Импрессинг это: Социокультурный подход к анализу природы импрессинга Текст научной статьи по специальности «Социологические науки»

Содержание

Импрессинг — ivangoe16 — LiveJournal

                                                           Самое важное событие в жизни

           …Исследования известного отечественного генетика, социолога и психолога В.П. Эфроимсона ([24]) привели его к выделению психологического явления «импрессинг», которое заключается в наличии очень чётких необратимых стадий формирования стремлений, предпочтений и влечений и означает, что у человека уже в младенчестве, детстве, отрочестве, юности формируются и фиксируются зачастую пожизненно, те ценностные критерии и подсознательные решения, которыми он будет руководствоваться, несмотря ни на что.
           Примеры, приведённые В.П. Эфроимсоном, и наши исследования в этом направлении приводят нас к выводам, что, во-первых, импрессниг, скорее всего, может быть понят как смысловая установка в момент её формирования. Во-вторых, как смысловая установка он может быть отнесён как к определённой деятельности, в том числе профессиональной, так и к жизнедеятельности в целом, понимаемой как жизненная позиция, «внутренняя позиция», «жизненная доминанта» или, пользуясь термином В.

.А.Ядова «базовая социальная установка», она же «направленность личности», «личностный смысл» (см.[2],с.288-290). В-третьих, формирование импрессинга как смысловой установки, как правило, бывает связано с ведущим отношением личности к миру и тем самым соответствует тому или иному возрастному периоду личностного развития.                 Так, приведённые В.П. Эфроимсоном примеры указывают на формирование импрессинга (смысловой установки) на пожизненный интерес к математике у Софьи Ковалевской, он возник в семь-восемь лет под прямым влиянием общения с дядей П.В.Корвин-Круковским, которое произвело на девочку очень глубокое впечатление (см.также [11],с.61-64). Восьмилетний Артур Комптон, будущий великий физик, лауреат Нобелевской премии, приобщился к исследовательской деятельности в восемь лет под влиянием общения с матерью. Наши материалы свидетельствуют о возможности сформировать жизненную позицию на неосознаваемом уровне у ребенка пяти-семи лет через чтение и игру в прочитанное в семейном кругу.

           Наконец, исторические материалы, собранные нами, показывают, что жизненная позиция бунтаря — революционера, самостоятельной и непокорной личности была сформирована у известного учёного географа и социолога, гарибальдийского офицера, революционера шестидесятых-семидесятых годов Х1Х-го века Льва Ильича Мечникова в 11-14 лет в годы пребывания его в прогрессивном по тем временам Училище Правоведения в Петербурге, а затем, по контрасту — в помещичьем имении своих родителей под Купянском на Украине.
 А профессиональный интерес к биологии в те же годы возник у его младшего брата Ильи Мечникова под влиянием студента-естественника приглашённого репетитором в имение к старшему брату Льву. ([17]).

           Импрессинг возможен и в школьном возрасте как толчок к выбору специальности
(см.[3]). Так, например, М.Е.А. указывает, что «в четвёртом классе мне посчастливилось взять в районной библиотеке книгу о Н.И. Вавилове (её не изъяли, очевидно, по недосмотру). Книга называлась «Караваны, дороги, колосья», автора не помню. После этого у меня не было сомнений, кем быть. А в пятом классе судьба послала нам прекрасного учителя биологии — Ю.В.Рычина… По его совету несколько человек из нашего класса записались в школьный кружок при кафедре геоботаники МГУ» ([3],с.31). И.Д.В. рассказывает, что первый интерес к проблемам биологической науки возник у неё в 14-15 лет и был непосредственно связан с пресловутой лысенковской дискуссией по вопросам генетики. «Моя средняя школа находилась рядом  с президиумом ВАСХНИЛ, где проходили эти странные заседания. Тогда мне казалось, что это Олимп, где боги карают грешных и дураков, думала, что эти боги всё знают и всё могут. Но первые же занятия в любительском школьном кружке на кафедре генетики МГУ, которую ещё не успели разогнать, быстро заставили подвергнуть сомнению то, что преподавали в школе или писали в тех книгах. Помню, как преподаватель шепотом, тайно рассказывал нам о законах генетики, о наследственности.
/…/ Так что первичным было увлечение скандалом вокруг биологической науки, а уже потом, в университете, пришла любовь к настоящей биологии.([3],с.74). Известный в нашей стране биолог, одно время бывший министром экологии СССР Н.Н.Воронцов начал свой путь в биологию с семи лет, под влиянием книг Сетон-Томпсона, Виталия Бианки, Замчалова и О.Перовской, одного из томов «Жизни животных» по Брэму, затем был кружок юных биологов зоопарка, знаменитый КЮБЗ, давший стране многих биологов, но выбор специальности произошёл, как он сам считает, в 13 лет. ([3],с.84-93). Г.И. Гончарова, генетик, изобретатель технологии изготовления препарата «бифидум-бактерин», спасшего жизнь сотням детей, определилась в своей специализации в детстве, благодаря классному руководителю, привлекавшей свой класс к уходу за цветами в кабинете биологии. ([3],с.45-110). На основании многочисленных данных можно заключить, что формирование установки на специальность и на жизненное призвание часто происходит под влиянием эмоциональных факторов в периоды, когда отношения ребенка, подростка юноши с Миром Взрослых предлагают и обосновывают в глазах младшего определённое решение жизненных проблем.
Это происходит, как правило в соответствии с этапами возрастной периодизации, когда назрела потребность в формировании определённой позиции, оправданной деятельности определённых интересов.

          Сделанное заключение предполагает далеко идущие выводы. Один из них заключается в предположении, что группы деятельности (по Д.Б.Эльконину) , линии развития деятельности (по А.Н.Леонтьеву), стороны деятельности (по Д.И.Фельдштейну), главные моменты деятельности (по Л.С.Выготскому) с точки зрения полноценности «зоны ближайшего развития»  и в особенности с точки зрения поддержки Детства Взрослым Миром — находятся далеко не в равном положении благоприятствования. А именно: взрослый социум везде и всегда глубочайшим образом заинтересован в обучении ребёнка («отношение к миру вещей») и оставляет собственно воспитание («отношение к миру людей»), что называется, на волю волн — на усмотрение семьи, церкви… общества в целом.
         
Выше мы отмечали, что реально построенная ведущая деятельность на том или ином этапе развития личности может, в зависимости от позиции Взрослого Мира, сложиться как полноценная, способствующая полному развёртыванию возможностей личности, а может сложиться как неполноценная, ограничивающая это развёртывание.
С этой точки зрения становится достаточно понятной (и тревожной) дефективность системы воспитания в советском, и в особенности в постсоветском российском обществе, когда комплекс потребностей, актуализирующихся на рубеже первого (младенческого), третьего (старшего дошкольного) и пятого (подросткового) периодов развития личности в принципе получали значительно меньше поддержки в социуме (в построении позиции «я и общество»), чем потребности, актуализирующиеся на рубеже второго периода (ранний возраст), четвёртого периода (младший школьный возраст), шестого периода (юность), способствующие построению позиции «я в обществе». Иными словами, российский социум ещё с
XVIII-го века предпочитал детей не столько воспитывать, сколько учить. По этому поводу А.Н. Леонтьев приводит слова российского педагога
XVIII -го века Григория Винского: «…В России научение почти повсеместно принимается за воспитание. О, отцы, матери и все вы, от коих зависят дети, войдите в подробнейшее разыскание разности между воспитанием и научением; пекитеся Ваших чад прежде воспитывать, потом научать /. ../ Воспитание есть отличительная принадлежность человека, научение же не совсем чуждо и другим тварям» ([14],с.302).
          Несомненную и самую серьёзную роль в этом отношении сыграло исторически сложившееся преобладание авторитарного способа коммуникаций в российском обществе. По этому поводу крупнейший отечественный историк Н.Я.Эйдельман писал: «В течение нескольких веков, когда происходило объединение раздробленной Руси и её освобождение от чужестранного ига, монарх (сначала великий князь, потом царь) возглавлял общенародное дело и становился не только вождём феодальным, но и героем национальным. Идея высшей царской справедливости постоянно, а не только при взрывах крестьянских войн присутствовала  в российском народном сознании. Как только несправедливость реальной власти вступала в конфликт с этой идеей, вопрос решался, в общем, однозначно: царь «всё равно прав». Если же от царя исходит явная, очевидная неправота, значит, его истинное слово искажено министрами, дворянами, или же — сам этот монарх неправильный, самозванец: его нужно срочно заменить настоящим! И как тут не явиться самозванцу.
..

          На Западе всё было иначе; влияние католической церкви, несколько иная роль королевской власти — всё это вело к тому, что не самозванство (как на Руси), но ересь становилась идеей многих народных движений, не лучшего царя, а «правильную церковь» требовали повстанцы многих европейских стран».([25],с.106-107).

           В 1950 году Т.Адорно ввёл в психологию понятие авторитарной личности, несущей в себе синдром черт, детерминирующих национализм, раболепство, сильную тенденцию к подавлению и враждебности. Как отмечает Ч.А.Джерелиевская, авторитарная личностная структура предполагает опасение по поводу собственного статуса, испытывает потребность равняться на сильную авторитарную фигуру, раболепную позицию перед существующими институтами, конвенциализм, морализаторство, потребность в определённости. В центре — вопрос власти и контроля. «Независимо от детских желании детей надо учить тому, что полезно для душ». Чрезмерное морализаторство такого поведения есть, в сущности реактивное формирование, скрывающее тёмные импульсы. Авторитарной личности свойственен страх перед агрессивностью этнических меньшинств: евреев,
негров, кавказцев. Этот страх — проекция их собственных враждебных побуждений ([6],с.23). Далее автор пишет: «Эти личности слабо понимают себя имеют дефицит интроцептивности, вызванной беспокойством по поводу собственного благополучия в данный момент и непоследовательностью и неосведомлённостью относительно чувств окружающих. Объяснение этому авторы концепции видят в том, что родители проявляли по отношению к ребёнку только условную любовь, что привело его к постоянной боязни быть отвергнутым или оказаться хуже, чем другие. Эта неуверенность, недостаток понимания, отсутствие сенситивности является основной причиной склонности к предрассудкам, /…/» ([6],с.24).

          В своих работах известный психолог В.Райх прямо связывает общественный авторитаризм с авторитаризмом семейным. «Отец занимает в семье такое же положение, какое занимает по отношению к нему начальник в производственном процессе. В своих детях, особенно в сыновьях, он воспроизводит своё раболепное отношение к авторитету /…/ Здесь имеем не «врожденную склонность»,  а типичный пример воспроизводства авторитарной системы в структуре её членов» ([19],с.77).

            Сказанное, на наш взгляд, позволяет сделать предположение, что высокий, исторически сложившийся многолетний авторитаризм российского социума не мог не отразиться и на внутрисемейных отношениях — формируя заведомый приоритет поддержки предметно-манипулятивной деятельности перед деятельностью социального общения и социальной ответственностью.

             В наши дни итоги массового обследования московских подростков показали, что «испытывая по отношению к себе прежде всего равнодушное по сути отношение родителей (высокая автономность), подростки приобретает опыт безразличных и формальных взаимоотношений в семье, что, вероятно, является источником их неуверенности и беспокойства по поводу создания в будущем собственной семейной жизни. В то же время они испытывают высокую потребность в близких и психологически безопасных внутрисемейных взаимоотношениях, на что указывает высокая ценность «счастливой семейной жизни» ([7],с.84). Вместе с тем, даже эта ценность в течение последних лет заметно теряет свою значимость. «…Наряду с падением значимости самой ценности счастливой семейной жизни, резко теряет свою привлекательность и такой личностный стереотип, как «хороший семьянин» /…/ Если взрослые придают большое значение такой ценности, как поддержка супругами друг друга, то старшеклассники сориентированы на значимость сексуальной гармонии между супругами, как на основной фундамент супружества. Кросс-культурные сопоставления показывают, что в возрастном плане российские школьники оказываются гораздо менее зрелыми в своих представлениях о супружестве, по сравнению со сверстниками из развитых европейских стран» ([20],с.87).

              Лишин О. В.     РОЛЬ СИСТЕМЫ ОТНОШЕНИЙ В ОНТОГЕНЕЗЕ ЛИЧНОСТИ.
 http://dozor. narod.ru/lishin/relations.html

 

 

Тезисы доклада «Детерминанты возникновения конфликтов в системе «семья – ребенок

Опубликованы тезисы доклада Викторовой Е.В., Козиной Г.Ю. «Детерминанты возникновения конфликтов в системе «семья – ребенок — школа»: импринтинг и импрессинг» в сборнике материалов XIV Международной научной конференции «Сорокинские чтения — 2020».

Представленная концепция импринтинга и импрессинга как скрытых социальных механизмов взаимодействий индивида, семьи и общества, в определенных условиях обусловливающих возникновение между ними конфликтов, основывается на теоретическом и эмпирическом исследованиях. 

Теоретическую основу исследования составили научные труды, в которых рассматривается феномен импринтинга/импрессинга на микро- и макроуровнях его функционирования: как механизм формирования ценностных – моральных, политических и др. – установок личности 
(М. Перельман, В.Н. Сагатовский), как социальный пусковой механизм наследственно обусловленных творческих способностей личности (Г. Селье, 
В.П. Эфроимсон), как структурный компонент социализации 
(И.А. Шмерлина), как механизм формирования общественного сознания и манипулирования им (Т. Лири, Э. Морэн), как социальный феномен в целом 
(Н.Б. Оконская).

Термины «импринтинг» и «импрессинг» зачастую используются как синонимичные, однако анализ их научного применения позволяет обнаружить между ними существенные различия. Под импринтингом (социальным импринтингом), понимается фиксация (запечатление) определенной информации в памяти, происходящая преимущественно на ранних этапах жизни индивида, следствием которой является устойчивая склонность человека к определенным образцам социального поведения. Не случайно импринтинг рассматривается прежде всего в контексте социального научения. Импрессинг предполагает впечатление, полученное в результате информационного воздействия на личность в критические (не только ранние, но и подростково-юношеские) периоды онтогенеза, следствием которого выступает формирование устойчивых ценностных ориентиров и стремления к определенным видам деятельности. Импрессинг ассоциируется с активированием способностей личности к творчеству и его конкретным видам. 

Социальный импринтинг может приводить к социально положительным последствиям, а импрессинг – даже к социально значимым. Конфликтогенные риски в данном случае обнаруживаются в том, что последствия данных феноменов могут быть и негативными.

