах cookie может храниться только информация, которую вы предоставляете, или выбор, который вы делаете при посещении веб-сайта.Например, сайт не может определить ваше имя электронной почты, пока вы не введете его. Разрешение веб-сайту создавать файлы cookie не дает этому или любому другому сайту доступа к остальной части вашего компьютера, и только сайт, который создал файл cookie, может его прочитать.

    Саркома Юинга - Детство и юность: Статистика

    НА ЭТОЙ СТРАНИЦЕ: Вы найдете информацию о количестве детей и подростков, у которых ежегодно диагностируется саркома Юинга.Вы также прочтете общую информацию о том, как выжить после болезни. Помните, что выживаемость зависит от нескольких факторов. Используйте меню для просмотра других страниц.

    Каждый год около 200 детей и подростков в США диагностируют опухоль Юинга (саркома). Опухоли Юинга составляют 1% всех онкологических заболеваний у детей и подростков в возрасте до 15 лет и 2% всех онкологических заболеваний у подростков в возрасте от 15 до 19 лет. Около половины всех диагнозов саркомы Юинга приходится на людей в возрасте от 10 до 20 лет. также влияют на детей младшего возраста и молодых людей в возрасте от 20 до 30 лет.Почти все случаи саркомы Юинга встречаются у белых людей.

    Пятилетняя выживаемость показывает, какой процент детей и подростков живут не менее 5 лет после обнаружения рака. Процент означает количество из 100. 5-летняя выживаемость при этом типе рака составляет 75% для детей младше 15 лет и 58% для подростков в возрасте от 15 до 19 лет.

    Выживаемость также зависит от других факторов, в том числе от того, насколько далеко распространилась опухоль. Общая 5-летняя выживаемость людей с опухолью Юинга составляет 62%.Если опухоль обнаруживается только в том месте, где она возникла (так называемая локализованная), 5-летняя выживаемость составляет 82%. Если он распространился на близлежащий регион (называемый региональным), 5-летняя выживаемость составляет 67%. Если опухоль распространилась на отдаленные области на момент постановки диагноза (так называемый метастаз), 5-летняя выживаемость составляет 39%.

    Есть и другие факторы, которые связаны с более высокой выживаемостью на всех стадиях опухолей Юинга. Эти факторы включают возраст младше 10 лет, наличие опухоли меньшего размера, наличие опухоли, расположенной в руке или ноге, и нормальный уровень фермента лактатдегидрогеназы (ЛДГ) в крови.Выживаемость также может быть выше в зависимости от того, эффективно ли химиотерапия лечит рак.

    Важно помнить, что статистические данные о выживаемости детей и подростков с саркомой Юинга являются приблизительными. Оценка основана на ежегодных данных, основанных на количестве детей и подростков с этим раком в Соединенных Штатах. Также каждые 5 лет специалисты измеряют статистику выживаемости. Таким образом, оценка может не отражать результаты более точной диагностики или лечения, доступного менее чем за 5 лет.Если у вас есть какие-либо вопросы по поводу этой информации, проконсультируйтесь с лечащим врачом вашего ребенка. Узнайте больше о , понимая статистику .

    Статистика адаптирована из публикации Американского онкологического общества (ACS), Cancer Facts & Figures 2021, и веб-сайтов ACS и детской исследовательской больницы Сент-Джуда. Дополнительным источником был Seigel R, et al. .: Cancer Statistics 2021. CA: A Cancer Journal для клиницистов. 2021 Янв; 71 (1): 7–33. doi / полный / 10.3322 / caac.21654 (источники по состоянию на январь 2021 г.).

    Следующий раздел в этом руководстве - Медицинские иллюстрации . Предлагает рисунки частей тела, часто пораженных саркомой Юинга. Используйте меню, чтобы выбрать другой раздел для чтения в этом руководстве.

