Отношение к родине: Новая газета — Novayagazeta.ru

Содержание

«Мое отношение к родине» сочинение🎈

Нельзя не любить свою Родину, где ты появился на свет и впервые увидел чудесный окружающий мир. Самое ценное в памяти человека — это родное лицо любимой мамы и новые впечатления от соприкосновения с природой. В маленьком слове «родина» заключается огромный смысл, который охватывает необъятные родные просторы и мудрость человеческого общения. Родная земля всегда рада возвращению своих детей, как бы далеко и надолго они не пропадали.

Моя Родина — это небольшой провинциальный городок, окруженный горами, морем и утопающий в цветении

фруктовых садов. Юг всегда привлекал людей гостеприимством местных жителей, жарким солнцем и живописными пейзажами природы. Но, насладившись отдыхом и зарядившись здоровьем, отдыхающие возвращались в свои бурлящие жизнью мегаполисы. Прощаясь, они снисходительно сочувствовали нам и приглашали посетить столицу, чтобы почувствовать вкус полной жизни.

Зимние каникулы я обычно провожу дома, но, в канун наступающего года, мой папа предложил съездить на экскурсию в Москву. Я с радостью согласился, и мы немедленно выехали из нашего тихого, туманного городка. Чем дальше мы отъезжали от родного города, тем холоднее

становился воздух и повсюду белели заснеженные поля и леса. Столица встретила нас красочной мишурой новогодних елок, нарядными ярмарками и ярко-сияющей иллюминацией.

Мы долго гуляли по празднично украшенному городу, ходили в музеи и на выставки. Я с удовольствием провел в Москве три дня, но все равно скучал по дому. Мне хотелось поскорее вынырнуть из моря равнодушных человеческих лиц, чтобы почувствовать нежное прикосновение маминых рук и увидеть ее родные глаза.

Весь обратный путь я нетерпеливо ерзал по сиденью вагона в ожидании нашей станции. Наконец, заснеженные просторы сменились вязким туманом, сквозь который проглядывали синие вершины гор. Мы с папой вышли из здания маленького вокзальчика и не спеша зашагали в сторону родного дома. Мое сердце радостно билось в такт нашим шагам. Я был необыкновенно счастлив, что вернулся на любимую Родину.

Ю. Вепринцева: Любовь к Родине – это прежде всего бережное отношение человека к природе

Член Комитета Совета Федерации по социальной политике, представитель от исполнительного органа государственной власти Тульской области Юлия Вепринцева приняла участие в работе круглого стола на тему «Всероссийская программа «Деревья — памятники живой природы» как важное направление деятельности по сохранению природного наследия России».


Член Комитета Совета Федерации по социальной политике, представитель от исполнительного органа государственной власти Тульской области Юлия Вепринцева приняла участие в работе круглого стола на тему «Всероссийская программа «Деревья — памятники живой природы» как важное направление деятельности по сохранению природного наследия России».

Сенатор высоко оценила многолетнюю целенаправленную работу по сохранению природного наследия российских регионов, проводимую в рамках Всероссийской программы «Деревья-памятники живой природы».

«Сохранение старовозрастных деревьев на территории российских регионов показывает юному поколению важность сохранения традиций и национальной памяти»- считает Юлия Вепринцева. Парламентарий поздравила организаторов программы с ее пятилетним юбилеем и пожелала участникам расширения границ в их дальнейшей работе по проекту.

Экологические проблемы современности не знают национальных границ и касаются каждого государства, каждого народа и каждого человека. По мнению сенатора, «защита окружающей среды — это тоже патриотизм, проявляющийся в бережном отношении каждого человека к миру, в котором мы живем, к своей родной земле, ко всему бесценному историческому, культурному и природному наследию».

 «Природа родного края – могущественный источник для каждого человека живущего на земле. Красота природы рождает привязанность к тому месту, где живет человек. Через воспитание чуткости, отзывчивости к родной земле мы формируем в ребенке гордость за свою страну и преданность к земле, на которой родились».

В завершении своего доклада Юлия Вепринцева подчеркнула: «В нашей богатой ресурсами стране повсеместно внедряются современные технологии. Основная задача государства и общества сформировать экологическое сознание в умах всех россиян, дабы сберечь наш прекрасный край для будущих поколений. Необходимо разрабатывать и внедрять проекты, содержащие в себе экологическую составляющую и патриотическое воспитание, объединяющие и детей, и молодежь, и старшее поколение».

Любовь к Родине — это основа жизни россиян, заявил Путин

https://ria.ru/20200508/1571143173.html

Любовь к Родине — это основа жизни россиян, заявил Путин

Любовь к Родине — это основа жизни россиян, заявил Путин - РИА Новости, 08. 05.2020

Любовь к Родине — это основа жизни россиян, заявил Путин

Любовь к Родине - это основа жизни россиян, на которую опирается вся история страны, это чувство передается от поколения к поколению, заявил в пятницу президент РИА Новости, 08.05.2020

2020-05-08T10:40

2020-05-08T10:40

2020-05-08T10:40

общество

владимир путин

великая отечественная война (1941-1945)

/html/head/meta[@name='og:title']/@content

/html/head/meta[@name='og:description']/@content

https://cdn22.img.ria.ru/images/07e4/05/07/1571107511_0:0:2808:1580_1920x0_80_0_0_27daf3b824d796fa51b9b5be7d883566.jpg

МОСКВА, 8 мая - РИА Новости. Любовь к Родине - это основа жизни россиян, на которую опирается вся история страны, это чувство передается от поколения к поколению, заявил в пятницу президент России Владимир Путин."Мы с вами ведем разговор в преддверии 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. На вопросы такого рода следовало бы отвечать такими фундаментальными фразами, которые сопоставимы с громом пушек, которые салютуют в честь наших побед. Но мне кажется, если мы хотим действительно подумать над этим и докопаться до сути, то вот, что я хотел бы сказать", - отметил он в интервью межгосударственной телерадиокомпании "Мир", отвечая на вопрос, какую черту характера россияне унаследовали от поколения победителей.Путин отметил, что воспитывался в очень простой семье. "Это хорошо и широко известно, мои родители были простые люди из рабочей среды. Я не сразу это понял – как они относятся ко мне. Потому что маленькие дети ко всему, что вокруг них происходит, относятся как к должному. Но взрослея, я все больше понимал, что в основе всей их жизни, во всяком случае, когда я появился на свет, лежит стремление сделать все для моего становления и роста, чтобы я был готов к взрослой жизни, получил образование. Я осознал, что в основе их отношения ко мне лежит любовь", - рассказал президент.По его словам, потом, анализируя, как его родители относились к своим близким, друзьям, знакомым, просто к людям, он осознал, что в основе их жизни, их жизненным смыслом была любовь, "которая означает, что мы должны дорожить всем, что составляет основу нашей жизни".

"И это в первую очередь Родина… Думаю, что это – основа всей нашей жизни, на которую опирается вся российская история. Она осознанно или неосознанно передается и нам от поколения к поколению. В данном случае от поколения победителей", - заключил глава государства.

https://ria.ru/20200508/1571139019.html

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn23.img.ria.ru/images/07e4/05/07/1571107511_0:0:2732:2048_1920x0_80_0_0_412af9d6b379f46912587e2a9b3144b3. jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

общество, владимир путин, великая отечественная война (1941-1945)

МОСКВА, 8 мая - РИА Новости. Любовь к Родине - это основа жизни россиян, на которую опирается вся история страны, это чувство передается от поколения к поколению, заявил в пятницу президент России Владимир Путин.

"Мы с вами ведем разговор в преддверии 75-летия Победы в Великой Отечественной войне. На вопросы такого рода следовало бы отвечать такими фундаментальными фразами, которые сопоставимы с громом пушек, которые салютуют в честь наших побед. Но мне кажется, если мы хотим действительно подумать над этим и докопаться до сути, то вот, что я хотел бы сказать", - отметил он в интервью межгосударственной телерадиокомпании "Мир", отвечая на вопрос, какую черту характера россияне унаследовали от поколения победителей.

8 мая 2020, 09:3475 лет Великой ПобедыВетеран, бравший Берлин: о Победе я узнал, когда перестали стрелять

Путин отметил, что воспитывался в очень простой семье. "Это хорошо и широко известно, мои родители были простые люди из рабочей среды. Я не сразу это понял – как они относятся ко мне. Потому что маленькие дети ко всему, что вокруг них происходит, относятся как к должному. Но взрослея, я все больше понимал, что в основе всей их жизни, во всяком случае, когда я появился на свет, лежит стремление сделать все для моего становления и роста, чтобы я был готов к взрослой жизни, получил образование. Я осознал, что в основе их отношения ко мне лежит любовь", - рассказал президент.

По его словам, потом, анализируя, как его родители относились к своим близким, друзьям, знакомым, просто к людям, он осознал, что в основе их жизни, их жизненным смыслом была любовь, "которая означает, что мы должны дорожить всем, что составляет основу нашей жизни".

"И это в первую очередь Родина… Думаю, что это – основа всей нашей жизни, на которую опирается вся российская история. Она осознанно или неосознанно передается и нам от поколения к поколению. В данном случае от поколения победителей", - заключил глава государства.

О любви к Родине, патриотизме и национализме

Любовь не может возникнуть по принуждению, но она может быть скрыта суетой повседневности, например, потребительским мышлением.

Пятая заповедь Библии: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет, и да долголетен будешь на земли» может, думаю, быть основой для высказывания: «Чти Родину, и будут благо и долгие дни и нее и для тебя».

Мы есть преемственная часть нашей родословной, и не любить родителей и Родину – это также ненормально, как не любить самого себя. Как сказано, «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Матф. 22:39), то есть если мы не любим себя, то у нас нет причины любить других людей.

Только любовь к Родине может преодолевать путы мелкобуржуазного потребительского космополитического мышления, которое делает человека кочевником от нечто материально хорошего к нечто еще материально лучшему.

Говоря о любви к Родине, следует сказать о патриотизме. Патриотизм – это, конечно, любовь к Родине. Удачное, на мой взгляд, дополнительное разъяснение понятия «патриотизм» дал Гегель в «Философии права». Он заметил, что обычно под патриотизмом понимают чувство, проявляющееся в критических для государства ситуациях, когда дают о себе знать героические составляющие народного характера. На самом деле патриотизм, кроме таких крайних случаев, есть особое повседневное умонастроение. Это умонастроение выражает дух единого государства, его онтологические основы.

Нам в России разными способами внушают, что патриотизм – это архаизм. Вместе с тем в США, Франции, Израиле чувство патриотизма чрезвычайно глубоко, а патриотическая пропаганда исключительно сильна.

Часто путают понятия «национальная гордость» и «национализм». Национальная гордость – благородное патриотическое чувство любви и уважения к достижениям своей нации, своего государства. Национализм – убежденность части представителей какого-либо народа в том, что уже только по генетическому признаку или этническому родству этот народ превосходит другие народы по интеллекту, доброте, чувству прекрасного, трудолюбию, чистоплотности и т. п.

Генетическая характеристика не имеет существенного отношения к национальной идентичности. Можно привести тысячи примеров, когда люди, имеющие чужеродные корни, но родившиеся или выросшие в соответствующем национальном окружении, являются подлинными представителями этого окружения. Африканская кровь Пушкина не помешала ему стать великим русским национальным поэтом и одним из творцов русского литературного языка.

Любовь к матери и Родине естественна и не определяется практическими соображениями. Мы любим своих родителей и Родину не столько за то хорошее, что мы получили от них в нашей жизни, сколько за то, что мы от них произошли.

Приведу слова Гоголя: «Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и все, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь Сам Бог. Без болезней и страданий, которые в таком множестве накопились внутри ее и которых виною мы сами, не почувствовал бы никто из нас к ней состраданья. А состраданье есть уже начало любви». А Розанов писал: «Счастливую и веселую родину любить невелика вещь. Мы ее должны любить именно когда она слаба, мала, унижена, наконец, глупа, наконец, даже порочна». Что касается любви к другим народам, то здесь также первична любовь к своему народу. Не умея любить свой народ и себя вместе с ним, не сможешь полюбить и другой народ.

Высказывания отечественных мыслителей многократно подтверждают идею бескорыстной и сострадательной любви к человеку и к Родине.

Михаил Лермонтов

Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой.

Ни слава, купленная кровью,

Ни полный гордого доверия покой,

Ни темной старины заветные преданья

Не шевелят во мне отрадного мечтанья.

Но я люблю — за что, не знаю сам —

Ее степей холодное молчанье,

Ее лесов безбрежных колыханье,

Разливы рек ее подобные морям;

Проселочным путем люблю скакать в телеге

И, взором медленным пронзая ночи тень,

Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,

Дрожащие огни печальных деревень…

Александр Блок. РОССИЯ

Опять, как в годы золотые,

Три стертых треплются шлеи,

И вязнут спицы росписные

В расхлябанные колеи...

Россия, нищая Россия,

Мне избы серые твои,

Твои мне песни ветровые —

Как слезы первые любви!

Анна Ахматова. РОДНАЯ ЗЕМЛЯ

В заветных ладанках не носим на груди,

О ней стихи навзрыд не сочиняем,

Наш горький сон она не бередит,

Не кажется обетованным раем.

Не делаем ее в душе своей

Предметом купли и продажи,

Хворая, бедствуя, немотствуя на ней,

О ней не вспоминаем даже.

Да, для нас это грязь на калошах,

Да, для нас это хруст на зубах.

И мы мелем, и месим, и крошим

Тот ни в чем не замешанный прах.

Но ложимся в нее и становимся ею,

Оттого и зовем так свободно – своею.

Вероника Тушнова. СТИХИ О ДОМЕ

Косое деревянное крыльцо,

облитое зеленым светом.

У дома было доброе лицо,

и дом всегда встречал меня приветом.

Какой суровый, необычный быт!

Здесь все не так, все трудно по-иному…

Но здесь мой кров.

Здесь мой ребенок спит.

Здесь мы живем.

За все спасибо дому.

Дым ел глаза...

Но то был добрый дым,

Дым очага! Добра не позабудем.

Спасибо стенам, тесным и простым,

Теплу, огню, хорошим русским людям!

О национальной идее и российской ментальности

Национальная идея – сущность нации: то, что является главным в национальной идентичности, то, что определяет узнаваемость нации при всей исторической изменчивости ее существования.

Если в государстве изживаются национальная идея и вообще какие-либо идеи духовного сплочения, то без нравственного ветрила остается и становится главной одна общечеловеческая идея – нажива.

Инвариантами национальной уникальности (идентичности) являются своеобразные ментальность, традиции и миссия.

Ментальность – это особенности стиля мышления и мировосприятия. Без своеобразия ментальности нет и нации как особой целостности в человеческом сообществе. Источник понимания ментальности народа – это национальная духовная культура: фольклор, философия, искусство, произведения национальных мыслителей. Проблема здесь только в выделении национального и интернационального в каждой из названных сфер. Носителями национального духа, на которых взращивается национальная ментальность, являются все составляющие духовной культуры. Это язык, фольклор, религия, философия, изобразительное искусство, литература, музыка, архитектура. Наиболее «чистый объект» – национальный фольклор, который выражает общие духовные черты народа, и если в фольклоре что-то заимствуется, то только то, что соответствует его природе. Национальная ментальность выражается в традициях и раскрывается на их основе. Традиции же – это исторически выверенное выражение духа народа.

Народная волшебная сказка – фундаментальный эмпирический материал для понимания народной души, духовных основ нации. В сказке в образно-символической форме («сказка – ложь, да в ней намек») две ипостаси духовной народной жизни – душа и ум, или психика и интеллект – связаны между собой предельно органично. Выявляя и систематизируя философские смыслы народной сказки, мы выявляем психологическую особенность мышления народа, то есть его ментальность.

Народная мудрость и народные озарения, содержащиеся в сказках, не только реальны, но и являют сущность – или идею – народа и выражаются в его ментальности. В сказках речь идет об идеях и чувствах, присущих природе народа в целом в течение всего времени его существования.

Оправдание жизненной мудрости героев русских народных сказок – Ивана-дурака и Емелюшки – не требует больших усилий. Иван-дурак не как все. Он любит размышлять, созерцать мир – он мудрец, непонятный обывателям. Иван-дурак не любит ходить по воду или колоть дрова, но это не выражение русской лености, так как любой народ не любит рутинную работу. Однако в каждом народе есть мудрецы, для которых духовная жизнь важнее физической жизни тела. Иван-дурак поступает не как все: едет не туда, покупает не то, говорит не как принято. Поэтому он прорывается через заданный обыденным опытом ход действий. В награду он получает не столько богатство, сколько подтверждение правильности своего подхода к жизни. Несмотря на свободу в мыслях и действиях, Иван-дурак верен заветам родителей. Герои русских сказок – иваны, емели, царевичи и добры молодцы – выбирают на распутье рискованный путь, который приблизит их к первичному вопросу человеческого существования: «В чем смысл жизни?» В своих поисках они не боятся риска, приговаривая, что «семи смертям не бывать, а одной не миновать».

Если русский не работает, то он размышляет. Я специально употребил некорректное выражение, чтобы выделить мысль: есть физическая работа, есть умственная работа – следовательно, не работают только люди, ведущие растительно-паразитический образ жизни. Русских таковыми никак не назовешь, и если умозрение, созерцание, размышления они часто предпочитают вкалыванию, то почему это плохо и какое отношение это имеет к лености? Приведу слова из письма о. Павла Флоренского, написанного 15 июня 1910 г.: «Быть гостем в деревне – это значит быть обреченным на безделие. Так и я: провожу весь день, не имея ни минуты свободной: а если спросишь себя, что же делал, то не знаешь, что ответить. Вы сами знаете, что праздноемкость у нас, русских, весьма велика, а от гостя в деревне и по положению, и по этикету требуется праздноемкость максимальная. Правда, я думаю (курсив мой. – В.К.) много и упорно».

Кушанья – неотъемлемый элемент национальной культуры и фактор сохранения традиций. Таинство совместной трапезы – это важнейшая часть единения людей. Кушанья и напитки – не только сами по себе, но и в традиционной связи с обрядами, песнями, танцами – выполняют связующую функцию различных ипостасей национальной культуры. Русские квас, пироги, пельмени или татарские кыстыбый, перемячи и губадия – неотъемлемые составляющие национальной культуры.

