Невербальное восприятие это: Исследование невербального восприятия студентами лиц с ограниченными возможностями здоровья и инвалидностью Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

Содержание

Исследование невербального восприятия студентами лиц с ограниченными возможностями здоровья и инвалидностью Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

УДК 159.9.072.433

ИССЛЕДОВАНИЕ НЕВЕРБАЛЬНОГО ВОСПРИЯТИЯ СТУДЕНТАМИ ЛИЦ С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ

И ИНВАЛИДНОСТЬЮ

Е.В. МИХАЛЬЧИ*

Институт бизнеса и делового администрирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Москва

Исследования невербального восприятия имеют большое значение в социальной психологии при изучении представителей разных социальных групп. В статье приведены авторская методика карты «Невербальное восприятие лиц с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) и инвалидностью» и результаты исследования адекватности невербального восприятия у студентов как социальной группы представителей другой социальной группы - лиц с ОВЗ и инвалидностью.

Установлено, что студенты обладают развитым эмоциональным и социальным интеллектами, высокой эмпатией и открытостью по отношению к лицам с ОВЗ и инвалидностью.

Ключевые слова: невербальное восприятие, лица с ОВЗ и инвалидностью, эмоциональный и социальный интеллекты, эмпатия.

Введение

Общество в лице представителей различных социальных групп обладает свойством восприятия и трансляции традиционной культуры, ценностей, интересов, языка, личностных черт, внешних и внутренних особенностей отдельных членов сообщества. Каждая социальная группа обосабливается от других посредством ряда признаков: видов деятельности, форм жизнедеятельности, величины группы, состава и структуры, норм и ценностей представителей группы, системы санкций, этнической и религиозной принадлежностей, доминирующей субкультуры, сленговых и языковых особенностей, внешним атрибутом членов.

Некоторые признаки членов

© Михальчи Е.В., 2017

* Для корреспонденции:

Михальчи Екатерина Владимировна старший преподаватель факультета международного менеджмента и делового администрирования Института бизнеса и делового администрирования ФБГОУ ВПО РАНХиГС при Президенте Российской Федерации E-mail: [email protected]

социальных групп можно выявить только при общении с ними, другие воспринимаются невербально при зрительном контакте во время встречи с другими людьми. Социальная перцепция как вид восприятия одних членов общества другими обозначает: «восприятие специфических черт социальных объектов, к которым относятся восприятие не только физических характеристик объекта, но и «поведенческих» его характеристик, то есть формирование представления о его намерениях, мыслях, способностях, эмоциях, установках и т.

д.» [1, с. 40]. Восприятие поведения, самочувствия, эмоционального состояния и внешнего облика другого члена общества первично производится невербальными механизмами психофизиологической анализаторной и центральной нервной систем человека.

В статье будут рассмотрены особенности восприятия социальной группой лиц, в данном случае студентами, внешности, эмоционального состояния, психофизического самочувствия и межличностных отношений представителей другой социальной группы - лиц с ограниченными

возможностями здоровья и инвалидностью. Лица с ОВЗ и инвалидностью в качестве объектов исследования были выбраны в связи с тем, что имеющиеся у них психофизические дефекты и заболевания в большинстве случаев отражаются на их внешнем облике, отдельных движениях, общей моторике, физических, коммуникативных, эмоциональных, психологических и интеллектуальных способностях. Внешнее выражение психофизиологических особенностей человека является серьезным психологическим барьером для лиц с ОВЗ и инвалидностью, стигматизирует и виктимизирует представителей данной социальной группы.

Это отмечает исследователь невербального поведения личности, отечественный психолог Лабунская В.А.: «Восприятие и оценка своего внешнего облика оказывают влияние на самосознание личности. Особенно ярко проявляется воздействие данных феноменов на систему отношений человека в том случае, когда он утрачивает по разным причинам эстетическую, сексуальную привлекательность, когда в силу влияния биологических, социальных, психологических факторов его внешний облик изменяется в негативную сторону...» [6, с. 135].

Автором настоящей статьи поставлена цель:

- оценить невербальное восприятие студентами лиц с ОВЗ и инвалидностью и сопоставить его с восприятием внешности, поз и жестов представителей условно здоровой группы населения;

- выявить эмоции студентов при встрече с лицами, имеющими психофизические отклонения;

- установить соотношение учащихся с адекватным и неадекватным невербальным восприятием.

Актуальность исследования может быть обоснована следующими положениями для разных социальных групп:

- для лиц с ОВЗ и инвалидностью изучение невербального восприятия их представителями различных социальных групп

имеет значение для преодоления негативных психологических факторов социализации, барьеров в общении и собственной стеснительности;

- для студентов это важно, так как расширяет их возможности при общении с лицами, имеющими нарушения речевого аппарата, анализаторных систем и коммуникационные затруднения. Как отмечает Австралийская комиссия по развитию спорта для инвалидов в памятке по «Эффективному общению с людьми с ограничениями жизнедеятельности»: «Необходимо обращать внимание на язык тела человека и стараться воспринимать невербальные сигналы лиц с затруднениями в общении» [15].

Участие студентов в тренинге по «Невербальному восприятию лиц с ОВЗ и инвалидностью», проводимом в данном исследовании, способствует развитию их эмоционального интеллекта, толерантности, сочувствия и уважения к представителям других социальных групп;

- исследования невербального восприятия экспрессивного поведения лиц с ОВЗ и инвалидностью, раскодирование посылаемых ими сигналов с помощью поз, жестов и мимики имеют значение в сферах информационно-компьютерных технологий и робототехнике, так как позволяют создавать системы восприятия и анализа невербальных сигналов человека, что может быть востребовано в реабилитации и лечении лиц с психофизическими отклонениями.

Невербальное восприятие обозначается в разных источниках разными терминами, имеющими сходные значения: невербальное поведение, язык тела, интерпретация внешнего облика, восприятие человека человеком, межличностное познание. Под этими понятиями соответственно подразумевают «мимику, жесты кисти и руки, позы, положения тела и разнообразные движения тела, или ног, или ступней» [9, с. 12], «язык телодвижений и жестов» [11, с. 4],«восприятие незнакомого человека по его внешности (экспрессии лица, глаз, вы-

разительным движениям, прическе)» [5], «оценивание одним субъектом психических свойств другого» [12].

Мы будем использовать в данной статье понятие «невербальное восприятие» и понимать под ним процесс отражения эмоций, настроения и самочувствия человека с ограниченными возможностями здоровья и инвалидностью через перцепцию его поз, жестов, мимики, движений и внешних особенностей. Невербальное восприятие опосредовано деятельностью «оптической, тактильной, кинестетической, акустической, ольфакторной систем отражения» [6, с. 12] человека протекающих в окружающей среде процессов и событий.

Невербальное восприятие является психофизиологической структурой эмоционального интеллекта [4], который, в свою очередь, представляет часть социального интеллекта человека [8] (рис.

1). Эмоциональный интеллект определяется как «способность выработать для себя мотивацию и настойчиво стремиться к достижению цели, несмотря на провалы, сдерживать порывы и откладывать полу-

чение удовлетворения, контролировать свои настроения и не давать страданию лишить себя способности думать, сопереживать и надеяться»[3, с. 67]. Он также обозначает отражение в сознании человека чувств, эмоций, настроения и самочувствия другого человека посредством эмпатии к нему, осознания собственных эмоций и состояний, наблюдения и «эмоциональной грамотности». Социальный интеллект как более крупное образование представляет собой «способность человека понимать не только других, но и самого себя в постоянном видоизменении психических состояний и межличностных отношений, прогнозировать результаты как собственного поведения, так и поведения партнеров по взаимодействию» [14]. Невербальное восприятие, эмоциональный и социальный интеллекты отображают психофизиологические процессы, протекающие у человека при взаимодействии и коммуникации с представителями различных социальных групп и отдельными личностями, в том числе имеющих ОВЗ и инвалидность.

Рис. 1. Структуры социального и эмоционального интеллектов

Также в статье используется термин экспрессивное поведение личности, означающий «совокупность устойчивых и динамических средств выражения, организующихся в пространственно-временные структуры и перестраивающихся по ходу развития психологических и социально-психологических образований личности» [2]. В структуру экспрессивного поведения личности входят позы, жесты, мимика, прикосновения человека, его взгляд, пол, возраст. Понятия «экспрессивное поведение» и «невербальное поведение» личности синонимичны по значениям и включают в свой состав одни и те же характеристики индивида. Другим термином, часто используемым при характеристике невербального восприятия, является психическое качество личности - эмпатия. Эмпатия отражает восприятие другого человека, «сочувствие, сопереживание, «вчу-ствование» в состояние другого, «проникновение» в мир переживаний людей, понимание человеком эмоций и чувств других людей, способность представить себя на месте другого и даже рефлексию понимания эмоциональных состояний и переживаний другого» [10].

Эмпатия проявляется при восприятии другого человека, желании понять его эмоции, настроение и самочувствие. Исследованиям эмпатии как психологического качества личности посвящено много научных трудов, однако особенно важно экспериментально изучить проявления эмпатии к лицам с ОВЗ и инвалидностью как к социально незащищенной группе с не всегда психологически благополучным климатом. Это положение подчеркивает американский психолог Д. Гоулман: «Взгляд на вещи с позиции другого помогает сломать необъективные стереотипы и тем самым приучает к терпимости и принятию различий» [3, с. 432].

Исследованию уровней развития эмоционального и социального интеллектов, а также адекватности процесса восприятия лиц с ОВЗ и инвалидностью у студентов было посвящено экспериментальное ис-

следование, методика и результаты которого представлены ниже.

Методика

В исследовании участвовали студенты Института бизнеса и делового администрирования Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (ИБДА РАНХиГС). Выборка была составлена из студентов 1 курса направлений «Международные отношения» и «Зарубежное регионоведение» (п=50, гендерное соотношение участников равное, 7 студентов имеют ОВЗ и инвалидность). Студенты участвовали в обследовании во время проведения тренинга по «Невербальному восприятию лиц с ОВЗ и инвалидностью» в рамках учебного курса по адаптивной дисциплине «Социальная адаптация». Во время проведения тренинга (4 академических часа) студентам преподавались теоретические основы невербального восприятия, и они самостоятельно заполняли комплекты из 9 карт «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» [7]. Для повышения качества результатов тренинга студенты могли участвовать в нем как анонимно, так и открыто. Им сообщалось, что ответы на карты не могут быть правильными или неправильными, а только выражают их личное мнение.