    Злокачественные заболевания в детском и подростковом возрасте

    В целом, рак у людей моложе 20 лет в Европе встречается редко.На его долю приходится всего 1% всех детских болезней. Тем не менее рак - одно из самых частых смертельных заболеваний в детском и подростковом возрасте. Согласно статистическим данным, предоставленным Немецким регистром детских онкологических заболеваний, ежегодно около 1.800 молодых пациентов в возрасте до 15 лет заболевают впервые. Лейкемии являются наиболее частыми злокачественными заболеваниями у детей и подростков (32%), за ними следуют опухоли центральной нервной системы (опухоли головного мозга, 25%), которые также представляют собой наиболее частые солидные опухоли в детском возрасте.Лимфомы составляют около 11% всех случаев рака, за ними следуют нейробластома (около 7%) и нефробластома, также известная как опухоль Вильмса (5%).

    Дети не «маленькие взрослые». Таким образом, рак у молодых отличается от рака у взрослых по заболеваемости, типам, биологии и причинам. Хотя воздействие определенных факторов питания, образа жизни и окружающей среды, по-видимому, играет важную роль в развитии рака у взрослых, только несколько факторов риска, таких как ионизирующее излучение и воздействие рентгеновских лучей на мать во время беременности, были определены для педиатрическая популяция, а они составляют лишь небольшую часть пациентов.Многие виды рака у детей лечатся более успешно, чем у взрослых. Отчасти это связано с тем, что в целом дети переносят лечение лучше, чем взрослые. Это также можно объяснить типами вовлеченных клеток, поскольку относительно быстрый рост рака у детей делает их более чувствительными к большинству форм лечения.

    Различные типы рака сильно различаются между возрастными группами: хотя карциномы редки в педиатрической популяции (1% всех раковых заболеваний), они составляют более 90% злокачественных новообразований у взрослых.

    Болезнь Краткая информация
    для пациентов
    Подробная информация
    для пациентов
    Информация об исследованиях
    Острый лимфобластный лейкоз (ВСЕ) AIEOP-BFM ALL 2017, AIEOP-BFM ALL Registry, ALL SCTped 2012 FORUM, ALL-REZ Beobachtungsstudie, Blinatumomab baby ALL, CoALL-08-09, EsPhALL 2017, Interfant Registry, IntReALL HR 2010, IntReAll SR 2010, HR-Blinatumomab, Инотузумаб Озогамицин, IVAC-ALL-1
    Острый миелоидный лейкоз (ОМЛ) AML ‐ BFM Registry 2017, AML-BFM 2012, AML Relapsed 2010, Clofarabin and GO in refractory AML, AML SCT-BFM 2007
    Кровь и костный мозг
    Неходжкинская лимфома B-NHL 2013, Реестр NHL-BFM 2012, Ибрутиниб, Инотузумаб Озогамицин
    Лимфома Ходжкина EuroNet-PHL-C2, LEaH-Studie, CA209744: ниволумаб + брентуксимаб ведотин, EuroNet-PHL-LP1
    Лимфатическая система
    Глиома низкой степени HIT-LOGGIC, SIOP-LGG 2004 Регистр
    Глиома высокой степени HIT-HGG-2013, Дабрафениб / Траметиниб
    Медуллобластома / CNS-PNET / Пинеобластома I-HIT-MED, HIT-REZ-REGISTER, SIOP PNET 5 МБ
    Эпендимома I-HIT-MED, HIT-REZ-REGISTER
    Опухоли сосудистого сплетения
    Опухоль Вильмса (нефробластома) SIOP 2001 / GPOH
    Остеосаркома ЕВРАМОС 1
    Ретинобластома РБ-Реестр

    Карцинома носоглотки у детей и подростков - единый опыт 158 пациентов | Радиационная онкология

  • 1.

    Huang TB: Рак носоглотки в детском возрасте. Рак 1990, 66: 968-971. 10.1002 / 1097-0142 (19

    1) 66: 5 <968 :: AID-CNCR2820660527> 3.0.CO; 2-A

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 2.

    Шен К., Гао И, Сюй Т., Ван Х, Ин Х, Ху С: Карцинома носоглотки у молодых пациентов: опыт одного учреждения. Clin Oncol (R Coll Radiol) 2009, 21: 617-622.10.1016 / j.clon.2009.07.005

    Статья Google Scholar

  • 3.

    Sahraoui S, Acharki A, Benider A, Bouras N, Kahlain A: Рак носоглотки у детей до 15 лет: ретроспективный обзор 65 пациентов. Энн Онкол 1999, 10: 1499-1502. 10.1023 / A: 1008325925164

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 4.