Характерные черты русской ментальности

Обозначим лишь некоторые – наиболее значимые:

· постановка вопроса о смысле жизни и постоянный поиск ответа на него;

· философская созерцательность с явной тенденцией к метафизическим размышлениям, а также к практической «метафизике целей и ожиданий» и «метафизике поступка»;

· установка на решение принципиальных жизненных задач нетрадиционным образом;

· приоритет силы духа над силой физической;

· значительно более высокая ценность общения, любви, верности заветам старших, сострадания к людям и животным по сравнению с богатством и властью;

· убежденность в воздаянии счастьем за терпение, милость, сострадание, стойкость;

· утверждение свободы как основы счастья.

Понятие «счастье» в русской душе и ментальности не связано с обладанием властью и материальным достатком. Это одна из особенностей русского народа. Награда за нестяжание богатства и славы героям русских волшебных сказок, которая приходит к ним в виде богатств, имеет скорее метафорический смысл: награда – это метафора благодати, счастья, а не буквально деньги и власть.

Сохранение традиций, а вместе с этим утверждение национальной ментальности – вопрос национальной безопасности любого народа.

Можно сказать, что как у человека есть душа и тело, так и народ обладает телом, душой и соответствующими болезнями. Существуют психосоматические болезни, когда душевное состояние человека влияет на его физическое состояние. И душевное состояние народа может приводить к физическим болезням или выздоровлению его составляющих – людей. Как у человека нарушение самоидентификации (смещение «я») приводит к душевным расстройствам, так и нарушение самоидентификации народа приводит его к душевному расстройству.

Отечественная деревянная архитектура – принципиальный фактор формирования российского самосознания

Особая тема – отечественная архитектура. Архитектура всегда с нами – человек может не ходить в музеи и концертные залы, может даже не читать книг, но он не может миновать архитектуру. Особо значима для российского самосознания и воспитания патриотизма наша деревянная архитектура. Она является уникальным эстетическим явлением культуры. Дом, изба, избушка на курьих ножках, избушка лубяная (как противоположность избушки ледяной). Наконец, домовина (гроб)… Эти «древесные» понятия выступают как архетипы народного сознания. Сознания, сформировавшегося в таком своеобразном природном месте, как Россия. Лес и его умирание, деревянная постройка и ее ветшание – явления цикличности природы, становления и разрушения, с которыми человек органично сочетается, с одной стороны, и противостоит им, создавая извечно прекрасное, – с другой.

Пространство российской деревянной архитектуры органично сочетает идею частной жизни и жизни в общении («в миру»).

Сейчас пошло поветрие вместо сохранения и реставрации историко-культурного наследия либо делать бутафорские «реставрации», когда за фасадом скрывается доходный дом из железобетона, либо сооружать «красоты-новоделы» в стиле театральных стилизованных декораций. Это воспринимают туристы, но это есть уход от исторической правды, то есть своеобразная форма лжи о нашем прошлом.

Невольно обращает на себя внимание возрождение языческого культа фаллоса в архитектуре современной России. В частности, это проявляется в проектировании и строительстве небоскребов в городах, где таковое строительство нарушает историко-архитектурный облик и где можно найти место для больших бизнес-центров и административных сооружений – либо невысоких в центральной части, либо высоких на окраине. Пример Нью-Йорка – иное дело. Там строительство небоскребов было вызвано преимущественно экономическими соображениями, а кроме того в этом городе Нового Света не стоял остро вопрос об искажении его историко-архитектурного облика. Для России строительство небоскребов – совершенно ненужная вещь в любом смысле: информационном, транспортном, экономическом.

Целостность России есть следствие духовного единства народа

Единство и устойчивость большого государства – такого, например, как Россия, – невозможны только на основании государственно-бюрократической надстройки, то есть надстройки с силовыми и принудительными функциями. Большое число людей на большой территории не могут удерживаться только властью, их целостность возможна в первую очередь за счет духовного единства.

Общинность русских – это не столько коллективизм как таковой, сколько именно общение, однокоренное со словом «общность». Частое и открытое общение – характерная черта русской натуры. В современном русском фольклоре есть анекдот, в котором двое мужиков пригласили третьего распить бутылку на троих и восклицают с недоумением: «А поговорить?!» – когда приглашенный третий собрался сразу после выпивки уйти. Высокая значимость близости и близкого общения в сильной образной форме выражена в сказке «Гуси-лебеди». Целые тома, издаваемые по психологии общения, может заменить эта короткая сказка. Когда девочка выкрала братца и побежала назад, всякий раз, когда ее нагоняли гуси-лебеди, ей помогали молочная река, яблоня, печка, но при условии, что девочка отведывала их угощения. В этом выражается русская народная мудрость: относись внимательно ко всякому, с кем общаешься, и получишь то, чего желаешь, и даже сверх того – вот коренной смысл сказки.

Стоит сказать о русской смеховой культуре на уровне государственной жизни. В преемственной связи русская смеховая культура прослеживается и в народном, фольклорном, смехе, и в шутовском поведении Ивана Грозного, и в издевательском смехе протопопа Аввакума, и в шутовских собраниях Петра I. Уверен, что популярность Владимира Жириновского связана именно с тем, что он интуитивно или сознательно тонко выступает как выразитель утрачиваемой смеховой русской культуры. Речи и поведение Жириновского – балаганность (карнавальность), гротеск, шутовство, ошарашивающая прямота – находят отклик в архетипах смеховой культуры жителей России.

Русская земля велика, и ее географический размах неотделим от истории русского народа и его идентичности. Смыслы слов «русская земля» и «русский народ» близки. В Древней Руси выражение «русская земля» обозначало и территорию, и российский этнос. Созерцание жизни на бескрайних просторах – мудрость российского этноса. То, что «доброхоты» относят к свидетельствам лености русских, есть по существу способ высвобождения времени для бесед, размышлений, мыслительного созерцания в ущерб не столь важным суетным делам. Думаю, эта сущностная черта российского этноса в немалой степени обусловила его заботу о своей физической защищенности на большой территории с богатейшими ресурсами.

В России проживает в едином цивилизационном пространстве одна из самых мудрых общностей народов. Об этом свидетельствует уже тот неоспоримый факт, что Россия, несмотря на катаклизмы, продолжает оставаться самой большой по территории и ресурсам страной, а, следовательно, и самой богатой. Именно земля и природные ресурсы – самое выгодное вложение. Это всегда давало нашему народу возможность более вдумчиво, философски относиться к жизни. Он никогда не был ленив и бездеятелен, как это пытаются порой представить, но он и не был склонным оказываться винтиком в механизме безудержной гонки производства ради материального потребления. Даже при отстающей технологии совокупные природные и духовные ресурсы страны свидетельствуют о том, что российский народ, бесспорно, один из самых мудрых, он приумножал богатства в созидательном и ратном труде.

В нестабильной России во всей ее истории после крещения Руси неизменной и связующей народ духовной ипостасью была Православная церковь при всех переменах государственно-политических институтов и социально-экономической жизни. А это свидетельствует о том, что только религия может пройти через века как неизменная ипостась духовной связи людей. Это особенно важно для громадной России, где одними силовыми методами целостность государства не сохранишь. Даже Сталин создал культ и массовую идеологию, без которых на одном страхе он не смог бы быть вождем огромной страны и пассионарного народа.

О национальной безопасности и военной доктрине

«Бедная свобода» на Родине значительно важнее для русского человека, чем «богатая несвобода» на чужбине.

Какой бы ни была риторика политиков, совершенно очевидно, что для наиболее сильных стран вряд ли желательно, чтобы Россия была сильной в военном отношении, производящей конкурентоспособные промышленные и сельскохозяйственные товары, распространяющей свои язык и культуру в другие страны – как это происходит с английским языком и североамериканской культурой. Поэтому если даже не на уровне сознания, то на уровне, если можно так выразиться, «государственного бессознательного» ясно, что каждое государство заботится о своем процветании – в том числе за счет других. Можно много говорить об этике межгосударственных отношений, можно говорить о взаимных интересах – все это есть, но если взаимные интересы невозможны, государство действует, исходя из уже только национальных интересов.

Северное расположение и большая территория обеспечивают России большую безопасность и в экологическом отношении. Грядущее потепление климата будет весьма неблагоприятным для теплых и низинных стран, в то время как в России он станет более мягким, и ее затопление при таянии арктических ледников не будет столь катастрофическим. В этом смысле Россия может стать новым земным Эдемом.

Другой защитный пояс России – большая территория и неизмеримые ресурсы. Правда, российские компрадоры и временщики вместе с западными «партнерами» энергично этот пояс ослабляют.

Разрушение географических, а также духовных границ чревато если не гибелью народа, то его вырождением как целостного культурно-духовного организма.

Война, конечно, непростой феномен жизни человечества уже только потому, что при всей цивилизованности народов войны не утихают.

Война может рассматриваться в трех измерениях. Во-первых, в материально-физическом измерении (войска, пушки, бомбы, ракеты). Во-вторых, в измерении душевной жизни людей (насаждение данному народу несвойственных ему инокультурных элементов). В-третьих, в измерении духовной жизни (внедрение чуждых духовных ценностей с вымыванием национальной ментальности). Война в третьем измерении наиболее опасна, поскольку физическая война может привести только к физическому порабощению народа, в то время как война, разрушающая менталитет, способна уничтожить народ как уникальную духовную целостность, если даже индивиды, его представляющие, в физическом смысле останутся живыми людьми.

Сказанное является, по сути, методологическими принципами национальной безопасности и так называемых национальных военных доктрин. Военная доктрина России должна рассматривать войну в названных трех измерениях. Тогда будет действительно целостная и эффективная военная доктрина России.

Что делать в первую очередь для укрепления внутренней стабильности страны? Решить, наконец, проблему не оправданного каким-либо особым служением государству многократного имущественного превосходства самозваного «креативного меньшинства».

Нам следует сохранять и даже защищать под давлением западной культуры традиционные ценности народов России. В некоторых странах разрешены эвтаназия, пропаганда гомосексуализма, разрешение на однополые браки и усыновление или удочерение такими «семьями» детей. приобретение и употребление наркотиков, а, с другой стороны, действует воинствующая ювенальная юстиция и шаг за шагом дорогие для сердца детей обращения «мама» и «папа», заменяются на какие-либо иные наименования.

Проблемы и направления православного патриотического воспитания в системе образования

1. С чего начинается Родина? – вот в чем вопрос.

Как хорошо сказал Пушкин:

Два чувства дивно близки нам, В них обретает сердце пищу: Любовь к родному пепелищу, Любовь к отческим гробам.

«Любовь к родному пепелищу» – это, конечно, любовь и интерес к отечественной истории, преданиям старины глубокой. Без памяти нет нормального человека, как нет и нормального народа. «Любовь к отеческим гробам» – это, конечно, любовь к предкам: к матери и отцу, к бабушкам и дедушкам – словом, ко всем пращурам.

2. Убрать критиканство и прибавить объективности в понимании и изложении истории России.

С некоторых пор у нас стало нормой придирчиво критически, а часто и предвзято критически, оценивать личности и деятельность первых лиц нашего государства.

Важно иметь в виду, что нет людей во всех делах и намерениях своих хороших, как нет людей во всех делах и намерениях своих плохих.

Поэтому здесь я назову очень кратко некоторых руководителей России, отмечая только их заслуги перед отечеством.

Князь Киевский Владимир Святославич, в народном эпосе – Владимир Красное Солнышко (г. рожд. неизв. – ум. 1015), укрепил Киевскую Русь, по его воле государство приняло христианство и отвергло язычество (или перешло от политеизма к монотеизму), тем самым на Руси установилась единая объединяющая всех духовная культура.

Великий князь Владимирский и Московский Дмитрий Иванович Донской (1350-1389) построил первый каменный кремль в Москве, возглавил объединенные народные силы и положил начало освобождению Руси от иноземного ига Золотой Орды (победа в Куликовской битве в 1380 г.).

Великий князь и первый русский царь Иван IV Васильевич Грозный (1530-1584) создал сильное централизованное государство, расширил границы московской Руси во много раз. Организовал книгопечатание, аптекарский приказ, дома призрения (приюты для бедных и обездоленных). Разделил светскую и военную власти (земство и опричнина). Создал регулярную армию (стрельцы). Благословил казака Ермака Тимофеевича на освоение и покорение Сибири, без которой сейчас (достаточно назвать «Газпром») мы бы жили намного беднее. Он поддержал казачество (до этого казаки считались беглыми разбойниками) как военную силу, охраняющую Россию на юго-восточных рубежах. По количеству казней и жертв его внутренней полититки он может быть назван «гуманистом» по сравнении с его западными «коллегами» того же времени.

Русский царь и первый российский император Петр I (1672-1725) начал преобразование России в сильную военную, морскую, промышленную и научную державу.

Императрица Екатерина II (1729-1796) расширяла границы России и укрепляла авторитет России в мире. Внедрила в государственную политику принципы веротерпимости или свободы совести. Разрешила строительство мечетей в Казанской губернии. Важно отметить, что почти все мечети, возведенные в XVIII-XIX веках, были построены по проектам российских (в том числе и русских православных) архитекторов. Среди них: Сенная мечеть – архитектор А.К.Ломан, мечеть Марджани – архитектор В.И.Кафтырев, Апанаевская (северный пристрой) – архитектор П.И.Романов, Галеевская мечеть (южный пристрой) – архитектор П.И.Романов, Иске-Таш (перестройка) – архитектор А.К.Шмидт, Бурнаевская – архитекторы П.И.Романов и Ф.Н.Малиновский, Первая Пороховая – архитектор Артамонов (об этом см. «Татарская энциклопедия», Т.1-5, 2002-2010).

Эти факты свидетельствует о глубоких корнях дружбы народов и веротерпимости в среднем Поволжье.

Культурное взаимообогащение народов – это естественное и частое, а не редкое явление. Например, стены и башни Московского кремля, существующие и теперь, были возведены в конце XV века итальянскими архитекторами (Марк Фрязин, П.Солари, Алевиз Фрязин Миланец, Антон Фрязин). В начале XVI века итальянский архитектор Алевиз Фрязин возвел Архангельский собор (об этом см. «Кремль московский» в БСЭ, Т.13, 1973).

Император Николай I (1796-1855) продолжительная стабильность государственного уклада. Содействовал открытию высших учебных заведений, в том числе инженерно-технических. Его можно назвать предтечей брежневского «застоя».

Председатель совета народных комиссаров В.И. Ленин (1870-1924) упразднил все привилегии по сословному признаку, инициировал программы ликвидации безграмотности, электрификации всей страны, сформулировал программу жизни молодежи: «Учиться, учиться и учиться».

Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) и председатель Совета министров СССР И.В.Сталин (1879-1953) в кратчайшие сроки после гражданской войны осуществил индустриализацию страны, обеспечил развитие науки и образования на таком уровне, что после второй мировой войны наша страна стала второй ядерной державой мира и первой в освоении космического пространства.

Первый секретарь ЦК КПСС Н.С.Хрущев и председатель Совета министров СССР (1894-1971) начало крупнопанельного массового жилищного строительства. Именно с этого времени простые граждане (трудящиеся, молодые специалисты, пенсионеры) стали получать квартиры – знаменитые теперь «хрущевки».

Генеральный секретарь ЦК КПСС и председатель Президиума Верховного совета СССР Л.И.Брежнев (1906-1982) – небогатая, но социально защищенная и стабильная жизнь граждан, которая устраивала заметную часть населения, знаменитый брежневский «застой».

Генеральный секретарь ЦК КПСС и первый и последний президент СССР М.С. Горбачев (р.1931) резкая интенсификация сотрудничества с зарубежными странами и массовые поездки простых и ранее «невыездных» граждан за границу. Он убрал сталинский «железный занавес».

Первый президент Российской Федерации Б.Н.Ельцин (1931-2007) – проведение социально-экономических реформ, высвободивших естественную предпринимательскую инициативу граждан.

Президент Российской Федерации Д.А.Медведев (р.1965) – поддержание устойчивого курса развития страны после перестройки.

Президент Российской Федерации В.В.Путин (р.1952) – восстановление социально-экономического развития страны после перестроечной разрухи конца XX в. Внимание к системе образования и регионального развития. Повышение авторитета страны в мировом сообществе после перестройки, начало восстановления надежной и современной обороноспособности страны и ее экономического суверенитета.

В истории Республики Татарстан, конечно, нужно назвать президента М.Ш. Шаймиева (р.1937), который политическими и экономическими средствами поддерживал стабильную жизнь региона в диапазоне от времен до перестройки, во времена перестроечные и постперестроечные, т.е. современные.

Нынешний президент Республики Татарстан Минниханов Рустам Нургалиевич (р.1957) поддерживает эту политическую и экономическую линию.

3. Воспитание воспитателей, т.е. преподавателей средней школы и высшей школ.

Конечно, как и всегда, нужно рекомендовать на занятиях по естественным, техническим и социально-гуманитарным наукам сообщать о достижениях отечественных ученых, инженеров, прозаиков, поэтов, музыкантов и руководителей разных сфер.

Но! Самое главное – это воспитание самих воспитателей. Много ли у них знаний об отечественной политической и интеллектуально-творческой истории? Что патриотического в их убеждениях и жизни, чтобы они могли быть учителями и живым примером? Посещают ли они Байкал, Соловецкие острова, Крым, или только увлечены заграничным туризмом? Будут ли они предпочтительно покупать продукцию отечественных производителей, поддерживаю их в трудные времена санкций, если даже она пока уступает по качеству импортным товарам. Несколько десятилетий назад в США распространили удачный национально ориентированный вопрос: «Когда вы в последний раз покупали машину “Форд”?» Такие же слова следует теперь доносить нашим гражданам в отношении отечественных товаров.

* * *

Россия – одна из лучших (если не лучшая) стран для душевного комфорта человека, следовательно, вообще для человеческой жизни. То есть Россия в определенной степени при всех ее бедах и неустроенности, землей, благоприятной для жизни в душевно-духовных измерениях.

По материалам Курашова В.И.

Сочинение на тему Любовь к Родине

Огромная любовь к Родине у каждого человека, как мне кажется, вырастает из детства. Именно в детстве у человека формируется понятие "Родина" и все, что с ним связано. Родные места, где родился и вырос, обычаи, книги и культура родной страны становятся доступными для человека с самых ранних лет. И потом, спустя много лет, ты вспоминаешь все это и думаешь: "Да, это все мое, родное, близкое сердцу".