В теоретической части тренинга студенты обучались определению эмоций, психического состояния, настроения и самочувствия человека с ОВЗ и инвалидностью по позе, жестам, мимике, работали со словарем эмоций. Одной из целей тренинга была работа учащихся со своими собственными эмоциями, умение определять которые также является частью эмоционального интеллекта человека. В практической части тренинга студенты работали с картами «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью», которые были составлены на основе методики «Диагностика уровня развития способности к

адекватной интерпретации невербального поведения», видоизмененной с учетом целей исследования. Основным результатом работы с картами «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» была оценка уровня адекватности невербального восприятия человека и уровней развития его эмоционального и социальной интеллектов, что проводилось посредством статистико-математического анализа и будет приведено далее для обследованной выборки. Рассмотрим далее предлагаемые виды заданий по методике «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью».

На первой карте «Графическая поза человека с ОВЗ» представлены 6 схематических поз, по которым нужно определить вид нарушения человека (рис. 2). Работа с данной картой позволяет определить степень развития социального интеллекта студента при восприятии лиц с ОВЗ и инвалидностью посредством сопоставления позы и определения психофизиологического дефекта человека. Многие учащиеся никогда не задумывались о видимых психофизиологических особенностях представителей социальной группы лиц с ОВЗ и инвалидностью, однако их правильное восприятие важно для процесса коммуникации и взаимодействия и является аспектом развития социального интеллекта личности.

Карта 2 «Психологическое состояние и эмоции» используется для определения студентами эмоционального и психического состояния лиц с ОВЗ и инвалидностью по их позам и жестам (рис. 3). Во время тренинга студентам объясняются основные мимические и телесные сигналы, сопутствующие проявлениям тех или иных эмоций. Работа с этой картой активизирует невербальное восприятие и дает возможность оценить эмоциональный интеллект учащихся, адекватность их восприятия невербальных сигналов других людей.

Рис. 2. Карта 1 «Графическая поза человека с ОВЗ»

Рис. 3. Карта 2 «Психологическое состояние и эмоции»

Третья карта «Сопоставление вида отклонения в здоровье с эмоцией человека» обобщает виды деятельности учащихся по двум предыдущим картам (рис. 4). Студентам необходимо определить вид психофизиологического дефекта, а также превалирующую эмоцию у человека на фотографии. Таким образом, через невербальное восприятие информация поступает в эмоциональный и социальный интеллекты участников тренинга. Стоит отметить, что работа с этой картой вызвала затруднения у студентов и требовала большего времени.

Следующая карта построена аналогично заданию методики «Диагностика уровня развития способности к адекватной интерпретации невербального поведения» (рис. 5). Студентам нужно совместить фразы и позой и жестами людей с ОВЗ и ин-

1

4

2

5

3

6

валидностью на фотографиях. Фотографии лиц с ОВЗ и инвалидностью для этой карты отобраны достаточно сложные и неоднозначные.

Рис. 4. Карта 3 «Сопоставление вида инвалидности и эмоций человека»

На одной фотографии люди общаются на жестовом языке, что усложняет задачу и требует внимания участников тренинга. Улавливание невербального образа человека и перевод его в вербальный код в виде фразы осуществляется посредством действия эмоционального интеллекта.

Фразы

Всем добрый вечер! Я рад(а) Вас видеть! _Давай танцевать!_

Послушай меня! Будь рядом!

Помоги мне!

Обрати особое внимание на это!

Быстрее!

Рис. 5. Карта 4 «Сопоставление позы человека с ОВЗ и инвалидностью и фразы»

Пятая карта составлена из изображений людей с ОВЗ и инвалидностью и из условно здоровой группы (рис. 6). Студентам необходимо разделить их на два соответствующих блока. В основном при работе с этой картой все учащиеся допускали ошибки, которые в данном случае являлись показателями того, что все люди первично невербально воспринимаются нами одинаково. Для распознавания их социального статуса нужно больше наглядных сведений или контакт. Люди, имеющие те или иные особенности (физические дефекты, нарушения в весе, другой цвет кожи и другие внешние признаки), часто думают, что это очень заметно окружающим и мешает в общении, совместных делах и в личных отношениях. Однако при невербальном контакте мы чаще воспринимаем всех людей одинаково, не уделяя особого внимания их отличиям.

Условно здоровые люди

Лица с инвалидностью и ОВЗ

Рис. 6. Карта 5 «Определите условно здоровых людей и лиц с инвалидностью»

Карта № 6 составлена на основе задания методики «Диагностика уровня развития способности к адекватной интерпретации невербального поведения» (рис. 7). На ней представлены пары лиц с ОВЗ и инвалидностью в процессе общения и совместных действий. Студентам необходимо по величине межличностного расстояния определить отношения между людьми на фотографиях. Для этого в теоретической части тренинга с ними обсуждаются виды отношений между людьми и варианты расстояний во время общения.

10

Рис. 7. Карта 6 «Анализ межличностного расстояния и отношений людей»

На одной из фотографий приведен пример отношений человека с инвалидностью с его животным-помощником. Собака-поводырь становится близким другом для человека, в данном случае для ребенка, с нарушением зрения, и требует правильного восприятия и внимательного отношения со стороны окружающих. Для определения взаимоотношений между людьми следует активизировать свой эмоциональный интеллект и предшествующий жизненный опыт, уловить взгляды, жесты и позы.

Следующая карта предполагает работу студентов со «Словарем личностных качеств» [13], в котором приведены названия многих черт характера человека, видов эмоций и состояний (рис 8). Учащиеся должны были выбрать названия черт характера и эмоций (3-5 вариантов) и написать их под фотографиями лиц с ОВЗ и инвалидностью, определив их настроение и самочувствие по позам и жестам. Для усложнения работы с картой фотографии двух человек повторялись, но на них были представлены эти люди в разных психоэмоциональных состояниях, позах и обстановке, что позволило более точно выявить согласованность ответов студентов и проверить их уровень невербального восприятия. Работа с указанной картой дала возможность студентам не только распознать чужое эмоциональное состояние, но и улучшить осознание и определение своих собственных эмоций и чувств. Участники тренинга отмечали сложности с определением эмоций, так как редко занимаются подобным видом деятельности и задумываются об этом в своей жизни.

4**

5*

7**

3*

Рис. 8. Карта 7 «Позы и жесты»

Восьмая карта обращает взгляд человека внутрь себя, заставляя «включить» свой эмоциональный интеллект (рис. 9). Студенты должны высказать свои эмоции

1

2

3

4

5

6

7

8

1

2

9

6

от увиденных фотографий лиц с ОВЗ и инвалидностью. Этот вид работы был одним из самых сложных для участников: ответы были получены с противоположным смыслом; учащиеся указывали эмоции из разных групп, иногда описывали ситуацию на фотографии. Отдельно стоит отметить, что фотография человека пожилого возраста почти у всех учащихся вызвала чувства жалости, страха и шока. При этом в нашем обществе социальная группа лиц пожилого и преклонного возраста самая большая; старики встречаются нам чаще всего в жизни; социально-экономическая политика страны постепенно перестраивается для поддержки и помощи этой категории граждан. По мнению авторов, пожилые люди должны вызывать уважение, желание поддержать их, быть социально защищенными и почтенными членами общества, но у молодых людей они вызывают негативные чувства, такие как испуг, безысходность, отчаяние. Это показывает необходимость изучения невербального восприятия молодежью лиц пожилого возраста.

Рис. 9. Карта 8 «Выражение чувств и эмоций, связанных с изображением на фотографии»

Последняя карта 9 обобщает навыки невербального восприятия участников тренингов, предлагая определить эмоции и психическое состояние лица с ОВЗ и инвалидностью по их жестам (рис. 10). Студенты еще раз демонстрируют уровень развития своего невербального восприятия и эмоционального интеллекта. Эта карта

дает возможность сопоставления результатов участников тренинга по определению и интерпретации невербальных сигналов: поз, жестов, мимики - с ответами на предыдущие карты, проверки общей согласованности ответов.

Рис. 10. Карта 9 «Сопоставление жеста человека с инвалидностью и его эмоцией»

Результаты

Как было написано выше, основным результатом применения методики «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» было определение степени адекватности невербального восприятия участников. Полученные ответы сопоставлялись с реальными данными о лицах на фотографиях, шкалами оценок и вариантами ответов авторов тренинга.

Критерием оценки невербального восприятия студентами лиц с ОВЗ и инвалидностью является адекватность отображения образов этой категории лиц в сознании представителей исследуемой группы. Одним из важных показателей служит количество ошибок, допущенных студентами при оценке экспрессивного поведения лиц с ОВЗ и инвалидностью, запечатленных на фотографиях. Наличие ошибок и отклонений во мнениях опрошенных от выбранных авторами определений психоэмоционального состояния инвалидов характеризует степень равенства и сходства в

1

2

3

4

5

6

оценке всех групп общества независимо от их уровня жизни, психофизиологического состояния, уровня образования, личностных черт и других внешних и внутренних качеств личности.

Заполненные комплекты карт были обработаны в ППП Statistica 13.2. с применением следующих методов статисти-ко-математического анализа: кластерный анализ и описательная статистика. На ос-

нове проведенного кластерного анализа и построенного графика «Дендрограмма кластеризации ответов студентов по методике «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» были выделены три кластера, разделивших исходную выборку учащихся на группы по степени адекватности восприятия невербальных сигналов лиц с ОВЗ и инвалидностью (рис. 11).

Рис. 11. Дендрограмма кластеризации ответов студентов по методике «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью»

1-й кластер: адекватное восприятие невербальных сигналов лиц с ОВЗ и инвалидностью, 35 студентов. В данную группу попали учащиеся с развитым эмоциональным и социальным интеллектами и высоким уровнем точности невербального восприятия. Они показали навыки в определении вида заболевания человека и формы инвалидности по его позе и телосложению, что имеет значение при необходимости оказать помощь и поддержку лицу с ОВЗ и инвалидностью, при содействии во включении в общий образовательный процесс и социальную адаптацию учащихся

данной категории. Также студенты с адекватным восприятием продемонстрировали высокий уровень эмпатии: они точно определили эмоции и психологическое состояние лиц с ОВЗ и инвалидностью по их жестам и позам, смогли сопоставить фразы с позами и с взглядами. Они также точно разделили людей на фотографиях на группы имеющих ОВЗ и инвалидность и условно здоровых по внешним признакам. Важным умением при невербальном восприятии, которым обладают эти студенты, является определение межличностных отношений между людьми по расстоянию

между ними при общении. Также они открыто и точно выразили свои эмоции от просмотра фотографий лиц с ОВЗ и инвалидностью в разных жизненных ситуациях и с различными психофизиологическими дефектами. Таким образом, основные черты у большинства студентов следующие: открытость, развитое невербальное восприятие, высокий уровень эмпатии, богатый эмоциональный и социальный интеллекты, отзывчивость, наблюдательность, интерес к окружающим людям.