    Дауд Дж, Туми Н., Буазиз М., Горбель А., Джлиди Р., Дрира М.М., Фриха М: Рак носоглотки в детстве и подростковом возрасте. Eur J Cancer 2003, 39: 2349-2354. 10.1016 / S0959-8049 (03) 00512-4

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 5.

    Султан I, Казанова М., Феррари А., Рихани Р., Родригес-Галиндо C: Дифференциальные особенности рака носоглотки у детей и взрослых: исследование SEER. Рак крови у детей 2010, 55: 279-284. 10.1002 / pbc.22521

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 6.

    Даунинг Н.Л., Уолден С., Вонг П., Петрик Д.В., Хара В., Ле QT: Сравнение результатов лечения карциномы носоглотки у взрослых и подростков. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2009, 75: 1064-1070. 10.1016 / j.ijrobp.2008.12.030

    Статья PubMed Google Scholar

  • 7.

    Аян И., Кайтан Э., Аян N: Детский рак носоглотки: от биологии к лечению. Lancet Oncol 2003, 4: 13-21. 10.1016 / S1470-2045 (03) 00956-2

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 8.

    Озяр Э., Селек Ю., Ласкар С., Узел О, Анакак Ю., Бен-Аруш М., Полихронопулу С., Акман Ф., Волден С.Л., Сарихан С., Миллер Р.С., Озсахин М., Абачиоглу Ю., Мартин М., Caloglu M, Scandolaro L, Szutowicz E, Atahan IL: Результаты лечения 165 педиатрических пациентов с неметастатической карциномой носоглотки: исследование Rare Cancer Network. Радиатор Oncol 2006, 81: 39-46. 10.1016 / j.radonc.2006.08.019

    Статья PubMed Google Scholar

  • 9.

    Купели С., Варан А., Озяр Э., Атахан И.Л., Ялчин Б., Кутлюк Т., Акьюз С., Буюкпамукку М: Результаты лечения 84 пациентов с карциномой носоглотки в детстве. Рак крови у детей 2006, 46: 454-458. 10.1002 / pbc.20433

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 10.

    Wolden SL, Steinherz PG, Kraus DH, Zelefsky MJ, Pfister DG, Wollner N: Повышение долгосрочной выживаемости с помощью комбинированной терапии рака носоглотки у детей. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2000, 46: 859-864. 10.1016 / S0360-3016 (99) 00493-9

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 11.

    Серин М., Эркал Х.С., Эльхан А.Х., Чакмак А: Рак носоглотки в детском и подростковом возрасте. Med Pediatr Oncol 1998, 31: 498-505. 10.1002 / (SICI) 1096-911X (199812) 31: 6 <498 :: AID-MPO6> 3.0.CO; 2-O

    Статья CAS PubMed Google Scholar

  • 12.

    Янь З., Ся Л., Хуанг И, Чен П., Цзян Л., Чжан Б.: Карцинома носоглотки у детей и подростков в эндемичной зоне: отчет о 185 случаях. Int J Pediatr Otorhinolaryngol 2013, 77: 1454-1460.10.1016 / j.ijporl.2013.06.005

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 13.

    Hu S, Xu X, Xu J, Xu Q, Liu S: Факторы прогноза и отдаленные исходы рака носоглотки у детей и подростков. Рак крови у детей 2013, 60: 1122-1127. 10.1002 / pbc.24458

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 14.

    Cheuk DK, Billups CA, Martin MG, Roland CR, Ribeiro RC, Krasin MJ, Rodriguez-Galindo C: Факторы прогноза и отдаленные исходы детской карциномы носоглотки. Рак 2011, 117: 197-206. 10.1002 / cncr.25376

    PubMed Central Статья CAS PubMed Google Scholar

  • 15.

    Yi J, Huang X, Gao L, Luo J, Zhang S, Wang K, Qu Y, Xiao J, Xu G: Лучевая терапия с модуляцией интенсивности с одновременным интегрированным усилением для локорегионально распространенной карциномы носоглотки. Radiat Oncol 2014, 9: 56. 10.1186 / 1748-717X-9-56

    PubMed Central Статья PubMed Google Scholar

  • 16.