Толстой сказал: "Родина - это прошлое народа, настоящее и будущее". По моему мнению, это высказывание можно связать с рассказом Петра Дмитриевича Барановского о храме Василия Блаженного, который, безусловно, является памятником нашей старины и отображает мастерство древних зодчих. По сей день этот храм считается святым местом.

С самых первых дней у человека появляется свой маленький мир, своя маленькая Родина. Это его кроватка, голос матери, колыбельная, первая погремушка, окружающее его пространство и люди. Когда человек растет, вместе с ним растет и понятие его "Родины". Здесь присутствуют его близкие дом, улица, друзья, детский сад, школа, парк, в котором он гуляет, речка за городом, окрестные леса и поля. Он начинает осознавать, что такое чувство долга, привязанность, воспоминания, которые могут проявляться в тоске или в радости. Читая книгу, занимаясь в школе, человек узнаёт, что мир не ограничивается его городом или республикой, а он гораздо шире, и в нем существуют разные страны, материки, другие реки, озера и океаны. Но в его сознании уже существует понятие "родная страна", в которой он живет, и которая ему очень дорога, без которой он не мыслит себе жизни. Именно ее он называет своей "Родиной".

Когда я была еще маленькой, мама с папой возили меня в деревню к бабушке. И не смотря на то, что там дивные луга, чистые озера и воздух, мне уже через неделю хотелось домой. Ведь именно там я родилась и увидела в первый раз солнце. Там все свое, родное.

И я так люблю нашу речку на окраине города, хоть и не совсем чистую, наш двор, пусть и с загазованным воздухом, что не променяю их ни на что. Ведь самым дорогим для каждого человека всегда будет Родина.

2 вариант

Любой человек иногда думает о том, где он живёт и что такое Родина. Некоторые задумываются о том, что стать патриотом – означает любить. Это вовсе не так. Нужно делать добрые дела, относиться к людям хорошо, защищать в трудных ситуациях и жить по совести. Так живут русские люди. И родина их — Россия! Но в любой стране человек должен быть человеком.

Любить Родину – это знать и уважать её историю. Россия пережила столько войн, но ни один человек не сдался. Никогда и никто её не победил, невзирая на императоров и президентов. Старенькие бабушки с лопатой на «немца» шли, чтобы защитить своих детей. И тут не важна политика. Здесь главное иметь душу, смелость, мужество и отвагу. За Родину, за честь, за маму. За то как жить и с кем жить. Если возле тебя урод, который пострелял под своей наводкой 250 тысяч евреев? Это человек? Это – тварь. И все города в те времена немцы показали, что у них ничего святого нет.

Сколько у нас было героев? Они на смерть шли, чтобы защитить людей, душевность и нормальные отношения между людьми. Большое спасибо им. Вспомните лётчика Гастелло, который самолётом тварей задавил, положив свою жизнь.

Как писал великий писатель Фёдор Тютчев ещё в 1866 году:

Умом Россию не понять.
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать —
В Россию можно только верить.

Человек без дома жить не сможет. Это опять же слова Тютчева. Понятие Родина – это о том, чем мы дышим. Где живут наши родственники, товарищи, друзья. Все мы. Это и Россия, и Украина, и Грузия, и Болгария и любые другие страны. Мы все люди на одной Земле. Так что стоить всем положить автоматы и не слушать политиканов. Это можно сделать на «раз-два». У нас сейчас есть такие рэперы, как Мияги и Эндшпиль, которые поют уникальные тексты про родину: «Салам всем, кто ходит под одним солнцем, по переулкам и дворам. Салют!» А они из Владикавказа и призывают положить всех оружие. Так Отечество и начинается. С хороших людей.

В каждом дворе, в каждом доме живут люди. Работают, получают образование, уважают старших. Так что живите по нормальным «понятиям». Слушайте Мияги и посмотрите фильм Хабенского «Собибор». Это именно о РОДИНЕ!

Сочинение Что такое любовь к Родине?

Родина - важнейшее понятие в жизни каждого человека. Она всегда одна. Ласковая, милая, нежная родина. Ее часто сравнивают с матерью.  Чем старше человек, тем острее чувствуется сопричастность всего, что происходит с твоей страной. С возрастом острее чувствуется разлука с Родиной, радостнее происходит встреча с ней. Почему так происходит?

В народе говорят: Родина – это место, где капнула кровь твоей пуповины. Это – малая родина. Иногда это маленькое село, иногда - большой город. Под словом Родина мы понимаем нашу страну, село, дом, улицу, по которой мы можем пройти с закрытыми глазами, потому, что там все родное и знакомое.  Мы любим природу своей Родины, ее людей, историю своего края, гордимся своей Родиной.  Не существует понятия бедная или богатая Родина.

Что я вкладываю в понятие «Родина»? Это мой дом, где я родился, где меня научили говорить, уважать старших. Это моя школа, где мне дают образование, выводят на чистую светлую дорогу дальнейшей жизни. Это скамейка в школьном саду, куда я пригласил свою одноклассницу, и впервые взял ее за руку. У нашего класса есть заветное место на реке. Каждый год, летом, мы ходим туда в поход с ночевкой. Вечером у костра мы делимся своими мечтами на будущее. Мне кажется у нас все сбудется. Скоро у нас выпускной бал, мы расстанемся надолго, а может быть навсегда. Я гляжу на речку, на своих одноклассников, у меня щемит сердце. Я думал так бывает только с пожилыми людьми. Это я готовлюсь проститься со своей любимой малой Родиной. Я буду приезжать, и встреча будет такой же трогательной, как и прощание.

Недавно прочитал стихотворение казахстанского поэта. Там есть такие строки: «Здесь родился и рос, мир пытаясь объять...». Очень образно. Действительно, в детстве мы все пытаемся объять, не замечая плохого и безобразного рядом с нами. Сейчас я многое вижу по-другому. Я вижу, как много надо сделать, чтобы мой любимый город стал красивее, а его жители счастливее. Я замечаю несправедливость и знаю, что с ней надо бороться. Я не перестаю любить свою Родину. Я хочу изменить мир к лучшему, хочу, чтобы моя Родина была счастливой, светлой и радостной. Давайте работать на благо мира.

6, 8 класс

Другие сочинения:

Любовь к Родине

Несколько интересных сочинений

  • Сочинение на тему Зимняя сказка (3, 4, 5, 6 класс)

    За что вы любите зиму? Ответ очевиден – за красоту. Ведь так прекрасно, когда выходишь на улицу: сугробы, деревья в снегу, земля покрыта белоснежным покрывалом. Это так прекрасно…

  • Смысл названия повести Очарованный странник Лескова

    В 1873 году Н.С.Лесков написал повесть «Черноземный Телемак», но потом по какой-то причине переименовал её. Произведение получило более точное и ёмкое название – «Очарованный странник».

  • Сочинение Мой любимый актер (Хабенский, Депп, Никулин)

    В наше время мало кого можно удивить очередным фильмом. И все мы избалованны количеством выпускаемых картин. Немаловажными факторами отличных работ являются правильно подобранные актеры, сценарий и режиссура.

  • Образ и характеристика доктора Старцева в рассказе Чехова Ионыч сочинение

    Рассказ А. П. Чехова Ионыч - это психологическая картина главного героя, образ которого к концу произведения становится неузнаваемым. Это касается и наблюдений за внешним видом Старцева

  • Образ Лизы в романе Обыкновенная история Гончарова сочинение

    Роман Гончарова «Обыкновенная история – это взгляд человека на окружающие его события, людей и изменение в его характере под влиянием общества и происходящих с ним событий.

Мы тебя научим Родину любить

С тех пор чекисты как вспомнят о патриотизме — так поют «С чего начинается Родина» и даже не понимают, что это чушь несусветная; точнее — припудренное издевательство, написано в насмешку.

Почему вдруг Родина начинается с картинки в букваре? Откройте букварь (если найдёте): картинки маленькие, мутные (клише разъехалось). Да с такой картинки Родина скорее кончится, чем начнётся.

Родина начинается с картинки в букваре? — значит, до того, как сесть за парту, никакой Родины у ребёнка не было. Где ж он был первые семь лет жизни? А ведь к семи годам личность почти окончательно сформирована; усвоены страх, любовь, ненависть — основные человеческие чувства.

Патриотизм — любовь к Родине. Это чувство!

Как преподавать арифметику, физику, суффиксы и префиксы — понятно. Как преподавать нотную грамоту, диезы, бемоли — понятно. Но музыкальный слух не преподаётся; либо есть, либо нет.

Любовь? Можно преподавать про пестики и тычинки, оплодотворение и контрацептивы. Но любовь преподать невозможно, это чувство. Учебника любви не существует. А попытки создать учебник такого рода — все на одно лицо: «Дети, любите корову — источник мяса».

Преподавание патриотизма обречено на провал. Вероятно, главное препятствие — тотальное недоверие школьников к взрослым; нотации и рацеи вызывают лишь насмешки и презрение. Девочки и мальчики черпают модель отношения к жизни в TikTok’e, а не в школе, не в семье и даже не в телевизоре. TikTok — просто и смешно; а больше ничего не надо.

Второе почти неодолимое препятствие — личность преподавателя патриотизма: его язык, интонации, поведение. Дети много знают о своих учителях и ещё больше чувствуют. Они за версту чуют лицемера, садиста (такие, увы, нередки), слабака, который говорит правильные слова, а потом, когда школа превращается в избирательный участок, мухлюет с бюллетенями. В России сорок с лишним тысяч школ; где же взять 40 тысяч учителей патриотизма (хоть по одному на школу)? Или поручим кому попало барабанить формальные лозунги? А у каких предметов отнимем часы, чтобы отдать их патриотизму?

Третье (и может быть, главное): патриотизм, повторим, — это чувство.

Два чувства дивно близки нам,
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
                               Пушкин. 1830.

Родное пепелище — это родной дом (какой бы он ни был), это родной пейзаж; лучше бы деревенский — поле, речка, но и городская улица и родной двор сгодятся. Отеческие гробы — понятно — могила деда.

* * *

Здесь работают патриоты России. Ни одной отечественной машины. Фото: Геннадий Черкасов

«Мы тебя научим Родину любить!» — это всегда звучит как угроза, а не как обещание чего-либо прекрасного. От этой фразы разит казармой, дедовщиной, насилием.

Приказано преподавать любовь к Родине с первого класса. Что оно (дитя) видело за свою детскую маленькую жизнь? Если родители его били, то каждый день или нерегулярно? Рукой, или ремнём, или чем попало? По заднице или по башке?

Оно (дитя) было где-то рядом, пока папа-мама ежедневно смотрели Скабееву, Кеосаяна, Соловьёва, «Пусть говорят» — весь этот визг, похабщину, распутство, убийства, делёж наследства.

С кем поведёшься — от того и наберёшься. Давайте посадим человечка перед телевизором, пусть ежедневно смотрит агрессивную пошлость. — наберётся ли он добра и любви? Наберётся ли он патриотизма (пусть даже там, на экране, сто раз повторят это слово) или он наберётся агрессивности, грубости, бесстыдства? Объяснитесь в любви девушке тем языком и с теми интонациями, с какими телевизор говорит о патриотизме, — она испугается, она подумает, что вы сумасшедший, если говорите о любви с бешенством и злобой.

И вот теперь один или два часа в неделю ребёнка будут учить Родину любить, а остальные полтораста часов в неделю его продолжит учить Родина: улица, телевизор, гаджет.

Мы любим Родину не по учебнику и не благодаря воспитанию в детских заведениях, где сплошь и рядом среди школьных учителей (да и в детском саду) попадаются садисты, унижают, оскорбляют. Мы любим Родину примерно как собаки, которые любят даже жестоких хозяев. А когда научаемся думать, то начинаем сознавать: Родина и государство не одно и то же; государство меняется (Империя, СССР, РФ), а Родина остаётся. Та, которая любовь к родному пепелищу.

Но учить в обязательном порядке решило государство. Вот последний по времени приказ Министерства просвещения РФ «Об утверждении федерального государственного образовательного стандарта общего образования» (ФГОСООО). Приказ датирован 31 мая 2021 года. На первой странице официальный штамп Министерства юстиции РФ: «Зарегистрировано 5 июля». Сначала недоумеваешь: почему так долго, почему понадобилось больше месяца? Ведь всё за одну секунду электронно перепрыгивает из министерства в министерство. Но если начнёшь читать, недоумение скоро проходит. Начинаешь понимать, почему долго.

ФГОСООО начинается с раздела «Общие положения». Вот пункт первый общих положений общего образования:

1. Федеральный государственный образовательный стандарт основного общего образования обеспечивает:

единство образовательного пространства;
преемственность образовательных программ;
государственные гарантии обеспечения получения…

Всего перечислено 23 позиции, из которых мы (экономя место в газете) процитируем всего лишь три.

№5. формирование российской гражданской идентичности обучающихся как составляющей их социальной идентичности, представляющей собой осознание индивидом принадлежности к общности граждан Российской Федерации, способности, готовности и ответственности выполнения ими своих гражданских обязанностей, пользования прав и активного участия в жизни государства, развития гражданского общества с учетом принятых в обществе правил и норм поведения;

№6. сохранение и развитие культурного разнообразия и языкового наследия многонационального народа Российской Федерации, реализация права на изучение родного языка, возможность получения основного общего образования на родном языке, овладение духовными ценностями и культурой многонационального народа Российской Федерации…

Фото: Сергей Иванов

Такого текста (а мы выбрали самые понятные фрагменты в ФГОСООО) 124 страницы. Понятно, почему Минюст месяц с лишним это читал и, скорее всего, в отчаянье бросил — не дочитал.

Мои возможности закончились на третьей странице:

№20. развитие представлений обучающихся о высоком уровне научно-технологического развития страны, овладение ими современными технологическими средствами в ходе обучения и в повседневной жизни, формирование у обучающихся культуры пользования информационно-коммуникационными технологиями (далее — ИКТ), расширение возможностей индивидуального развития обучающихся посредством реализации индивидуальных учебных планов с учетом получения предпрофессиональных знаний и представлений, направленных на осуществление осознанного выбора образовательной программы следующего уровня образования и (или) направленности.

Вообразите, берут школьника и начинают у него или в нём развивать представления о высоком уровне научно-технологического развития Родины посредством реализации представлений, направленных на осуществление осознанного выбора. А в руках у ребёнка осознанно выбранный американский iPhone, на остальном теле китайская одежда, дома корейский телевизор, у папаши осознанно выбранный корейский автомобиль. А если семья побогаче — то немецкий или японский.

Ребёнок, если вдумается в такой текст, неизбежно осознает фальшь.

Но вдуматься сложно. Такой набор слов серьёзно анализировать невозможно. Это чёрный токсичный шум, разрушение языковой ткани. Будто специально уродуется смысл, язык превращается в фарш. От этих параграфов в мозгу остаётся только головная боль. Всё равно, о чём идёт речь; всё равно, что вы пропускаете через мясорубку: красивую бабочку, золотую рыбку, любимую киску или Жучку — в результате фарш. Кто пишет эти тексты, исключающие человеческое понимание?

Может, не стоило бы вводить предмет «патриотизм», отнимать часы у алгебры и химии. Хороший историк (любимый учениками и любящий свою работу), рассказывая о нашей истории, неизмеримо больше сделает для формирования в детях патриотизма, чем мёртвые параграфы ФГОСООО.

...о русском патриотизме с высоких трибун говорят владельцы вилл на Лазурном Берегу, владельцы островов, самолётов и яхт, сделанных не в России. Но эти господа сами речей не пишут. Эти мёртвые речи пишет им Вяленая Вобла, чью биографию и мастерство навечно зафиксировал Салтыков-Щедрин:

Воблу поймали, вычистили внутренности (только молоки для приплоду оставили) и вывесили на верёвочке на солнце: пускай провялится. Повисела вобла денёк-другой, а на третий у ней и кожа на брюхе сморщилась, и голова подсохла, и мозг, какой в голове был, выветрился, дряблый сделался.

— Как это хорошо, — говорила вяленая вобла, — что со мной эту процедуру проделали! Теперь у меня ни лишних мыслей, ни лишних чувств, ни лишней совести — ничего такого не будет!

Затесавшись в ряды бюрократии, она паче всего на канцелярской тайне да на округлении периодов настаивала. «Главное, — твердила она, — чтоб никто ничего не знал, никто ничего не подозревал, никто ничего не понимал, чтоб все ходили, как пьяные! На свете существует множество всяких слов, но самые опасные из них — это слова прямые, настоящие. Никогда не нужно настоящих слов говорить, потому что из-за них изъяны выглядывают. А ты пустопорожнее слово возьми и начинай им кружить. И кружи, и кружи; и с одной стороны загляни, и с другой забеги; умей «к сожалению, сознаться» и в то же время не ослабеваючи уповай; сошлись на дух времени, но не упускай из вида и разнузданности страстей. Тогда изъяны стушуются сами собой, а останется одна воблушкина правда. Та вожделенная правда, которая помогает нынешний день пережить, а об завтрашнем — не загадывать.

* * *

...С тех пор, как полвека назад появилось кино «Щит и меч», стоит чекистам вспомнить о патриотизме — они поют «С чего начинается Родина? С картинки в твоём букваре». Замечательная песня, душевная. Слова написал Михаил Матусовский — еврей из Луганска; музыку сочинил Вениамин Баснер — еврей из Ярославля; а проникновенно спел Марк Бернес (Менахем-Ман Неухович Нейман) — еврей из Нежина. Три случайно уцелевших безродных космополита. Зато — безупречно по-русски. А вот стандарт ФГОСООО написан не на русском, не на американском и вообще не на человеческом языке.

Чтобы заметку о русском патриотизме не кончать тремя евреями, обратимся к всемирно знаменитому произведению всемирно известного и почитаемого русского писателя.

Дело происходит в Филях 1 сентября 1812 года, на шестой день после битвы при Бородине. Чтимый Александром I полководец, генерал, барон Леонтий Бенигсен (Август Готлиб Теофиль фон Беннигсен), с пафосом говорил о невозможности сдать «священную Москву», а значит, необходимо здесь, на подступах к древней столице, дать сражение:

Беннигсен, горячо выставляя свой русский патриотизм (которого не мог, не морщась, выслушивать Кутузов), настаивал на защите Москвы. Кутузов ясно как день видел цель Беннигсена…

Лев Толстой. Война и мир.

Ведь правда же невозможно не морщась слышать тех, кто, имея собственные цели, горячо выставляет свой русский патриотизм.