2-й кластер: средняя адекватность невербального восприятия лиц с ОВЗ и инвалидностью, 10 студентов. Студенты, вошедшие в эту группу, обладают эмоциональным и социальным интеллектами средней степени развитости. Они не могут точно определить вид отклонения у человека по его графической позе, ошибаются в отличии лиц с ОВЗ и инвалидностью от условно здоровых людей по фотографиям. Эмпатия у них развита слабее: выявлены проблемы с восприятием настроения, эмоционального и физического состояния у лиц с ОВЗ и инвалидностью, с определением эмоций по жестам и позам инвалидов. Отношения между людьми с инвалидностью по межличностному расстоянию представители этой группы указывают, как правило, верно. Свои эмоции от увиденных фотографий с лицами с ОВЗ и инвалидностью в разных ситуациях студенты выражают точно и открыто. Таким образом, у 20% учащихся были выявлены отклонения в невербальном восприятии лиц с ОВЗ и инвалидностью, связанные с пониженным уровнем эмпатии и эмоционального интеллекта, низкой наблюдательностью и восприятием окружающих людей. Представители данной группы хорошо поддаются научению, что было продемонстрировано при определении межличностного расстояния, которое было обсуждено в теоретическом блоке; они умеют определять и выражать собственные эмоции.

3-й кластер: неадекватное невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидно-

стью, 5 студентов. Студенты из этой группы не могут распознать имеющееся нарушение у человека по его графической позе и отличить лицо с ОВЗ и инвалидностью от условно здорового человека по фотографии. У них отмечается низкий уровень эмпатии, который связан с невозможностью распознать эмоциональное состояние человека, его настроение и самочувствие по жестам, позам и мимике человека. Студенты не могут точно выразить свои эмоции от просмотра фотографий лиц с ОВЗ и инвалидностью; ошибаются при определении отношений между людьми с инвалидностью по межличностному расстоянию. Участие в тренинге по «Невербальному восприятию лиц с ОВЗ и инвалидностью» вызвало у этой группы студентов противоречивые эмоции - смех, нежелание работать с картами, апатию как нежелание что-то делать, фрустрацию как пустоту внутри себя, уход в себя и погружение в посторонние мысли. Основными характеристиками представителей этой группы являются: неадекватность в восприятии лиц с ОВЗ и инвалидностью, низкий уровень эмпатии, непонимание других людей, нежелание и отрицание проявлений своего эмоционального интеллекта и выражения своих эмоций, психологический уход, фрустрация, закрытость, лень.

Выделенные кластеры характеризуют выборку студентов по уровню адекватности невербального восприятия лиц с ОВЗ и инвалидностью. Как показал анализ полученных ответов: 70% студентов имеют высокие уровни развития эмоционального и социального интеллектов, адекватное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью, высокий уровень эмпатии и открытости; 20% учащихся имеют средние уровни развития эмоционального и социального интеллектов, они хуже воспринимают психоэмоциональное состояние лиц с ОВЗ и инвалидностью, их самочувствие и внешние особенности; 10% студентов имеют низкие уровни эмпатии и открытости, плохо владеют невербальным восприятием лично-

сти, их эмоциональный и социальный интеллекты развиты слабее, чем у большинства учащихся.

На основании проведенного кластерного анализа можно заключить, что в целом студенты 1 курса, которые не имели ранее подготовки по определению невербального поведения личности, успешно справились с этой задачей. Выборка учащихся характеризуется открытостью, готовностью взаимодействовать и общаться с лицами с ОВЗ и инвалидностью,

Психологические характеристики лиц с О

воспринимать их особенности и потребности, поддерживать морально и эмоционально.

Далее приведем 10 психологических характеристик, которые студенты дали лицам с ОВЗ и инвалидностью, изображенным на карте 7. Эти описания людей отражают не только их психологическое состояние и эмоции, но и степень осознания учащимися своих внутренних переживаний, эмоций, возможность обличения этого в слова (рис. 8, табл. 1).

Таблица 1

; и инвалидностью, по мнению студентов

№ п/п Номер фотографии

1 2 3* 4** 5* 6 7**

1 активная внимательная агрессивный активный вежливый амбициозная бесстрашный

2 амбициозная добродушная властный бесстрашный замкнутый артистичная замкнутый

3 дружелюбная замкнутая лидер готовый на риск интеллектуал добрая индивидуалист

4 коммуникабельная любопытная невозмутимый добрый невозмутимый добродушная независимый

5 лидер независимая самоуверенный напористый острожный дружелюбная серьезный

6 общительная серьезная серьезный оптимистичный скромный общительная сильный

7 разносторонняя скромная скрытный упорный спокойный оптимистичная скромный

8 уверенная в себе спокойная строгий целеустремленный стеснительный отзывчивая скрытный

9 энергичная стеснительная упрямый эмоциональный умный приятная спокойный

10 любопытная скрытная независимый энергичный уравновешенный яркая упорный

Примечание: 3* и 5* - одно лицо ; 4** и 7**- другое лицо

Стоит отметить, что в зависимости от позы человека с ОВЗ и инвалидностью, его жестов, мимики и обстановки вокруг невербальное восприятие и психологические характеристики значительно меняются, даже если это одно и то же лицо. Данные студентами психологические характеристики лицам с ОВЗ и инвалидностью отражают, что первично воспринимается не наличие или отсутствие психофизических отклонений, а экспрессивное поведение личности. Те же психологические характеристики могут быть присущи и представителям условно

здоровой группы, подчеркивая положительные качества человека. Они нисколько не умаляют значения лиц с ОВЗ и инвалидностью в глазах студентов как представителей общества, что порой кажется инвалидам при общении и взаимодействии с другими людьми и создает психологический барьер. Невербальное восприятие как первичный вид восприятия человека человеком зависит от позы, жеста, мимики и взгляда человека, а значит, первое впечатление о себе и последующее восприятие себя как личности зависят от самого человека.

Заключение

Рассмотрев методику карты «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» и приведя результаты оценки невербального восприятия у студентов, уровней развития их эмоционального и социального интеллектов, выделим значение этого исследования для представителей разных социальных групп.

Тренинги, факультативные занятия, экспериментальные семинары по невербальному восприятию и эмоциональному интеллекту имеют значение на современном этапе развития высшей школы для всех направлений подготовки. Однако подобные учебные дисциплины и методики преподавания пока распространены слабо. Обучение основам эмоционального интеллекта и невербальному восприятию окружающих людей влияет как на личность, помогая ей общаться и выстраивать личные отношения, преодолевать фрустрацию, негативные психологические явления - стресс и депрессию, так и на общество, способствуя гуманизации и взаимовосприятию членов общества, снижая уровни агрессивности и противодействия среди граждан. Занятия по развитию эмоционального интеллекта необходимы для всех студентов как находящейся на этапе развития и становления жизненных принципов социальной группы. Особенно они имеют значение для учащихся из социально незащищенных групп: инвалидов, выходцев из бедных семей, сирот, мигрантов.

Для лиц с ОВЗ и инвалидностью как объекта изучения невербальное восприятие является важным аспектом их включения и социальной адаптации в обществе. Восприятие и отношение окружающих людей часто выступают как психологический барьер. Также им важно умение воспринимать невербальные сигналы других людей и интерпретировать их, развивать свой эмоциональный интеллект и чувство эмпатии к окружающим.

Многие лица с ОВЗ и инвалидностью имеют нарушения вербального общения из-за дефектов речевого аппарата, слуха,

других заболеваний. Развитие и использование навыков невербального общения для них являются приоритетным способом общения и передачи своих эмоций и психологического состояния. Окружающие люди должны обладать навыками невербального восприятия, раскодирования невербальных сигналов и использовать их в общении с лицами с ОВЗ и инвалидностью. Тренинг по методике «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» был направлен на развитие этих способностей у студентов, в группах с которыми обучаются лица с особыми потребностями. Результаты тренинга и работы с картами «Невербальное восприятие лиц с ОВЗ и инвалидностью» показали, что большая часть студентов имеет адекватное невербальное восприятие, развитые эмоциональный и социальный интеллекты, чувство эмпатии, позволяющие открыто выстраивать общение и взаимодействовать с окружающими лицами с учетом их возможностей и потребностей. Однако толерантной, готовой к помощи и поддержки лиц с ОВЗ и инвалидностью и других категорий учащихся выбранную группу назвать нельзя. Молодые люди показали слабый уровень уважения к пожилым людям; работа с картами по определению эмоций и состояний человека по его позе и жесту вызвала затруднения: сложно, оказалось, выделить свои собственные эмоции и подобрать к ним наименования.

Отметим, что подобная методика может быть разработана для определения невербального восприятия одними представителями социальных групп представителей других групп, например, пенсионеров, лиц с лишним весом, религиозных фанатиков, мигрантов и других. Это имеет значение как для участников тренингов, улучшая их невербальное восприятие и обогащая эмоциональный и социальный интеллекты, так и для объектов исследования, улучшая их образ и изменяя стереотип указанной социальной группы. Получив положительные отзывы о данном тренинге и выбранной тематике, автор продолжит изучение невербального вос-

приятия у студентов и разработку методик для других социальных групп.

Подобные методики и результаты, получаемые при их использовании, имеют значение не только в гуманитарных науках, но и в компьютерно-информационных и технических. Собранная информация о невербальном восприятии может быть применена для создания программного обеспечения и в робототехнике, которые смогут распознавать эмоции и психофизические состояния, общаться и взаимодействовать, вызывать медицинскую помощь и родителей для людей с инвалидностью, тяжелыми заболеваниям, пожилых и одиноких людей, младенцев и детей.

Исследования невербального восприятия имеют большое значение на современном этапе развития социальной психологии при изучении представителей разных социальных групп. Попытка такого исследования приводится в настоящей статье для группы студентов в отношении их невербального восприятия лиц с ОВЗ и инвалидностью. Полученные результаты продемонстрировали значение эмоционального и социального интеллектов, эмпатии и открытости студентов при восприятии и общении с лицами с ограничениями жизнедеятельности как факторов развития современного общества и при принятии различий как положительных особенностей всех членов общества.

Литература

1. Андреева Г.М. Социальная психология. - М.: Изд. Московского университета, 1980. - 140 с.