Экспериментальное исследование импринтинга и импрессинга как механизмов первичной социализации позволяет говорить о том, что во всем многообразии этих феноменов по источнику их возникновения превалируют те, что пережиты в семье (такие впечатления выявлены у 100% респондентов). Наиболее часто импринтинговыми становятся следующие ситуации: развод родителей, ссоры родителей (родственников), смерть родного человека; импрессинговыми – похвала ребенка со стороны родителей, совместное с родителями времяпровождение (игры, чтение, путешествия и т.п.), значимые семейные события (праздники, торжества, традиции). Как можно заметить, преобладают негативные события, обладающие конфликтогенным потенциалом – приводящие в конечном счете если не к открытым межличностным (детско-родительским) конфликтам, то к внутриличностным. Это связано, во-первых, с высокой значимостью для ребенка ролей, которые исполняют родители, во-вторых, с социально-психологической спецификой межличностных отношений в семье: «тесным», интимным и, как следствие, эмоционально насыщенным взаимодействием. 

Тенденция к преобладанию эмоционального аспекта над предметно-информационным в семейной среде детерминирует возрастание вероятности нарушений межличностного общения вплоть до возникновения конфликтов. В качестве примера приведем один из самых ярких маркеров эмоциональной перегруженности семейного общения, приводящей к негативным импринтингам, – речевые высказывания: приказания, прямое инструктирование; предостережения, угрозы; нотации, морализаторство; советы и разъяснения; прямая негативная оценка; высмеивание, навешивание ярлыков; интерпретация поведения, постановка диагноза; расследование, допрос. Этот маркер интересен тем, что непосредственно ассоциируется с еще одной средой, которая изобилует импринтингами и импрессингами подобной природы – образовательной средой.  

Импринтинги и импрессинги, возникающие в образовательной среде, особенно в школьной, занимают значительное место среди всех впечатлений детско-подросткового возраста (65,9% респондентов испытали импрессинги в процессе школьного обучения, 22% – профессионального). Кроме того, согласно полученным данным, семейные и школьные импрессинги накладываются друг на друга, усиливая свое действие. Обращает свое внимание значительное число негативных или смешанных впечатлений, полученных в ближайшем социальном окружении, которым в детско-подростковом возрасте являются семья и школа (у 14,6% респондентов воспоминания о значимых событиях детских и подростковых лет оказались положительными; большинство – 42,6% — говорило о том, что среди ярких воспоминаний детства есть как положительные, так и отрицательные; 20,5% пережили, по их словам, «странные, смешанные чувства», «тревожащие душу»; у 8,8% опрошенных воспоминания не вызвали каких-то особенных чувств).

Роль импрессингов и социальных импринтингов в возникновении межличностных и внутриличностных конфликтов в семейной и образовательной среде изучена лишь отчасти. Этим обусловлено продолжение нами эмпирического исследования в данном предметном поле, с учетом, кроме того, и новых реалий общения – цифровых – создающих новые факторы напряжения.  

https://socio.msu.ru/documents/sbornik_sorokin2019.pdf

(PDF) Музыкальный импрессинг как психолого-педагогический феномен

пел где угодно, мог спеть в автобусе, в общественном месте, но этого я не

помню». А вот более осознанное и глубокое впечатление: (М.О., студентка

ХМФ РАМ альт): «Первым произведением, которое произвело на меня

очень сильное впечатление, была Фантазия фа-минор Моцарта. Впервые я

услышала ее на концерте, когда училась в начальных классах музыкальной

школы. Тогда я не запомнила ни автора, ни мелодии – и найти это

произведение не представлялось возможным. И когда я услышала

Фантазию на записи несколько лет спустя, для меня это было счастьем».

Пример достаточно зрелого и глубокого анализа своих впечатлений (С.Ю.,

студент ХМФ РАМ академический вокал): «Первая музыка, по-

настоящему поразившая меня – это вальс из фильма «Мой ласковый и

нежный зверь». «Табор уходит в небо» я ужасно не любил, музыка делала

мне больно, не знаю, почему. это я к тому, что эмоции, минуя разум

проникают в сердце и тревожат его неведомым образом. Первые слезы в

жизни вызвала песня Шаляпина «Старый казак», «Не велят Маше». Там

был и смысл, и слова, и что-то в голосе, какой-то нерв, который, как строй

солдат, идущих в ногу по мосту, постепенно раскачивал душу, входил с

ней в резонанс».

Описания сильных и ярких впечатлений от музыки преобладают у

музыкантов, причем у большого числа музыкантов, четко

ориентированных на пристрастие к определенным инструментам (у 36 из

42) первые импринтинговые впечатления связаны с этим инструментом.

Вот одно из типичных описаний (К.Д., ХМФ РАМ, будущая, а сейчас уже

дипломированная скрипачка): «Мне было 5 лет, и когда я была дома одна,

увидела и услышала по телевизору исполнение 24 каприса Паганини.

Насколько помню я застыла как вкопанная, и не могла двинуться с места,

даже когда музыкант отыграл. Когда пришла мама, она сразу заметила

какое-то изменение во мне и спросила, что случилось, а я сначала молчала,

а потом стала пытаться петь „Па… па-па-па-паˮ, а потом весь вечер бегала

ФЕНОМЕН ТАЛАНТЛИВОЙ ЛИЧНОСТИ В ИСТОРИИ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

Автор(ы) статьи: Слепцова А.О.
Раздел: ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ
Ключевые слова:

творчество гения, божественный дар, психонейрофизиологический комплекс, политалантливая функциональность, генетика, пассионарность, импрессинг, интеллект, гений, талант, вестник, вестничество

Аннотация:

Данная статья посвящена рассмотрению феномена талантливой личности в фундаментальных трудах ученых, в научно-популярных статьях, в иррациональных философских концепциях и художественных произведениях. Суммируя рассмотренные мнения, следует говорить о присутствии некоторого релятивизма в понимании данного феномена, талантливая личность изучалась часто с субъективных позиций, или использовался только узкоспециальный подход.

Текст статьи:

В контексте темы настоящей статьи значительный интерес представляет книга Е. Синицына и  О. Синицыной  «Тайна творчества гениев». В своей книге Синицыны шаг за шагом следуют за великими людьми, выявляя закономерности во всём, что составляет «творчество гения», пытаются проникнуть в творческую лабораторию, невзирая на стереотипное табу: «гений — это божественный дар, постичь который невозможно».

Сколько было, есть и будет гениев в истории человечества, никто не знает. «По теории вероятности и по нашим расчётам, — говорит Евгений Синицын, — один гений приходится на шесть миллионов человек». Кроме того, авторы попытались «измерить» гениальность. «Мы рискнули — в нашей книге впервые в мире построена теория гениальности. Мы нашли восемнадцать факторов гениальности: это вдохновение, фантазия, воображение, стремление к превосходству, спонтанность, сосредоточенность, универсальность, новизна, красота, навязчивый образ и другие факторы».

Возникает вопрос, как можно измерить: сколько у Ньютона спонтанности, а у Микеланджело – воображения? Автор новой мировой теории, считает, что этого не определит ни одно сверхрсовременное устройство. Открытие Синицына — теория структурно-осевой психологии, с помощью которой и можно проникнуть в тайны творчества гениев, — лежит на стыке кибернетики и психологии. Каждый человек имеет индивидуальный автономный психонейрофизиологический комплекс, а одним из его важнейших элементов является сознание и бессознательное с запечатленными в них информационно-смысловыми структурами.

У гения и у простого человека эти индивидуальные психонейрофизиологические комплексы сильно отличаются. Это сакраментальное отличие и лежит в глубине пропасти, обычно отделяющей гения от всего остального мира.

В своем исследовании Синицыны опирались на аналитическую психологию К. Юнга, «мы развили его теорию психологических типов и открыли в человеке новую психическую систему».

Юнг утверждал: самое главное отличие гения от обычного человека — он творит за счёт бессознательного. Авторы анализируют “Пророка” А.С. Пушкина, созданного, когда поэту было всего 27 лет. «В 27 лет невозможно быть таким мудрым! Он черпал импульсы из коллективного бессознательного, а это символы, архетипы, то, что накоплено человеком за тысячелетия, — вслед за К. Юнгом констатирует новосибирский учёный. — Пушкин в “Пророке” предвосхитил теорию Юнга, каждая метафора поэта — интерпретация теории Юнга. Это за двести лет до её создания!»

Кроме этого, Синицыны исследуется проблема одержимости гения творчеством. Ссылаясь на Леонардо да Винчи и Микеланджело, Ньютона и Лейбница, Баха и Моцарта, Гёте и Байрона, авторы говорят о том, что  невозможно объяснить здравым смыслом невероятную продуктивность работы. «Когда Ньютона спросили, как ему удалось открыть законы всемирной механики, он ответил: «Думаю об этом денно и нощно», —  цитируют исследователи английского физика, утверждая беспрерывность и всеобъемлимость творческого процесса гения.

Помимо перечисленных вопросов исследователи уделили большое внимание проблеме универсальности гения. Для иллюстрации наличия данного феномена авторы ссылаются на политалантливую функциональность  Омара Хайяма поэта, математика, астронома, философа, астролога и царедворца; Михаила Ломоносова поэта, естествоиспытателя, химика, физика, астронома, географа, геолога и металлурга и многих других невероятно одаренных деятелей сразу во множестве сфер.

В своем исследовании Синицыны раскрыли и описали механизм взаимоотношений гения и массы. «Масса всегда будет гения уничтожать, — заключает Синицын. — Философ Ортега сказал: есть народы, которые гениев чтят и тянутся за ними, и тогда эти нации процветают».

В данной книге анализируется, также, гипотеза, согласно которой существует прямая зависимость между психическими отклонениями и гениальностью. Ученые считают, что отчасти небезосновательно — биографии гениальных людей пестрят поступками на грани безумия.

Эта гипотеза, впервые в законченном виде была представлена еще в XIX веке Чезаре Ломброзо в работе «Гениальность и помешательство». В своей работе Ч. Ломброзо пишет о физическом сходстве гениальных людей с помешанными, о влиянии различных явлений (атмосферных, наследственности и др.) на гениальность и помешательство, приводит примеры, многочисленные свидетельства медицинского характера о наличии у ряда писателей психических отклонений, а так же описывает специальные особенности гениальных людей, страдавших в то же время и помешательством.

Эти особенности заключаются в следующем:

1. Некоторые из таких людей обнаруживали неестественное, слишком раннее развитие гениальных способностей. Так, например, Ампер в 13 лет уже был хорошим математиком, а Паскаль в 10 лет придумал теорию акустики, основываясь на звуках, производимых тарелками, когда их расставляют на стол.

2. Многие из них чрезвычайно злоупотребляли наркотическими веществами и спиртными напитками. Так, Галлер поглощал громадное количество опия, а, например, Руссо — кофе.

3. Многие не чувствовали потребности работать спокойно в тиши своего кабинета, а как будто не могли усидеть на одном месте и должны были постоянно путешествовать.

4. Не менее часто меняли они также и свои профессии и специальности, точно мощный гений их не мог удовольствоваться одной какой-нибудь наукой и вполне в ней выразиться.

5. Подобные сильные, увлекающиеся умы страстно предаются науке и с жадностью берутся за разрешение труднейших вопросов, как наиболее подходящих, может быть, для их болезненно-возбужденной энергии. В каждой науке они умеют уловить новые выдающиеся черты и на основании их строят нелепые иногда выводы.

6. У всех гениев есть свой особый стиль, страстный, трепещущий, колоритный, отличающий их от других здоровых писателей и свойственный им, может быть, именно потому, что он вырабатывается под влиянием психоза. Положение это подтверждается и собственным признанием таких гениев, что все они по окончании экстаза не способны не только сочинять, но и мыслить.

7. Почти все они глубоко страдали от религиозных сомнений, которые невольно представлялись их уму, между тем как робкая совесть заставляла считать такие сомнения преступлениями. Например, Галлер писал в своем дневнике: «Боже мой! Пошли мне хотя бы одну каплю веры; разум мой верит в тебя, но сердце не разделяет этой веры — вот в чем мое преступление».

8. Главные признаки ненормальности этих великих людей выражаются уже в самом строении их устной и письменной речи, в не логических выводах, в нелепых противоречиях. Разве Сократ, гениальный мыслитель, предугадавший христианскую мораль и еврейский монотеизм, не был сумасшедшим, когда руководствовался в своих поступках голосом и указаниями своего воображаемого Гения или даже просто чиханьем?

9. Почти все гении придавали большое значение своим сновидениям.

В заключение своей книги Ч. Ломброзо, однако, говорит о том, что на основании вышеизложенного нельзя прийти к заключению, что гениальность вообще есть не что иное как умопомешательство. Правда в бурной и тревожной жизни гениальных людей бывают моменты, когда эти люди представляют сходство с помешанными, и в психической деятельности и других есть немало общих черт — например, усиленная чувствительность, экзальтация, сменяющаяся апатией, оригинальность эстетических произведений и способность к открытиям, бессознательность творчества и сильная рассеянность, злоупотребление спиртными напитками и громадное тщеславие. Между гениальными людьми есть помешанные, и между сумасшедшими — гении. Но было и есть множество гениальных людей, у которых нельзя отыскать ни малейших признаков умопомешательства.

Большое внимание в истории теоретической мысли было уделено проблеме наследования способностей. В 1869 году Френсис Гальтон, биолог-энциклопедист XIX века, выпустил книгу «Наследственный гений: исследование его законов и следствий». Гальтон впервые показал, что способности человека наследуются по тем же принципам, как и физические признаки в органическом мире. Новизна подхода состояла в применении статистических методов для классификации по степени одаренности выдающихся людей и их родственников на примере Англии. Обнаружился явный семейный характер передачи способностей и талантов. Первый отклик на книгу Гальтона поступил от его двоюродного брата Чарлза Дарвина: «Я не думаю, чтобы в течение всей моей жизни мне пришлось читать что-либо более интересное и оригинальное… Вы создали, в чем я уверен, незабываемое произведение».

Столь же яркое впечатление оставляет вышедшая в 1998 году книга классика российской генетики Владимира Павловича Эфроимсона «Гениальность и генетика».

Подход В.П. Эфроимсона можно условно назвать триадой таланта: зарождение потенциального гения, развитие и становление, воплощение в жизнь потенциального таланта или гения.

Стержень концепции Эфроимсона состоит в убеждении, что потенциальные и состоявшиеся таланты и гении имеют, как правило, в своем генотипе генетические факторы внутреннего «допинга», резко повышающие психическую и интеллектуальную активность на фоне тех или иных способностей.

В.П. Эфроимсон не берется сам судить, кого относить к талантам и гениям. Он пользуется самыми разнообразными экспертными оценками (неровными по своему подходу и принципам отбора) из обширной биографической и историко-культурной литературы типа «жизнь замечательных людей».

Эфроимсон вводит новый термин — импрессинг. Это ранние и сверхранние впечатления детства, которые действуют в чувствительный период и определяют характер и направление деятельности личности на всю жизнь. В.П. Эфроимсон показывает, что для становления потенциального гения необходимы раннее признание, поощрение и свобода творческого самовыражения. Андрэ Моруа в сходном аспекте писал о «витамине П» — Преклонение, Признание, Поощрение.