#влюблённыевкниги: о Родине с любовью

С детского сада мы учили стихи про родину. Потом, в школе, читали Пришвина, Пушкина, Есенина. Учили наизусть про Русь. Часто к этому было такое формальное, немного пренебрежительное отношение. Ну родина, и что? А на самом деле - что? Место, где родился? Или место, где комфортно? Маленький твой городок? Или вся страна? Или весь мир тебе родина? Мы помним, что по этому поводу писали Есенин и Пушкин, а вот что про это пишут современные писатели - знаем ли? В этой подборке три книги наших современников, написавших о родине нашей так точно, пронзительно, глубоко и совсем без пафоса, что после каждой из них есть, о чём подумать, что вспомнить и переосмыслить.

"Избранное", Михаил Тарковский

Рассказы, повести, очерки, стихи

Михаил Тарковский - племянник того самого именитого режиссёра, в юности уехал из Москвы на Енисей, и так прикипел к месту и к людям, что остался здесь навсегда. Герои его рассказов - односельчане, жители посёлка Бахта: охотники, рыбаки, спившиеся аборигены, обычные трудяги, колоритные бабушки и крепкие деревенские бабы. Любовь автора к людям, к природе, месту и родине, к своему делу, такая мощная, что она, как прожектор, освещает, обдаёт теплом всё, о чём он пишет. Обнять хочется его героев, посидеть с ними рядом, послушать их живую, цветастую речь. Великое, мощное, вековое видит он в маленьком старичке дяде Илье, детское и беспомощное в опустившемся биче Ване, свет и упрямую силу в спившемся Парне. В том, как Тарковский пишет о людях столько человеческого, столько распахнутой души и силы, что плакать хочется, честное слово. Какое-то нутряное, главное есть в его рассказах. Ужасно важное и настоящее. Всматривание в суть любящим сердцем. Каждый человек здесь - событие. Каждый больше, чем просто мужчина и женщина. Здесь люди, "умные тем крепким и добрым умом, которым бывают так сильны простые русские люди, хлебнувшие лиха и выжившие внутренним светом". "Есть в этих людях и смелость жизни, и небоязнь смерти. Высшая гордость, способность принять судьбу, какая она есть", "безотчётная гордость за свою жизнь, за это нескончаемое чередование тяжкого и чудного, за ощущение правоты, которое даётся лишь тем, кто погружён в самую сердцевину бытия". У Тарковского - объёмный, масштабный взгляд, охватывающий нашу страну, природу, людей. Осмысление и прочувствование нашей Родины, человека русской культуры. Енисей для него не периферия. Это настоящий центр - и России, и сути, и человека.

"Тоже Родина", А. Рубанов

"Это моя родина; сколько себя помню, тут всё дребезжит и еле катится, однако наши самолёты поднимаются очень высоко, и нас очень любят наши матери". Никогда не думала, что книгу рассказов о "лихих девяностых" буду читать с таким удовольствием. Рубанов пишет про себя. Про время. Про страну, в которой аферисты составляли элиту общества. Про армию, бизнес, драки, "Лефортово" и "Матросскую тишину". И опять про бизнес. Очень специфичный, характерный именно для России 90-х. Про мужчин, которые не жалуются, не ноют, не боятся и не эстетствуют. Которые знают, чего хотят: "Я буду жить, я всё попробую, я везде побываю и всему научусь. Я напишу стихи, песни и романы, у меня будет самая красивая жена, она родит мне одиннадцать сыновей. Я возьму от жизни всё; оставлю немного себе, кое-что отцу, маме, и сестре, а остальное раздам. Вся жизнь, какая есть во Вселенной, протекает через меня, как через трубу; любая попытка поставить преграду кончится тем, что меня разорвёт. Нельзя придерживать, прикарманивать, к себе подгребать, я не такой и никогда таким не стану". Энергичный, сильный, острый, чёткий, мужской слог. Наблюдательность, отсутствие такого привычного в современной прозе сарказма и мифологизма рождает чувство ясности, спокойствия, надёжности. Некоторые места так хорошо, остро, точно написаны, что от восторга и читательского счастья у меня ныло в груди. Это такой отличный портрет эпохи и героя своего времени, что моё неприятие книг на тему 90-х ушло полностью. Очень рекомендую. "Ближе к сорока годам становится понятно, что с родины трудно что-либо получить. Она, как всякая хитрая женщина, всегда норовит отдать натурой. Красотами, берёзами, сиреневыми закатами, кривыми прохладными речками и снегопадами. Ветрами готова отдать, пространствами. Бери, сколько сможешь взять".

"Реки", Е. Гришковец

Очень личная книга для Гришковца. Очень личная книга для меня. Про Сибирь, своё-не своё место, чувство Родины, детство, счастье, воспоминания, людей. Уязвимость и тоска, предельная честность с самим собой и с читателем, поиск ответов на вопросы, на которые ответов нет… Эту книгу я не читала. Эту книгу я слушала. Читал сам Гришковец. И это очень ценно. Есть в этом какое-то ощущение живого диалога, присутствия другого человека рядом с тобой. Человека, которого мучают те же мысли и чувства, что и тебя. Только он сумел их озвучить точно и ясно. И искренне. Не щадя ни себя, ни свои чувства. Несколько раз у меня на глазах выступали слёзы. Чаще - от горечи. Иногда - от точно подмеченных ироничных слов о сибиряках. Книга без квасного патриотизма, без громких слов о России. Но чувствуется в ней очень правдивое отношение к своей Родине, желание найти себя среди мешанины противоречивых ценностей и смыслов. Это настоящая, очень хорошая литература.

границ | «Верни меня на родину живым или мертвым!»: Миф о возвращении среди тюркоязычной лондонской общины

Введение

В классической литературе диаспоры «миф о возвращении» имеет большое значение. Считается, что «миф о возвращении» укоренился в сознании иммигрантов с момента их прибытия. То, что известно как «миф о возвращении» (Анвар, 1979), относится не только к демографическому движению. В социологической и антропологической литературе, несмотря на нюансы, почти все иммигрантские сообщества изображаются как люди, движимые идеей возвращения и одновременно пытающиеся сохранить связи со своей родиной (Dahya, 1973; Jeffery, 1976; Anwar, 1979; Robinson, 1986 ; Shaw, 1988; Van Hear, 1998; Levitt, 2003; Cohen, 2008; Cetin, 2016; Eylem et al. , 2016). Это подчеркивает Дахья (1973), который утверждает, что миф о возвращении действует как связующая сила с целью консолидации родственных границ сообщества и связей с их родиной. Это эмоциональная связь, которую диаспорные сообщества поддерживают со своими родными странами, вокруг которой они пересматривают свою идентичность. С этой точки зрения исследователи диаспоры уже давно обсуждают нарративы диаспорных сообществ в изгнании, которые сосредоточены вокруг концепции дома и возвращения.Однако, как утверждает Холл (1990), диаспорические идентичности - это не статические идентичности, которые можно сохранить только с идеей возвращения.

Диаспора не относится к тем разрозненным племенам, идентичность которых может быть обеспечена только в отношении какой-либо священной родины, на которую они должны любой ценой вернуться, даже если это означает столкновение других народов в море. (…) Диаспора - это идентичность, которая постоянно производит и воспроизводит себя заново через трансформацию и различие. (Hall, 1990: 235)

Хотя теорию называют мифом, потому что она не обязательно связана с осуществимостью возвращения, результаты моих исследований свидетельствуют не только об отсутствии планов возвращения, но и о сдвиге в повествованиях о родине, которые не соответствуют действительности. больше сосредоточен вокруг мифа о возвращении.Ли (1995: 304) утверждает, что «больше не предполагается, что иммигранты резко покидают свою родину». Некоторые из них регулярно путешествуют; некоторые из них путешествуют туда и обратно и / или участвуют в международных рабочих отношениях, живя за границей. Второе и третье поколения, которые не имеют никакого непосредственного опыта или воспоминаний о своей исконной родине, получили первичную социализацию в «принимающей» стране и во время этих посещений вырабатывают ощущение наличия нескольких домов (Аль-Али и Косер, 2002).Я утверждаю, что рассказы о возвращении заменяются регулярными посещениями родины. Время, проведенное в диаспоре вместе с изменениями на своей родине, меняет повествование об их родине. Анализируя постмиграционную мобильность тюркоязычного сообщества в Лондоне и обсуждая значение результатов в свете классических и современных теорий диаспоры, я стремлюсь обеспечить более широкое и глубокое понимание построения идентичности в сообществе.

Методология

Я провел этнографическое исследование, чтобы понять, как члены тюркоязычной общины в Северном Лондоне проявляют свою идентичность через культурные практики в повседневной жизни.Мое исследование ставит вопрос о том, как формируется и поддерживается идентичность в среде диаспоры, и спрашивает: как члены диаспоры ведут переговоры между своей культурой и культурой принимающей страны; как они переосмысливают культурный ландшафт для реализации идентичности; и как коллективная память и повествование о прошлом влияют на чувство принадлежности подрастающего поколения?

Чтобы ответить на эти вопросы, я провел этнографическое исследование, которое состояло из нескольких методов; 10 месяцев этнографических полевых исследований (с 23 сентября 2015 г. по 23 июля 2016 г.), посещения кофеен, не имеющих лицензии, шашлычных, общественных центров, мечетей и оценки различных аспектов культурной жизни сообщества.Кроме того, в течение трех лет моей докторантуры. Исследование Я бродил по улицам Северного Лондона как фланер , живущий в исследовательской среде. Я наблюдал за повседневной жизнью и анализировал визуальные материалы и их отношение к месту и идентичности. Помимо наблюдений, я также использовал устную историю, чтобы собрать опыт и воспоминания сообщества. Большинство членов сообщества были готовы поговорить, поэтому я использовал эту возможность стратегически и анонимно писал анекдоты или рассказы, рассказанные спонтанно.Я также набрал некоторых участников для глубинных интервью, которые я проводил на их рабочих местах или в третьих местах. Всего я провел интервью с двадцатью девятью людьми. Четырнадцать опрошенных были иммигрантами в первом поколении, двенадцать из них - иммигрантами во втором поколении, а трое из них - иммигрантами в третьем поколении. Девять участников были из первой волны турецкой миграции, пятеро из второй волны, одиннадцать из третьей волны и четверо из четвертой волны.В целом восемь участников исследования были киприотами-турками, одиннадцать из них - турками и десять - курдами. С помощью этой выборки я стремился избежать недопредставленности какой-либо группы.

Критерии отбора основаны на целях исследования и вовлечении / взаимодействии с британской культурой. Таким образом, только те члены сообщества, которые проживали в Соединенном Королевстве не менее десяти лет, были приглашены к участию в интервью, однако другие были включены в наблюдения участников.Кроме того, я фотографировал предметы интерьера и одежду моих испытуемых, а также записывал видео о культурных практиках, событиях и ритуалах, чтобы понять использование культурных материалов в представлениях о самобытности. Приняв этот широкий качественный эмпирический подход, я наблюдал за объектами в повседневной жизни, иногда как турист или как фланер , , но всегда как член тюркоязычного сообщества.

Миф о возвращении среди тюркоязычной общины

Результаты моего исследования позволяют предположить две основные причины миграции тюркоязычных людей в Соединенное Королевство; экономический и политический.Согласно этим данным, почти все они приехали в Соединенное Королевство на ограниченный период в мыслях с целью вернуться на родину, как и другие общины диаспоры. Для экономически мотивированной группы основной целью переезда в Соединенное Королевство было накопить достаточно денег, чтобы построить лучшую жизнь в своей родной стране. Поэтому они поддерживают «миф о возвращении» как в качестве мотивации для работы за границей, так и для восстановления своей культурной идентичности. Политически мотивированные группы остались до тех пор, пока этническая и политическая напряженность в их родной стране не снизится.У них более романтичный взгляд на свою родную страну, поскольку им пришлось уехать оттуда, поэтому они видят ее как потерянную землю, и они рассматривают «миф о возвращении» как священное желание в диаспоре (Watson, 1977; Safran, 1991). ; Коэн, 1996). Отъезд экономических мигрантов из своей родной страны не всегда является чисто добровольным, например, во время экономического спада, но это не обязательно означает, что их жизнь находится под прямой угрозой, как политические группы, которые сталкиваются с угрозами во время военного переворота, революции или гражданской войны.Политические беженцы в Соединенном Королевстве обычно отчуждаются в своей стране происхождения после политических изменений или гражданской войны. Все четырнадцать моих участников в первом поколении рассказали, что их страна происхождения изменилась с тех пор, как они уехали, и это, как правило, негативное изменение с их точки зрения. Они хотят вернуться не в современное состояние их родной страны. Вместо этого они желают ностальгической версии своей родины или утопического будущего, в котором политические изменения, которых они желали, были достигнуты.Люди обеих категорий не желают отходить от своих версий родины.

Холл (1990) утверждает, что нет никакого возврата в страну происхождения или корней, потому что диаспоры не могут вернуться. Среди тюркоязычной общины, за исключением некоторых политических субъектов, невозможность вернуться в родную страну не из-за юридических ограничений, а из-за выбора образа жизни. Например, их родная страна изменилась с тех пор, как они уехали, и / или они лично изменились, и они привыкли к образу жизни в Лондоне.Во время наших интервью и бесед большинство участников моего исследования объяснили, что либо они, либо их родители приехали в Соединенное Королевство на ограниченный период времени, но затем они решили остаться, чтобы обеспечить лучшее будущее своим детям. Другое высказанное мнение заключалось в том, что они чувствуют, что больше не могут вписаться в систему Турции или Кипра.

Сообщество, в котором я вырос, - это сообщество турок, которые приехали сюда, изо всех сил пытаясь заработать деньги и вернуться.Итак, было глубокое чувство, что им нужно сбежать из этой страны (Соединенного Королевства) как можно быстрее. Так что особой радости в этом не было. (…) Хотя они пытаются выбраться из Англии и вернуться в Турцию, они очень сильно придерживаются нарратива «но мы должны жить для наших детей». (Мэри, 45 лет, второе поколение, Первая волна, турецкий язык)

Как рассказала Мэри, первое поколение первой волны миграции из Турции и Кипра состояло из экономических мигрантов, которые приехали в Соединенное Королевство, чтобы накопить деньги на вернуться и инвестировать в свои страны.Она скептически относится к заявлениям мигрантов первой волны о том, что они остались в Соединенном Королевстве, чтобы предоставить своим детям лучшие возможности. Она считает, что люди остались, потому что привыкли к жизни в Лондоне и предпочитают ее своей родной стране. Это обсуждение также предлагает повествование о том, что миф о возвращении исчезает из дискурса диаспоры.

Даже политические беженцы, которые приехали в Соединенное Королевство с идеей однажды вернуться на родину, политическая ситуация стала более стабильной и сохранила романтический взгляд на memleket (родина) как на потерянную землю, решили остаться В Лондоне.Они участвуют в политической деятельности в диаспоре, чтобы повлиять на политическую сферу в своих странах и изменить ее из-за границы так, как они хотят (Cakmak, 2018). Однако представление мифа о возвращении среди этой группы также изменилось.

Потому что, когда мы впервые приехали в эту страну, мы экономили каждый пенни, потому что собирались вернуться. (…) Потому что у моих родителей Alevis , и им просто нужно было как бы скрыть это, и они не чувствовали себя в безопасности, и поэтому они начали приезжать сюда на работу, чтобы заработать деньги и иметь достаточно капитала, чтобы купить себе дом в Мерсине, чтобы спрятаться там.А потом они подумали, что это место [Лондон] безопаснее, и остались. (Эла, 37 лет, первое поколение, третья волна, курдский)

Эла и все другие участники алеви (группа религиозного меньшинства в Турции) рассказали мне о проблемах безопасности диаспоры алеви как главной мотивации не возвращаться в Турцию. В отличие от предыдущих работ о диаспорских сообществах, мое исследование не предлагает каких-либо дискуссий о мифе о возвращении, несмотря на относительную безопасность в их родной стране.

Я не планирую провести остаток своей жизни в этой стране; Не думаю, что потрачу здесь зря. Но я не планирую в ближайшее время переезжать в Турцию (…) Мы умрем рано или поздно, лучше умереть там, не так ли? Северный Лондон похож на второй лагерь беженцев. (Ройда, 27 лет, второе поколение, третья волна, курдский язык)

Оставление своей страны происхождения ставит беженцев в состояние «социальной наготы». Эту опасную ситуацию можно описать неопределенным социальным статусом, правами и обязанностями (Bauman, 2002).Как утверждает Агамбен (1998), беженцы подобны « оборотню, » - ни зверю, ни человеку, преступникам, которые могут подвергаться насилию, не подвергаясь правовым санкциям. Лагеря беженцев - это биополитическая зона нечеткости, беженцы запрещены и исключены из общества (Diken, 2004). Несмотря на то, что большую часть жизни прожила в Лондоне, курдская политическая активистка Ройда определила этнические кварталы в Северном Лондоне как второй лагерь беженцев, где община исключена из общества и вынуждена выживать в заключении на всю жизнь.Несмотря на ее политические мотивы и эмоциональную привязанность к курдской земле, ее рассказ не предполагал мифа о возвращении. Она хочет сохранить идею родины, потому что не хочет навсегда поселиться в Соединенном Королевстве. Сравнение с лагерем беженцев относится к временному проживанию в диаспоре до тех пор, пока она не достигнет места назначения; воображаемый Курдистан. Вместо того, чтобы обсуждать возвращение домой, чтобы жить там или изменить его, ее рассказ был сосредоточен на возвращении на родину, чтобы там умереть.Хотя во время моего полевого исследования мне рассказывали истории товарищей из диаспоры, которые вернулись в свои страны и успешно обосновались, это не очень распространено среди сообщества (Келес, 2016). Кроме того, некоторые попытки возвращения среди диаспорических субъектов привели к их переезду или возвращению в Лондон. Некоторые из участников моего исследования рассказали мне свои истории о неудачных попытках обосноваться в своей стране происхождения и «возвращении» в Лондон. В рассказах оба процесса переезда в Турцию для обоснования и возвращения в Соединенное Королевство называются «возвращением», что указывает на их чувство принадлежности к нескольким домам и чувство «промежуточности» (Бхабха, 1994).Следовательно, принятие хронотопического подхода Peeren (2006) при обсуждении диаспоры было бы более точным. При таком подходе «дом» не воспринимается как брошенный, статичный, чистый или нетронутый. Теория хронотопа рассматривает диаспорическую идентичность как многомерное понятие, а не просто сосредотачивается на статичном доме и хозяине, которые можно получить или потерять. Есть несколько сайтов внутри и за пределами родной страны и приемного дома.