2. Бессонов С.Л. Зависимость оценки восприятия экспрессивного поведения человека студентами социономических профессий от их личностных особенностей // Теория и практика общественного развития. -2013.- № 3. - С. 72-74.

3. Гоулман Д. Эмоциональный интеллект. Почему он может значить больше, чем -М.: Манн, Иванов и Фербер, 2016. - 544 с.

4. Комарова А.И. Социальный и эмоциональный интеллект: кросскультурное исследование // Вестник Бурятского государственного университета. - 2001. - № 5. - С. 30-35.

5. Кондаков И.М. Психологический словарь.

- М.: Прайм-Еврознак, Олма-Пресс, 2003.

- 632 с.

6. Лабунская В.А. Не язык тела, а язык души! Психология невербального выражения личности. - Ростов-на-Дону: Феникс, 2008.

7. Лабунская В.А. Теоретико-эмпирические основания создания методики «Диагностика уровня развития способности к адекватной интерпретации невербального поведения» // В кн.: Социальный и эмоциональный интеллект: от процессов к измерениям / Под ред. Д.В. Люсина, Д.В. Ушакова. - М.: Институт психологии РАН, 2009. - С. 228-263.

8. Лунева О.В. Основные модели социального интеллекта // Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова. - 2012. - Т. 18. - С. 44-47.

9. Меграбян А. Психодиагностика невербального поведения. - СПб: Речь, 2001. - 256 с.

- C. 12.

10. Пашукова Т.И., Троицкая Е.А. Механизмы и функции эмпатии // Вестник МГЛУ -2010. - № 7. - С. 197-209.

11. Пиз А. Язык телодвижений. Как читать мысли окружающих по их жестам. - М.: Эксмо, 2015. - 464 с.

12. Рождественская Н.А., Сорин А.В. Диагностика способов межличностного познания подростков: апробация методики // Вестник Московского университета. Серия: Психология. - 2009. - № 4. - С. 67-78.

13. Словарь личностных качеств. URL: http:// rcstv.tversu.ru/index.php?option=com_conten t&view=article&id=112&Itemid=33. Дата обращения: 19.12.2016.

14. Шешукова О.В. К вопросу об экспериментальном исследовании социального интеллекта // Среднее профессиональное образование. - 2007. - № 8 - С. 10-13.

15. Australian sport commission. Communicating effectively with people with disability.

URL: http://www.ausport.gov.au/_data/as-

sets/pdf_file/0009/482166/4_-_Creating_a_ positive_environment_and_communicating_ effectively_with_people_with_disability.pdf. Дата обращения - 11.12.2016.

References

1. Andreeva GM. Social'naja psihologija. Moscow: izd. Moskovskogo universiteta, 1980: 140 (in Russian).

2. Bessonov SL. Zavisimost' ocenki vosprijatija jekspressivnogo povedenija cheloveka studentami socionomicheskih professij ot ih lichnostnyh osobennostej. Teorija i praktika obshhestvennogo razvitija. 2013; 3:72-74 (in Russian).

3. Goulman D. Jemocional'nyj intellekt. Pochemu on mozhet znachit' bol'she, chem IQ. Moscow: izd. Mann, Ivanov i Ferber, 2016 (in Russian).

4. Komarova AI. Social'nyj i jemocional'nyj intellekt: krosskul'turnoe issledovanie. Vestnik Burjatskogo gosudarstvennogo universiteta. 2001; 5:30-35 (in Russian).

5. Kondakov I.M. Psihologicheskij slovar'. Moscow: izd. Prajm-Evroznak, Olma-Press, 2003 (in Russian).

6. Labunskaja VA. Ne jazyk tela, a jazyk dushi! Psihologija neverbal'nogo vyrazhenija lichnosti. Rostov-na-Donu: Feniks, 2008 (in Russian).

7. Labunskaja VA. Teoretiko-jempiricheskie osnovanija sozdanija metodiki «Diagnostika urovnja razvitija sposobnosti k adekvatnoj interpretacii neverbal'nogo povedenija». Social'nyj i jemocional'nyj intellekt: ot processov k izmerenijam. Pod red. DV Ljusina, DV Ushakova. Moscow: Institut psihologii RAN, 2009: 228-263 (in Russian).

8. Lunjova OV. Osnovnye modeli social'nogo intellekta. Vestnik KGU im. NA Nekrasova. 2012; 18:44-47 (in Russian).

9. Megrabjan A. Psihodiagnostika neverbal'nogo povedenija. St-Petersburg: izd. Rech', 2001: 12 (in Russian).

10. Pashukova TI, Troickaja EA. Mehanizmy i funkcii jempatii. Vestnik MGLU, 2010; 7:197209 (in Russian).

11. Piz A. Jazyk telodvizhenij. Kak chitat' mysli okruzhajushhih po ih zhestam. Moscow: izd. Jeksmo, 2015: 4 (in Russian).

12. Rozhdestvenskaja NA, Sorin AV. Diagnostika sposobov mezhlichnostnogo poznanija podrostkov: aprobacija metodiki. Vestnik Moskovskogo universiteta. Serija: Psihologija, 2009; 4:67-78 (in Russian).

13. Slovar' lichnostnyh kachestv. URL: http:// rcstv.tversu.ru/index.php?option=com_cont ent&view=article&id=112&Itemid=33. Data obrashhenija: 19.12.2016.

14. Sheshukova OV. K voprosu ob jeksperimental'nom issledovanii social'nogo intellekta. Sredneye professional'noye obrazovaniye. 2007; 8:10-13 (in Russian).

15. Australian sport commission. Communicating effectively with people with disability. URL: http://www.ausport.gov. au/__data/assets/pdf_file/0009/482166/4_-_ Creating_a_positive_environment_and_ communicating_effectively_with_people_ with_disability.pdf.

A STUDY OF NON-VERBAL PERCEPTION OF DISABLED PEOPLE BY STUDENTS

E.V. MIKHALCHI

Institute of Business of Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (RANEPA), Moscow

Studies of non-verbal perception are of great importance in social psychology in the study of representatives of different social groups. The article presents the author's method «Non-verbal perception of disabled people» and the results of the study of the adequacy of students' non-verbal perception of another social group representative - disabled people. It was found that students have well-developed emotional and social intelligence, high empathy and openness to disabled people.

Keywords: non-verbal perception, persons with disabilities, emotional and social intelligence, empathy.

Address:

Mikhalchi E.V.,

Senior Lecturer, RANEPA,

E-mail: [email protected]

Невербальное общение - это... Что такое Невербальное общение?

Невербальное общение — это коммуникационное взаимодействие между индивидами без использования слов (передача информации или влияние друг на друга через образы, интонации, жесты, мимику, пантомимику, изменение мизансцены общения), то есть без речевых и языковых средств, представленных в прямой или какой-либо знаковой форме. Инструментом такого «общения» становится тело человека, обладающее широким диапазоном средств и способов передачи информации или обмена ею, которое включает в себя все формы самовыражения человека. Распространённое рабочее название, которое употребляется среди людей — невербалика или «язык тела». Психологи считают, что правильная интерпретация невербальных сигналов является важнейшим условием эффективного общения.

Знание языка жестов и телодвижений позволяет не только лучше понимать собеседника, но и (что более важно) предвидеть, какое впечатление произведет на него услышанное еще до того, как он выскажется по данному поводу. Другими словами, такой бессловесный язык может предупредить о том, следует ли изменять свое поведение или сделать что-то другое, чтобы достичь нужного результата[1].

Понятие невербального общения

Существуют две проблемы понимания невербального общения:

  • во-первых, при языковом и речевом общении процесс передачи и приема информации осознается обеими сторонами, тогда как при невербальном осуществляется на бессознательном или подсознательном уровнях — это вносит некоторое осложнение в понимании этого явления и ставит вопрос об оправданности использования понятия «общение». Поэтому некоторые считают допустимым использовать, когда речь идет о невербальной коммуникации, другое понятие «невербальное поведение», понимая его как поведение индивида, несущее в себе определенную информацию, независимо от того, осознается это индивидом или нет;
  • во-вторых, во многих научных работах существует путаница в понятиях «невербальное общение», «невербальная коммуникация», «невербальное поведение», чаще всего использующихся как синонимы. Однако важно разделять эти понятия и уточнить контекст. По определению, предложенному В. А. Лабунской, «невербальное общение — это такой вид общения, для которого является характерным использование невербального поведения и невербальной коммуникации в качестве главного средства передачи информации, организации взаимодействия, формирования образа и понятия о партнере, осуществления влияния на другого человека». Поэтому понятие «невербальное общение» является более широким, чем понятие «невербальная коммуникация».

Происхождение невербальных способов общения

С этой проблемой связаны как твёрдо установленные истины, так и вопросы, на которые до сих пор ещё нет ответов. Установлено, что невербальные способы общения имеют два вида источника происхождения:

  • биологическая эволюция;
  • культура.

Функции невербального кода

Невербальные средства общения нужны для того, чтобы: 1) регулировать течение процесса общения, создавать психологический контакт между партнерами; 2) обогащать значения, передаваемые словами, направлять истолкование словесного текста; 3) выражать эмоции и отражать истолкование ситуации.

Невербальный компонент и его структура

Уровни анализа невербального общения

Типы и виды коммуникаций Области научного знания и группы Приемы и средства
1. Фонационные средства

а) экстралингвистика (внеречевая система)

б) паралингвистика (околоречевая система)
в) просодия

2. Оптико–кинетические
средства

а) выразительные движения
б) физиогномика
в) окулесика или окуломантия

3. Знако–символические
средства

а) системология
б) графология
в) актоника
г) гастика
д) хирософия и подомантия

е) стерномантия
ж) онихомантия
з) нумерология
и) молеософия

4. Тактильные средства
(обоняние, осязание, слух
и вкус)

а) гаптика или такесика
б) сенсорика
в) аускультация

г) одорика (ольфакция)

  • прикосновения
  • чувственное восприятие человека другой культуры
  • слуховое восприятие звуков и аудиальное
    поведение
  • запахи парфюма, табака, еды…
5. Пространственно–времен-
ные средства

а) проксемика

б) хронемика

  • расположение собеседников и дистанция
    между ними
  • способ использования времени: монохронный тип
    (возможен только один вид деятельности в одно и то
    же время) и полихронный (несколько дел)

См. также

Примечания

  1. Горянина В.А. Психология общения — М.: Издательский центр «Академия» — 2002. — 416 с.