Взаимодействие генов одаренности со стимулирующей средой, анализ действия ранних импрессингов, разработка систем образования и воспитания, ориентированных на исходное генетическое разнообразие (полиморфизм), непременное развитие этических и эстетических сторон личности — все это должно, по замыслу автора, стать объектом специальной науки — педагогической генетики. С позиций дарвиновского эволюционизма Эфроимсон обосновывает вывод, что комплекс этических свойств (альтруизм, совестливость, способность к самоотверженным поступкам), а также эмоциональное восприятие красоты и гармонии имеют наследственную основу, возникнув в ходе группового отбора.

Пушкин ставил себе в заслугу, что «чувства добрые я лирой пробуждал». Но чтобы чувства добрые пробуждать, нужно верить, что есть генетическая предрасположенность к ним у каждого ребенка. Однако сделав такой вывод, В.П. Эфроимсон показывает на примере ряда биографий «гениев-злодеев», что потенциальная способность к развитию альтруизма легко может быть заглушена трудным детством, дефицитом материнской любви. Она может быть извращена групповой этикой — классовой, национальной, фанатично-религиозной.

В движении человеческой мысли во времени есть удивительный феномен, названный в 1926 году В.И.Вернадским «пульсация талантливости». На протяжении одного-трех поколений в какой-либо стране или регионе появляются одновременно талантливые люди и поднимают на огромную высоту определенную область духовной жизни. «Мы не знаем пока, почему, как и отчего происходит нарождение талантливых людей, их скопление в близких поколениях и отсутствие в других, — отмечал Вернадский. «Мы должны их принять за свойство нашей расы, проявление ее природы. Это такой же природный процесс, подлежащий научному исследованию натуралиста, каким является воздействие научной мысли на окружающую живую и мертвую природу». Эфроимсон впервые дает истолкование феномену пульсации талантливости с позиции триады таланта.

Эпоха Перикла в Древней Греции, на что обратил внимание еще Ф.Гальтон, служит В.П. Эфроимсону точкой отсчета, позволяющей оценить, с какой частотой в человеческих популяциях «нарождаются» гении, если условия их становления и социального воплощения благоприятны. В доме Перикла за одним столом могли, в принципе, встречаться Протагор, Сократ, Фидий. В это время в Афинах творили Еврипид, Аристофан, Эсхил, Ксенофонт. И все это при численности афинской популяции около 50 тысяч (не считая рабов). Никакие генетические данные, полагает Эфроимсон, не позволяют думать, что афиняне наследственно превосходили окружающие их народы. Секрет заключался в стимулирующей среде, созданной гением самого Перикла, в его призыве к афинянам превратить Афины в центр политической и культурной жизни всей Эллады.

Афинская вспышка дает возможность оценить частоту зарождения потенциальных гениев как 1 на 2-10 тысяч. В обычных условиях истории гениев насчитывается в сотни и тысячи раз меньше. Согласно анализу В.П. Эфроимсона, вспышки совпадают с периодами социально-информационных кризисов данного социума. Они возникают также в условиях особого поощрения, меценатства талантам, как это было во Флоренции в период правления Медичи.

В.П. Эфроимсон призывает исследовать, как в разных ситуациях гены, стимулирующие творческую активность, зависимые от генотипа гормональные допинги определяли судьбу личностей в истории.

Заметно явное сходство «историогении» Эфроимсона с подходами и идеями, развитыми практически одновременно Л.Н.Гумилевым в его книге «Этногенез и биосфера Земли». По Гумилеву, истоки зарождения многих этносов коренятся во внутреннем энергетическом человеческом импульсе. У личностей, названных им пассионариями, устремление к сознательной или бессознательной (порой иллюзорной) цели так велико, что превышает инстинкт жизни. Пассионарность, по Гумилеву, есть свойство генотипа, генетической конституции личности, оно может сочетаться со всеми видами дарований. Повышение концентрации генов, приводящих к пассионарному поведению, лежит в основе зарождения новых этносов и вспышек в истории человечества. Эфроимсон сочувственно относится к главным положениям этой концепции, полагая, что «Гумилевым схвачено основное, и наши работы, проводимые независимо от него, представляют попытку понять биологические причины пассионарности». В.П. Эфроимсон указывает кратко и на отличия своего подхода, в частности, обнаружение большой роли условий развития и импрессингов на становление талантов и тех особенностей поведения, которые можно отнести к пассионарным.

И все же налицо любопытная конвергенция: генетик в поисках тайны гениальности окунулся в историю общества и культуры и предложил истолкование многих явлений с позиций эволюционной биологии. А историк и этнолог для объяснения загадочных импульсов и рывков в истории человеческих сообществ обратился к генетике поведения человека и указал на внутренние энергетические импульсы, которые стимулируют активность людей.

Николай Гончаренко в работе «Гений в искусстве и науке» обращается, конкретно, к теме творческого труда  и мук творчества.

Гончаренко в своих рассуждениях опирается на марксистскую мировоззренческую концепцию и, беря за фундамент идею о том, что  труд вывел человека из мира животных, утверждает, что творческий труд развил в нем художника и ученого, достигнув высшего уровня в деятельности гения. Превратив труд в постоянную потребность, творческие личности не всегда придерживаются правила «ни одного дня без строки», а, скорее, следуют другому — «ни одного дня без размышлений». Труд — главное содержание их жизни, они могут искать отдых, но не полное отключение от деятельности. И хотя они могут проводить досуг верхом на лошади (как Л. Толстой), играть в карты (как Некрасов) или заниматься спортом (как Бор), вряд ли даже в эти минуты их покидают мысли о том, над, чем они работали. В труде творческая личность находит средство разрядки от наплыва мыслей, чувств, эмоций. После длительных размышлений, изучения проблемы и т. д. наступает период, когда «пальцы просятся к перу, перо к бумаге…» или, как выразился один композитор, «в душе нарастает давление, гонит к фортепиано». Груз впечатлений, эмоций, долго вынашиваемых и многократно пережитых идей мешает движению вперед, препятствует подъему на новую ступень творческой деятельности; освобождение от них становится внутренней потребностью беспокойного духа.

В творчестве, в искусстве, в философии, говорит Гегель, происходит «очищение духа от состояний несвободы». Оставаясь постоянным условием жизни истинного творца, труд приобретает для него различное экзистенциальное значение в зависимости от поворотов его жизненного пути, прихотей фортуны. В безоблачные дни существования, признания сделанного им труд служил гению источником сил, наполнявших его душу радостью творчества; во времена нападок, гонений и преследований он был для него тем противовесом душевных переживаний, который придавал равновесие его жизни, был единственным средством уйти от «свинцовых мерзостей» мира.

В своем исследовании Гончаренко намеренно опровергает довольно популярное мнение, что «каторжниками труда» являются только великие ученые, — что касается великих художников, то за них все делает вдохновение. Ведь, никто не будет сомневаться, что непрерывным трудом была наполнена как жизнь Ньютона и Ломоносова, так и Толстого и Коненкова. Прав Белинский: «Архитектура, скульптура, живопись и музыка никакому гению не даются без тяжкого и продолжительного труда».

Далее, на основе известных фактов из жизни великих, Гончаренко  доказывает положение, согласно которому,  характерной чертой гениальных ученых и художников является неутомимое трудолюбие. Подготовительные работы Маркса к своим сочинениям — один из убедительных примеров этого. «Никогда он не был доволен своей работой, всегда он впоследствии делал в ней изменения и постоянно находил, что изложение не достигает той высоты, до которой доходит его мысль». Самоотверженно работали не только те, которым не удавалось все с первых попыток, — Бальзак, Толстой, Королев. Сжигали себя в труде и те, кому все давалось легко, по крайней мере при поверхностном взгляде: «гений физического эксперимента» Роберт Вуд, Жорж Санд, Гюго. А. Дюма, отметая, вероятно, подозрения, что ему все дается легко, с запальчивостью воскликнул: «Руки, написавшие четыреста книг, — это руки рабочего!»

Великие творческие личности могли спокойно выносить отсутствие общества, невнимание к себе и к своей личности, невзгоды, терпеть материальные лишения, но они не могли жить без труда.

Поль де Крюи пишет, что Пастер в те 6 лет, что были посвящены открытию вакцины, полные невиданных триумфов и жесточайших разочарований, вложил «такое огромное количество энергии, которое могло бы заполнить сотню жизней обыкновенных людей». Флобер работал, по его собственным словам, «как 38 миллионов негров». Маяковский любил говорить, что он работает как Pferd (нем. — лошадь).

Но, указывая на огромное значение труда в жизни великих ученых и художников, отмечая их необыкновенное трудолюбие, Гончаренко говорит, что не следует объем сделанного превращать в критерий их одаренности или показатель способности трудиться. Гении художники оставляли после себя и десятки томов (Гете, Толстой, Иван Франко) и один, два тома. Иногда это было связано с продолжительностью их жизни, вернее, творческого периода, иногда — нет. Пушкин, Блок, Маяковский прожили недолгую жизнь, но оставили намного больше, чем Тютчев. Так называемое «веймарское» издание произведений Гете, выходившее с 1887 по 1919 год, включает 143 тома. Айвазовский написал более 5 тысяч картин; Эйнштейн имел 248 публикаций; Дарвин — 119; Фрейд — 330; Мендель — всего 7. Крамской оставил 3 тысячи портретов. Огромную массу полотен создал Рубенс. «Объем всего написанного Петром Алексеевичем Кропоткиным, — пишет его биограф, — очень велик. Многое опубликовано, причем на различных языках и в нескольких изданиях. Общее число публикаций более чем на двадцати языках превышает две тысячи». Научное наследие Спинозы по объему невелико. Уместно вспомнить в этой связи слова Нильса Бора: «Если человек не понимает проблемы, он пишет много формул, а когда поймет, их останется в лучшем случае две». «Помните, что основное правило великого писателя — переделывать, перечеркивать, перемарывать, вставлять, сглаживать и снова переделывать», — советовал Л. Толстой. Величайшее умение писателя — это умение вычеркивать, утверждал Достоевский.

Из любого объема работ, оставленного ученым или художником, история отбирает немногое. В бессмертие, говорил Вольтер, отправляются с небольшим багажом. Всерьез или в шутку, но Стендаль советовал: «Писать надо много, ибо неизвестно, что останется». Угадать это, кстати, не дано и самому автору. А. Гумбольдт огромное значение придавал своему 30-томному описанию стран Южной Америки. Сейчас переиздают его небольшие книги «Картины природы» и «Идеи о географии растений». Надо учитывать также и специфику науки, место в ней моментов описательности (история, география, геология и т. д.), ее язык.

В принципе в трудах гениев меньше информационно не заряженных текстов. Следует учитывать также специфику творчества ученого и художника. У первого меньше от воображения и фантазии, да и логически выраженная мысль, категория, формулировка закона занимают меньше места, чем мысль, заключенная в образах, характеристика эпохи и типических обстоятельств и т. д. Наконец, язык некоторых отраслей науки (математика, кибернетика, теоретическая физика) по своей природе более краток и не столь метафоричен, как обычный. Но некоторые области науки также требуют описаний (в первую очередь общественные), их представители гораздо чаще оставляют более объемные книги, чем математики, химики, физики. Однако и здесь измерять величину труда объемом написанного будет неправильно. Скорее, во всех сферах этот показатель будет относительным и может служить только дополнительным критерием, не говоря уж о том, что гении не только пишут.

Таким образом, проанализировав специфику деятельности и индивидуальные особенности творца, Гончаренко пишет, что, характеризуя труд гения, нужно исходить не из объема сделанного им, а из качества труда, глубины и значимости созданного. «Рембрандт оставил 650 полотен, Пикассо — 20 тысяч. Но отсюда не следует, что второй в 40 раз талантливее первого», — заключает Гончаренко.

Тема данной статьи обуславливает интерес к книге психолога Ховарда Гарднера «Рамки ума». Доктор Гарднер изменил представление об интеллекте и вытекающих из этого общепринятых методов обучения. Он опроверг популярную идею о моноинтеллекте, выдвинув гипотезу о том, что интеллект человека множествен, и не может быть измерен одним – единственным тестом.

Согласно Гарднеру, интеллект – это способность создавать эффективные продукты, предлагать ценности, которые имеют культурное и общечеловеческое значение. Это также набор навыков, которые позволяют творчески решать задачи, которые жизнь ставит перед человеком. Интеллект – это еще и потенциал искать и находить новые знания.  Ученый выделил 9 разнообразных типов интеллекта, которые, по сути, отражают различные способы взаимодействия с миром. Трудно найти в мире двух одинаковых людей, каждый человек – уникальная комбинация генов. Интеллекты отличаются так же, как отличаются наши отпечатки пальцев.

Тип интеллекта, по Гарднеру:

Лингвистический. Способность оперировать словами как устно (например, как это делает рассказчик, оратор, политик), так и письменно (поэт, писатель, драматург, журналист, редактор). Сложившаяся педагогическая практика сегодня апеллирует к развитию этого вида интеллекта наиболее интенсивно.  В школе мы слушаем, пишем, читаем и говорим.

Логико-математический. Способность оперировать числами (математик, бухгалтер, статистик) и мыслить рационально (ученый, компьютерный программист, логик). Этот тип интеллекта также активно задействован в школьных программах.

Пространственный. Талант воспринимать мир визуально и анализировать эту информацию (охотник, скаут, гид), а также трансформировать пространство (архитектор, художник, изобретатель, дизайнер интерьеров). Человек, у которого развит этот тип интеллекта, восприимчив к цвету, форме, линиям, и отношениям между объектами в пространстве. Он может графически выражать свои идеи.

Телесно – кинестетический. Умение использовать тело для самовыражения, передавать эмоции и чувства движениями (атлет, танцор, актер),  использовать руки для трансформации разнообразных вещей (ремесленник, скульптор, механик, хирург).

Музыкальный. Речь идет о способности воспринимать музыку, оценивать ее (музыкальный критик), трансформировать, создавать музыку (композитор), исполнять (исполнитель). Обладающий развитым музыкальным интеллектом человек легко запоминает мелодии и способен воспроизвести. Он восприимчив к ритму.

Заслуживают внимания исследования в данной области крупнейшего психолога Теплова Б.М. Мировую известность получила его монография «Психология музыкальных способностей». В ней Теплов Б.М. предложил новую структуру музыкальных способностей, включающую в качестве обязательных такие компоненты, как ритмическое и ладовое чувство, способность к произвольному оперированию музыкальными слуховыми представлениями. Большое значение имеет предложенный им психологический анализ феномена музыкальности как единства эмоциональной отзывчивости на музыку и совокупности взаимосвязанных между собой отдельных музыкальных способностей.

К ней примыкает серия статей о способностях и одаренности. Разрабатывая целостную концепцию индивидуальности, Теплов Б.М. собрал обширнейший материал о жизни великих русских композиторов. Их биографии, воспоминания и творчество были проанализированы с разных точек зрения: 1) характера самих музыкальных способностей; 2) их органической связи с общей одаренностью; 3) взаимообусловленности способностей и личностных качеств; 4) соотношения общих и специальных способностей с задатками. Этот способ многостороннего анализа был распространен затем на описание ума и воли выдающихся полководцев.