Я переехал домой, в Турцию, на десять лет. Я начал там бизнес.Во время кризиса 2010 года я потерял около 6 миллионов фунтов стерлингов. Пришлось все продать, чтобы расплатиться с долгами. А потом я захотел вернуться домой, в Лондон. (Мэри, 45 лет, второе поколение, первая волна, турчанка).

Мэри переехала в Турцию из Лондона, чтобы заново усыновить свою исконную родину. Тем не менее, проведя там 10 лет, она вернулась в Лондон, который считает своим «настоящим» домом. Я утверждаю, что у нее несколько домов, что свидетельствует о ее множестве идентичностей. Для представителей диаспоры второго поколения переезд в Турцию или на Кипр сродни осуществлению планов их родителей.Однако для третьего поколения поселение в Турции или на Кипре означает исполнение пророчеств их предков, «возвращаясь» в «землю обетованную» после исхода года и года. Молодое поколение не знакомо с институтами или социальными нормами Турции или Кипра. На самом деле это не возвращение, а переезд на чужой ландшафт и объединение с обществом, с которым у них очень мало общего. Мэри - не единственная участница исследования, которая рассказала мне о неудавшейся попытке переезда в Турцию среди вторых поколений.Некоторые другие участники более молодого поколения сказали мне, что они рассматривали возможность переезда в Турцию или на Кипр в определенные моменты своей жизни, а затем отказались от этого. Поэтому я утверждаю, что рассказы о родине переместились от заброшенной прародины к множеству домов, что не может объяснить «миф о возвращении».

(…) до того, как я начал учиться в докторантуре, у меня было два варианта. Моя тетя - депутат парламента на Кипре, так как я адвокат, я получил от нее предложение поехать и поработать для нее на Кипре, работать с некоторыми неправительственными организациями и т. Д.Я думал, это будет моим интересом. Итак, я поехал, Боже, много лет назад, должно быть, это был 2008 год. Я поехал на Кипр, чтобы решить, могу ли я пожить там какое-то время. Я приехал на неделю, встретился с бабушкой и дедушкой, посмотрел квартиры, поговорил с тетей о том, на что может быть похожа эта работа. И решил: «Я не могу здесь жить!» (Смеющийся). (…) Так что это был единственный момент, когда я думал об этом, но думал, что не смогу этого сделать. У меня нет никакого стремления быть там. Я лучше буду жить в Соединенных Штатах. (Мельтем, 30 лет, третье поколение, первая волна, киприот-турок)

Мельтем рассказала мне, что некоторые из членов ее семьи проживают в Таиланде и других частях света, и что она путешествует по всему миру, чтобы навестить их.Учитывая эти аспекты, ее идентичность может быть определена как глобальная элита или космополит, а не диаспорическая идентичность, которая может быть завершена только с возвращением на родину. Как утверждает Бхабха (1994), культурные встречи приводят к гибридизации культурных идентичностей, особенно для транснациональных сообществ. Для таких участников, как Мэри и Мельтем, у которых есть культурный капитал, позволяющий адаптироваться к различным культурным ландшафтам, множественные идентичности в себе не конфликтуют, и один не теряет идентичность, адаптируясь к другому.Пространство диаспоры - это третье пространство , где культуры взаимодействуют и гибридизируются, где создается промежуточная идентичность (Бхабха, 1994). Основываясь на этом анализе, я предполагаю, что участницы женского пола с формальной квалификацией и знанием английского языка, такие как Мэри и Мельтем, демонстрировали более сильное чувство принадлежности к Лондону как их приемному дому по сравнению с участницами женского пола без квалификации. Хотя эти участники приехали в Соединенное Королевство с первой волной турецкой миграции, аналогичное отношение проявляют и участники более поздних волн.Среди участников-мужчин было больше патриотических настроений по отношению к Турции или Кипру, даже среди более космополитических или элитных субъектов. Это предполагает владение родиной на уровне дискурса. Согласно этому дискурсу, Турция или Кипр являются их родиной, хотя они не планируют туда возвращаться. Предполагаемый и ощущаемый симбиоз между определенным участком Земли и его сообществом, как утверждает Смит (1986), более строго проявлялся участниками мужского пола.

Проведя десятилетия в Лондоне и приняв его в качестве своего нового дома, возвращение в страну происхождения - непростой процесс даже для мигрантов первого поколения, которые планировали остаться в Соединенном Королевстве на ограниченный период (см. Smith and Guarnizo, 1998 ).Мустафа рассказал, что некоторые из тех мигрантов в первом поколении, которые пытались вернуться на Кипр, в конечном итоге вернулись в Лондон.

Некоторые из нас вернулись, но большинство из них вернулись сюда, потому что привыкли здесь жить. Кроме того, на Кипре все знают друг друга и говорят о том, кто чем занимался, это маленькое место. И здесь лучше и социально, и экономически. Итак, мы перестали говорить о возвращении. Мы знаем, что этого не произойдет. (Мустафа, 83 года, первое поколение, первая волна, киприот-турок)

Несмотря на то, что миф о возвращении очень часто упоминается в литературе диаспоры, большинство участников моего исследования сказали мне, что у них нет никакого плана или желания переехать в Турция или Кипр:

Вся моя семья по материнской линии живет в Лондоне.Не думаю, что кто-то из них собирается вернуться в Турцию. Мы знаем, что нам здесь место. Здесь мы привыкли к системе и образу жизни. (Эфе, 26 лет, третье поколение, первая волна, турецкий)

Как показывают результаты моего исследования, большинство членов тюркоязычного сообщества решили остаться в Соединенном Королевстве и сделали его своим постоянным домом. Причина в том, что их страна происхождения изменилась с тех пор, как они уехали, и они привыкли к космополитической культурной среде Лондона.Кроме того, встречи с иностранными культурами и духом времени постмодернистской и глобальной эпохи сломали барьеры закрытых идентичностей, уходящих корнями в землю обетованную, которая могла быть достигнута только путем возвращения на родину предков (Hall, 1990). Тем не менее, я не утверждаю, что миф о возвращении - это совершенно неверная концепция, и каждое сообщество является космополитичным в глобализированном мире. Однако я утверждаю, что классическое определение диаспоры применительно к евреям, армянам и грекам не может быть применено к большинству современных сообществ мигрантов для анализа историй о родине.В этом смысле мое исследование вносит важный вклад в эту область, предлагая современную интерпретацию мифа о возвращении и чувстве принадлежности среди тюркоязычных сообществ в Лондоне.

Во время интервью никто из моих участников не рассказал мне о текущих обсуждениях и / или планах по возвращению в Турцию или на Кипр. Результаты моего исследования показывают, что рассказы смещаются от мечтаний и планов вернуться на родину к регулярным поездкам в страны их происхождения на каникулы.Следовательно, я утверждаю, что «миф о возвращении» среди тюркоязычного сообщества в Лондоне трансформируется в краткосрочные ежегодные доходы во время отпусков. То, что Хан (1977) называет «миграционными учреждениями» - туристическими агентствами, связывающими диаспору с родиной. Иммигранты регулярно выезжают на отдых в страны происхождения. По данным Williams et al. (2000), эти эпизодические праздники действуют как ступенька к постоянному возвращению, но просто разыгрываются как иллюзия возвращения. Однако я утверждаю, что эти визиты смягчают их желание вернуться (см. Также Хан, 1977; Али и Холден, 2006).Предоставляя эти услуги, миграционные институты не только извлекают выгоду из этнической экономики, но и трансформируют диаспору. Поскольку повествование изменилось среди диаспоры, в настоящее время институты миграции продвигают продажу летних домов в Турции или на Кипре, позволяя диаспорам иметь несколько домов.

Многие иммигранты сохраняют связь как со странами происхождения, так и со странами пребывания, в социальном, культурном, экономическом и политическом плане, вместо того, чтобы разрушать привязанность друг к другу.Некоторые мигранты принимают активное участие в национальной политике, экономике и религиозной жизни, в то время как другие активно участвуют в жизни страны проживания и участвуют в определенных транснациональных мероприятиях, таких как экономические инвестиции (см. Levitt, 2003). Существуют различные уровни трансграничного взаимодействия и мобильности дома-хозяина. Например, есть некоторые члены общины, которые внимательно консультируются и / или следят за религиозными лидерами в своей стране происхождения. Они активно участвуют в религиозной жизни (духовной жизни) своей страны.Кроме того, некоторые члены сообщества регулярно путешествуют, в то время как некоторые из них ездят туда и обратно и / или занимаются транснациональным бизнесом, живя за границей. Кроме того, как рассказали участники моего исследования, многие члены сообщества владеют недвижимостью в своих городах или деревнях, в которую они изначально инвестировали в рамках плана по поселению в Турции или на Кипре после выхода на пенсию. Таким образом, они сохраняют свои позиции как в родной стране, так и в принимающей стране. Среди участников моего исследования восемь владели недвижимостью в Турции или на Кипре.Однако по мере того, как миф о возвращении исчезает, владение недвижимостью служит цели создания у молодых поколений чувства принадлежности к родной стране. Важность визитов на родину для лучшего понимания турецкой, курдской или кипрской культуры и передачи ее молодым поколениям подчеркивается всеми четырнадцатью участниками в первом поколении.

Мы всегда призываем наших членов (Курдский общественный центр) брать с собой детей во время посещения Турции и показывать им свои деревни, а не разрывать эту связь со своей землей.Кроме того, мы рекомендуем людям покупать дома в своих деревнях, даже если они приезжают только раз в год. Поэтому, по крайней мере, их дети будут знать, что земля и страна принадлежат им. Мы хотим, чтобы они сохраняли эти связи с Курдистаном и посещали его, чтобы обучать своих детей нашей культуре, обычаям и традициям. (Махир, 57 лет, первое поколение, третья волна, курдский)

Хотя в Лондоне воспроизводится турецкая, курдская или кипрская культура, большинство членов общины считают, что страна происхождения - это место, где их культура живет аутентично.Ежегодные визиты в их родную страну имеют целью увидеть расширенную семью, а также обучить культуре и обычаям молодое поколение. Махир, политически активный член курдской общины в Лондоне, говорил о политической важности визита в Турцию. Его беспокоит не только культурная самобытность молодых поколений, но и связь курдской идентичности с землей или почвой. Как диаспора, он не желает покидать свою родину и хочет сохранить за собой право когда-нибудь там жить.Однако он еще не переехал туда и откладывает свое возвращение на неизвестную дату. Для курдской диаспоры очень важно владение недвижимостью в курдских регионах Турции, поскольку процесс строительства курдской нации продолжается, а границы Курдистана еще не установлены. Таким образом, наличие дома, который они будут посещать раз в год, означает, что курдская земля принадлежит им. Однако это политическое действие относится к проявлению солидарности с другими курдами на родине или принадлежности к курдской государственности, а не к мифу о возвращении.

Туризм в турецкоязычной общине основан на посещении Турции или Кипра каждые изин (отпуск). Как показывают результаты моего исследования, многие из тюркоязычных иммигрантов, особенно из первого поколения, поддерживают свои сентиментальные связи со своей родной страной путем регулярных посещений. 15 участников моего исследования, 11 из которых являются мигрантами в первом поколении, отметили важность регулярного посещения Турции или Кипра. Бальдассар (2001) ввел термин «повторные посещения» для описания миграционного опыта итальянской диаспоры в Австралии в страну происхождения.То, что Левитт (2003) называет «путешествиями по корням», относится к посещению родины предков и повторному знакомству с родственниками. С другой стороны, посещения родной страны не ограничиваются посещением семьи и родственников. Есть несколько прагматических причин, таких как посещение курортов и исторических мест для удовольствия, где еда, музыка и культура знакомы им по вкусу, или для покупки товаров и использования более дешевых услуг, таких как частные медицинские или стоматологические услуги.

Ну, езжу туда 3–4 раза в год.Но обычно я не хожу в деревню и не задерживаюсь там надолго. Я знаю по предыдущему опыту, как это бывает скучно. Так что, максимум, я езжу на несколько дней, а потом на отдых, например, на пляж, а потом возвращаюсь. Я предпочитаю ехать туда на каникулы, потому что мне нравится ехать в Турцию. Я люблю пляж, люблю погоду, люблю еду и людей. Так что в основном я получаю удовольствие от отпуска. Я бывал в других местах отдыха, но это не то же самое. Я ездил в Испанию и Францию.Мне это не понравилось. Так что я всегда предпочитаю возвращаться домой в Турцию на отдых. (Гизем, 30 лет, второе поколение, Вторая волна, курдский)

Участники второго и третьего поколения подходят к визитам в Турцию или Кипр прагматично. Гизем и Алиса объяснили, что они посещают Турцию только как место отдыха, где они знакомятся с культурой и едой из своих ежегодных посещений. Я утверждаю, что эти посещения нельзя классифицировать как то, что Baldassar (2001) и King, et al. (2000) называют «повторные посещения», потому что посетители не придают сентиментального значения так, как это делают мигранты в первом поколении.

Некоторые члены сообщества заняты на транснациональной работе, которая включает посещение своей родной страны для покупки или продажи товаров и продуктов. Некоторые из них привозят культурные продукты из своей страны и продают их в Лондоне. Возвращенные предметы включают еду, напитки, одежду, украшения и литургические предметы.

Итак, я вырос в культуре, мой отец был одним из первых, кто импортировал турецкую музыку, кассеты, книги, тестпих, (четки), костюмы для обрезания (смеется) и все то, что культурно происходило из Турция.(Экрем, 57 лет, второе поколение, первая волна, киприот-турок).

Экрем рассказал мне о влиянии турецкой музыки на него, когда он рос. Он из первой волны, поэтому в детстве в Лондоне не было ни яркой турецкой культуры, как сегодня, ни спутникового телевидения для просмотра турецких мыльных опер. Таким образом, эти импортированные культурные продукты сыграли значительную роль в формировании идентичности сообщества.

Несмотря на то, что некоторые тюркоязычные мигранты покинули Турцию или Кипр 20–40 лет назад, современники не забывают о них, и они узнают о жизни на родине, посещая или спрашивая любого, кто посетил ее недавно.Те, кто посещают, информируют других о том, что происходит в memleket , и таким образом они сохраняют рассказы о доме живыми.

Некоторые иммигранты посещают страны своего происхождения для заключения брака. Некоторые молодые члены общины посещают свою родную страну и сами находят партнеров, в то время как для некоторых других родители принимают меры для своих детей и находят потенциальных партнеров из своих родных городов или деревень. Я утверждаю, что этот вид этнической эндогамии направлен на обеспечение непрерывного воспроизводства идентичности и традиций (см. Böcker, 1994).

Обратные посещения: шаблоны посещения родины

Некоторые члены тюркоязычной общины экономят свои деньги и ежегодно отправляются на летние каникулы на родину почти как ритуал (Мехмет, Бегум, Гюлер, Тюркан, Ясар, Эла, Эмель, Кемаль). Турция или Кипр - это также место, где они забывают повседневные заботы диаспорной жизни и возвращаются к себе, чтобы насладиться сладкими воспоминаниями о прошлом. Основываясь на аргументе Элиаде (1987) и Маргри (2008), я утверждаю, что эти ритуальные посещения представляют собой мирских паломничеств .Маргри (2008) утверждает, что те, кто совершает паломничество, ищут встречи с конкретным культовым объектом в святыне, чтобы получить духовные, эмоциональные или физические исцеляющие преимущества. В моем исследовательском случае мигранты посещают свою родину, чтобы избежать мирской среды диаспоры, чтобы получить духовный и ностальгический опыт воспоминаний о своей исконной земле и либо исцелить кризис своей идентичности, либо помочь в построении идентичности подрастающего поколения. Поэтому я утверждаю, что Турция или Кипр освящены ностальгией по прошлому и образами, представляющими или напоминающими культурную самобытность.Паломники диаспоры путешествуют не ради неба или других трансцендентных благ, а для того, чтобы найти помощь в решении своих экзистенциальных вопросов или вопросов идентичности, связав свою идентичность с коллективной памятью и исконной родиной. Посещение родственников имеет большее значение, чем просто сохранение социальных сетей; это укрепляет чувство принадлежности к нации. В этих дихотомических отношениях Турция или Кипр с символами и воспоминаниями, которые они несут, представляют священное, в то время как жизнь диаспоры в Лондоне связана с мирскими индивидуальными проблемами.

Такое ощущение приехать в Турцию! [Эйфорично] Позвольте мне рассказать вам анекдот, турок, живущий в Германии, видит припаркованную на улице машину, приехавшую из Турции. Он снимает колпачок с клапана шины, начинает спускать воздух из шины и вдыхает воздух. Хозяин машины видит его и спрашивает, что ты делаешь, хемшерим (соотечественник)? Мужчина отвечает, я чувствую запах memleket (родина). Наш случай похож на тот, когда я приезжаю в Турцию, я чувствую себя счастливым. Переход на memleket для меня особенный! (Ясар, 54 года, первое поколение, вторая волна, турецкий).

Ясар был полон энтузиазма и эйфории, когда рассказывал о своих визитах в Турцию. Его цитата резюмирует романтические взгляды консервативных турецких экономических мигрантов на Турцию. Согласно этой точке зрения, даже воздух и почва Турции идеализированы, и вдыхание ее воздуха или прикосновение к ее земле метафорически относится к воссоединению с Турцией. Поэтому они посещают Турцию каждые изин (отпуск), чтобы удовлетворить свое желание познакомиться с Турцией и ее культурой. Во время наших бесед в ходе интервью я спрашивал своих участников о посещениях их родных стран и составлял схемы их посещения следующим образом:

Частые путешественники : те, кто все еще прочно привязан к родине.У них есть земля или собственность в своем родном городе или деревне, и они регулярно перемещаются между родной и принимающей странами. Периодические путешественники посещают свою родную страну в течение одного и того же периода года (ежегодно и обычно в летнее время) в качестве долга или разновидности мирского паломничества. Путешествующие с перебоями - это те иммигранты, чья жизнь корнями уходит в основном в принимающую страну, и которые время от времени посещают свою родную страну. Однако они поддерживают связь с людьми на родине и отслеживают жизнь общины на родине, запрашивая отчеты у тех, кто недавно ее посетил.Однако у них нет времени, денег или энтузиазма, чтобы часто бывать в своей стране. Беглецы - это люди, бежавшие из своей страны по разным причинам и укрывшиеся в Соединенном Королевстве. Их положение нестабильно, и им не разрешается посещать Турцию или Кипр в течение определенного периода (до тех пор, пока они не получат вид на жительство от британских властей) или даже при жизни (в случаях, когда они осуждены турецкими властями за политические или политические преступления). насильственные преступления).Любой член тюркоязычного сообщества любого поколения, волны или этнической группы может быть частью любой из этих категорий, поскольку эта классификация основана на практике путешествий и перформативности, а не на присвоенном статусе.