Литература

  • Багдасарова Н. А.: Невербальные формы выражения эмоций в контексте разных культур: универсальное и национальное // Материалы межвузовского семинара по лингвострановедению. МГИМОМИД РФ, 2006. — МГИМО-Университет, 2006.
  • Биркенбил В.: Язык интонации, мимики, жестов. — С.-П.: «Питер», 1997. — 176 c.
  • Бороздина Г. В.: Психология делового общения.- М.: «Деловая книга»., 1998. — 247 с. Глава V. Невербальные особенности в процессе делового общения.
  • Горелов И. Н.: Невербальные компоненты коммуникации. — М.: «Наука», 1980. — 238 с.
  • Конецкая В. П.: Социология коммуникации. — М.: МУБУ, 1997. — 164 с.
  • Лабунская В. А.: Невербальное поведение (социально-перцептивный подход). — Ростов-на-Дону: «Феникс», 1988. — 246 с.
  • Белинская Е. П., Тихомандрицкая О. А.: Социальная психология. Хрестоматия: Учебное пособие для студентов вузов. М: Аспект Пресс, 2003.— 475 с. ISBN 5-7567-0236-9
  • Морозов В. П.: Искусство и наука общения: невербальная коммуникация. — М.: ИП РАН, Центр «Искусство и наука», 1998. — 189 с.

Ссылки

Что такое Zoom-выгорание и как с ним бороться / +1

Фото: iStock

Во время массового перехода на удаленную работу резко вырос спрос на сервисы для видеоконференцсвязи. Например, в апреле 2020 года во встречах на платформе Zoom ежедневно участвовали около 300 млн человек. А в декабре 2019-го число участников созвонов не превышало 10 млн. Zoom, Microsoft Teams, Google Meet и другие сервисы во многом облегчают рабочие процессы: позволяют не тратить время на дорогу в офис, общаться с коллегами, которые живут в других городах и странах. Но постоянное общение по видеосвязи может быть утомительным. Специалисты рассказали, почему так происходит и как можно сделать удаленную работу более комфортной.

Что вызывает выгорание

Во время пандемии в англоязычной среде распространился термин Zoom Fatigue, который описывает состояние усталости и выгорания от видеовстреч. Вероятно, эта проблема будет оставаться актуальной еще долгое время: многие люди до сих пор продолжают работать в дистанционном режиме. Только в России, по подсчетам Министерства труда и соцзащиты, удаленно трудятся более 3,5 млн человек. В ведомстве прогнозируют, что такой формат занятости будет становиться все более распространенным и доля россиян на удаленке может достигнуть 10% от общего числа работающих.

У выгорания от Zoom может быть несколько причин. Во-первых, у участников видеосозвонов может возникать ощущение, что на них неотрывно смотрят сразу несколько пар глаз, говорит сотрудник Стэнфордского университета Джереми Бейленсон. Лица на экране выглядят крупнее, чем в жизни, из-за чего кажется, что собеседники находятся очень близко и будто бы вторгаются в личное пространство. «Это похоже на то, как если бы вы оказались в переполненном вагоне метро и вас заставляют смотреть прямо на человека, к которому вы стоите очень близко», — проводит аналогию Джереми Бейленсон.

Во-вторых, быстрая утомляемость может объясняться повышенной когнитивной нагрузкой. В живом общении важную роль играет невербальная коммуникация: мимика, жесты, язык тела. Во время онлайн-встреч участники видят лишь головы и плечи собеседников, напоминает Джереми Бейленсон. Они не могут считывать дополнительные сигналы тела и вынуждены тратить больше ресурсов на поддержание контакта. Психотерапевт, специалист сервиса по подбору психологов Alter Аркадий Волков подтверждает, что во время видеозвонков мозгу требуется больше энергии на обработку информации, чем при обычном общении. Дополнительную нагрузку на мозг создают качество связи, необходимость уделять внимание тому, чтобы говорить по очереди, неопределенная дистанция между собеседниками, а также тот факт, что устройство, через которое происходит общение, — это неестественный источник звука для человеческого уха. Нехватка невербальной информации, по словам Аркадия Волкова, только усугубляет ситуацию. «Язык тела в коммуникации играет очень большую роль, поскольку сообщает массу дополнительных данных о собеседнике, о его состоянии и его отношении к вам, — говорит он. — А на видеосозвоне чаще всего мы видим только лицо и плечи партнера, и остальные „кусочки пазла“ нам приходится домысливать».

Кроме того, в обычной ситуации люди редко обращают внимание на собственное невербальное поведение. А при общении по видеосвязи они должны прилагать больше усилий для того, чтобы показать свою вовлеченность: постоянно смотреть в камеру и улыбаться, громко говорить. Правда, Джереми Бейленсон отмечает и положительные стороны Zoom-встреч. Например, участникам не нужно следить за движением своих ног.

В-третьих, приложение Zoom устроено таким образом, что участники встреч могут видеть сами себя. Это отвлекает внимание и заставляет некоторых людей чувствовать себя менее уверенно. Аркадий Волков тоже считает, что наблюдение за собой со стороны может быть причиной усталости. «Сам формат видеозвонка предполагает, что люди постоянно видят себя со стороны и следят за собой. А это тоже утомляет», — подчеркивает он.

К тому же постоянное общение по видеосвязи становится причиной снижения подвижности. У камеры на компьютере или ноутбуке ограничено поле зрения. Чтобы находиться в нем, людям приходится постоянно сидеть на одном месте и смотреть прямо перед собой. При этом от уровня физической активности зависит производительность труда. Так, в 2014 году сотрудники Стэнфордского университета провели несколько экспериментов и доказали, что люди, которые активно двигались, генерировали больше идей по сравнению с теми, кто сидел. Более того, длительное пребывание перед экраном увеличивает нагрузку на глаза. Особенно сильно глаза устают в том случае, если смотреть на изображение с большим количеством деталей.

Важно понимать и то, что общение в Zoom происходит с некоторой задержкой. И даже если она составляет всего доли секунды, это может вызывать стресс и раздражение. Утомлять может и мультизадачность: во время онлайн-совещаний многие люди отвечают на электронную почту, переписываются с коллегами. А сотрудники, у которых дома нет отдельного пространства для работы, еще и следят за тем, чтобы домашние не оказались в кадре.

Как решить проблему

Существует несколько способов предотвратить Zoom-выгорание, считают эксперты. Например, исследователь из Брайтонского университета (Великобритания) Пол Леви рекомендует обратить внимание на обычную телефонную связь. Во время разговоров по телефону людям не нужно обрабатывать и отправлять невербальные сигналы, они могут встать, походить по комнате, заварить чашку чая. К тому же восприятие информации на слух может положительно влиять на креативность. Еще в 1986 году исследователи из Калифорнийского университета выяснили, что прослушивание радио активизирует воображение в большей степени, чем просмотр телевизора. Активная работа воображения в свою очередь повышает уровень мотивации и заставляет человека более уверенно идти к достижению своих целей, говорит Пол Леви. «Попробуйте проводить некоторые рабочие встречи по телефону, — советует специалист. — Сначала это может показаться странным и потребует некоторого привыкания, но скоро вы обнаружите, что они проходят более продуктивно и приносят удовлетворение». Не стоит забывать и про такие средства связи, как электронная почта и мессенджеры: некоторые вопросы гораздо эффективнее решаются с помощью текста.

Фото: iStock

Важно также делать перерывы в работе. Например, глазам следует давать отдых каждые 20 минут, считает доцент кафедры глазных болезней Института усовершенствования врачей Национального медико-хирургического центра имени Н. И. Пирогова Ирина Лещенко. В перерывах офтальмолог рекомендует отходить от монитора и в течение нескольких секунд смотреть вдаль. Еще один способ снизить нагрузку на глаза — уменьшить количество раздражителей на экране. Можно попросить коллег отключить видеокамеры или скрыть детали интерьера в комнате с помощью специальных фонов.

Британский психотерапевт Джеки Фрэнсис Уокер говорит, что онлайн-встречи должны проводиться не каждый день и с ограниченным числом участников. Их длительность лучше ограничить 30 минутами. Кроме того, у людей должно быть время, чтобы обработать полученную информацию.

Аркадий Волков считает, что продолжительность встречи не должна превышать 45–50 минут — именно столько времени люди могут удерживать внимание. Во время и после созвонов специалист рекомендует обращать внимание на собственные телесные ощущения. «Подышите в комфортном вам темпе, затем попробуйте сделать выдохи дольше, чем вдохи, пошевелите пальцами, ладонями, поводите плечами и шеей, — объясняет он. — Будет здорово, если при этом получится уловить какие-то приятные ощущения и позволить себе их почувствовать». Восстанавливаться можно и с помощью физической активности — например, выйти на улицу и подышать свежим воздухом хотя бы 10–15 минут. «Но если для вас лучшей подзарядкой будет полить цветы, послушать музыку или погладить кота, доверяйте своему опыту», — заключает эксперт.

Автор

Евгения Чернышёва

Невербальная память - Когнитивная способность

Что такое невербальная память?

Невербальная память - это способность кодировать, хранить и получать доступ к воспоминаниям о лицах, фигурах и изображениях, мелодиях, звуках и шумах, запахах, вкусах и ощущениях. Т.е. невербальная память позволяет нам сохранять и вспоминать информацию, содержание которой не выражено словами (ни в устной, ни в письменной форме). Эта функция имеет большое значение, так как мы используем её во многих повседневных ситуациях. Практика и тренировка когнитивных способностей могут помочь улучшить нашу невербальную память.

  • В зависимости от типа информации, которую мы запоминаем, память делится на: Вербальную (если информация состоит из прочитанных или услышанных слов) и Невербальную (если информация не выражена словами).
  • В зависимости от того, как долго информация остаётся в нашей памяти, и от типа её обработки, выделяют следующие виды памяти: Сенсорная память, Кратковременная память, Рабочая память и Долговременная память.
  • В зависимости от органа, с помощью которого мы воспринимаем информацию, память делится на следующие виды: Зрительная и Пространственная память (зрение), Слуховая память (слух), Тактильная память (осязание), Обонятельная память (обоняние) и Вкусовая память (вкус).

Примеры невербальной памяти

  • Невербальная память имеет важное значение в различных профессиях, таких как архитектор, дизайнер, музыкант, художник, ресторанный критик и т.д.
  • В образовательном процессе также часто используется невербальная память, например, при запоминании географических карт, рисовании или черчении. Маленьким детям часто дают задания, при выполнении которых они экспериментируют с различными текстурами.
  • Если нам нужно вспомнить карту или маршрут GPS, мы используем невербальную память. Сбои в работе этого типа памяти могут привести к тому, что мы не сможем следовать установленному маршруту или, к примеру, не сможем вспомнить, разрешал ли обгон дорожный знак, который мы только что проехали.
  • Мы также используем невербальную память в нашей повседневной жизни, например, когда пытаемся вспомнить мелодию, чьё-то лицо или запах.