Он полагал, что «систематическое исследование физиологических основ индивидуально-психологических особенностей не только желательно, но и совершенно необходимо для подлинно научного понимания психологических различий между людьми». Здесь, как считал Теплов Б.М., можно надеяться подойти к изучению природных задатков, лежащих в основе индивидуальных различий в способностях людей.

Артур Шопенгауэр, немецкий философ – экзистенциалист, также занимался исследованиями в этой области. По Шопенгауэру, художник, или «гений», как он предпочитает называть его, — это интеллект, изменивший своему первоначальному назначению, освободившийся от своей исконной службы воле, действующий по собственному почину. Свободный от внушений воли и практического интереса, «гений» воспринимает вещи уже не только в их отношениях, но и такими, каковы они сами по себе; кроме их относительного бытия, он постигает и их бытие абсолютное.

Сущность гениальности Шопенгауэр видит в обдуманности. В ней единственное преимущество гения перед другими людьми, так как гений владеет значительно высшей, чем обычные люди, степенью размышления и отличается большей устойчивостью объективного познания. Это и позволяет ему достигать обдуманности, необходимой для того, чтобы воспроизводить познание в свободном творении: подобное воспроизведение и есть, по Шопенгауэру, создание искусства.

Даниил Андреев в своей книге «Роза Мира» предложил собственное иррациональное видение феномена талантливой личности, оперируя такими понятиями как «гений», «талант», «вестник».

Вестник — это тот, кто, дает людям почувствовать сквозь образы искусства в широком смысле этого слова высшую правду и свет, льющиеся из миров иных. Пророчество и вестничество — понятия близкие, но не совпадающие. Вестник действует только через искусство; пророк может осуществлять свою миссию и другими путями — через устное проповедничество, через религиозную философию, даже через образ всей своей жизни. С другой стороны, понятие вестничества близко к понятию художественной гениальности, но не совпадает также и с ним. Гениальность есть высшая степень художественной одаренности. И большинство гениев были в то же время вестниками — в большей или меньшей степени, — но, однако, далеко не все. Кроме того, многие вестники обладали не художественной гениальностью, а только талантом.

Проведя компаративное исследование творчества великих деятелей XIX века, Андреев установил, что с шестидесятых годов ясно определился многозначительный факт, совершенно неосознанный, однако, обществом: влияние гениев и влияние талантов стало, в некотором очень глубоком смысле, противостоять друг другу. Художественные гении того времени — Тютчев, Лев Толстой, Достоевский, Чехов, Мусоргский, Чайковский, Суриков, позднее Врубель и Блок — не выдвигали никаких социальных и политических программ, способных удовлетворить массовые запросы эпохи, увлекали разум, сердце, волю ведомых не по горизонтали общественных преобразований, а по вертикали глубин и высот духовности; они раскрывали пространства внутреннего мира а в них указывали на незыблемую вертикальную ось. Таланты же, по крайней мере наиболее влиятельные из них, все определеннее ставили перед сознанием поколений проблемы социального и политического действия. Это были Герцен, Некрасов, Чернышевский, Писарев, все шестидесятники, Глеб Успенский, Короленко, Михайловский, Горький. Таланты-вестники, как Лесков или Алексей Константинович Толстой, оставались изолированными единицами; они, так сказать, гребли против течения, не встречая среди современников ни должного понимания, ни справедливой оценки.

Подобно тому, как Иоанн Грозный, при всем масштабе своей личности, должен быть признан фигурой огромной, но не великой, ибо лишен одного из признаков истинного величия — великодушия, точно так, же целый ряд художественных деятелей, к которым многие из нас применяют эпитет гения, не являются и никогда не являлись вестниками. Так как, их художественная деятельность лишена одного из основных признаков вестничества: чувства, что ими и через них говорит некая высшая, чем они сами, и вне их пребывающая инстанция. Такими именами богата, например, литература французская, а у нас можно назвать двух-трех деятелей эпохи революционного подъема: Горького, Маяковского. Можно спорить с гениальностью этих писателей, но вряд ли кто-нибудь усмотрел бы в них вестников высшей реальности.

Талант и даже гений обладают не миссией, а долженствованием, подобно всякому человеку, но ряд глубоко индивидуальных особенностей отличает это долженствование от остальных. Миссия же имеет всегда значение общее, очень широкое, в ее осуществлении горячо заинтересована вся метакультура. Для того чтобы художник мог быть вестником, требуются более напряженные, длительные усилия провиденциальных сил. Потому что приоткрытие духовных органов его существа — без этого вестничество невозможно — процесс необычайно трудоемкий, более трудоемкий, чем вручение любой, самой мощной художественной гениальности.

Что же до гениальности или таланта как таковых, они могут быть совершенно свободны от задания — возвещать и показывать сквозь магический кристалл искусства высшую реальность. Достаточно вспомнить Тициана или Рубенса, Бальзака или Мопассана. Не снимаются с них лишь требования этики общечеловеческой да условие — не закапывать свой дар в землю и не употреблять его во зло, то есть не растлевать духа. Только с такими требованиями и вправе мы подходить к оценке жизни и деятельности, скажем, Флобера или Уэллса, Маяковского или Есенина, Короленко или Горького, Репина или Венецианова, Даргомыжского или Лядова, Монферрана или Тона. Таким образом, этические требования, предъявляемые к таланту или гению, — требования общечеловеческого этического минимума.

Проанализировав рассмотренные точки зрения, касательно феномена талантливой личности, можно с уверенностью говорить о необычайно большом разбросе мнений, несмотря на то, что проблема исследовалась, на анализе, работ, созданных за небольшой исторический период. Из этого следует, что, несомненно, данный феномен относится к разряду тех проблем, решение которых не предполагает единственно верного варианта.

Список использованной литературы:
1. Андреев И.Л. Происхождение человека и общества. М., 1988.
2. Белинский В. Г. Избранные философские произведения. М., 1941.
3. Большая Советская Энциклопедия: в 30 томах. – гл. ред. А.М. Прохоров, М., 1978.
4. Вернадский В. И. Страницы автобиографии, М., 1980.
5. Гегель Г.-В.-Ф. Эстетика. Т. 4. М., 1973.
6. Гончаренко Н. В. Гений в искусстве и науке. М., 1991.
7. Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. М.,2005.
8. Гуревич П. С. Культурология: Учебник для вузов. М., 2005.
9. Синицын Е., Синицына О. Тайна творчества гениев. Новосибирск, 2004
10.Чезаре Ломброзо  «Гениальность и помешательство». М., 2009.
11. Шопенгауэр А. О гении, М., 1999.
12. Эфроимсон В.П. Генетика гениальности. М., 2002.

Определение импрессинга. Импрессинги как основные детерминанты пожизненных установок

Подчеркивая громадное значение ранних впечатлений, следует подчеркнуть, что прочно вошедшее в зоопсихологию и этологию понятие импринтинга должно войти и в педагогическую генетику.

Напомним, что вылупившиеся из яйца утята начинают сразу следовать за первым крупным предметом, который они видят. Эта инстинктивная реакция в норме целесообразна, потому что утята следуют за уткой. Но инстинкт эволюционно доведен лишь до практически необходимой точности, и если вылупившиеся утята увидят рядом с собой не утку, а другой движущийся крупный предмет, например человека или собаку, то они и будут месяцами шествовать за человеком или собакой. Врожденный инстинкт, будучи в критический момент обманут, закрепится надолго на ложном объекте.

Явление, сходное с импринтингом, существует и у человека. Оно заключается в наличии очень четких необратимых стадий формирования, стремлений, предпочтений и влечений и означает, что у человека уже в младенчестве, детстве, отрочестве, юности формируются и фиксируются, зачастую пожизненно, те ценностные критерии и подсознательные решения, которыми он будет руководствоваться, несмотря ни на что.

Применительно к человеку сходное с импринтингом явление, которое носит несомненно более сложный, чем у животных, характер, мы назвали словом «импрессинг».

Всего лишь два примера.

Сестра и мать Жака Оффенбаха убаюкивали его в колыбели одним и тем же вальсом. Первые восемь тактов были с ним пожизненно, и, вероятно, поэтому его оперетты так насыщены вальсами. Стал ли Оффенбах таким талантливым, потому что запомнил во младенчестве музыку, потому что у него рано разбудили музыкальную восприимчивость и наклонности? Или он запомнил музыку потому, что был поразительно одарен, независимо от младенческих впечатлений? Создала ли услышанная в младенчестве музыка пожизненную установку? Что это – «импрессинг» или сверхраннее необратимое развертывание генетической информации под влиянием внешнего стимула?

Восьмилетний Артур Комптон однажды пришел к своей матери с толстой тетрадью, в которой, как он сообщил, содержатся почерпнутые из множества книг факты, а также его собственные соображения, доказывающие, что общепринятые представления о трехпалости индийских слонов и пятипалости африканских неверны. По его мнению, имеет место обратное, чему в тетради приведены доказательства.

Мать Комптона чрезвычайно серьезно похвалила его за то, что он так тщательно подошел к изучению этого вопроса. Лет через 30 мать спросила Комптона, уже давно Нобелевского лауреата по физике (1927), помнит ли он этот случай. Сын ответил, улыбаясь, что помнит, конечно, и, если бы мать тогда рассмеялась, то его любовь к исследованиям угасла бы навсегда. Импрессинг?

Зарождение потенциального гения или выдающегося таланта, происходящее во время зачатия, определяется прежде всего генетическими факторами – тем сочетанием генов, которое наделяет оплодотворенное яйцо исключительно благоприятной комбинацией наследственных задатков.

Развитие, развертывание, проявление этих задатков в огромной мере определяется социальными факторами – семьей, условиями младенческого развития, обществом, которые воздействуют на формирование личности.

Но и характер, и результат этого средового воздействия в большой степени зависит опятьтаки от наследственных задатков, потому что в случае тех или иных врожденных свойств одно и то же воздействие может привести к совершенно противоположным результатам. Вопрос: «Каким образом воздействует среда на конкретного человека?» – можно переформулировать: «Что из многообразия средовых воздействий может оказаться для данного человека импрессингом?»

Есть животные, чье поведение целиком определяется запрограммированными инстинктами, а есть животные обучаемые. У первых обучение играет второстепенную роль. У вторых (человек относится именно к этой группе) естественный отбор шел в огромной степени на сверхраннюю обучаемость, когда детеныш еще практически беспомощен, несамостоятелен. Это понятно: как только он станет самостоятельным, обучаться станет почти некогда, так как надо будет добывать пищу, заводить брачных партнеров, вынашивать или выкармливать собственных детей.

У человека, так же как и у обучаемых животных, в индивидуальном развитии есть некоторые «критические» моменты, во время которых наиболее сильно, наиболее глубоко производят впечатления (запечатлеваются) определенные воздействия внешней среды, причем если у животных при импринтингах такой критический момент неизменно падает на первые мгновения жизни, то у человека их несколько и приходятся они на разные стадии младенческого, детского и даже подросткового возраста. Для разных людей импрессингами могут служить разные явления, избирательность же событий, могущих быть наиболее яркими импрессингами, определяется конкретным содержанием врожденных свойств человека.

Например, для Софьи Ковалевской таким потрясшим ее впечатлением оказались увиденные ею в три года ряды огромных цифр на стенах, оклеенных какойто бумагой (в доме готовились к ремонту).

Импрессингом может стать услышанная в «подходящий момент» музыкальная пьеса или какаянибудь потрясшая душу история, рассказанная няней, или вид несчастного больного, которому не может помочь врач.

Импрессинг иногда пожизненно, но всегда на очень долгий срок определяет многие мотивы деятельности человека, его цели, его ценностную шкалу.

Однако до сих пор не удается вычленить более узких возрастных рамок, периодов, в которые импрессинги действительно оказывают максимальное воздействие. В настоящее время ясно, что в развитии младенца, ребенка, подростка они существуют.

Несомненно, что на долю детей и подростков, по социальным признакам как бы и однородных, выпадают совершенно разные импрессинги, не говоря уже о том, что разные генотипы определяют тот факт, что из одинаковых воздействий среды разные люди воспримут в качестве решающих и основополагающих разные импрессинги, сформируют разные жизненные идеалы, да и устремление к их реализации может принять разный характер и интенсивность.

Повидимому, многие психологические компоненты одаренности и гениальности развиваются лишь при стимулирующих воздействиях в чувствительный младенческодетский период. Очевидно, что и реализация потенциальной даровитости и даже гениальности в высокой степени зависит от направленности младенческодетскоюношеских впечатлений.

Весьма вероятно, что значительная часть детей, непрерывно проходивших через обычные ясли и детские сады, к школьному возрасту, точнее, ко второму классу школы, оказались бы вполне подходящими для перевода в школу для умственно отсталых, потому что многие из так называемых «задержек развития» по прохождении необратимых стадий, на которых возможен импрессинг, уже неспособны наверстать упущенное. Однако положение спасает обстоятельство, которое мы временно назовем «принципом надкритической численности». Суть его в том, что с увеличением численности ясельного или детскосадовского коллектива резко и даже катастрофически возрастает вероятность возникновения и распространения инфекции (гриппозной, желудочнокишечной, даже дизентерийной, и глистной), не говоря уже об обязательных простудах изза предпрогулочного перегрева детей, одетых первыми и дожидающихся одевания последних. В результате ясли и детские сады приходится временно закрывать, ребенок переходит на попечение своей семьи, и таким образом интеллектуальная и этическая депривация довольно часто прерывается. В противном случае ясельное и детсадовское отставание детей было бы гораздо более резко выражено.

Трагедия воспитания, воспитателей и родителей заключается именно в том, что им не известны ни подлинно импрессинговые факторы, ни те моменты, может быть, годы, месяцы, дни и даже минуты, мгновения, когда конкретная ситуация превратится, окажется для конкретного ребенка истинным импрессингом, способным оказать максимально решающее воздействие. Может быть, именно раскрытие механизма импрессинга существенно снизит роль случайности в обучении и воспитании. Но явление импрессинга, будучи и непознанным, держит истинных педагогов в состоянии непрерывного напряжения, потому что только тактичность, неослабевающее внимание и собранность могут подсказать, когда, какую кнопку педагогического воздействия и в какой мере надо нажать, причем в каждом случае этот «нажим» должен быть предельно индивидуализирован. Даже при «анкетной» однородности детсадовской группы или школьного класса каждый индивид в ней обладает индивидуальной психобиографией, создаваемой присущей ему избирательностью актуальных импрессингов.