Частые путешественники

Частые путешественники посещают родину более одного раза в год по делам или на отдых. Однако они, как правило, остаются здесь на более короткий срок по сравнению с периодическими путешественниками. Их посещения обычно не более недели.В основном это те, кто имеет финансовое обеспечение и статус законного резидента в обеих странах, что позволяет им путешествовать без каких-либо проблем. Они предпочитают посещать туристические места своей родной страны, а также финансовые центры, а не посещать свои родные города или деревни.

Я много раз в течение года езжу в Турцию на несколько дней по делам. Также, когда у нас перерыв в работе, мы говорим о поездках в какие-то европейские страны. Но в конце концов, мы говорим: давай, что мы будем делать в Германии или Бельгии? Поехали в Стамбул на три дня и остынем.(Эфе, 26 лет, третье поколение, первая волна, турецкий)

Частые путешественники часто посещают Турцию или Кипр, потому что они знакомы с ними и им нравится их культура. Однако подход Эфе к Турции не является романтическим. Он объяснил, что дешевле поехать на отдых в Турцию, и что ему не нужно беспокоиться о том, чтобы заблудиться или найти еду на свой вкус. Хотя эти регулярные посещения можно определить как «повторные посещения» (см. Baldassar 2001), они не служат ступенькой к постоянному возвращению.Вместо этого эти эпизодические посещения и повествования о посещениях заменяют миф о возвращении.

Периодические путешественники

Посещение родины в каждом изин (отпуск) также часто упоминалось моими участниками. На многих собраниях тюркоязычных людей возникает тема путешествия в Турцию или на Кипр. На этих собраниях обсуждаются недавние поездки, и будущие поездки планируются или мечтаются (см. Mandel, 1990). Основные часы таких периодических посещений - во время летних каникул или в религиозные дни, такие как Ид.Продолжительность этих периодических посещений варьируется от двух недель до двух месяцев.

В июле здесь (Северный Лондон) никого не найдешь в течение 4–6 недель до открытия школ. Все едут в Турцию. (Ясар, 54 года, первое поколение, вторая волна, турецкий).

Как сказал мне Ясар, многие члены тюркоязычной общины ежегодно посещают Турцию или Кипр. Особенно это касается экономических мигрантов, которых они с нетерпением ждут и откладывают на них в течение всего года.

Многие мигранты в первом поколении подчеркивали важность посещения их родной страны, чтобы пообщаться как с семьей, так и с друзьями, которых они оставили, а также для создания чувства принадлежности, которое может передаваться молодым поколениям.Таким образом, мигранты в первом поколении стремятся сформировать мнение молодого поколения о своей стране и передать им турецкую, курдскую или кипрскую идентичность. Семьи налаживают регулярные контакты со своей родной страной, чтобы их дети воспроизводили их национальную идентичность или лучше узнавали своих соотечественников на родине. У этой практики есть два мотива; первое знакомство детей с семьей на родине и укрепление их связей с соотечественниками. Во-вторых, посещение пожилых членов семьи и родственников является обычай турецкой традиции, особенно в сельских районах Турции.Посещая родину своих предков, они заново знакомятся с родственниками, поэтому эти посещения также можно назвать «путешествиями по корням» (см. Levitt, 2003).

Более того, тюркоязычные мигранты экономят деньги, чтобы поехать в Турцию или Кипр на летние каникулы, почти каждый год в ритуальной манере. Турция или Кипр также являются местом, где они забывают о стрессе деловой жизни от жизни в чужой культурной среде и возвращаются к себе, поэтому я называю эти посещения « мирских паломничеств » (см. Элиаде, 1987; Маргри, 2008). .

Как сказал Бегум, мигранты в первом поколении придают сентиментальное значение посещению своей родной страны, например, преодолению разрыва между молодыми поколениями и их предками. Таким образом, они стремятся укрепить коллективную память и воспроизвести культурную идентичность. Однако частота и продолжительность визитов на родину уменьшаются по мере взросления детей.

Когда мы были детьми, как только были летние каникулы, мы летели на Кипр и вернулись 31 st августа, когда мы вернулись в школу первого сентября.Теперь это как неделя, десять дней и все. Увидеть бабушек и дедушек, тетушек, дядюшек, двоюродных братьев, пойти на пляж и вернуться домой. (Мельтем, 30 лет, третье поколение, первая волна, киприот-турок).

Одиннадцать участников исследования, которые являются иммигрантами в первом поколении, упомянули, что у них есть дом в деревне своего родного города или на курорте, в котором они останавливались во время периодических посещений, а также нечеткий план поселения там в будущем. Они строят дома в своей родной стране, что приводит к показной репутации хвастовства богатства, которое они приобрели благодаря своему диаспорическому опыту (аналогичное исследование бангладешского сообщества см. Gardner and Ahmed, 2006).

Путешествующие с перерывами

Некоторые члены тюркоязычной общины реже посещают свою страну происхождения, например, раз в несколько лет. Одной из наиболее частых тем в анализе интервью было отсутствие интереса молодых поколений к поездкам на родину, о чем рассказывали иммигранты в первом поколении. Кроме того, члены сообщества во втором и третьем поколении часто описывали свои родные города или деревни как место, откуда приехали их родители или бабушки и дедушки, а не как свою родину.Почти все они описали родные города или села как неинтересные и сказали, что посещают их только раз в несколько лет, чтобы увидеться с родственниками по семейной необходимости.

(…) может быть, раз в два года мы посещаем, потому что у нас есть пожилые родственники на Северном [Кипре], поэтому мы туда ходим. В последний раз я был два года назад. (Алиса, 27 лет, третье поколение, первая волна, киприот-турок).

Десси (2008), Ротштейн (2000) и Нориэль (1995) утверждают, что коллективная память по-прежнему вызывает общее социальное поведение.Однако мои выводы опровергают их аргументы и демонстрируют, что влияние коллективной памяти на поведение молодых поколений очень ограничено. Второе и третье поколение не часто бывают в Турции. Почти все молодые поколения описывали родные города или деревни своих родителей как непривлекательные и неинтересные. Желание мигрантов первого поколения посетить свою родную страну уходит корнями в детские или юношеские воспоминания, тогда как у второго и третьего поколений есть истории о своих родителях в их коллективной памяти, однако их личный опыт противоречит этим историям.Поэтому, когда они стареют, они теряют интерес к деревням родного города своих родителей.

Беглецы

Как утверждает теория Кунца (1981), при любой волне беженцев люди сталкиваются в принимающей стране по-разному, в зависимости от их маргинальности в пределах своего бывшего родного округа или отождествления с ним. Кунц классифицирует перемещенные сообщества по трем категориям. Первая группа состоит из идентифицированных большинством, которые с энтузиазмом идентифицируют себя с нацией, которую они оставили.Вторая группа состоит из отчужденных от событий беженцев, которые неоднозначны или озлоблены в своем отношении к своим бывшим соотечественникам, таким как религиозные или этнические меньшинства, которые подверглись маргинализации или дискриминации со стороны большинства населения страны происхождения. Третья группа состоит из самоотчужденных беженцев, которые по разным идеологическим причинам не желают идентифицировать себя со своей родной нацией (см. Al-Rasheed, 1994; Weiner, 1996; Bloch, 2002).

В некоторых случаях иммигрантам не разрешается посещать их родную страну в течение многих лет по политическим причинам, вопросам правового статуса или продолжающейся гражданской войны в стране их происхождения.Все политические беженцы рассказали, что не могли посетить Турцию или Кипр в течение многих лет после приезда в Соединенное Королевство либо из-за текущих дел / судебных процессов, осуждения из-за политической деятельности, либо из-за двусмысленности их правового статуса в Соединенном Королевстве в качестве убежища. ищущие. Эта последняя причина была очень распространена, особенно среди курдов и алевитов. С другой стороны, киприоты-турки пережили этническую чистку и гражданскую войну на Кипре, и они не могли посетить свою родную страну во время беспорядков.Кроме того, Кипр теперь разделен после гражданской войны, в результате которой греки живут на юге острова, а турки - на севере. Те турки-киприоты, которые раньше жили на юге острова, были вынуждены покинуть свои родные города или деревни, и им не разрешалось возвращаться с визитом в течение десятилетий. Результаты моего исследования показывают, что те, кому не разрешено посещать свою родную страну, романтизируют ее сильнее. Махир, курдский активист, каждую ночь, ложась спать, рассказывает о своем родном городе в курдском регионе Турции.Когда он рассказывал о своем единственном визите в Турцию за 24 года, его глаза загорелись радостью и волнением. Кроме того, некоторые из опрошенных политических беженцев сбежали из Турции или Кипра, поскольку они были осуждены за политические преступления и не имели права посещать свои страны в течение десятилетий:

Я получил свой британский паспорт очень быстро, однако я не смог поехать в Турцию в течение 11 лет из-за продолжающихся там судебных процессов. (…) Моя мама умерла, когда я был здесь, и я посетил ее могилу десятью годами позже… (Казым, 54 года, первое поколение, вторая волна, турецкий)

Когда Казым рассказывал свою историю, глаза Казима наполнились слезами; он сделал большой глоток пива и ушел, оставив kahvehane (турецкая кофейня) плакать снаружи.Хотя участники этой группы подходят ко второй категории беженцев Кунца (1981), отчужденных от событий, как показывают примеры Махира, Казима и Рожды, политически активных членов сообщества, особенно тех, кого преследуют в Турции за их активность, демонстрируют более сильное чувство принадлежности и романтизированный взгляд на Турцию как на свою родину. Это относится к мигрантам в первом и втором поколении из любой волны миграции и любого пола. Следовательно, их мифы относятся к возвращению к воображаемой версии родины.

В дополнение к этим четырем категориям схем посещения родины, есть несколько пожилых пенсионеров, которые живут от трех до шести месяцев в Турции или на Кипре, а остальную часть года проводят в Соединенном Королевстве. Таким образом они утоляют тоску по родине и не отстают от своих детей и внуков, живущих в Соединенном Королевстве.

Некоторые люди из первого поколения испытали серьезные травмы во время гражданской войны на Кипре или в Турции, и они не посещали свою родную страну с тех пор, как уехали.Кроме того, есть некоторые исключительные случаи, когда люди второго или третьего поколения «турецкого происхождения» (в основном дети от смешанных браков) никогда не были в Турции или на Кипре за всю свою жизнь. В основном это люди, которые слабо идентифицируют себя как турки, потому что они не считают Турцию или Кипр своей родиной, а считают их прародиной одного из своих родителей.

В случаях как Алисы, так и Боба они разделяют травмирующий опыт гражданской войны в своей коллективной памяти. У них Кипр ассоциируется с этой травмой, которую они хотят оставить позади.Бабушка Алисы не вернулась на Кипр после того, как они приехали в Соединенное Королевство, а бабушка и дедушка Боба вообще не говорят о Кипре. Он даже не знал, в каком городе родилась его мать, до ее смерти.

Посмертное путешествие тела: еще одна форма мифа о возвращении «Верни меня на родину живым или мертвым!»

Как я уже говорил выше, «миф о возвращении» или, другими словами, желание поселиться в родных странах превратился в эпизодические праздники, которые разыгрывают иллюзию возвращения (Williams et al., 2000). Тем не менее, некоторые сентиментальные связи со страной происхождения или проживающей там семьей по-прежнему часто высказывались участниками исследования. Это чувство обозначается как özlem , что по-турецки означает тоска.

Я живу в Англии, скучаю по своей стране, своей семье. Я просыпаюсь по ночам, скучаю по своей стране, своей земле. (Махир, 57 лет, первое поколение, третья волна, курдский).

Элиф, женщина во втором поколении, провела детство в Лондоне, находит родной город своих родителей скучным и не хочет ездить в Турцию каждое лето.И все же она чувствует özlem для Турции. Я утверждаю, что это чувство özlem по отношению к месту, которое она не желает посещать или возвращаться, является ностальгией по плацебо (Poupazis, 2014), которая проистекает из коллективной памяти. Однако ощущение Махира özlem представляет собой комбинацию романтизированных и политизированных взглядов на его потерянную родину. Ему не хватает курдской земли и воображаемого Курдистана, за который он боролся.

Как я уже говорил, повествование мифа о возвращении изменилось.В дополнение к рассказам о повторных посещениях или мирских паломничествах, некоторые участники рассказали о своем желании быть похороненными в своем родном городе или деревнях после смерти. Большинство участников исследования в первом поколении выразили желание вернуться в страну происхождения до того, как они умрут, или быть похороненными там после смерти.

Несмотря на то, что я гражданин Великобритании, я принадлежу этой стране (Турция). Если я не пойду туда живым, только Аллах знает, что будет завтра; мое тело обязательно попадет туда, живое или мертвое.(Тюркан, 51 год, первое поколение, вторая волна, турецкий)

Я свидетельствовал своим детям, что после моей смерти они похоронили меня в Курдистане. Я не могу оторваться от этой земли. (Махир, 57 лет, первое поколение, третья волна, курдский)

Перемещение тела из Соединенного Королевства в Турцию - дорогостоящий процесс, и в этом нет никаких религиозных требований. В Великобритании специально отведенные места на кладбищах выделены для мусульман, и нет никаких ограничений на то, чтобы мусульман хоронили на немусульманских кладбищах.Кроме того, в исламской вере местоположение не имеет никакого отношения к отправлению молитвы, и поэтому люди могут молиться из Турции или Кипра за тех, кого похоронили за границей. Однако для членов общины быть похороненным на родине имеет символическое значение. Я утверждаю, что этот рассказ заменил миф о возвращении и воспринимается как возвращение к своим корням или как демонстрация принадлежности. Кроме того, некоторые члены общины считают захоронение тел на родине своим последним долгом по отношению к своим близким.Для них передача тел умерших, кажется, отвечает высшему желанию каждого мигранта: вернуться на родину. Этот аргумент является еще одним оригинальным вкладом моего исследования в литературу о диаспоре, поскольку он никогда ранее не обсуждался подробно.

Ну, некоторые люди хоронят здесь своих умерших членов семьи. Ничего страшного, на большинстве христианских кладбищ есть участки, отведенные для мусульман. Но быть похороненным в мусульманской стране - другое дело. Я отправился в паломничество в Мекку, но даже не хочу, чтобы меня там похоронили.Я хочу, чтобы меня похоронили на родине. Вы бы не хотели, чтобы вас похоронили в Турции? Ваши родственники будут молиться за вас, когда будут посещать кладбище. Кладбище находится в центре нашего села, поэтому, когда люди проходят мимо, они могут помолиться за вас. Мы говорим, верните меня на родину живым или мертвым, понимаете. Мы не хотим, чтобы даже наши трупы оставались здесь вечно. (Ясар, 54 года, первое поколение, вторая волна, турецкий)

В ответ на эти требования Турецкий религиозный фонд (TRF) создал фонд солидарности похоронных служб, чтобы помочь турецким гражданам, проживающим за границей, репатриировать тело члена своей семьи. в их деревню.Филиал TRF в Великобритании предлагает ту же услугу тюркоязычным людям, живущим в диаспоре. Этот фонд работает как форма страхования, при которой люди платят ежегодно за себя или свою семью и в случае их смерти; Турецкий религиозный фонд покрывает все расходы на похороны и отправляет умершего в его родной город или деревню. Ясар выразил свое восхищение этой услугой:

Стоимость похорон в Лондоне составляет около 3000 фунтов стерлингов. Если вы перевезете тело в Турцию, это будет стоить около 5000 фунтов стерлингов.Но если вы зарегистрируете этот фонд, вы ежегодно платите небольшие суммы денег. И когда вы умираете, здесь начинают ваши похоронные процедуры, такие как регистрация в турецком консульстве, омовение тела, совершение молитвы в турецкой мечети, а затем перенос тела с сопровождающим туда, где вы хотите быть похороненным в Турции. (Ясар, 54 года, первое поколение, вторая волна, турецкий)

Рассказав это с энтузиазмом, Ясар также поделился со мной брошюрой похоронного фонда TRF на случай, если я был заинтересован в том же.Как я утверждал ранее, интервью Ясара суммирует консервативные взгляды турецких экономических мигрантов на Турцию, которые романтизируют и идеализируют даже неодушевленные предметы, такие как воздух и земля Турции, как священную родину. Эта точка зрения тесно связана с их социальным классом. Члены этой группы не имеют формальной квалификации, признанной в Соединенном Королевстве, и их знание английского языка ограничено. В результате они являются членами рабочего класса сообщества, работающими или управляющими магазинами кебаба, не имеющими лицензии и химчистками.Их верность лежит на их родине; они помещают себя в Британию в качестве временных экономических мигрантов, которые однажды воссоединятся со своими корнями. В отличие от других членов сообщества, которые демонстрируют более космополитическую идентичность, Лондон не был для них гостеприимным домом. Это сильное чувство принадлежности к романтизированной родине проявляется у членов сообщества независимо от волны миграции и пола. Однако он ограничен только мигрантами первого поколения, поскольку для следующих поколений общение и получение квалификации в Соединенном Королевстве приносит чувство восходящей социальной мобильности и привязанности к Лондону как к дому.Отсутствие ностальгических переживаний, таких как детство и воспитание в Турции, лишает смысла посещения родины.

Заключительные замечания

В этой статье я обсуждал рассказы тюркоязычной общины Северного Лондона о родине, а также их транснациональную мобильность после того, как они поселились в Соединенном Королевстве. Я бросил вызов чрезмерно обобщающему изображению в литературе диаспоры мигрантов как людей, которые мотивированы идеей возвращения и которые всегда борются за поддержание связей со своей родиной.Я всесторонне обсудил нынешнюю фазу «мифа о возвращении» среди местного населения и то, как он превратился в эпизодические посещения родины, в связи с культурным, социально-экономическим и этническим происхождением членов тюркоязычных сообществ в Лондоне. Я также внес свой вклад в литературу, обсуждая, как откладывание обратной миграции превратилось в желание быть похороненным в деревне их родного города. Я также подробно остановился на транснационализме, проанализировав модели посещения родиной членов сообщества по четырем категориям, а также проанализировав, как идентичность (не) связана с местом происхождения и как различные интерпретации мифа о возвращении воспроизводят их идентичности.