Патологии и расстройства, связанные с проблемами невербальной памяти

Если однажды нам стоило труда вспомнить чьё-то лицо, детали посещённой экскурсии или музея, это ещё не означает, что у нас есть какие-то проблемы с невербальной памятью. Однако существует ряд расстройств, сопровождающихся дефицитом этой когнитивной способности, которые могут привести к забыванию даже самых привычных невербальных стимулов. Проблема с невербальной памятью может значительно осложнить нашу повседневную деятельность.

Нарушения невербальной памяти наблюдаются при различных расстройствах. Одним из заболеваний, при которых сильно страдает невербальная память, является болезнь Альцгеймера, однако, эти проблемы наблюдаются и при других деменциях. С другой стороны, были замечены трудности у людей с депрессией при выполнении задач, требующих использования невербальной памяти. Кроме того, повреждение головного мозга, вызванное инсультом или черепно-мозговой травмой (ЧМТ), также может привести к ухудшению невербальной памяти.

Как измерять и оценивать невербальную память?

Невербальная память позволяет нам правильно и быстро решать многие из повседневных задач. Таким образом, оценка невербальной памяти может быть полезна в различных областях жизни: в учебном процессе (чтобы знать, что кто-то из учеников может иметь трудности с запоминанием определённой темы или показать низкую успеваемость по некоторым предметам), в клинических условиях (чтобы знать, что пациент может не вспомнить какое лекарство ему нужно принимать, а также лица знакомых людей, или не сможет вести себя согласно ситуации), в профессиональной сфере (чтобы знать, будет ли архитектор эффективно работать с проектами, и сможет ли водитель грузовика корректно выполнять свою работу).

С помощью комплексного нейропсихологического тестирования можно эффективно и надёжно измерить различные когнитивные способности, в том числе невербальную память. Тест, который предлагает CogniFit ("КогниФит") для оценки невербальной памяти, основан на классических тестах: NEPSY и Тесте на Симуляцию Нарушений Памяти (TOMM). Помимо невербальной памяти, этот тест также измеряет время реакции, рабочую память, зрительное восприятие, память на имена, контекстуальную память, мониторинг, зрительную память, распознавание и скорость обработки информации.

  • Tест Идентификации COM-NAM: на экране появляются объекты, представленные в виде изображения или звука. Необходимо указать, в каком формате (изображение или звук) объект появился в последний раз, и появлялся ли он вообще.

Как восстановить или улучшить невербальную память?

Все когнитивные способности, в том числе невербальную память, можно тренировать, чтобы улучшить их производительность. CogniFit ("КогниФит") даёт вам возможность делать это профессионально.

Пластичность мозга является основой для восстановления невербальной памяти и других когнитивных способностей. CogniFit ("КогниФит") предлагает серию упражнений для реабилитации невербальной памяти и других когнитивных функций. Мозг и его нейронные связи усиливаются за счёт использования функций, которые от них зависят. Таким образом, если мы регулярно тренируем невербальную память, будут укрепляться структуры мозга, отвечающие за эту способность.

CogniFit ("КогниФит") состоит из опытной команды профессионалов, специализирующихся на изучении синаптической пластичности и процессов нейрогенеза. Это сделало возможным создание персонализированной программы когнитивной стимуляции, которая адаптируется к потребностям каждого пользователя. Эта программа начинается с точной оценки невербальной памяти и других фундаментальных когнитивных функций. На основании результатов оценки программа когнитивной стимуляции от CogniFit ("КогниФит") автоматически предлагает персональный режим тренировок для укрепления невербальной памяти и других когнитивных функций, которые, по данным оценки, являются ослабленными.

Тренировки для улучшения невербальной памяти должны быть постоянными и регулярными. CogniFit ("КогниФит") предлагает инструменты оценки и реабилитации для оптимизации этой когнитивной функции. Для корректной стимуляции требуется уделять 15 минут в день, два или три раза в неделю.

Программа когнитивной стимуляции CogniFit ("КогниФит") доступна онлайн. Вас ждут разнообразные интерактивные задания в форме весёлых игр для мозга, в которые можно играть с помощью компьютера. В конце каждой сессии CogniFit ("КогниФит") покажет подробный график прогресса вашего когнитивного состояния.

Раппорт, или Искусство наводить мосты

Представьте, что вас просит об одолжении кто-то, кто вам нравится. Скорее всего, вам будет приятно оказать ему услугу. А если вас попросит об одолжении человек, к которому вы равнодушны? Не факт, что вы броситесь ему помогать. Если вы услышите совет от уважаемого вами человека, то вы будете благодарны ему за внимание и прислушаетесь к его словам. А если вас начнет поучать кто-то вам несимпатичный, то вы или просто проигнорируете его слова, или с раздражением отмахнетесь от непрошеных советов.

В чем разница? В отношении. Как писал Ли Якокка в своей книге «Карьера менеджера», умение обходиться с людьми – это ключ к успеху. Сам Ли Якокка, будучи известным в мировом бизнесе топ-менеджером, активно изучал психологию. Успешные люди умеют строить межличностные отношения, основанные на взаимном доверии и понимании. Такие отношения психологи называют термином «раппорт» (фр. rapport, от rapporter — возвращать, приносить обратно). Если раппорт уставлен, люди общаются спокойно и позитивно, быстрее находят точки соприкосновения и легче приходят к компромиссу.

Известно, что нам всем проще и комфортнее общаться с такими, как мы. «Чужаки», непохожие на нас, нам интересны, но они нас пугают, мы им инстинктивно не доверяем и не можем расслабиться в их присутствии. Во многих компаниях существует свой дресс-код, свой офисный сленг: это способствует сближению и созданию атмосферы «кругом все свои».

Сближение и «подстройка» осуществляются на разных уровнях восприятия. Согласно исследованиям американского психолога Альберта Мейерабиана успех коммуникации зависит на 7% от слов, на 38% – от тембра голоса и на 55% - от языка тела и жестов. Таким образом, невербальное общение – это неотъемлемая часть классического общения людей между собой. Существует несколько способов передачи невербальной информации. Оптико-кинестетический способ включает в себя использование мимики, движений рук при разговоре (жесты), позу и движения человека. Паралингвистический способ передачи информации связан с физиологией человеческого голоса: тональностью, диапазоном, громкостью, интонацией. К экстралинвистическому способу невербального общения относится темп речи, наличие или отсутствие пауз, вздохи, смех. Еще одним методом невербального общения является зрительный контакт.

При визуальном контакте значение имеют частота пересечения взглядов собеседников, длительность периода, когда люди смотрят прямо в глаза друг другу, попытки поймать взгляд или избежать его. Когда человек смущается, он часто опускает глаза вниз, если он испуган или обманывает собеседника, то отводит взгляд в сторону, а когда собеседники приятны друг другу, они смотрят друг на друга, как минимум, половину времени из всего процесса общения. Блуждающий взгляд означает, что собеседнику скучно. Что касается «первого взгляда», мне понравилось правило, про которое я недавно прочитала: «При первом контакте посмотрите собеседнику в глаза, не мимо, а прямо в глаза, и достаточно долго, чтобы запомнить цвет глаз, потом можно отвести взгляд».

Опытные переговорщики обращают внимание на позу, жесты, голос, темп речи, уровень энергии собеседника. Лучшая поза для успешного диалога – «открытая»: лицом друг к другу, руки не скрещены на груди. Рекомендуется пользоваться приемом «отзеркаливания»: если собеседник сидит прямо, нужно тоже выпрямить спину, если собеседник говорит быстро, не стоит тянуть слова, если собеседник жестикулирует, не нужно держать руки по швам, иначе собеседники не «совпадут» по темпу и энергии, и мозг пошлет сигнал «это чужой!».

Большинство людей любят говорить о себе, но для установления раппорта нужно друг друга слушать и слышать: использовать парафраз, задавать уточняющие вопросы, повторять любимые слова и словосочетания собеседника. «Я вижу, что… Моя точка зрения состоит в том, что… Это видно… Я Вас слышу… Для меня это было, как звонок… Я чувствую…» – такие обороты речи могут рассказать вам о том, как собеседник воспринимает мир и дать подсказку, каким образом он лучше всего воспримет информацию. На первый взгляд все кажется довольно простым. Но это совсем не просто следить не только за тем, как выглядит, двигается, что говорит ваш собеседник, и при этом повторять его движения и поддерживать диалог.

Следующими этапами установления раппорта являются подстройки к образу мышления, интересам, ценностям, опыту. Здесь помогают эрудиция, любознательность и наличие хобби, позволяющие поддерживать беседу на темы, релевантные для людей, с которыми нужно выстраивать отношения. И при этом важно не забывать о своей собственной индивидуальности и своих ценностях. Во-первых, чтобы уважать себя, а во-вторых, потому что «чужаки» хотя и опасны, но все-таки интересны. Установление раппорта – это и естественный, почти бессознательный процесс, и искусство, и навык.

Иногда люди говорят: это же манипуляция? Я так не думаю. Все зависит от того, чего мы хотим. Если мы сознательно воздействуем на чувства другого человека, преследуя исключительно свои скрытые цели, это манипуляция. Если мы ищем точки соприкосновения и хотим показать, что «мы одной крови – ты и я», то это так же естественно, как говорить по-английски с англичанином или как использовать язык глухих с глухими… К тому же установление раппорта – это всегда двусторонний процесс.

Достаточно ли такой «подстройки» для установления эффективных долгосрочных отношений? Нет, недостаточно. Можно улыбаться, смотреть в глаза, «отзеркаливать» жесты, поддерживать разговор на разные интересные темы, но если коммуникация не подкрепляется искренним интересом и уважением к человеку, а также реальными делами, то полного успеха добиться невозможно.

Однажды у меня случился конфликт с человеком, который был значительно выше меня по своему статусу. Мы не понравились друг другу с самого начала, нас раздражало друг в друге буквально все, мы еле разговаривали. Когда его назначили моим прямым начальником, мой бывший босс, получивший повышение, спросил, что я буду делать – может быть, поеду на секондмент в другую страну? Я не хотела уезжать и сказала, что  буду работать с новым боссом.