Решающие импрессинги чрезвычайно разнообразны. Они могут определять чрезвычайную причудливость индивидуальных этических норм, влечений и ценностных шкал. Раскрытие серий импрессингов, определивших индивидуальную норму, а тем более патологию – неимоверно сложная и благодарная задача психологии и феногенетики психических свойств. Но разрешение этой задачи таит в себе такие же опасности, как и использование кино, радио, телевидения, атомной энергии, как генная инженерия или психофармакотерапия. Познание тайны импрессинга может привести к созданию особой психотехники, способной формировать человеческую психику. И несмотря на все это, создание науки об импрессинге неизбежно.

Относительно немногие, но достаточно весомые примеры той стимуляции умственной энергии, которую дают некоторые аномалии обмена, как бы моделируют возможности стимуляции умственной энергии под влиянием закрепленных импрессингом ценностных шкал. Биохимическая генетика повышенной умственной активности только приподымает завесу над гигантскими потенциальными возможностями мозга. Реализация этих потенциальных возможностей – это область феногенетики, это область социогенетики, потому что аномалии обмена, конечно, могут «фенокопироваться» социальными стимулами.

Потенциальные возможности точного, «прицельного» педагогического воздействия в оптимальные для него периоды, невозможно переоценить. Конечно, Александр Македонский был гением, причем обладал одним из наиболее мощных биохимических эндогенных стимуляторов умственной и физической энергии – гиперурикемическим. Но и учителем его был Аристотель. И этот факт никак не менее важен.

Казалось бы, «ноосфера» (сфера разума, в смысле В. И. Вернадского и Тейяр де Шардена) позволяет сегодня миллионам детей становиться благодаря книгам, радио, телевидению «учениками Аристотеля». Но никакие заочные «аристотели», «песталоцци», «сухомлинские» без тесного общения со своим учеником не смогут правильно подобрать нужные клавиши, тем более исполнить симфонию потенциальных возможностей личности. Ту сложную, много лет развивающуюся симфонию, которая построена на импрессингах, то есть на формировании ценностных шкал, на пробуждении воли, настойчивости, целеустремленности, самоотверженности, альтруизма, социальности, чувства долга. Эволюционная и популяционная генетика человека разоблачает огромный вред нивелирующей массовой продукции, но она же вскрывает наличие почти у каждого юнца огромных потенциальных возможностей. Эволюционная и популяционная генетика, раскрыв неисчерпаемость разнообразия человеческих генотипов и их потенциальных возможностей, тем самым возносит на головокружительную высоту значение Педагога.

Материал взят из: Педагогическая генетика — Эфроимсон В.П.

12.2. Психогенетика и проблема одаренности

12.2. Психогенетика и проблема одаренности

Ранее говорилось о трудностях в определении понятия «интеллект». Не меньшие сложности вызывает понятие «одаренность», а также связанные с ним понятия «талант», «гений» как степени одаренности.

Во всех определениях одаренности неизменно присутствует фактор творческих способностей. Именно по результатам творчества и происходит зачисление «творца» в разряд «выдающихся личностей». А как измерить его способности, творческий потенциал? И какова в нем роль наследственности? Вернемся снова к тестам интеллекта.

Изначально тесты интеллекта создавались для определения нормы и выявления умственной отсталости, а не одаренности. Хотя довольно убедительно показана весомая роль генотипа в показаниях IQ, неясно, как этот показатель связан с самим интеллектом, способностями и тем более одаренностью. Например, известно, что с возрастом снижается скорость обработки информации (один из важнейших аспектов тестов интеллекта). Можно ли в этом случае говорить о снижении самого интеллекта, уменьшении «одаренности», «талантливости»?

IQ демонстрирует стабильность в онтогенезе, что может служить еще одним подтверждением его генетической детерминации. Вспомним незначительную корреляцию IQ воспитателей и приемных детей и, что самое интересное, снижение этой корреляции почти до нуля с возрастом. Показательны многочисленные примеры ранних обучающих программ, нередко продолжавшихся многие годы. Все они продемонстрировали преходящий эффект, т. е. увеличение IQ в процессе занятий и быстрое возвращение к уровню контрольных групп после их прекращения.

Особенно важно отметить, что показатели IQ выдающихся ученых ничем не отличались от контрольных групп обычных работников науки. И наоборот, обладатели высоких показателей IQ чаще всего не проявляют творческих способностей. Таким образом, IQ, несмотря на его генетическую обусловленность, не может служить показателем одаренности.

А есть ли какая-нибудь связь между «даром» (от этого корня и происходит слово «одаренность») и генотипом? С книги Ф. Гальтона «Наследственный гений», посвященной наследованию таланта, берет свое начало евгеника – предтеча психогенетики. Роль наследственности в проявлении таланта – это область наиболее острых дискуссий.

Поиск истоков одаренности в биографиях великих людей не привел к решению проблемы. Наоборот, повышенный интерес к этим биографиям, их ориентация на массового читателя способствовали распространению многих мифов. Не располагал к точности и объективности описаний ретроспективный характер автобиографий, часто написанных «гением» в преклонном возрасте. Даже если отбросить целенаправленное приукрашивание, необходимо учитывать временные особенности человеческой памяти, часто искажающие действительность. Все это заставляет с сомнением относиться к описаниям необычно ранних способностей у гениев или легкости их обучения.

Более весомыми факторами достижения творческих успехов являются трудолюбие и интерес. Но такое качество, как трудолюбие, ставит вопрос о связи мотивации с наследственностью. Что здесь первично: мотивация, которая приводит к гениальности, или способности, которые определяют мотивацию?

Фактом, который может поставить под сомнение концепцию наследуемости таланта, является факт отсутствия способностей у подавляющего большинства потомков, родителей, братьев и сестер гениев.

Не выдерживает критики и фактор «особо благоприятной» среды. Талант нередко проявлялся в самых «неподходящих» условиях, наперекор всем негативным воздействиям. Одной из самых интригующих загадок феномена одаренности является то, что в биографиях великих людей мы можем найти достаточно примеров, противоречащих любой теории формирования таланта. Среди выдающихся людей мы видим оптимистов и пессимистов, уверенных в себе и нерешительных, энергичных и пассивных, пунктуальных и беспорядочных и т. д.

Необычно велико число выдающихся людей, пораженных какой-либо болезнью, часто весьма тяжелой. Некоторые всю жизнь были прикованы к инвалидной коляске (С. Хокинг, М. Эриксон). В. П. Эфроимсон даже отнес подагру к болезням гениев. Не развивая далее чрезвычайно популярную тему «болезнь и гений», отметим, что как бы ни был велик процент какой-либо болезни среди одаренных людей, все-таки большинство из них этой болезнью не страдали.

В настоящее время имеются разнообразные подходы к проблеме сознания, объясняющие феномен одаренности. Наиболее убедительным, на мой взгляд, остается эмерджентный подход, несмотря на его неоднократную критику. Эмерджентное свойство представляет собой новообразование, принципиально не сводимое к его составляющим.

Но откуда берутся «эмердженции»? Ответом на этот вопрос являются только многочисленные гипотезы. В феномене одаренности такое новообразование может быть обусловлено уникальной совокупностью генов, их экспрессии, условиями внешней среды. Любое изменение такой уникальной совокупности приводит к исчезновению признака, в нашем случае – таланта. Вот почему в явлении одаренности столь причудливо сочетаются и генетическая обусловленность, и частая его «ненаследуемость», и «независимость» от внешней среды.

Эмерджентный подход берет свое начало с теории «эмерджентной эволюции», предложенной С. Александером (1859–1938) и К. Лойд-Морганом (1852–1936). Концепция «эмерджентной эволюции» гласит, что взаимодействие между элементами на одном уровне приводит к качественно новым явлениям на другом уровне. В нейрофизиологии «эмерджентистские» взгляды становятся популярными с 1960-х гг., когда они были использованы для объяснения феномена сознания. Активным сторонником эмерджентного подхода к проблеме сознания был Р. Сперри (1913–1994), лауреат Нобелевской премии 1981 г. (Сперри Р., 1994).

Другой подход – концепция импрессинга (Эфроимсон В. П., 1995). Импрессинг – это необычайно сильные эмоционально окрашенные события детства, оставляющие впечатления на всю жизнь. Как импринтинг в критические периоды онтогенеза формирует определенные модели поведения, так и импрессинг, действуя только в определенные критические периоды, «формирует» одаренность.

Как фактор одаренности импрессинг ставит несколько вопросов:

1. Является ли импрессинг «вторичным» фактором для развития таланта, «пусковым механизмом» для генетически одаренной личности, или «первичным»?

2. Является ли импрессинг необходимым фактором формирования одаренности?

3. Не просматривается ли аналогия в понятиях «импрессинг» в творчестве и «спонтанность инстинкта» у К. Лоренца?

Хотя примеры импрессинга можно найти в жизни многих людей, далеко не для всех он стал катализатором творчества. Возможно, не само событие является причиной эффекта, а готовность человека к такому впечатлению? Этот довод хорошо объясняет то, что глубинную перестройку может вызвать, казалось бы, совершенно ничтожный факт, который остался незамеченным для других.

Закончить обсуждение чрезвычайно сложной темы одаренности мне хотелось бы цитатой известного психолога Р. Парненса: «Основное значение для творчества имеет способность человека отграничиться, замкнуться на некоторое время в себе, а не так называемый интеллект».

Это, конечно, тоже субъективная точка зрения, и на нее можно возразить таким доводом, что многие замкнутые люди никакими способностями не выделяются. Но можно привести и контрдовод. Феномены таланта, гения обусловлены совокупностью многих факторов. Если большинство потенциальных факторов неоднократно анализировались в литературе, то фактор уединенности как-то остался в тени. Вполне возможно, что это еще не оцененный и отнюдь не второстепенный фактор одаренности.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Уязвимости замков

22.04.2020

Чтобы препятствовать традиционным атакам взломщиков входных дверей, некоторые производители изменяют внутренние механизмы своих дверных замков.

Тем не менее, в большинстве случаев, это заканчивается строительством аналога, с лёгкими, незначительными изменениями.

Большинство наиболее грубых недостатков остаются и подвергаются аналогичным методам взлома, просто при использовании чуть других инструментов.

Замки с кодовыми дисками

Почти всем доводилось видеть или использовать замки с кодовыми дисками. Эта технология блокировки используется во всем мире, особенно на североамериканском рынке. Они настолько повсеместны, потому что не дороги, просты в эксплуатации и не требуют от пользователя носить с собой ключ.

К сожалению, уровень безопасности таких механизмов практически нулевой. Механизм их работы весьма прост. Скоба имеет один общий паз, который взаимодействует с небольшой планкой в корпусе. Основной недостаток этой конструкции состоит в том, как работает запорное устройство.

Несмотря на то, что набор соответствующей комбинации будет механически открывать эту панель для всех дисков, известно также, что панель может быть «отогнута» назад в сторону. Это именно то, что происходит, когда замок закрывается. Пользователю не нужно повторно вводить комбинацию, чтобы закрыть замок, достаточно просто привести его в закрытое состояние. Запорное устройство является пружинным. Это дополнительное удобство для пользователя и критический дефект для безопасности устройства, поскольку панель может скользнуть в сторону при любой приложенной силе, он не сможет определить, что происходит, он просто поступит как всегда.

Основной инструмент, используемый для обхода запирающего механизма, называется прокладкой. Как вы можете увидеть, прокладки бывают самых различных размеров (в целях удовлетворения различным размером механизма блокировки и толщины скобы), но их общий вид остается примерно одинаковым. Производятся прокладки, как правило, из пружинной стали. Отдавая чуть более доллара за прокладку, пользователь может получить десятки различных видов прокладок для решения любой модели. Более дешевый вариант, пусть и не столь прочный, взломщик может изготовить из алюминия, переплавляя банки от напитков.

На фотографии представлены прокладки по размеру, шаг за шагом. Несмотря на то, что прокладки в этом разделе представлены для замков с двойной защёлкой, можно подобрать прокладки под большинство популярных устрйоств, включая и те, которые работают с ключом. Основная разница заключается лишь в одном против двух внутренних панелей замка. Большинство дисковых моделей располагают только одной замыкающей панелью, более того, в большинстве замков она установлена на левой стороне сережки, если смотреть на замок. Управляемые модели располагают двумя стержнями запорного механизма, таким образом, вырезы находятся с обеих сторон так называемой «серёжки». Однако, такие модели вскрываются по-прежнему быстро и легко, взломщику потребуется лишь две прокладки. Для взлома потребуется только покачивание, чтобы почувствовать, где серёжка вставляется в корпус. Замки с жёстким креплением, вероятно, сложнее поддаются взлому, однако, требуют по-прежнему лишь прокладки, просто, тонкой и хрупкой, из таких материалов, как алюминий или жесть.

Трубчатые замки

Когда на сцену безопасности вышли трубчатые замки, они мгновенно завоевали огромную популярность, поскольку существующие методы взлома и подбора, на тот момент, невозможно было применить к такому механизму.

К сожалению, в то время как старые инструменты и методы взлома не применялись к этому стилю запирающих устройств, его конструкция по-прежнему строилась на старых принципах и механизмах, которые вы можете увидеть в моделях для лезвийного ключа. По сути, для взлома этого вида устройства применялись всё те же слабости и физические приемы, которые были ранее, просто они выполняются с небольшими вариациями.

Некоторые специалисты по взлому, могут даже сказать, что трубчатый дизайн запорного механизма слабее традиционных систем. Это вызвано тем, что некоторые элементы стержней отчетливо видны и легко поддаются манипуляции, независимо от типа. На тот момент наиболее популярными стилями трубчатого замка были 7-контактный и 8-контактный.

Подавляющее большинство трубчатых запирающих механизмов используют 7-контактный разъем.

Некоторые, чрезвычайно простые в конструкции, трубчатые могут быть фактически взломаны путем включения любого объекта в их круглый паз. Этой методикой были атакованы известные велосипедные трубчатые изделия марки «Kryptonite». Конечно, с тех пор, компания производитель изменила конструкцию своих изделий, и остальные производители добились определенных успехов в безопасности трубчатых замков. Компания «ACE», например, поставляет трубчатые замки, которые пользуются огромной популярностью у торговых машин и игровых автоматов. Эти моедли (так называемые «ACE» и «ACE II») используют пружины с переменным давлением в каждой камере, что помогает отразить множество методов взлома.

Замки с углублениями

Это стиль замков и ключей, которые являются очередным примером попытки производителей, помешать вскрытию за счёт конструкции, которая не поддаётся на традиционные методы взломщика. Такое название этот тип получил за отсутствие вырезов на сторонах лезвия ключа, вместо них, ключ располагал небольшими углублениями, разной глубины вдоль плоской стороны, эти отверстия и называются углублениями / ямочками / впадинами.

Горизонтальные пазы в углублениях устройства очень малы и действительно исключают большинство традиционных инструментов взлома, создавая проблемы взломщику. Тем не менее, даже если углубления не чувствительны к традиционным решениям, есть ряд других методов взлома, главные из которых «Импрессинг» и «Удар ключом». Удар ключом будет рассмотрен позже. Импрессинг это техника, в котором мягкий или податливый материал вставляется в замок и терпит различные манипуляции. В большинстве случаев, нескольких движений вполне достаточно, чтобы оставить отметки на мягком материале. Постепенно взломщик получает углубления приближенные к оригинальным, получая правильную высоту.