Заявление о доступности данных

Оригинальные материалы, представленные в исследовании, включены в статью / дополнительные материалы, дальнейшие запросы можно направить соответствующему автору.

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены Комитетом по этике Кильского университета. Пациенты / участники предоставили письменное информированное согласие на участие в этом исследовании.

Вклад авторов

Автор подтверждает, что является единственным соавтором этой работы, и одобрил ее для публикации.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось в отсутствие каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Ссылки

Agamben, G. (1998). Homo sacer: суверенная власть и голая жизнь . Пало-Альто, Калифорния: Издательство Стэнфордского университета.

CrossRef Полный текст

Аль-Али, Н., и Козер, К. (2002). Новые подходы к миграции? Транснациональные сообщества и преобразование дома.Лондон: Рутледж.

Али, Н., и Холден, А. (2006). Постколониальная мобильность Пакистана: воплощение «мифа о возвращении» в туризме. Подвижности 1 (2), 217–242. doi: 10.1080 / 17450100600726605

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Анвар М. (1979). Миф о возвращении: пакистанцы в Великобритании . Лондон, Великобритания: Heinemann.

Бальдассар, Л. (2001). Посещения дома: опыт миграции между Италией и Австралией . Виктория, Великобритания: Издательство Мельбурнского университета.

Бауман, З. (2002). Лондон, Великобритания: Общество в осадном положении.

Бхабха, Х. (1994). Место культуры . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Рутледж.

Блох А. (2002). Миграция и расселение беженцев в Великобритании . Нью-Йорк: Пэлгрейв Макмиллан.

Бёкер А.Г.М. (1994). Цепная миграция через законно закрытые границы: оседлые иммигранты как плацдармы и привратники. Нидерланды »J. Soc. Sci. 2, 87–106. DOI: 10.1057 / 9781137539212_7

Google Scholar

Cakmak, M.(2018). Политика диаспоры тюркоязычных общин в Соединенном Королевстве . Лондон, Великобритания: Институт Турции.

Цетин, У. (2016). Космополитизм и актуальность «концепций зомби»: случай аномального самоубийства среди алевитской курдской молодежи. руб. J. Sociol. 68 (2), 145–166. doi: 10.1111 / 1468-4446.12234

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коэн, Р. (2008). Глобальные диаспоры: введение . 2-е изд. Абингдон, Великобритания: Рутледж.

Десси Р. (2008). Коллективная память, культурная передача и инвестиции. г. Экон. Ред. 98 (1), 534–560. doi: 10.1257 / aer.98.1.534

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дикен, Б. (2004). От лагерей беженцев до закрытых поселков: биополитика и конец города1. Гражданство Stud. 8 (1), 83–106. doi: 10.1080 / 1362102042000178373

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Элиаде, М. (1987). Священное и профанное: сущность религии .Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Harvest / HBJ Publishers.

Эйлем О., Ван Берген Д. Д., Ратод С., Ван Стратен А., Бхуи К. и Керкхоф А. Дж. Ф. М. (2016). Canına kıymak - «сокрушительная жизненная энергия»: качественное исследование непрофессионального и профессионального понимания суицида и поиска помощи среди турецких мигрантов в Великобритании и Нидерландах. Внутр. J. Cult. Ment. Здравоохранение 9 (2), 182–196. doi: 10.1080 / 17542863.2016.1161653

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Gardner, K., и Ахмед, З. (2006). Место, социальная защита и миграция в Бангладеш: лондонская деревня в Бисванате. Дакка, Брайтон: Центр исследований миграции Сассекса и Университет Джахангирнагара.

Google Scholar

Холл, С. (1990). «Культурная идентичность и диаспора», в Идентичность: сообщество, культура, различия . Редактор Дж. Резерфорд (Лондон, Великобритания: Lawrence & Wishart), 222–237.

Google Scholar

Джеффри П. (1976). Мигранты и беженцы: мусульманские и христианские пакистанские семьи в Бристоле .Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета.

Хан, В. С. (1977). «Пакистанские жители деревни Мирпури дома и в Брэдфорде» в г. Между двумя культурами: мигрантами и меньшинствами в Великобритании . Редактор Дж. Л. Уотсон (Оксфорд, Великобритания: Бэзил Блэквелл).

Google Scholar

Кинг Р., Томсон М., Май Н. и Келес Ю. (2008). «Турки» в Великобритании: проблемы определения и частичная актуальность политики. Журнал исследований иммигрантов и беженцев . 6 (3), 423–434.doi: 10.1080 / 15362940802371895

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Levitt, P. (2003). «Стоять на ногах в обоих мирах: транснациональная практика и инкорпорация иммигрантов в Соединенных Штатах», в г. На пути к ассимиляции и гражданству: иммигранты в либеральных национальных государствах . Редакторы К. Джоппл и Э. Моравска (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Palgrave Macmillan), 177–194. DOI: 10.1057 / 9780230554795_7

Google Scholar

Mandel, R.E. (1990). «Сдвигающиеся центры и возникающие идентичности: Турция и Германия в жизни турецких гастарбайтеров» в книге мусульманских путешественников: паломничество, миграция и религиозное воображение .Редакторы Д. Ф. Эйкельман и Дж. Пискатори (Лондон, Великобритания: Routledge), 153–174.

Google Scholar

Маргри, П. Дж. (2008). Святыни и паломничество в современном мире . Амстердам, Нидерланды: Издательство Амстердамского университета.

Нориэль Г. (1995). Иммиграция: амнезия и память. French Hist. Stud. 19 (2), 367–380. DOI: 10.2307 / 286777

Google Scholar

Peeren, E. (2006). Через призму хронотопа: предложения по пространственно-временной перспективе диаспоры. Thamyris / Пересечение: место, пол и раса 13, 67–78. DOI: 10.1163 / 9789401203807_007

Google Scholar

Poupazis, M. (2014). «Плацебо-ностальгия»: греко-кипрская диаспора в Бирмингеме, ее церкви и пределы того, кто может принадлежать »в Ощущение принадлежности к разнообразной Британии . Редакторы Э. Халпин, А. Хантер, К. Мурджи, А. Озердем, Р. Рэйс, С. Робинсон и др. (Лондон, Великобритания: Dialogue Society), 79–104.

Google Scholar

Робинсон, В.(1986). Переходные жители, поселенцы и беженцы: азиаты в Великобритании . Оксфорд, Великобритания: Clarendon Press.

Ротштейн, Б. (2000). Доверие, социальные дилеммы и коллективные воспоминания. J. Theor. Полит. 12 (4), 477–501. doi: 10.1177 / 0951692800012004007

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Safran, W. (1991). Диаспоры в современных обществах: мифы о родине и возвращении. Диаспора 1 (1), 83–99. doi: 10.1353 / dsp.1991.0004

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шоу, А.(1988). Пакистанская община в Великобритании . Оксфорд, Великобритания: Блэквелл.

Смит А. (1986). Этническое происхождение народов . Оксфорд, Великобритания: Блэквелл.

Смит, М., и Гуарнизо, Луис. (1998). Транснационализм снизу . Нью-Джерси, штат Нью-Йорк: издатели транзакций.

Ван Хир, Н. (1998). Новые диаспоры: массовый исход, рассредоточение и перегруппировка сообществ мигрантов . Лондон, Великобритания: UCL Press.

Уотсон, Дж. Л. (1977). «Введение: иммиграция, этническая принадлежность и класс в Британии», г. Между двумя культурами: мигранты и меньшинства в Великобритании .Редактор Дж. Л. Уотсон (Оксфорд, Великобритания: Basic Blackwell), 1–20.

Google Scholar

Weiner, M. (1996). «Детерминанты интеграции иммигрантов: международный сравнительный анализ» в г. Иммиграция и интеграция в постиндустриальных обществах: теоретический анализ и исследования, связанные с политикой. Редактор Н. Кармон Лондон: Макмиллан.

Google Scholar

Уильямс, А. М., Кинг, Р., Варнес, А., и Паттерсон, Г. (2000). Туризм и международная пенсионная миграция: новые формы старых отношений в Южной Европе. География туризма 2 (1), 28–49. doi: 10.1080 / 146166800363439

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Восстановление после неудачи

Жизнь может бросить вас в тупик, когда вы меньше всего этого ожидаете, и у вас могут быть самые крайние реакции на неудачу, когда все идет хорошо.

Некоторым довольно легко сохранить позитивный настрой и прийти в норму. Другим не хватает устойчивости, чтобы быстро перейти от ощущения, что жизнь никогда больше не будет правильной, не только к пониманию того, что есть выход, но и к способности разработать план действий, чтобы это произошло.

Что у некоторых есть такого, чего нет у других? Ключом к тому, чтобы прийти в норму после неудачи, вполне может быть то, как мы прожили свою жизнь до неудачи, и с руководством и практикой вы сможете развить навыки и умственные привычки, необходимые для более позитивного преодоления неудач.

Повышение устойчивости зданий

Не все созданы равными с точки зрения возможности справиться с неудачей. Некоторые происходят из благоприятных семей, где устойчивость проявляется более естественно, другие - нет.Однако это не означает, что все потеряно для тех, кто растет в менее чем позитивной среде. Столкновение с невзгодами может помочь вам научиться и развить навыки устойчивости, которые помогут вам лучше справляться, когда вы сталкиваетесь как с большими, так и с небольшими неудачами.

Ожидание возвращения к нормальной жизни после того, как жизнь сбивает вас с ног, подразумевает, что «нормальное» - это стабильное состояние бытия. Все мы знаем этого человека, который получает плохие новости, а через несколько дней приходит на работу, просто благодарный за то, что он жив и, казалось бы, может продолжать жить как обычно.

Для людей, которые, кажется, берут все, что дает им жизнь, относительно уверенно, велика вероятность, что они смогут это сделать, потому что они каждый день ведут позитивный образ жизни:

  • Соблюдение здоровой диеты, богатой фруктами, овощами, цельнозерновыми продуктами, полезными жирами и нежирным белком
  • Регулярные упражнения
  • Проводить время на свежем воздухе, гуляя, занимаясь спортом, занимаясь садоводством или наслаждаясь хорошей погодой
  • Найдите время, чтобы расслабиться и освежиться, положив телефон, выключив телевизор и компьютер и просто расслабившись
  • Высыпание каждую ночь
  • Проводите время с семьей и друзьями
  • Инвестировать «свое» время, занимаясь чем-нибудь расслабляющим, например чтением, медитацией или хобби

Видео: Что такое внимательность?

Знание своих пределов может снизить риск достижения предела

У всех нас бывают дни, когда мы просто не хотим участвовать в жизни, работе и даже семье.Нелегко отдохнуть от наших обязанностей, и даже когда мы можем, мы можем чувствовать себя виноватыми. Прежде чем вы окажетесь на пределе своего умственного развития, подумайте о том, чтобы провести день психического здоровья. Осознавать свои ограничения - это здорово и необходимо для повышения устойчивости.

Неудачи случаются, и большинство из нас чувствуют себя разочарованными или даже подавленными, когда они это делают. Но вместо того, чтобы сосредотачиваться на неудаче, сосредоточьтесь на стратегиях интеграции опыта и понимания вашей новой реальности. Со временем, в зависимости от причины неудачи, вы сможете ее преодолеть.

См. Дополнительные стратегии самообслуживания и повышения устойчивости (PDF) в Программе помощи гражданским служащим ВМФ.

Получение помощи

Если вы или кто-то, кого вы любите, кажется, не можете справиться с ситуацией после неудачи, возможно, пришло время записаться на прием к лицензированному специалисту в области психического здоровья, который поможет вам вернуться на правильный путь.

Другие темы о психическом фитнесе

7 стратегий улучшения психической подготовки

Разговор и самооценка

Как избежать умственных перерывов

Посттравматический рост

Практика «наученного оптимизма»

Поддерживая проблемных любимых

языковых идеологий в кубинской диаспоре

В этой статье обсуждаются языковые идеологии в связи с политическими идеологиями в кубинской диаспоре в Соединенных Штатах.Результаты трех исследований лонгитюдного отношения, два из которых были проведены с использованием методов диалектологии восприятия, а третье - методом согласованного облика, показали, что политические убеждения диаспоры оказывают сильное влияние на ее представления о кубинском испанском языке в диаспоре и на родине. . Исследования восприятия показали, что национальное разнообразие имеет высокий престиж в диаспоре и очень низкий престиж на Кубе. Результаты теста на соответствие обличий показали, что участники не могли различать голоса, записанные в 1960-х и 1990-х годах, и что социальная информация о месте проживания на Кубе или диаспоре была более важной для суждения о правильности, чем наличие нестандартных вариантов.Утверждается, что языковая идеология диаспоры поддерживается посредством стирания и эссенциализации: социальные и лингвистические факты стираются, а родина эссенциализируется в расовом отношении. Предполагается, что благодаря своей языковой идеологии кубинская диаспора претендует на подлинность и легитимность по отношению к своей родине.

Список литературы

Айзен, Айс и Мартин Фишбейн. 2005. Влияние установок на поведение. В Долорес Альбаррасин, Блэр Т. Джонсон и Марк П. Занна (ред.), Справочник по отношениям , 173–221.Махва, штат Нью-Джерси: Издательство Lawrence Erlbaum Associates. Искать в Google Scholar

Альфарас, Габриэла Г. 2002. Майами Кубинские представления о разновидностях испанского языка. В книге Дэниела Лонга и Денниса Р. Престона (ред.), Справочник по диалектологии восприятия: Том 2 , 1–11. Амстердам: Издательство Джона Бенджамина. Поиск в Google Scholar

Альфараз, Габриэла Г. 2014. Восприятие диалекта в реальном времени: повторное исследование мировоззрения Майами и Кубы. Журнал лингвистической географии 2 (02).74–86. Ищите в Google Scholar

Alvar, Manuel & Antonio Quilis. 1984. Reacciones de unos hablantes cubanos ente diversas variedades del español. Lingüística Española Actual VI. 229–265. Ищите в Google Scholar

Benson, Devyn Spence. 2016. Антирасизм на Кубе: незавершенная революция . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press. Искать в Google Scholar

Bergman, Martin & De Palma, Brian. 1983. Лицо со шрамом [Кинофильм].Юниверсал-Сити, Калифорния: Universal Studios Home Entertainment. Ищите в Google Scholar

Castellanos, Isabel M. 1980. Sociolingüísticas hacia el español del Caribe. Lenguaje Cali 11. 73–91. Искать в Google Scholar

Castellanos, Jorge & Isabel Castellanos. 1994. Cultura afrocubana . Майами: Ediciones Universal. Искать в Google Scholar

Clealand, Danielle P. 2013. Когда идеология сталкивается с реальностью: расовая дискриминация и идентичность чернокожих на современной Кубе. Этнические и расовые исследования 36 (10). 1619–1636. Ищите в Google Scholar

Clifford, James. 1994. Диаспоры. Культурная антропология 3. 2–38. Искать в Google Scholar

Cohen, Robin. 2008. Глобальные диаспоры: введение . Лондон и Нью-Йорк: Рутледж. Ищите в Google Scholar

De la Campa, Román. 2000. Я думаю о Кубе: Путешествие в разорванную нацию . Лондон, Великобритания: Verso. Искать в Google Scholar

Domínguez Hernández, Marlen A.2000. Los problemas del español del Caribe (hispánico) (insular) y la identitydad . Facultad de Artes y Letras. Гавана: Гаванский университет. Искать в Google Scholar

Duany, Jorge. 2011. Размытые границы: транснациональная миграция между латиноамериканскими странами Карибского бассейна и США . Чапелл-Хилл: Университет Северной Каролины Press. Искать в Google Scholar

Faist, Thomas. 2010. Диаспоры и транснационализм: какие партнеры по танцам ?. В Rainer Bauböck & Thomas Faist (ред.), Диаспора и транснационализм: концепции, теории и методы , 9–34. Амстердам: Издательство Амстердамского университета. Искать в Google Scholar

Fishman, Joshua. 1972. Язык и национализм; Два интегративных эссе . Роули, Массачусетс: Издательство Newbury House. Искать в Google Scholar

Gal, Susan. 2010. Теории и методы. В Питер Ауэр и Юрген Эрих Шмидт (ред.), Язык и пространство: Международный справочник языковых вариаций , 33–50.Берлин: де Грюйтер Мутон. Искать в Google Scholar

García González, José. 1980. Acerca de la pronunciación de R y L implosivas en el español de Cuba: variantes e influencias. Islas 65. 115–117. Искать в Google Scholar

Garrett, Peter. 2010. Отношение к языку . Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Ищите в Google Scholar

Giles, Howard & Nancy Niedzielski. 1998. Итальянский прекрасен, немецкий уродлив. В Лори Бауэр и Питер Труджилл (ред.), Языковые мифы , 85–93. Лондон, Англия: Penguin Books. Ищите в Google Scholar

Глик Шиллер, Нина, Линда Баш и Кристина Блан-Сантон. 1992. Транснационализм: новая аналитическая основа для понимания миграции. Анналы Нью-Йоркской академии наук 645 (1). 1–24. Ищите в Google Scholar

Grugel, Jean & Henry Kippin. 2007. Кубинская диаспора. В Хейзел Смит и Пол Б. Старес (ред.), диаспор в конфликте. Миротворцы или нарушители мира , 153–171.Токио: Издательство Университета ООН. Искать в Google Scholar

Hall, Stuart. 1990. Культурная идентичность и диаспора. В книге Джонатана Резерфорда (ред.), Идентичность: сообщество, культура, различия , 222–237. Лондон: Лоуренс и Уишарт. Искать в Google Scholar

Irvine, Judith T. & Susan Gal. 2000. Языковая идеология и языковая дифференциация. В книге Пола В. Кроскрити (ред.), Режимы языка: идеологии, политики и идентичности . Санта-Фе, Нью-Мексико: Школа американской исследовательской прессы.Ищите в Google Scholar

Kelly, James. 1981. Южная Флорида: Проблемы в раю. Время 118 (21). 22–32. Искать в Google Scholar

Ламберт, Уоллес Э. Ричард К. Ходжсон, Роберт С. Гарднер и Сэмюэл Филленбаум. 1960. Оценочные реакции на разговорные языки. Журнал аномальной и социальной психологии 60 (1). 44–51. Искать в Google Scholar