Это было нелегко. Для начала я решила найти в нем сильные стороны, за которые я смогла бы его уважать. Я внимательно наблюдала за ним, слушала его, говорила о нем с коллегами, которые работали в его команде, и в результате увидела в нем массу положительных качеств: стратегический ум, умение мгновенно перерабатывать огромные массивы данных и делать точные выводы, невероятную работоспособность, широту интересов, обаяние, эмоциональность и ранимость, скрытую за внешней брутальностью. Я выполняла все, что он просил, и все, что не просил, если я считала, что ему это могло бы понадобиться. Я постоянно думала, как сделать его жизнь проще, легче и веселее. Сначала он нейтрально принимал мою помощь, потом стал сам обращаться ко мне, потом начал советоваться со мной по всем важным вопросам. В конце мы очень подружились и до сих пор общаемся, хотя он мне уже давно не начальник... Когда я вспоминаю, как мы перешли от вражды к дружбе, я отдаю себе отчет, что я много работала, чтобы стать ему полезной, но все-таки самое главное  – я изменила свое к нему отношение, и он не мог этого не почувствовать. «Не переживайте, если Вам кто-то не нравится, – сказал мне как-то один тренер на одном из семинаров, – в 99% случаях Вы ему тоже не нравитесь. Но зато если почувствуете к кому-то искреннюю симпатию, то, скорее всего, это тоже будет взаимно».

О чем надо знать, общаясь с человеком, у которого аутизм? 10 важных моментов

Автор фото, Getty Images

Делиться мыслями и идеями не всегда просто. А если у вас аутизм, то эта задача становится еще более сложной.

Детский писатель Майкл Розен не из тех, кто привык оставлять проблему без решения. Розен расспросил Алис Роу - британскую писательницу, которая пишет об аутизме - о том, как люди с аутизмом видят мир и как их восприятие мира отличается от "нейротипичного".

Алис Роу сама живет с синдромом Аспергера. По ее словам, мы все должны понимать, что у каждого из нас своя картина мира, которая отличается от того, как видит мир другой человек. И у каждого - свой уникальный опыт общения с миром. Если помнить об этом, то, по словам Роу, мы сможем понимать друг друга лучше.

Алис Роу рассказала Майклу Розену о десяти особенностях восприятия мира у людей с аутизмом, которые для них характерны во время общения.

1. Все люди с аутизмом разные, но у них похожие проблемы

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Изображение пазла - символ аутизма

Согласно данным Всемирной организации здравоохранения, один из 160 детей в мире рождается с расстройством аутистического спектра (аутизмом). В Великобритании процент детей с аутизмом среди новорожденных выше среднемирового: расстройство диагностируется у одного из ста младенцев.

Расстройство аутистического спектра влияет на то, как человек видит, слышит, чувствует и взаимодействует с миром и людьми. Для человека с аутизмом может быть сложнее разговаривать с окружающими и распознавать знаки коммуникации. В таких ситуациях они испытывают большое беспокойство.

Для многих людей с расстройством аутистического спектра сложно воспринимать речь, если присутствуют посторонние шумы.

У разных людей аутизм проявляется по-разному. У некоторых проявления расстойства могут быть гораздо более заметными, чем у других. Некоторые люди с аутизмом могут быть очень шумными и общительными, а другие - вести себя тихо и отстраненно. Некоторые из них предпочитают общаться с помощью жестов и знаков.

Хотя многие сталкиваются с похожими проблемами в общении, влияние этих особенностей на их жизнь может очень сильно отличаться.

2. Им может быть сложно воспринимать чужую речь на фоне шума

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Как бы вы себя чувствовали, если мы не могли концентрироваться на речи вашего собеседника, а слышали бы все, что происходит вокруг вас, каждый звук?

"Нейротипичный" человек (то есть не страдающий расстройством аутистического спектра) может концентрироваться на том, что говорит в данный момент конкретный человек, потому что его мозг способен отсекать все не относящиеся к разговору звуки и шумы.

Но многие люди с аутизмом не способны фильтровать звуковой поток и не способны отделить фоновый шум от речи. В этом случае сразу несколько звуковых потоков - уличный шум, музыка, разговоры прохожих - одновременно конкурируют за их внимание.

Расслышать, что говорит тот или иной человек, может оказаться сложной задачей для человека с аутизмом. Ему необходимо гораздо больше усилий, чтобы сосредоточиться на речи, и скорее всего ему придется просить собеседника повторить сказанное.

3. Люди с аутизмом могут не улавливать намеки и сигналы, которые легко понимают другие люди

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Две трети передаваемой во время общения информации - невербального характера. Попробуйте поэкспериментировать и во время разговора "выключить" мимику и говорить монотонно. Легко ли вам выражать свои эмоции и мысли таким образом?

Люди с аутизмом могут не улавливать такие нюансы, как тон речи и выражение лица. Им также сложно понять, как эти нюансы меняют значение сказанного.

В результате, люди с аутизмом более склонны всопринимать слова буквально. Им сложно понять сарказм, иронию, метафоры или игру слов.

Но не надо думать, что любой человек с аутизмом не способен понять нюансы разговора. Многие способны научиться считывать и расшифровывать такие невербальные сигналы, но дается им это зачастую довольно тяжело.

4. Контекст помогает пониманию

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Когда вы что-то говорите, не ждите, что собеседник обязательно сам поймет контекст, а тем более подтекст. Если вы объясните, почему то, что вы говорите, важно, это будет способствовать лучшему пониманию и поможет в общении.

Иногда человеку с аутизмом сложно понять истинное значение того, о чем говорят другие, если им не хватает информации для понимания контекста. Поэтому очень важно в разговоре с человеком с расстройством аутического спектра давать наиболее полный контекст для понимания ситуации.

Алис приводит пример. Если вы вдруг увидели на пляже Брайтона дрозда и воскликнули "Ого, посмотри, какая птица!", то ваш собеседник с аутизмом, скорее всего, не поймет, что именно вы имеете в виду. Но если вы добавите: "Так странно видеть дрозда у моря", то ему будет гораздо проще.

5. Человеку с аутизмом сложно понять, когда уместно разговаривать с другими

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Как выбрать правильное время для разговора?

Людям с аутизмом, как правило, сложнее "считывать" некоторые знаки в поведении человека, понимать жесты и мимику, поэтому им сложнее решить, когда стоит начать разговор, а когда лучше этого не делать.

Если вы заговорите первым, пригласите собеседника с аутизмом к дискуссии и зададите прямые вопросы, то вы поможете ему решиться на разговор.

6. Люди с аутизмом могут говорить медленно и монотонно

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

"Непринужденная" беседа для некоторых людей требует большого труда

Для многих людей с аутизмом разговор требует долгого и внимательного осмысления.

Они могут говорить очень медленно и монотонно, могут заикаться, делать смысловое ударение на неожиданных словах, или вдаваться, как нам кажется, в ненужные детали.

Поскольку такой разговор для "нейротипичного" человека обычно выглядит странным, то собеседник может отвлечься от разговора с теми, у кого аутизм, перестать слушать или перестать стараться понять то, что ему говорят.

Поэтому очень важно не торопить человека с аутизмом и слушать своего собеседника внимательно.

7. Непринужденность в общении может быть кажущейся

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Непринужденность в общении - это не что-то естественное, для многих такая видимая легкость дается с большим трудом

Многие люди с высокофункциональным аутизмом могут легко имитировать непринужденное общение. Однако в то время, когда нам кажется, что они получают удовольствие от разговора, на самом деле они заняты невероятно трудной работой.

Иногда они бы предпочли написать текстовое сообщение или отправить электронное письмо - для людей с аутизмом зачастую это менее стрессовая форма общения, чем личный разговор.

8. Люди с аутизмом иногда выражают эмоции неожиданным образом

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Одно и то же событие или явление может восприниматься даже близнецами очень по-разному: одного оно обрадует, другого озадачит

Люди с аутизмом могут выражать свои эмоции непривычным для "нейротипичных" людей способом или очень неожиданно реагировать на некоторые события, потому что их восприятие происходящего довольно сильно отличается от общепринятого.

Например, Алис вспоминает, что когда она получила отличную оценку на экзамене и поступила в университет, все думали, что она будет счастлива. Но девушка вместо радости почувствовала тревогу, потому что поступление в университет для нее означало, что вся ее жизнь и привычный распорядок дня изменятся.

Иногда, когда люди с аутизмом испытывают очень сильные эмоции, им сложно подобрать слова, чтобы выразить свои чувства. В таком случае им можно помочь, задавая простые и ясные вопросы.

9. Люди с аутизмом могут повторять слова собеседника

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Как понять, что вы все достаточно хорошо объяснили?

Есть несколько причин, почему они склонны повторять по несколько раз некоторые слова и фразы, сказанные собеседником.

Иногда они хотят показать, что они услышали сказанное, но не могут незамедлительно отреагировать на эти слова. Повторяя сказанное собеседником, они выигрывают время, чтобы собраться с мыслями.

Они могут тревожиться и нуждаться в том, чтобы их успокоили и вселили уверенность.

Когда они повторяют ваши слова, это также может означать, что вы пока не очень полно ответили на их вопрос.

10. Иногда лучше написать, чем позвонить

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Многие люди с аутизмом предпочитают переписку личному общению. И на это у них есть серьезные причины

Для некоторых людей с аутизмом гораздо легче выражать свои мысли не вслух, а письменно - общение с помощью текстовых сообщений и электронных писем может быть для них более подходящим способом ведения диалога.

Так у них есть время на то, чтобы обдумать ответ и сформулировать свои мысли, не переживая из-за необходимости поддерживать разговор.

Такой способ разговора также помогает им избежать необходимости считывать различные невербальные знаки общения, которые вызвают у них затруднения.

Люди с аутизмом, как правило, не очень любят общение по телефону. В этом случае им также приходится реагировать на сказанное очень быстро, также их может отвлекать от разговора фоновый шум.

Вербальная и невербальная составляющая выступления

Скорее всего, для вас окажется сюрпризом то, что информация воспринимается слушателями по трём каналам, но в разных пропорциях. Это вербальный канал (30 процентов), аудиальный канал (10 процентов) и визуальный канал (60 процентов). Если вы заранее знаете это соотношение, то вам будет легче как при подготовке к выступлению, так и непосредственно во время.

Визуальный канал

Основную часть информации мы выражаем словами, но для слушателей наиболее информативен визуальный канал. Жесты, мимика, позы, слайды, внешний вид, помещение – всё это важные составляющие визуального канала восприятия.