Техника импрессинга применяется для взлома механизмов с лезвийными ключами, но эта методика значительно сложнее традиционных решений.

Замки с углублениями, имеют достаточно плотную конструкцию очень сложно поддающуюся взлому, в сравнении с другими, они действительно производят впечатление безопасных.

Что такое впечатление? Определение и значение

Что такое впечатление?

Показ (также известный как просмотр) — это когда пользователь видит рекламу. На практике показ происходит каждый раз, когда пользователь открывает приложение или веб-сайт и видит рекламу. Не следует путать с помолвкой.

показов и кликов

Разница между показом и кликом проста — на самом деле, все определение заключено в их названиях. При впечатлении пользователь видит только рекламу.Взаимодействие или клик происходит, когда пользователь действительно выполняет и нажимает на объявление. Хотя взаимодействие в конечном итоге более ценно, показы по-прежнему являются важным показателем для мобильных маркетологов.

Почему впечатления важны?

Существует простое объяснение того, почему показы важны для мобильного маркетинга: популярный метод покупки рекламы — это количество показов, генерируемых рекламой. Рекламные форматы, как правило, взимаются на основе цены за тысячу показов (CPM) за тысячу показов.Это означает, что рекламодателям важно знать, сколько показов производит реклама с оплатой за тысячу показов, чтобы понять стоимость кампании.

В более широком смысле впечатления важны, потому что они дают простое представление о том, сколько людей видят рекламу на определенном канале. Подсчет количества показов, генерируемых кампанией, также является одним из простейших способов выяснить, насколько далеко заходит рекламный канал. Знание того, сколько показов генерирует рекламная кампания, помогает маркетологам также генерировать ряд других маркетинговых показателей, таких как рейтинг кликов (известный как CTR).Эти показатели используются для расчета эффективности кампании, но для успешного измерения требуется точное количество показов.

Оттиски и корректировка

Adjust предлагает отслеживание оттиска в качестве дополнительной функции. В нашем отслеживании показов используется специальная модель атрибуции, которая определяет разницу между показами и кликами.

Когда трекер Adjust связан с рекламной сетью в мастере кампании, Adjust генерирует два URL-адреса трекера. Первый предназначен для атрибуции по кликам, а второй — для отслеживания показов.Их можно интегрировать с вашими сетевыми партнерами, чтобы отслеживать показы и клики. Это позволит вам лучше понять последовательность конверсии вашего приложения. Чтобы узнать больше, см. Нашу официальную документацию по отслеживанию показов.

Отслеживание показов имеет 24-часовое окно атрибуции, что означает, что пользователь, увидевший рекламу приложения, должен установить его в течение этого периода, чтобы его можно было отнести к этому показу. Установки, приписываемые пользователям, которые сгенерировали показы, затем можно просмотреть на панели инструментов Adjust, перейдя в «режим показа», в котором данные о показах и кликах отображаются вместе для удобства использования.

Доход от рекламы на уровне показов

Adjust также предлагает отслеживание доходов от рекламы на уровне показов. С помощью данных MoPub о доходах на уровне показов и отчетов Adjust издатели могут привязать доход от монетизации к источнику. Это означает, что ее можно точно сравнить со стоимостью привлечения пользователя, что дает маркетологам понимание, необходимое им для принятия обоснованных решений по привлечению пользователей.

Определение впечатления от Merriam-Webster

Im · давление | \ im-ˈpre-shən \

а : особенно заметное и часто благоприятное влияние или воздействие на чувства, чувства или разум.

б : штамп, бланк или рисунок, полученные в результате физического контакта

c : Отпечаток зубов и прилегающих частей челюсти для использования в стоматологии. 2 : часто нечеткое или неточное представление или воспоминание 3а : Яркий образ, запечатлевший чувства или разум. б : эффект изменения или улучшения Поселок оставил мало впечатлений в пустыне.

c : характеристика, черта или особенность, возникшая в результате некоторого влияния впечатление на поведение, производимое социальной средой

4 : Имитация или представление характерных черт в художественной или театральной среде. особенно : Карикатурная имитация известной личности как форма театрального развлечения.

5 : акт впечатления: например,

а : штамповка или прессование

б : Передача формы, черты или характера посредством внешней силы или влияния.

6 : просмотр страницы особенно : экземпляр, в котором определенный элемент (например, реклама) отображается на веб-странице, к которой обращается пользователь. Хотя многие потребители никогда не слышали о компаниях, занимающихся рекламными технологиями, эти компании ежедневно влияют на активность людей в Интернете, поскольку они борются за долю показов рекламы на телефонах, планшетах и ​​ноутбуках.- Клэр Баллентин

: величина давления, с которым окрашенная печатная поверхность наносит чернила на бумагу.

б : один случай встречи печатной поверхности и печатаемого материала. также : один оттиск или копия, сделанная таким образом

c : все копии (как книги) напечатаны за одну непрерывную операцию после одной переналадки

: Первый слой цвета в покраске

б : слой краски для украшения или консервации.

Определение оттиска

Что такое впечатление?

Показ — это показатель, используемый для количественной оценки количества цифровых просмотров или взаимодействий с частью контента, обычно это реклама, цифровая запись или веб-страница.Показы также называются «просмотром рекламы». Они используются в интернет-рекламе, которая часто оплачивается за каждый показ. Подсчет показов важен для того, как веб-реклама учитывается и оплачивается в поисковом маркетинге, а также для измерения эффективности кампаний в социальных сетях. Показы — это не показатель того, было ли выполнено нажатие на рекламу, а то, сколько раз она отображалась или имела потенциальные «глазные яблоки», что приводит к некоторым спорам о том, насколько точна метрика.

Ключевые выводы

  • Показы используются для количественной оценки количества цифровых просмотров или взаимодействий с частью контента, обычно это реклама, цифровая публикация или веб-страница.
  • Подсчет показов часто может находиться в серой зоне, например, включает ли это повторяющиеся просмотры, взаимодействия с ботами или даже если показы являются эффективным способом измерения успеха цифровой маркетинговой кампании.
  • С технической точки зрения рекламные серверы предоставляют едва различимое изображение (или «пиксель»), которое можно найти на каждой странице издателя.Когда загружается страница с этим пиксельным изображением, создается впечатление.

Как работают впечатления

В общих чертах, один показ соответствует каждому обнаружению и загрузке веб-страницы, объявления или фрагмента контента. Поскольку он доступен как для измерения, так и для понимания, он стал наиболее удобным и экономичным способом определения того, просматривается реклама или нет. Но как именно интерпретировать эту цифру, остается предметом споров. Некоторые эксперты по интернет-рекламе считают, что не существует точного способа подсчета показов, поскольку подсчет может быть искажен, например, если один человек регистрирует одно и то же объявление при нескольких просмотрах страницы.Есть еще несколько способов искажения общего количества показов, что заставляет рекламодателей относиться к любому количеству показов с небольшим скептицизмом. Как правило, большинство рекламодателей и издателей заранее решают, как подсчитывать и учитывать показы. Рекламодатели могут решить, будет ли кампания успешной или нет, на основе другой формы отчетности, такой как взаимодействие (в целом, как зритель рекламы взаимодействует с рекламой).

Учет показов

Часто количество показов измеряется стоимостью за тысячу показов (CPM), где миллион означает 1000 показов (или стоимость за тысячу показов).Баннерная реклама может иметь цену за тысячу показов 5 долларов, что означает, что владелец веб-сайта получает 5 долларов каждый раз, когда реклама на его веб-сайте отображается 1000 раз.

Владелец веб-сайта может получать оплату за каждый показ рекламы. Другие рекламные мероприятия могут платить владельцу веб-сайта только тогда, когда посетитель нажимает на объявление или нажимает на объявление и совершает покупку. Обычно рекламодатели платят меньше за рекламную кампанию, основанную исключительно на показах, и больше за кампании, основанные на переходах по кликам и конверсиях. Причина такой разницы в ставках оплаты заключается в том, что реклама, побуждающая зрителя к действию, ведущему к продаже, более ценно для рекламодателя, чем реклама, которая этого не делает.Тем не менее, впечатления полезны при проведении кампаний по связям с общественностью, которые предназначены для создания имиджа или повышения осведомленности о компании или продукте.

Точный способ подсчета показов носит несколько технический характер. Рекламные серверы предоставляют едва заметное изображение (или «пиксель»), которое можно найти на каждой странице издателя. Когда загружается страница с этим пиксельным изображением, создается впечатление.

Подделка показов

Количество показов может исказиться по ряду причин. Во-первых, по оценкам, около 60% всего веб-трафика исходит от ботов.При подсчете показов не делается различия между человеком, просматривающим рекламу, или ботом. Объявления также могут не загружаться или загружаться неправильное объявление. Такие ошибки могут быть объяснены или не учтены. Существует также явное мошенничество, когда недобросовестные разработчики веб-сайтов используют несколько методов для игры в систему (по одной из оценок, четверть рынка онлайн-рекламы является мошеннической). Тем не менее, показы остаются популярным способом измерения вовлеченности, будь то реклама, социальные сети или анализ веб-трафика.

Понимание впечатлений в цифровом маркетинге до…

Определение: Показы — это когда на экране пользователя отображается реклама или любая другая форма цифрового мультимедиа.Показы не основаны на действиях и просто определяются пользователем, потенциально видящим рекламу, что делает кампании CPM идеальными для компаний, стремящихся повысить узнаваемость бренда.

Показы в цифровом маркетинге

Цифровой маркетинг сделал отслеживание показов значительно более количественным, чем офлайн-реклама. Например, владелец рекламного щита не имеет конкретного способа оценить количество показов, которые его платформа предоставляет рекламодателям. С другой стороны, онлайн-кампании, основанные на показах, могут конкретно измерять показы и, как правило, продаются по цене за тысячу показов (CPM).

Отслеживание показов — это общий показатель для измерения эффективности большинства типов интернет-маркетинговых кампаний, в том числе:

  • Показы с оплатой за клик, измеренные относительно фактических кликов
  • Количество раз, когда мем появляется в социальных сетях
  • -просмотры внутренних призывов к действию
  • Доступ к графическим материалам через сторонние сайты, такие как Pinterest или Google Image Search

Показы обычно бывают двух видов: обслужено и доступно для просмотра .

Выполненные показы

Текущий стандарт отслеживания онлайн-показов основан на обслуживаемом контенте: всякий раз, когда происходит доступ к маркетинговому файлу и передается его, это действие считается показом. Это очень легко отследить, поскольку для подсчета показов используются чистые данные сервера.

Подсчет показов на основе предоставленного контента все еще остается проблемой «рекламного щита», поскольку трудно определить, какое влияние оказал контент, без более глубокого анализа данных.Кроме того, в некоторых случаях к файлам можно получить доступ, но не для просмотра пользователем.

В результате компании электронной коммерции, покупающие рекламу на основе показов, такую ​​как медийные объявления, настаивают на внедрении более точных систем измерения показов. Новый стандарт видимых показов призван удовлетворить эту потребность.

Показы в видимой области экрана

Метод видимых показов использует данные, собранные с устройства пользователя, для уточнения количества показов, исключая случаи, когда, по всей вероятности, контент был просмотрен , а не .

Отслеживание показов в видимой области экрана может определять поведение пользователей, препятствующее просмотру рекламы, в том числе:

  • Программное обеспечение для блокировки рекламы
  • Разрешение экрана слишком маленькое для показа рекламы на экране.
  • Пользователи, прокручивающие страницу до того, как запрошенное объявление загрузилось.
  • Неисправные плагины, препятствующие отображению содержимого.
  • Несовместимость с мобильными устройствами, например веб-сайты, предназначенные только для настольных компьютеров.
  • Свернутые окна браузера.
  • Перемещение пользователя между различными приложениями.
  • Страницы загружены в фоновые вкладки, но к ним не обращаются.
  • Вмешательство, не связанное с пользователем, например вредоносное ПО, маскирующее рекламу

Отслеживание видимых показов дает двоякие преимущества. Во-первых, компания получает более точную информацию о количестве реальных показов. Во-вторых, собранные данные очень полезны и предлагают улучшения, которые могут обеспечить более высокую скорость доставки контента.

ФБР — Судебно-медицинский анализ доказательств оттисков обуви

Июль 2009 г. — Том 11 — Номер 3

Майкл Б.Смит, ,
, аналитик документов / судебно-медицинский эксперт,
, отдел проверенных документов,
, лаборатория ФБР,
, Куантико, Вирджиния,

.

Введение | Проверка | Заключение | Благодарность | Список литературы

Введение

Основанием для доказательства слепка обуви является определение источника слепка обуви, обнаруженного на месте преступления. В процессе исследования свидетельств оттисков обуви учитываются класс и идентифицирующие характеристики.Характеристики класса — это те характеристики, которые возникают в результате производственного процесса, такие как физический размер, конструкция и характеристики пресс-формы. Напротив, идентифицирующие характеристики не являются результатом производственного процесса, а являются случайными, непредсказуемыми характеристиками, возникающими в результате износа. Идентификационные характеристики включают объекты, которые прилипли к подошве, такие как камни, канцелярские кнопки или лента, или следы на подошве, вызванные порезами, зазубринами, зазубринами и царапинами.

Экзаменатор сначала определяет, существует ли соответствие характеристик класса между оспариваемым слепком обуви и известной обувью.Если экзаменатор считает, что нет никаких несоответствий в характеристиках класса, тогда экзамен переходит к любым идентифицирующим характеристикам в оспариваемом впечатлении. Эксперт сравнивает эти характеристики с любыми идентифицирующими характеристиками, наблюдаемыми на известной обуви. Хотя их появление непредсказуемо, размер, форма и положение этих характеристик имеют низкую вероятность повторения таким же образом на другой обуви. Таким образом, в сочетании с характеристиками класса даже одна идентифицирующая характеристика является чрезвычайно убедительным доказательством, подтверждающим вывод об идентификации.Согласно Уильяму Дж. Бодзяку (2000), «Положительная идентификация может быть сделана с помощью всего лишь одной случайной идентифицирующей характеристики, но только в том случае, если эта характеристика подтверждена; имеет достаточное определение, ясность и особенности; находится в том же месте и ориентации на подошве обуви; и, по мнению опытного экзаменатора, не повторится на другой обуви ».

В большинстве обследований обуви, приводящих к ассоциации между оспариваемым слепком и известной обувью, наиболее часто делается вывод о соответствии комбинированных характеристик класса, таких как дизайн и физический размер.Ассоциация, основанная на характеристиках класса, означает, что известная обувь «могла произвести» сомнительное впечатление, но другая обувь, имеющая такую ​​же конструкцию и физические размеры, также могла произвести сомнительное впечатление. Следует отметить, что дизайн и физические размеры могут использоваться независимо друг от друга, чтобы исключить обувь как источник впечатления.