Lohmeier, Christine. 2014. кубинских американцев и СМИ Майами . Джефферсон, Северная Каролина: МакФарланд.Искать в Google Scholar

Mann, Michael. 1984. Полиция Майами [Телесериал]. Юниверсал-Сити, Калифорния: Universal Studios Home Entertainment. Искать в Google Scholar

Niedzielski, Nancy. 1999. Влияние социальной информации на восприятие социолингвистических переменных. Журнал языковой и социальной психологии 18 (1). 62–85. Искать в Google Scholar

Пенья, Есилернис, Джим Сиданиус и Марк Сойер. 2004. Расовая демократия в Америке: латиница и U.С. сравнение. Журнал кросс-культурной психологии 35 (6). 749–762. Искать в Google Scholar

Pérez Firmat, Gustavo. 2010. Гавана . Нью-Хейвен и Лондон: Издательство Йельского университета. Ищите в Google Scholar

Portés, Alejandro & Aaron Puhrmann. 2015. Раздвоенный анклав: экономическая эволюция кубинского и кубинско-американского населения мегаполиса Майами. Кубинские исследования / Estudios Cubanos 43. 40–64. Искать в Google Scholar

Preston, Dennis R.1996. Где говорят на худшем английском. В Эдгаре В. Шнайдере (ред.), В центре внимания США , 297–360. Амстердам: Джон Бенджаминс. Поиск в Google Scholar

Престон, Деннис Р. 2011. Сила внимания к языку. Dialectología 2. 9–33. Искать в Google Scholar

Schieffelin, Bambi B. & Elinor Ochs. 1986. Языковая социализация. Ежегодный обзор антропологии 1. 63–91. Искать в Google Scholar

Segall, Gili, Dana Birnbaum, Inas Deeb & Gil Diesendruck.2015. Передача этнического эссенциализма из поколения в поколение: важнее всего то, как говорят родители. Наука о развитии 18 (4). 543–555. Искать в Google Scholar

Собрино Триана, Роксана, Лурдес Э. Монтеро Берналь и Америка Х. Менендес Прайс. 2014. Лингвистические действия на Кубе. Cambios positivos hacia la variante nacional de lengua. Бергенский язык и лингвистические исследования 5. 290–408. Искать в Google Scholar

Toribio, Almeida Jacqueline. 2003 г.Социальное значение верности испанскому языку среди черных и белых доминиканцев в Нью-Йорке. Двуязычный обзор / La Revista Bilingüe 27 (1). 3–11. Ищите в Google Scholar

Woolard, Kathryn A. & Bambi B. Schieffelin. 1994. Языковая идеология. Ежегодный обзор антропологии 23 (1). 55–82. Искать в Google Scholar

«Родина»: борьба с терроризмом по телевизору

«Родина», новое лицо контртерроризма по кабелю, - это ответ этого десятилетия на «24.”

Карин Танабе,

Шесть серий и высокие рейтинги шоу для первокурсников «Родина», новое лицо кабельной борьбы с терроризмом, - вот ответ этого десятилетия на «24».

Драма Showtime с Клэр Дэйнс и выпускником «Братьев братьев» Дэмианом Льюисом в главных ролях показывает, как через 10 лет после 11 сентября война с террором становится все более сложной. Действия США за рубежом резко изменились, Усама бен Ладен мертв и состояние экономики, а не национальная безопасность, доминирует в эфире.«Родина» отражает это изменение, поскольку агенты ЦРУ стараются держать в разговоре свою работу.

«Сейчас страна совсем в другом месте. Мы знаем, что угроза терроризма все еще существует, но у нас есть более тонкое отношение к ней », - сказал POLITICO Дэвид Невинс, президент отдела развлечений Showtime. «Конечно, в самые первые дни после 11 сентября, когда впервые писали« Джек Бауэр », никто не знал о каких-либо затратах. Это была позиция «делай все, что нужно».”

Невинс, который курировал производство «24», когда он был президентом Imagine Television, является частью стаи «24» выпускников «Родины». Соавторы шоу Алекс Ганса и Ховард Гордон также были исполнительными продюсерами сериала в реальном времени.

Психологический триллер «Родина» - это экранизация израильской драмы «Хатуфим» о двух военнопленных, возвращающихся домой из Сирии. Американская версия посвящена одинокому военнопленному, а в главных ролях датчане - Кэрри Мэтисон, агент ЦРУ и эксперт по ближневосточному терроризму.

Находясь в Ираке, Мэтисон узнал, что преданность американского военнопленного была изменена Аль-Каидой и что он тайно работает на врага. Вскоре после этого Marine Sgt. Николас Броуди, которого играет Льюис, найден после восьми лет в качестве военнопленного Аль-Каиды. Мэтисон, страдающая биполярным расстройством и находящаяся на испытательном сроке после несанкционированной работы в Ираке, убеждена, что Броуди, герой войны, стал военнопленным.

Об адаптации «Хатуфим» для американских глаз, Ганса со смехом сказал POLITICO: «Мы подумали:« Измените названия и покажите это по американскому телевидению, и все будет в порядке ».’”

«Но ситуация совсем другая», - пояснил он. «Мы находимся в океанах от войн, которые ведем. Мы не думали, что пары вернувшихся военнопленных будет достаточно, чтобы выдержать здесь серию. Мы думали, что в сериале нужна была идея о том, что одного из этих солдат перевернули, и это был триллерный аспект ».

Наряду с быстрым темпом стрельбы и напряженными поворотами сюжета, к которым привыкли фанаты «24», в центре внимания находятся семьи военных. Когда Броуди возвращается в Вашингтон через восемь лет, его семейная жизнь рушится.У его жены роман с его лучшим другом, а сын приветствует его рукопожатием и неловко заявляет: «Приятно познакомиться».

«Это одно из интересных отличий израильской версии от нашей», - сказал Невинс. «Мы ведем эти скрытые войны последние 10 лет. Они не находятся на вершине сознания, если только вы не находитесь в месте с большим количеством семей военных ».

Создатель «Хатуфим» Гидеон Рафф, также продюсер «Родины», встретился с вернувшимися военнопленными в Израиле и рассказал Ганзе и Гордону об их опыте.«Мы полагались на него во многих деталях», - сказал Ганса, который также встречался с американскими солдатами и семьями военных.

Сенатор от Аризоны Джон Маккейн, который провел более пяти лет в плену в качестве военнопленного в Северном Вьетнаме, упоминался в более ранних черновиках сценария, но его вывели, сказал Ганса. «Возможно, мы могли бы вернуть его обратно», - сказал Ганса, отметив, что Маккейн - большой поклонник «24». «Но, - добавил он, - сложно создать сюжетную линию, в которой есть ссылки на людей, которых вы знаете, когда у вас есть президент, о котором вы никогда не слышали.”

Невинс, выросший в Вашингтоне, был исполнительным продюсером фильма «Западное крыло» и работал в Демократическом сенаторском избирательном комитете сразу после окончания колледжа. По его словам, он всегда был очарован внутренней работой Вашингтона. «Одна из вещей, которые интересны в этом шоу, - это пересечение военных, политиков и разведывательного сообщества и, в меньшей степени, средств массовой информации», - сказал он.

Действительно, в недавно обновленном шоу сеть сообществ работает вместе в современной борьбе с террором.Но есть один нюанс: кротом может оказаться американский герой.

«Конечно, мы чувствительны к эмоциям, которые это может вызвать у многих людей и в сердцах военных», - сказал Ганса о сложном характере Броуди. «Мы ничего не намекаем; мы просто пытаемся рассказать хорошую историю ».

Эта статья помечена в соответствии с:

Пропустите последние новости? Подпишитесь на POLITICO Playbook и получайте последние новости каждое утро на свой почтовый ящик.

Рецензия на книгу: Ненависть на родине: новые глобальные ультраправые, Синтия Миллер-Идрисс

In Ненависть на родине: новые глобальные ультраправые , Синтия Миллер-Идрисс исследует места, где ультраправые вербуют молодых людей в сообществах в США и по всему миру. В книге из университетских городков и тренажерных залов смешанных единоборств до магазинов одежды, онлайн-форумов и каналов о стиле жизни на YouTube исследуются физические и виртуальные пространства, в которых культивируется ненависть и молодые люди мобилизуются для присоединения к группам агрессивной ненависти. Кэтрин Уильямс рекомендует эту доступную и важную работу читателям, которые хотят расширить свое понимание пересечений между местом, пространством и мобилизацией крайне правых.

Ненависть на родине: новые глобальные ультраправые .Синтия Миллер-Идрисс. Издательство Принстонского университета. 2020.

Найдите эту книгу (партнерская ссылка):

Ненависть на родине: новые глобальные ультраправые. экстремистские сообщения. Предлагаемый в книге анализ своевременен; Как подчеркивает автор во Введении, недавние разжигаемые ненавистью атаки сторонников превосходства белой расы как в США, так и в таких странах, как Германия, Норвегия и Новая Зеландия, укрепили растущее осознание того, что ультраправые переживают возрождение.Книга предлагает читателям новый взгляд на ультраправых и критически исследует «воображаемые территории, сакральные географии и культурные пространства», в которых действуют ультраправые, и привлекает новых сторонников.

Шесть основных глав книги исследуют ряд контекстов, в которых молодые люди взаимодействуют с крайне правыми, напоминая читателям, что мы не можем полностью понять динамику этого взаимодействия, не пытаясь также понять сложные пересечения между местом, пространством, принадлежностью и личность.Люди формируют глубокую эмоциональную привязанность к местам и пространствам, и крайне правые в этом отношении не исключение. Однако, как указывает Миллер-Идрисс, «географии» белого превосходства часто связаны с более глубокими глобальными и национальными историями империализма, колониализма, сегрегации и апартеида, а также пропитаны биологическими, а иногда даже экологическими, эссенциалистскими представлениями о принадлежности. , как говорится в книге.

Глава первая раскрывает, как эмоции и идеологии, связанные с конкретными пространствами и местами, а также концепция «Родины» лежат в основе в этом контексте идей превосходства белой расы, касающихся территориальности, принадлежности и построения расовых национальных мифов.Во второй главе показано, как политическая речь, теории заговора и внедрение экстремистской эстетики помогли нормализовать и актуализировать ультраправые идеи. В третьей главе исследуется маркетинг экстремистских идей и то, как, например, ультраправые кулинарные шоу на YouTube достигают разнообразной и восприимчивой новой аудитории. В четвертой главе исследуется, как клубы смешанных единоборств (ММА) стали благодатной почвой для вербовки: физическая сила и нормативные мужские идеалы уже давно ценятся крайне правыми.

Глава пятая исследует, как крайне правые пытаются разрушить и дискредитировать основные интеллектуальные пространства, такие как университетские городки, одновременно распространяя свои собственные идеи и идеологии. В шестой главе рассказывается о том, как ультраправые вооружены онлайн-пространствами; этот процесс продолжает развиваться, поскольку люди «мигрируют» между разными платформами в ответ на запреты, а новые платформы расширяют и углубляют онлайн-формы общения. В дополнение к своевременному и доступному анализу, представленному в Hate in the Homeland , углубленная библиография, несомненно, станет всеобъемлющим ресурсом для читателей, стремящихся расширить свое понимание деятельности ультраправых в США и других странах.

Возникает вопрос: что именно означает «крайне правый» - ? Как отмечает Миллер-Идрисс, на сегодняшний день ни один термин не охватывал широкий спектр действующих идеологий. Между учеными и практиками нет единого мнения относительно терминологии, но «крайне правые» обычно используются как общий термин, охватывающий как радикальных, так и крайне правых, и остается самым широким и наиболее практичным термином для целей обсуждаемой дискуссии. Ключевое различие между «радикальными правыми» и «крайне правыми» заключается в их отношении к демократии: первые имеют тенденцию действовать, пусть и свободно, внутри демократических институтов, а вторые - нет.Конечно, это несовершенная типология и несколько упрощенная для целей настоящего обзора. Между этими двумя понятиями неизменно есть совпадения, и определения могут варьироваться от страны к стране, особенно в Германии, где ультраправые группы могут столкнуться с мониторингом служб безопасности, если они будут сочтены «враждебными» конституции.

Параллельно с этим возникает вопрос о том, во что верят ультраправые . Миллер-Идрисс выделяет четыре пересекающиеся категории, которые помогут читателям понять основные убеждения, лежащие в основе ультраправой идеологии: антиправительственные и антидемократические практики и идеалы; исключительные и бесчеловечные идеологии; экзистенциальные демографические угрозы и антиутопические теории заговора; и ускорение, дестабилизация и апокалиптические фантазии.Например, понимание разницы между крайне правыми и основными консервативными правыми может быть проблемой, особенно с учетом актуализации антиправительственной и антиэлитной политической риторики и успехов на выборах таких фигур, как бывший президент США Дональд Трамп. Как объясняет Миллер-Идрисс в отношении первой категории, крайне правые представляют собой «изменчивый спектр» групп и отдельных лиц, которые более или менее радикально верят в версии антиправительственных и антидемократических идей, практик и убеждений.Таким образом, Ненависть на родине предоставляет читателям доступное понимание идеологии, лежащей в основе ультраправой мобилизации.

Ненависть на родине - важный вклад в наше понимание мест и пространств, в которых молодые люди сталкиваются с экстремистскими посланиями. Автор отлично справляется с задачей провести читателей через сложную эпистемологическую среду, предоставляя исчерпывающий, доступный и вдумчивый обзор того, что такое ультраправые, во что они верят, а также места и пространства, в которых они живут.Книга, несомненно, окажется очень полезной для ученых, работающих в этой области, а также для читателей, незнакомых с этой темой.


Примечание. Эта статья впервые появилась на нашем дочернем сайте LSE Review of Books. Он дает точку зрения автора, а не позицию EUROPP - European Politics and Policy или Лондонской школы экономики.


Программы-вымогатели возглавляют кибер-приоритеты США, заявил министр внутренних дел.

31 марта (Рейтер) - Секретарь Министерства внутренней безопасности (DHS) Алехандро Майоркас заявил в среду, что борьба с программами-вымогателями будет главным приоритетом, подчеркнув растущую угрозу данных. программное обеспечение для скремблирования.

Программа-вымогатель, которая эффективно удерживает файлы и сети в качестве заложников, если не производится оплата, неуклонно занимала первое место в повестке дня безопасности Америки, поскольку преступники, стоящие за ней, становятся все более и более обеспеченными ресурсами.

В ходе веб-трансляции Майоркас сказал, что программы-вымогатели являются «особенно вопиющим видом злонамеренной кибер-активности», и назвал их одним из нескольких главных приоритетов, которыми его отдел будет заниматься в онлайн-сфере.

Многие операторы программ-вымогателей работают за пределами юрисдикции с небрежным отношением к киберпреступности, и Майоркас заявил, что будет стремиться привлечь к ответственности "правительства, которые не используют в полной мере свои полномочия, чтобы остановить преступников.«

Майоркас заявил, что правительство будет стремиться помешать не только тем, кто запускает операции с программами-вымогателями, но и« рыночным площадкам, которые позволяют им ».

Майоркас не сказал об этом прямо, но представитель DHS сказал, что речь идет о подпольных форумах, которые помогают киберпреступники проводят свои вредоносные кампании по франшизе.

Ранее в своем выступлении Майоркас обозначил амбициозную роль Агентства по кибербезопасности и безопасности инфраструктуры (CISA), которое является кибер-подразделением DHS.Он сказал, что агентство будет "защитником" цифровой защиты правительства США и выступит в роли "надежного собеседника" между руководителями предприятий и государственными служащими.

«Очевидно, что он лучше всех позиционируется как острие копья и входная дверь для взаимодействия правительства США с промышленностью по вопросам кибербезопасности», - сказал он.

Отчетность Рафаэля Саттера; Под редакцией Синтии Остерман

Наши стандарты: принципы доверия Thomson Reuters.

Пропавшие без вести | Национальная безопасность

«….. В США каждые 40 секунд пропадает ребенок, более 2100 человек в день. Ежегодно числятся пропавшими без вести более 800 000 детей; еще 500 000 пропали без вести, о чем не сообщалось ». - Управление ювенальной юстиции и предупреждения правонарушений (OJJDP).

Пропавший без вести определяется Департаментом общественной безопасности (DPS) как: Лицо, которое было объявлено без вести пропавшим надежным лицом, местонахождение которого неизвестно.

Исчезновение восемнадцатилетнего студента Беннингтонского колледжа в 1946 году привело к изменению отношения многих противников создания Департамента общественной безопасности в Вермонте.Чиновникам округа Беннингтон не удалось найти студента, и они были вынуждены обратиться за помощью к следователям полиции штата из Коннектикута и Нью-Йорка. Местные следователи и полиция штатов Коннектикута и Нью-Йорка не могли найти улики по делу, и поэтому губернатор Вермонта позвонил в Федеральное бюро расследований (ФБР). К сожалению, это дело так и не было раскрыто.

Разведывательный центр Вермонта (VIC) был запрошен штабом полиции штата Вермонт в апреле 2007 года с просьбой помочь в отслеживании всех пропавших без вести лиц по всему штату.

Для этого ВМЦ создал систему слежения, которая предоставляет невиданный ранее исчерпывающий отчет обо ВСЕХ пропавших без вести в Вермонте. Система определяет, как долго предмет отсутствует; сколько раз человек объявлялся пропавшим без вести; если несовершеннолетний, то находятся ли они под опекой Департамента по делам детей и семьи (DCF); если у субъекта есть какие-либо проблемы со здоровьем / психическим здоровьем; и если есть какие-либо подозрительные обстоятельства, связанные с этим делом.

Отследить пропавших без вести в одиночку невозможно.VIC работает с Вермонтским центром криминальной информации (VCIC), DCF и всеми правоохранительными органами, чтобы гарантировать, что мы все вместе работаем над безопасным возвращением пропавшего без вести человека.

С момента первоначального проектирования системы слежения за пропавшими без вести ВМЦ претерпел ряд усовершенствований и процедурных изменений. Сегодня весь процесс очень контролируемый и точный: в 2017 году было зарегистрировано 508 пропавших без вести лиц, было получено 158 уведомлений правоохранительных органов о пропавших без вести лицах и 109 публичных публикаций на странице Vermont Missing Person в Facebook.Общий результат для штата Вермонт стал более действенным и действенным средством обеспечения соблюдения законов для реагирования на сообщения о пропавших без вести в наших общинах.

.