    Yi JL, Gao L, Huang XD, Li SU, Luo JW, Cai WM, Xiao JP, Xu GZ: Карцинома носоглотки, леченная только радикальной лучевой терапией: десятилетний опыт работы в одном учреждении. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2006, 65: 161-168. 10.1016 / j.ijrobp.2005.12.003

    Статья PubMed Google Scholar

  • 17.

    Sze WM, Lee AW, Yau TK, Yeung RM, Lau KY, Leung SK, Hung AW, Lee MC, Chappell R, Chan K: Объем первичной опухоли карциномы носоглотки: прогностическое значение для местного контроля. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2004, 59: 21-27. 10.1016 / j.ijrobp.2003.10.027

    Статья PubMed Google Scholar

  • 18.

    Lee AW, Ng WT, Hung WM, Choi CW, Tung R, Ling YH, Cheng PT, Yau TK, Chang AT, Leung SK, Lee MC, Bentzen SM: Основные поздние токсические эффекты после конформной лучевой терапии для Факторы риска рака носоглотки, связанные с пациентом и лечением. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2009, 73: 1121-1128.10.1016 / j.ijrobp.2008.05.023

    Статья PubMed Google Scholar

  • 19.

    Laskar S, Bahl G, Muckaden M, Pai SK, Gupta T, Banavali S, Arora B, Sharma D, Kurkure PA, Ramadwar M, Viswanathan S, Rangarajan V, Qureshi S, Deshpande DD, Shrivastava SK , Dinshaw KA: Карцинома носоглотки у детей: сравнение традиционной лучевой терапии и лучевой терапии с модуляцией интенсивности. Int J Radiat Oncol Biol Phys 2008, 72: 728-736.10.1016 / j.ijrobp.2008.01.032

    Статья PubMed Google Scholar

  • 20.

    Mertens R, Granzen B, Lassay L, Bucsky P, Hundgen M, Stetter G, Heimann G, Weiss C, Hess CF, Gademann G: Лечение рака носоглотки у детей и подростков: окончательные результаты многоцентровое исследование (NPC-91-GPOH). Рак 2005, 104: 1083-1089. 10.1002 / cncr.21258

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 21.

    Buehrlen M, Zwaan CM, Granzen B, Lassay L, Deutz P, Vorwerk P, Staatz G, Gademann G, Christiansen H, Oldenburger F, Tamm M, Mertens R: Мультимодальное лечение, включая интерферон бета, карциномы носоглотки у детей и молодые люди: предварительные результаты проспективного многоцентрового исследования NPC-2003-GPOH / DCOG. Рак 2012, 118: 4892-4900. 10.1002 / cncr.27395

    Артикул CAS PubMed Google Scholar

  • 22.

    Orbach D, Brisse H, Helfre S, Klijanienko J, Bours D, Mosseri V, Rodriguez J: Комбинация лучевой и химиотерапии для рака носоглотки у детей: адаптация дозы лучевой терапии после ответа на химиотерапию для минимизации поздних эффектов. Рак крови у детей 2008, 50: 849-853. 10.1002 / pbc.21372

    Артикул PubMed Google Scholar

  • Образования груди у подростков: клинические преимущества в диагностической оценке - От редакции

    САНДЬЯ ПРУТИ, доктор медицины, Кэти Н.ДЖОНС, доктор медицины, ДЖУДИ С. БУГИ, доктор медицины, и ПАТРИСИЯ С. СИММОНС, доктор медицины, клиника Мэйо, Рочестер, Миннесота

    Am Family Physician. , 15 августа 2012 г .; 86 (4): 325-326.