Соответствие комбинированных характеристик классов является ценной информацией, и ее важность не следует недооценивать.Обувь поставляется с тысячами различных дизайнов подошвы и множеством размеров для каждого дизайна. Таким образом, даже популярная конструкция подошвы представляет собой лишь небольшую часть всей производимой обуви. Поскольку подмножество обуви с определенным набором характеристик класса невелико, характеристики класса очень важны для исключения обуви как источника впечатления. Основываясь на информации, предоставленной производителями обуви относительно дизайнов и диапазонов размеров обуви, предполагаемая частота использования любой конкретной модели обуви определенного размера составляет намного меньше 1 процента от общей популяции обуви (Bodziak 2000).Несмотря на то, что обучение и опыт дают представление об общем возникновении характеристик комбинированных классов, экзаменаторы обуви не указывают процент или вероятность того, что обувь определенного дизайна и размера произвела впечатление. Точные количественные оценки не предоставляются, поскольку отсутствует точная информация о точном количестве обуви, произведенной в определенном дизайне, размере и географическом распределении, а также о том, сколько обуви этого дизайна и размера остается в эксплуатации.

Кроме того, ценная информация в производственном процессе может еще больше сузить подошву до определенной формы. Например, конкретный производитель может использовать от 8 до 12 различных форм для изготовления одинаковой конструкции подошвы для одинаковой модели и размера мужской обуви; однако каждая из этих форм может отличаться (Bodziak 2000). Варианты форм могут включать вариации дизайна, штриховку или другое текстурирование, а также расположение логотипа (Bodziak 2000). Эти разновидности форм позволяют связать конкретную подошву обуви с определенной формой, исключая другие формы.Идентифицируя конкретную форму, исследователь обуви может сделать вывод, что оспариваемый слепок обуви соответствует по конструкции, физическим размерам и характеристикам формы с известной обувью, тем самым уменьшая потенциальную совокупность обуви этой конструкции и размера, которая могла бы произвести впечатление. Три конструкции подошвы, изображенные на рисунке 1, , , демонстрируют один и тот же общий рисунок подошвы, но при более внимательном рассмотрении на рисунке 1.1 каждая подошва была изготовлена ​​с использованием другой формы.

На рис. 1 показаны три подошвы Nike Air Force I с одинаковыми конструктивными особенностями подошвы.

На рис. 1.1 показаны увеличенные области одинаковых подошв, изображенных на рис. 1. Три красные стрелки на каждой подошве показывают вариации форм в каждой из различных форм, которые расположены вдоль внешней стороны носка обуви.

Иногда экзаменаторы связываются с производителями обуви для получения информации о конкретной пресс-форме и другой информации о распространении конкретной марки и модели обуви.Поскольку не все производители ведут эти записи, эта информация может быть доступна или недоступна. Если эта информация доступна, производитель может отследить подошву до определенной формы, а также предоставить количество обуви, изготовленной в этой форме, год изготовления обуви, магазины, в которые обувь была отправлена, и количество обуви и размеров, отправленных в конкретный магазин. Если доступны, эти данные могут поддержать и усилить значимость и вес ассоциации, представленной экзаменатором относительно редкости комбинированных характеристик класса.

Следы от отпечатков обуви, оставленные на месте преступления, могут предоставить ценную следственную информацию, даже если подозреваемые еще не задержаны. Лаборатория ФБР ведет базу данных обуви, которая представляет собой компьютеризированную справочную коллекцию, содержащую более 14 000 подошв для обуви от сотен различных производителей обуви. Многие полицейские управления и криминалистические лаборатории по всей территории Соединенных Штатов используют аналогичные компьютеризированные базы данных об обуви. Эксперты ищут в этих базах данных запрошенные оттиски обуви, чтобы определить марку и / или название модели обуви, которая оставила отпечаток на месте преступления.Эта следственная информация может потенциально привести к подозреваемому в конкретном преступлении.

Если идентифицирующие характеристики присутствуют в оспариваемом слепке обуви, исследователь сравнивает те же области известной обуви, чтобы определить, соответствуют ли размер, форма, положение и ориентация этих характеристик. Для того, чтобы экзаменатор мог произвести положительную идентификацию, эти характеристики должны иметь достаточную ясность и находиться в одном месте и ориентации в сомнительном слепке и на подошве известной обуви.Если идентифицирующие характеристики присутствуют в сомнительном слепке и в соответствующем месте на известной обуви, может быть произведена положительная идентификация.

Обратное следует интерпретировать с осторожностью. Если идентифицирующие характеристики появляются на подошве обуви, но не на оттиске под сомнением, они могли иметь место после преступления или они не воспроизводились на слепке с места преступления.

Идентификационная характеристика не должна быть четкой в ​​деталях, но должна быть достаточно четкой, чтобы можно было определить форму, размер и положение характеристики.Изображения, представленные на рисунке 2, показывают идентифицирующие характеристики в сомнительном слепке (A) и соответствующие характеристики на известной обуви (B).

На рисунке 2 показаны идентифицирующие характеристики, наблюдаемые в сомнительном оттиске (A), слева, и соответствующие характеристики, наблюдаемые на подошве известной обуви (B), справа. Пять красных стрелок указывают положение идентифицирующих характеристик, которые находятся в области носка и свода обуви.

В настоящее время эксперты по обуви качественно сообщают свои результаты в суде, описывая общие черты, которые они наблюдали. Некоторые исследователи (Stone 2006) разработали математические модели для предсказания частоты случайных характеристик. Эти модели поддерживают крайнюю редкость таких функций.

Проверка

В доказательствах оттиска обуви значимость положительной идентификации может быть лучше выражена с помощью «количественной оценки.Идентификационные характеристики, наблюдаемые в сомнительном слепке, и соответствующие характеристики, наблюдаемые на подошве известной обуви, могут быть количественно определены с использованием положения, размера и ориентации каждой идентифицирующей характеристики. С другой стороны, связь между сомнительным впечатлением от обуви и известной обувью зависит от сочетания конструкции подошвы и физического размера подошвы. Эти области сравнения считаются «характеристиками класса», и частота появления этих характеристик класса основана на количестве обуви, изготовленной с определенной конструкцией и размером.Часто классовые характеристики ошибочно считались малоценными или не имеющими никакой ценности. Однако любая подошва определенного размера представляет собой очень небольшую часть всей обуви, произведенной с такой конструкцией.

Согласно отчету World Footwear Markets 2007, в 2005 году 6,6 миллиарда человек в мире купили более 13 миллиардов пар обуви (по данным «Обувь в глобальной экономике» [далее «Обувь»] 2007). В 2006 году в США было приобретено 2,4 миллиарда пар обуви (по данным «Обувь» 2007).В Соединенных Штатах продается более 6000 различных брендов обуви, и каждый год вводится более 600 новых брендов (по данным «Обувь» 2007). Таким образом, сопоставление обуви подозреваемого с такой же конструкцией подошвы, что и оттиск обуви, обнаруженный на месте преступления, имеет ощутимую поддающуюся количественной оценке ценность.

Одной из самых популярных моделей обуви, продаваемых сегодня в Соединенных Штатах, является Nike Air Force I. Nike впервые представила Air Force I в 1982 году, и 27 лет спустя она остается одной из самых популярных обуви на рынке сегодня.Фактически, Nike продала более 33 миллионов пар мужской обуви Air Force I. Доступно более 1000 различных форм для производства Air Force I мужских размеров от 6 до 21, включая половинные.

В таблице 1 показано количество форм для каждого размера обуви. Наименьшее количество форм для обуви для размера обуви — 2 (размер 21), а наибольшее количество форм — 94 (размер 10). Чем больше форм, тем больше каждый размер можно разделить на подкатегории. Каждая пресс-форма имеет свои уникальные конструктивные особенности, которые передаются каждой изготовленной в ней подошве.

Таблица 1. Формы Nike Air Force I (мужские)

Размер обуви

Количество форм

Размер обуви

Количество форм

Размер 6

89

Размер 12

60

Размер 6 1/2

69

Размер 12 1/2

13

Размер 7

78

Размер 13

42

Размер 7 1/2

49

Размер 13 1/2

4

Размер 8

64

Размер 15

14

Размер 8 1/2

75

Размер 16

13

Размер 9

87

Размер 17

12

Размер 9 1/2

90

Размер 18

12

Размер 10

94

Размер 19

2

Размер 10 1/2

83

Размер 20

3

Размер 11

77

Размер 21

2

Размер 11 1/2

40

Каждая подошва обуви, изготовленная из определенной формы, демонстрирует характеристики этой формы.Поскольку существуют вариации от формы к форме, подошва может быть разделена на формы. Эти вариации можно наблюдать в различных узорах штриховки, концентрических кругах, вертикальных полосах и положении поля логотипа (Hamm 1989). Подошвы, изображенные на рисунке 1, показывают некоторые вариации формы, которые существуют от формы к форме. Хотя характеристики плесени являются «характеристиками класса», они должны быть тщательно изучены в процессе экспертизы. Если наблюдаются различия в характеристиках формы, их можно использовать для устранения отпечатков обуви, которые имеют одинаковую общую конструкцию и физические размеры подошвы.

Хотя каждая форма, используемая для изготовления обуви Air Force I, отличается от любой другой формы, некоторые общие конструктивные особенности присутствуют в каждой форме. Наиболее распространенными конструктивными особенностями являются концентрические круги в носке и пятке подошвы обуви. Верхняя часть области мыска содержит серию звездообразных узоров, которые вручную наносятся на форму. Эти звездообразные узоры, а также то, как концентрические круги пересекаются с серией коротких полос вдоль внешнего края, являются некоторыми из особенностей, которые могут варьироваться от формы к форме.

В процессе осмотра экзаменующий также должен учитывать степень износа подошвы обуви. Износ можно определить как эрозию конструктивных элементов или элементов дизайна на подошве обуви. Эта эрозия возникает, когда подошва обуви постоянно контактирует с определенной поверхностью. Кэссиди (1980) изучил дублирование характеристик износа и пришел к выводу, что чем больше изнашивается предмет обуви, тем меньше вероятность того, что общий износ будет дублироваться от одной обуви к другой.Кэссиди также обнаружил, что обычная одежда не должна использоваться в качестве основы для идентификации, но что ценность износа тем выше, чем больше носится обувь. Так же, как дизайн и физический размер, износ можно использовать для определения или исключения обуви как потенциального источника впечатления. Например, если на отпечатке обуви наблюдается больший износ, чем на известной обуви, то эту обувь следует исключить как источник этого впечатления, даже если конструкция и физический размер соответствуют друг другу.

Признаки износа могут использоваться в качестве идентифицирующих характеристик в двух случаях (Bodziak 1999).Во-первых, когда обувь неоднократно соприкасается с поверхностью, на подошве начинает формироваться рисунок истирания. Этот узор истирания называется рисунком Шалламаха (Schallamach 1952) или рисунком оперения (Тарт и др., 1996). Узор назван в честь Адольфа Шалламаха, который первым обнаружил этот узор на шинах.

Рисунок Schallamach — это гребенчатый рисунок, похожий на отпечаток пальца, который появляется на плоской части подошвы обуви. Этот рисунок меняется в течение 48-50 часов непрерывного ношения (Tart et al.1996). Дэвис и Кили (1997) провели дополнительное исследование и пришли к следующим выводам относительно паттерна Шалламаха:

  • Из 258 идентификаций обуви, сделанных лабораторией судебно-медицинской экспертизы столичной полиции с 1991 по 1994 год, в 28 использовалась модель Шалламаха.
  • Рисунок Шалламаха наблюдался в основном в области носка и пятки подошвы, проходил горизонтально по подошве обуви и не зависел от конструкции подошвы.
  • Расстояние между гребнями рисунка Шалламаха варьировалось от 0,05 до 0,5 мм.
  • Образцы
  • по Шалламаху наблюдались на двух подошвах после менее чем 9 часов ношения.
  • Рисунок Schallamach начал полностью меняться после 6 часов ношения одной подошвы и 16 часов — другой подошвы.
  • Паттерны Шалламаха, наблюдаемые от обуви к обуви, были отчетливыми. (Дэвис и Кили 1997)

Таким образом, если эта картина наблюдается на слепке с места преступления, а также на подошве обуви подозреваемого, при условии, что обувь восстанавливается в короткие сроки, существуют веские доказательства, подтверждающие положительную идентификацию.На изображениях на Рисунке 3 изображен узор Шалламаха, полученный из оспариваемого слепка обуви (А), и соответствующий узор гребней и расстояние между гребнями на тестовом слепке, сделанном известной обувью (В).

Рисунок 3 (A):
Отпечаток обуви под сомнение
Рисунок 3 (B):
Тестовый оттиск известной обуви

Рис. 3: Стрелки в нижних правых углах на рисунках выше изображают расстояние между гребнями рисунка Шалламаха в оспариваемом слепке обуви (3A) и соответствующее расстояние между гребнями на подошве известной обуви ( 3Б).

Износ также можно использовать в качестве идентифицирующей характеристики, когда износ, наблюдаемый на подошве обуви, становится настолько сильным, что появляются неровные края или отверстия. Идентификационные характеристики могут быть определены как такие предметы, как камни, кнопки, осколки стекла и другие предметы, которые прилипли к подошве обуви во время носки и оставили такие следы, как царапины, порезы или зарубки. Идентификационные характеристики, наблюдаемые на слепке с места преступления и на подошве, могут позволить исследователю обуви сделать точную идентификацию.

Исследование Кэссиди (1995) по дублированию индивидуальных или случайных характеристик также обнаружило, что дублирование одной характеристики в общей области может происходить, хотя и нечасто, но дублирования нескольких индивидуальных характеристик в идентичных областях не происходит. Он также обнаружил, что возможно отождествление отпечатка с предметом обуви. Кэссиди также определил, что продолжительность индивидуальных характеристик зависит от типа материала подошвы.Например, кожа является более твердым материалом и поэтому претерпевает изменения из-за износа быстрее, чем резиновая подошва.

Как указывалось ранее, Стоун (2006) разработал гипотетическую вероятностную модель для определения характеристик. Метрическая сетка с шагом 1 мм 2 использовалась для количественной оценки появления идентифицирующих характеристик на подошве обуви. Поместив сетку на обувь размером 8 1/2, Стоун создал сетку размером 16 000 мм 2 на поверхности подошвы обуви.Стоун использовал следующую простую формулу для расчета вероятности одного признака (точки):

, где P e = вероятность наступления события,

м = количество путей к успеху, а

n = общее количество возможных результатов.

Вероятность того, что другая подошва содержит одну характеристику (точку) в том же положении, составляет 1 к 16 000. Эта вероятность может быть выражена следующей формулой:

Для 1-точечной характеристики (шт.),

Если на подошве наблюдаются две или более идентифицирующих характеристики (точек), то для расчета вероятности возникновения может использоваться следующая формула:

, где nC r = комбинация r элементов, взятых n за раз,

n = количество возможных мест на подошве, а

r = количество характеристик / баллов.(Камень 2006)

Следующая таблица демонстрирует вероятность того, что две подошвы обуви будут содержать идентифицирующие характеристики в одном и том же месте, в зависимости от количества характеристик.

Количество признаков Вероятность появления
1 1 из 16 000
2 1 из 127,992,000
3 1 из 683 миллиардов
4 1 из 2.7 квадриллионов
5 1 из 8,7 квинтиллионов
6 1 из 23 секстиллионов
7 1 из 53 септиллионов
8 1 из 106 октиллионов
9 1 из 189 нониллионов
10 1 из 300 дециллионов

Это исследование действительно делает некоторые предположения, например, что все сетки независимы и что точное количество сеток будет меняться по мере увеличения или уменьшения размера обуви.Однако, учитывая мощные классовые характеристики, маловероятно, что две туфли будут иметь один и тот же класс и идентифицирующие характеристики. Хотя приведенные выше статистические формулы обычно не используются для вывода заключения при повседневных проверках обуви, они все же дают некоторую ценную информацию об уникальности сочетания класса и идентифицирующих характеристик, наблюдаемых на подошве обуви.

В другом исследовании была предпринята попытка количественно оценить значимость индивидуализирующих характеристик.В исследовании Mount Bierstadt (Adair et al. 2007) использовалось 12 пар походных ботинок Hi-Tec Altitude II. Шесть участников (трое мужчин и три женщины) получили по паре неношенных ботинок в начале подъема и вторую пару неношенных ботинок на спуске. Высота горы Бирштадт составляет 14 065 футов, и участники прошли около 3,5 миль в каждом направлении, общее время похода составило 3,5 часа.

По окончании похода ботинки были проверены на наличие опознавательных признаков.Сапоги сравнивали визуально, чтобы определить, присутствует ли достаточно деталей, чтобы индивидуализировать каждый ботинок. Каждая загрузка действительно содержала достаточное количество идентифицирующих характеристик, необходимых для того, чтобы отличить одну загрузку от другой. Затем для каждого ботинка были сделаны прозрачные тестовые оттиски и сравнивались с каждым другим ботинком.

Мужские и женские ботинки несколько различались по количеству элементов дизайна подошвы, содержащих хотя бы одну отличительную характеристику. Мужские ботинки содержали идентифицирующие характеристики в 44 процентах элементов дизайна, тогда как женские сапоги содержали характеристики только в 33 процентах элементов дизайна подошвы.Хотя это небольшое исследование, оно подтверждает гипотезу о том, что случайные характеристики, приобретенные на подошве обуви, редки и могут быть использованы для индивидуализации.

Значение каждой индивидуальной и случайной характеристики подошвы зависит от опытной оценки характеристик и атрибутов этой характеристики. Область повреждения исследуется на предмет формы, размера, относительного расположения на подошве и любых других отличительных характеристик. Все эти черты увеличивают или уменьшают ценность отдельной характеристики.Например, круглое отверстие размером со штифт будет менее ценно, чем зазубренный разрыв в элементе протектора. Поскольку повреждение является случайным и непредсказуемым, значение каждой характеристики, которая может присутствовать на подошве, непредсказуемо. Кроме того, неконтролируемый характер размера и качества отпечатка места преступления делает воспроизведение любой индивидуальной характеристики случайным. Поскольку все эти факторы способствуют непредсказуемому характеру информации, представленной в слепке с места преступления, невозможно определить минимальное количество характеристик, необходимых для точной идентификации отпечатка на исходной подошве.

В 2004 году ФБР создало Научную рабочую группу по доказательствам отпечатков обуви и протектора шин (SWGTREAD), чтобы служить в качестве профессионального форума, на котором судебно-медицинские эксперты в области доказательств отпечатков обуви и следов протектора шин делятся, обсуждают и оценивают методы, техники и протоколы. , обеспечение качества, образовательные требования и исследования, касающиеся свидетельств об отпечатках обуви и протекторах шин. SWGTREAD объединяет специалистов по проверке отпечатков обуви и протекторов шин из государственных лабораторий и частных предприятий на всей территории Соединенных Штатов.С тех пор SWGTREAD написала и опубликовала руководства для специалистов по проверке отпечатков обуви и протекторов шин (SWGTREAD 2005a – f, 2006a – d).

Руководство SWGTREAD — первая серьезная попытка профессионального форума экспертов по следам обуви и следов протектора шин достичь консенсуса в обнаружении, сборе и анализе следов обуви и следов протектора шин. Эти опубликованные руководящие принципы являются только рекомендациями, а не предписаниями. Они служат для передачи консенсуса о «передовой практике» практикующим специалистам в этой области.

Заключение

Поскольку отпечатки обуви обнаруживаются практически на каждом месте преступления, доказательства слепков обуви часто служат важной связью между подозреваемым и местом преступления. В качестве важной формы вещественного доказательства отпечатки, оставленные на месте преступления, могут предоставить ценную информацию о том, где произошло преступление и в каком направлении двигался подозреваемый во время совершения преступления. Эта информация может привести подозреваемого к месту преступления или исключить подозреваемого как находившегося там.

Несмотря на то, что интерес к вещественным доказательствам, связанным с обувью, с годами возрос, многие следователи и техники на месте преступления до сих пор не осознают важность и ценность отпечатков обуви в качестве вещественных доказательств. Часто впечатления упускаются из виду, собираются неправильно или вообще не собираются. Однако с ростом осведомленности о доказательствах оттисков обуви, сопровождаемых продолжающимися исследованиями и дополнительным обучением, которое теперь предлагается по надлежащему обнаружению, извлечению и сбору вещественных доказательств, анализ этой ценной формы вещественных доказательств будет по-прежнему являться неотъемлемой частью уголовных расследований.

Благодарность

Это публикация номер 08-22 Лабораторного отдела Федерального бюро расследований. Имена коммерческих производителей приведены только для идентификации, и их включение не означает одобрения со стороны ФБР.

Ссылки / Рекомендуемая литература

Adair, TW, Lemay, J., McDonald, A., Shaw, R. и Tewes, R. Исследование на горе Бирштадт: эксперимент по образованию уникальных повреждений обуви, Journal of Forensic Identification (2007) 57: 199–205.

Бодзяк В. Дж. Доказательства отпечатков обуви: обнаружение, восстановление и исследование . 2-е изд. CRC Press-Taylor & Francis, Бока-Ратон, Флорида, 2000 г., стр. 334, 347, 352, 413.

Кэссиди, М. Дж. Идентификация обуви . Lightning Powder Company, Салем, Орегон, 1995.

Дэвис, Р. Дж. И Кили, А. Растушевка обуви, Science & Justice (2000) 40: 273–276.

Обувь в мировой экономике, World Footwear , сентябрь / октябрь 2007 г., стр.9.

Хамм, Э. Д. Индивидуальность классовых характеристик в обуви Converse All-Star, Journal of Forensic Identification (1989) 39 (5): 277–292.

Schallamach, A. Истирание резины иглой, Journal of Polymer Science (1952) 9 (5): 385-404.

Schallamach, A. Рисунок истирания на резине, Труды Института резиновой промышленности (1952) 28: 256–267.

Schallamach, A. Трение и истирание резины, Wear (1957–1958) 1: 384–417.

Schallamach, A. Теория динамического трения резины, Wear (1963) 6: 375–382.

Schallamach, A. Истирание, усталость и смазывание резины, Journal of Applied Polymer Science (1968) 12: 281–293.

Schallamach, A. Как скользит резина? Одежда (1971) 17: 301–312.

Стоун, Р. С. Экспертиза обуви: математические вероятности теоретических индивидуальных характеристик, Journal of Forensic Identification (2006) 56: 577–599.

SWGTREAD. Объем работ, связанных с экспертами по обуви и / или протекторам шин, Journal of Forensic Identification (2005a) 55: 764–765.

SWGTREAD. Руководство по обнаружению следов обуви и шин в полевых условиях, Journal of Forensic Identification (2005b) 55: 766–769.

SWGTREAD. Руководство по сбору оттисков обуви и шин в полевых условиях, Journal of Forensic Identification (2005c) 55: 770–773.

SWGTREAD.Руководство по обнаружению следов обуви и шин в лаборатории, Journal of Forensic Identification (2005d) 55: 774–777.

SWGTREAD. Руководство по сбору отпечатков обуви и шин в лаборатории, Journal of Forensic Identification (2005e) 55: 778–780.

SWGTREAD. Руководство по приготовлению тестовых слепков с обуви и шин, Journal of Forensic Identification (2005f) 55: 781–786.

SWGTREAD.Руководство по минимальной квалификации и обучению судебно-медицинского эксперта по обуви и / или протектору шин, Journal of Forensic Identification (2006a) 56: 788–793.

SWGTREAD. Руководство по судебно-медицинской документации и фотографии отпечатков обуви и шин на месте преступления, Journal of Forensic Identification (2006b) 56: 794–799.

SWGTREAD. Руководство по исследованию следов обуви и следов шин, Journal of Forensic Identification (2006c) 56: 800–805.

SWGTREAD. Стандартная терминология для выражения выводов судебно-медицинских экспертиз обуви и отпечатков шин, Journal of Forensic Identification (2006d) 56: 806–808.

Тарт, М. С., Дауни, А. Дж., Гудиер, Дж. Дж., И Адамс, Дж. Неопубликованный отчет. Внешний вид и продолжительность опушения как признака носки . Отчет ФСБ № RR 786. Служба судебной экспертизы, Бирмингем, Англия, август 1996 г., стр. 1–11.

Кольца Signia ™ — Ribs & Dust

IMPRESSION ORIGINS
Мы создали новаторский способ создания оттисков качества семейной реликвии с изяществом и утонченностью ювелирных украшений — наша коллекция Signia ™.

Наш главный ювелир Саймон был вдохновлен, вспоминая ожерелье, которое он заметил на своей матери, когда он был молод. На ожерелье были отпечатки пальцев его самого и трех его братьев и сестер.

Теперь у нас есть привилегия сотрудничать с вами в создании вневременных вещей, которыми вы можете поделиться со своими близкими.

ПРОЦЕСС ВПЕЧАТЛЕНИЯ
Каждая из наших частей Signia ™ изготавливается вручную и выкована таким образом, что подлинный отпечаток пальца и его замыслы наносятся на само кольцо.Наша коллекция впечатлений — это ода запечатлевать драгоценные моменты времени — частичку вашего сердца, которую можно носить и лелеять вечно.


После того, как вы разместите заказ на оттиск, мы отправим вам набор оттисков по почте. В этом наборе есть наша специальная нетоксичная замазка для слепков и подробные инструкции о том, как получить наилучший оттиск отпечатка пальца. Это невероятно простой процесс. Для вашего удобства мы также включили в комплект сумку для обратной почты. В качестве альтернативы, если вы живете поблизости, вы всегда можете организовать время, чтобы зайти в нашу студию, и мы произведем впечатление на вас.


После получения оттисков обратно мы выковываем их в вашу индивидуальную деталь, что обычно занимает от 6 до 8 недель. Если вам нужна ваша деталь к определенной дате или в качестве срочного заказа, напишите нам по адресу [email protected] перед размещением заказа. Мы всегда делаем все возможное, чтобы уложиться в нужные вам сроки.

ВЗРОСЛЫЙ ИЛИ РЕБЕНОК

Мы можем изготовить эти изделия по отпечатку пальца ребенка или взрослого.Тем, кто хочет получить оттиски для детей, обратите внимание, что наши слепки требуют, чтобы ваш ребенок был не менее 2 лет — в противном случае их мизинцы могут быть недостаточно развиты для создания определенного слепка.

Если вы все еще хотите купить это кольцо, а ваш ребенок еще недостаточно взрослый, мы всегда можем предоставить вам подарочный сертификат, чтобы использовать его, когда ребенок станет достаточно взрослым.

Обратите внимание, что цены для детей указаны для детей в возрасте от 2 до 5 лет.

НА ЗАКАЗ
Каждая часть нашего ассортимента оттисков изготавливается на заказ, поэтому каждая часть будет немного отличаться по форме и индивидуальному характеру. Все наши изделия могут быть индивидуализированы и украшены драгоценными камнями, гравюрами и т. Д. Если вы хотите добавить немного изюминки своему изделию, напишите нам по адресу [email protected]t.com, и мы обсудим вашу концепцию дизайна в дальнейшем.


Тем, кто хочет получить оттиски для детей, обратите внимание, что для наших оттисков требуется, чтобы вашему ребенку было не менее 2 лет — , в противном случае его мизинцы могут быть недостаточно развиты для создания определенного слепка.

Пожалуйста, прочтите наши положения и условия , часто задаваемые вопросы и Размер страниц перед размещением заказа.

Стоматологические указатели для снятия слепков

Чтобы получить наилучший возможный слепок, настоятельно рекомендуется несколько раз прочитать инструкции, прилагаемые к набору, перед снятием слепка. Примерно 1/29 оттисков зубов, которые мы получаем от клиентов, являются неудовлетворительными.Среди наиболее частых ошибок мы видим:

  • Слишком мелко
  • Царапание стенок лотка
  • Несмешанный материал

Прежде чем перейти к тому, как не снимать слепок, давайте посмотрим, как выглядят хорошие слепки. Обратите внимание, что отпечаток на всех зубах (переднем и заднем) выходит глубже, чем линия десен. Оттискный материал перемешивали до тех пор, пока он не стал сплошного синего цвета, и не было заметных искажений, возникающих при удалении материала до его затвердевания.

Мы получаем 2 типа неглубоких оттисков зубов, из которых наиболее часто передние зубы уходят достаточно глубоко, а моляры — нет. Конечно, мы все еще можем делать ложки из этого типа оттиска, но ваши ложки не будут покрывать все ваши коренные зубы.

Чтобы избежать неглубоких коренных зубов, обязательно положите большие пальцы на заднюю часть лотка и равномерно надавите на зубы.

Второй по распространенности неглубокий зубной слепок — это когда не все зубы вошли в слепочный материал.Иногда он достаточно близок, что позволяет нам подделать остальное, но это будет далеко не идеальный поднос. Неглубокие зубные слепки обычно возникают в результате того, что человек слишком долго перемешивал зубной слепочный материал. После того, как материал смешан, начинается процесс затвердевания. Со временем материал становится тверже, что затрудняет полное погружение зубов в материал.

При установке оттискной ложки в рот очень важно расположить зубы по центру оттискного материала.В противном случае ваши зубы будут царапать стенки лотка. Допустим, мы можем попытаться изготовить поднос, используя показанный слепок, но сомнительно, что он подойдет вам.

Обратите внимание на небольшую дырочку в слепке на месте зуба K9. Если бы остальные зубы не царапали стенки ложки, это не было бы проблемой.

Если бы передняя стенка не провалилась внутрь на этом слепке, это был бы идеальный зубной слепок.