    Связанная статья

    Диагностическая оценка подростка с опухолью груди существенно отличается от таковой взрослого из-за значительных различий в риске рака груди и архитектуре груди.В подростковом возрасте наиболее важны ранняя клиническая оценка и тщательное наблюдение, и меньше внимания уделяется исключению злокачественных новообразований молочной железы. У взрослых 11 процентов новообразований груди представляют собой рак груди1. У подростков только 0,02 процента хирургически удаленных новообразований представляют собой злокачественные новообразования груди, тогда как фиброаденомы составляют до 95 процентов новообразований груди2–4

    Распространенность новообразований груди. среди девочек-подростков составляет примерно 3,2 процента5. Распространенными причинами являются фиброаденома, кисты, гамартома, жировой некроз или абсцесс.Поскольку диагноз первичной карциномы молочной железы является редким, дифференциальный диагноз включает редкое метастатическое заболевание злокачественных опухолей, включая рабдомиосаркому, лимфому и нейробластому.6

    Оценка начинается с сбора подробного анамнеза о продолжительности, изменении массы тела, выделениях из сосков. , провоцирующие факторы и конституциональные симптомы. Присутствующий симптом образования груди или увеличения размера увеличивает подозрение на кисту, фиброаденому, филлодийную опухоль или гамартому.Выделения из сосков у пациентки с массой груди могут привести к дифференциальной диагностике внутрипротоковой папилломы, инфекции, кисты или физиологических ареолярных железистых выделений. Важно исключить диагноз злокачественного новообразования у подростка с историей потери веса, анемии, лихорадки или утомляемости. 7,8 Обследование включает в себя документирование стадий Таннера, локализацию массы с помощью циферблата, расстояние от соска и размер в двух измерениях. Это целесообразно для отслеживания изменений с течением времени и передачи результатов другим врачам.

    Предпочтительным методом визуализации у подростков является ультразвуковое исследование груди, которое может лучше охарактеризовать и очертить образования груди, отличить кистозные образования от солидных и повысить чувствительность, избегая воздействия радиации.9 Показания включают нерегулярную твердую массу; покраснение кожи или фиксация; кровянистые выделения или втягивание сосков; увеличивающаяся масса; или стойкое новообразование без регресса через три-четыре месяца.2 Твердое подозрительное образование, обнаруженное при ультразвуковом исследовании, требует предоперационной чрескожной биопсии для определения хирургического вмешательства.Маммография редко, если вообще когда-либо, показана подросткам из-за плотной структуры груди, что значительно снижает маммографическую чувствительность7. При подозрении на злокачественное новообразование может быть полезна магнитно-резонансная томография для оценки степени заболевания.

    Лечение новообразований молочной железы консервативное и основывается на клиническом диагнозе и тщательном наблюдении. Пальпируемые симптоматические кисты можно лечить с помощью тонкоигольной аспирации под контролем УЗИ с коллапсом кисты и последующим клиническим наблюдением для оценки стабильности.Фиброаденомы обычно представляют собой четко очерченные, эластичные, не нежные, твердые образования, которые медленно увеличиваются до размера от 2 до 3 см. Большинство из них остаются статичными или рассасываются спонтанно. Уместно клиническое наблюдение в течение двух-четырех месяцев. Образования, увеличивающиеся более чем на 1 см и более 2 см, требуют проведения направленного ультразвукового исследования и чрескожной биопсии для подтверждения их доброкачественности.11

    Хирургическое удаление новообразования груди рекомендуется в следующих ситуациях: масса более 5 см ( даже если биопсия подтверждает фиброаденому), быстрое увеличение массы, боль, искажение архитектуры груди и изменения кожи.Опухоли филлодий, которые составляют менее 1 процента новообразований молочной железы у подростков, могут напоминать гигантские фиброаденомы, но имеют патологическую повышенную клеточность стромы.10 Они могут быстро расти (на целых 15 см в течение недель или месяцев) и требуют быстрой визуализации. биопсия и направление на иссечение из-за возможности метастазирования.10 В любом случае рекомендуется хирургическое удаление больших образований, чтобы предотвратить деформацию архитектуры груди и необходимость увеличения для заполнения послеоперационного дефекта.10 Хирургический опыт имеет решающее значение для защиты развития зачатка груди при сохранении хорошего косметического результата.

    Литература по использованию минимально инвазивных процедур, таких как криоаблация новообразований у подростков, ограничена.12 У пациентов, которые не приемлют наблюдение за множественными или небольшими новообразованиями (менее 2 см) и которые обеспокоены хирургическим рубцеванием, лечение чрескожное иссечение с помощью вакуума и ультразвукового контроля может быть альтернативой хирургическому вмешательству.