  • Примите уверенную позу: расправленные плечи, прямая спина и никаких скрещенных рук или ног. Такая поза не только покажет ваш настрой аудитории, но и вам самому даст почувствовать себя уверенным.
  • Продумайте жесты. Лучше не держать руки в карманах, но и изображать ими бесконечную мельницу тоже не стоит. Умеренная жестикуляция будет в самый раз! Здесь можно применить следующую формулу — 80 процентов статичности, а остальное — движения.
  • Визуальный контакт обязателен со всей аудиторией. Периодически передвигайтесь по сцене, чтобы максимально охватить аудиторию – это оживит выступление.


Вербальный канал

Это то, что мы говорим. Вербальный канал передаёт больше информации, чем аудиальный канал, но меньше, чем визуальный.

  • Расскажите, какой помощи вы ждёте от слушателей.
  • Поделитесь теми результатами, которых вы уже достигли.
  • Говорите простым и понятным языком.
  • Подчеркните общность с аудиторией: «Я сам 10 лет назад выпустился из института».
  • Не забывайте о важности вступлений и заключений. Они должны составить примерно 40 процентов вашей презентации. Вас точно будут слушать внимательнее, если вступление будет цепляющим. Конечно, веер из перьев и дискошар подойдут далеко не для всех выступлений, но интригующие вопросы по теме доклада задать аудитории можно. А вот яркий финал поможет сделать так, чтобы презентация запомнилась, когда все уже разойдутся из зала.


Аудиальный канал

Это то, как мы говорим. Сюда входят интонация, темп речи, чёткость и громкость. Манипуляция любой из этих составляющих – отличный способ не дать заскучать аудитории.

  • Помните о том, что для выступающего время идёт быстрее, чем для слушателей, так что есть риск начать «тараторить». Выберите средний темп речи, но при этом иногда меняйте скорость и делайте паузы перед важными моментами.
  • Иногда не лишним будет выполнить упражнения для дикции перед тем, как выйти на публику.
  • Если же выступление планируется на иностранном языке, то хорошенько поработайте над произношением.

границ | Нейронная основа невербальной коммуникации - усиленная обработка воспринимаемых жестов «дай мне» у 9-месячных девочек

Введение

Жесты могут использоваться как социальные инструменты для выражения собственных чувств и мыслей, сотрудничества с другими и привлечения внимания других к объектам и событиям (Tomasello et al., 2007; Carpendale and Carpendale, 2010). В раннем детстве жесты могут выражаться в гримасах и улыбках (Caselli, 1990), а позже проявляются пальцами, руками и руками (Crais et al., 2004). К концу первого года жизни такие жесты, как отдача (Mundy et al., 1986; Caselli, 1990) или указание (Bates et al., 1975; Tomasello, 2008), становятся значимыми для выражения целей и общения с другими.

Исследования, изучающие развитие жеста указания, довольно распространены (например, Butterworth, 2003; Camaioni et al., 2004; von Hofsten et al., 2005; Liszkowski et al., 2006; Tomasello et al., 2007; Daum et al., 2007; Daum et al., 2005; Liszkowski et al. др., 2013). Напротив, жест «дай мне» (ладонь лицом вверх, направленная в сторону наблюдателя; Манди и др., 1986) мало внимания уделялось. Мы считаем, что жест «дай мне» вызывает больший интерес со стороны научного сообщества, учитывая его коммуникативную важность для выполнения нескольких функций, таких как обращение к конкретному объекту, выражение запроса и сообщение цели действия (Shwe and Markman, 1997).

С точки зрения поведения мы знаем, что дети начинают давать и просить предметы другим и от других в возрасте от 9 до 12 месяцев (Bates et al., 1975; Masur, 1983; Carpenter et al., 1998; Crais et al., 2004). Недавние исследования отслеживания глаз показывают, что младенцы чувствительны к коммуникативным свойствам жеста «дай мне» к 12-месячному возрасту (Elsner et al., 2014). В этом исследовании младенцы наблюдали взаимозависимое взаимодействие между двумя людьми. В начале каждого испытания принимающая рука формировала либо жест «дай мне», либо перевернутую форму руки (рука, имеющая форму жеста «дай мне», но представленная вверх ногами). Впоследствии проходящая рука (рука другого человека), которая находилась на противоположной стороне экрана, передавала мяч принимающей руке.Авторы оценили различия в латентности целенаправленных перемещений взгляда от руки, транспортирующей мяч, к принимающей руке. Результаты показали, что младенцы значительно раньше переводили взгляд в сторону цели, принимающей руки, если это было жестом «дай мне», по сравнению с перевернутой рукой. Дополнительные условия контроля исключали, что эффект был основан на аффордансе, например, простом совпадении между мячом и принимающей рукой или различиях во внимании (Elsner et al., 2014). В совокупности результаты показывают, что младенцы чувствительны к коммуникативному намерению руки, сформированной в жесте «дай мне». Другое исследование слежения за глазами показало, что 14-месячные младенцы четко ожидают адекватной реакции на жест «дай мне». То есть, наблюдая за взаимодействием между двумя людьми, младенцы ожидают, что объект будет передан другому человеку, когда будет предъявлен запрос жеста «дай мне», что снова предполагает, что младенцы в этом возрасте могут распознать коммуникативное намерение жеста (Thorgrimsson et al. al., 2014). Интересно, что восприятие жестов «дай мне» может отличаться у типично развивающихся детей и у детей с диагнозом аутистического спектра (РАС). В недавнем исследовании было обнаружено, что дети в возрасте от 5 до 6 лет с РАС по-разному смотрят на социальные взаимодействия, включающие жесты «дай мне», по-разному, чем у типично развивающихся детей (Falck-Ytter et al., 2013). Это может указывать на то, что дети с этим клиническим диагнозом могут быть менее способны понимать значение жеста «дай мне» или что их меньше интересуют реакции людей, которые сталкиваются с жестами «дай мне» (Falck-Ytter et al., 2013).

На основе исследований айтрекинга, которые подчеркивают важность жеста «дай мне» для понимания цели и кодирования социального взаимодействия в процессе развития (Falck-Ytter et al., 2013; Elsner et al., 2014; Thorgrimsson et al., 2014), Наряду с желанием узнать больше о нейронных механизмах, участвующих в обработке жестов «дай мне», в текущем исследовании изучалась нейронная активация, которая вызывается при наблюдении жестов «дай мне». Насколько нам известно, только два исследования изучали нейронные корреляты восприятия жестов на ранних этапах развития.В первом исследовании изучали нейроразвитие восприятия указателя (Gredebäck et al., 2010), а во втором - восприятие хватательных жестов (Bakker et al., 2014). В этих исследованиях авторы сообщили, что компонент ERP P400 чувствителен к конгруэнтности указания или хватания, показывая более высокие средние амплитуды конгруэнтности (жесты, направленные к объекту) по сравнению с неконгруэнтным условием (жесты, направленные от объекта). Здесь мы стремимся изучить, распространяется ли один и тот же компонент ERP на коммуникативные настройки, от конфигураций рук, направленных на объекты (указывая; Gredebäck et al., 2010, и захватывающий; Bakker et al., 2014) на более социально ориентированные жесты, в данном случае жест «дай мне», направленный в сторону младенца. Если одни и те же базовые нейронные процессы задействованы в обработке большого массива жестов, то мы могли бы ожидать большей амплитуды P400 для жеста «дай мне», чем конфигурация руки, которая очень похожа на восприятие, но не имеет коммуникативного намерения (отсюда помечено как некоммуникативная конфигурация руки).

Кроме того, мы стремимся исследовать связь между нейронной реакцией младенцев на жест «дай мне» и собственной способностью младенцев реагировать на тот же жест на поведенческом уровне.Предыдущие исследования показали, что младенцы к 9-месячному возрасту отрабатывают как указывающие (Gredebäck et al., 2010), так и хватательные жесты (Bakker et al., 2014). В этом же возрасте младенцы также начинают производить жесты «дай мне» (Bates et al., 1975; Masur, 1983; Carpenter et al., 1998; Crais et al., 2004). Основываясь на выявленном соответствии между нервными потенциалами младенцев и поведением в предыдущих исследованиях ЭЭГ (например, Bakker et al., 2014), настоящее исследование нацелено на нейронные корреляты 9-месячных младенцев с жестом «дай мне» и их поведенческие ответы на просьбы дать мне (процедура ответа на поведенческий запрос шкалы ранней социальной коммуникации; Манди и др., 2003). Мы ожидаем, что поведенческие реакции на жест «дай мне» будут соответствовать амплитудам P400. Таким образом, относительные амплитуды (жест «дай мне» против некоммуникативной конфигурации руки) должны быть выше у младенцев, которые способны поведенчески реагировать на жест «дай мне».

Дальнейший анализ в этом исследовании изучал индивидуальные различия в восприятии жестов в зависимости от пола младенцев. Основываясь на предыдущих исследованиях, показывающих, что девочки опережают мальчиков в том, что касается начала жестов и языковой продукции (Butterworth and Morissette, 1996; Özçalşkan and Goldin-Meadow, 2010), возможно, что девочки лучше умеют различать то, что дает мне. жест и некоммуникативная конфигурация руки, чем у мальчиков.Если мы обнаружим такой эффект, мы можем ожидать эффекта взаимодействия между полом и состоянием. То есть и мальчики, и девочки должны иметь возможность различать эти два состояния, но мы ожидаем, что эффект будет больше у девочек, чем у мальчиков.

Таким образом, настоящее исследование преследует три цели: изучить восприятие жестов «дай мне» на нейронном уровне, изучить поведенческую реакцию младенцев на жест «дай мне» и исследовать наличие половых различий в механизмах социального восприятия.

Материалы и методы

Участников

Окончательная выборка состояла из двадцати девяти 9-месячных детей (15 девочек, средний возраст 8 месяцев и 28 дней, SD = 6 дней). Еще 30 младенцев (16 девочек) участвовали, но были исключены из-за суетливости (менее 10 испытаний без артефактов, n = 25) или технических проблем ( n = 5). Родители завершили информированное согласие до участия и получили подарочный сертификат примерно на 10 ° за участие.Исследование было проведено в соответствии со стандартами, указанными в Хельсинкской декларации 1964 года, и одобрено местным комитетом по этике.

Стимулы ЭЭГ

Младенцам предъявляли жест «дай мне» (экспериментальное условие) и некоммуникативную конфигурацию руки (контрольное условие). В обоих условиях стимул включал руку (ладонь обращена вверх в экспериментальных условиях и та же самая рука повернута на 90 ° в контрольных условиях). Стимулы предъявлялись случайным образом (с ограничением максимум трех повторений одного и того же стимула) и представлялись в середине серого фона в течение 1000 мс.Между каждым экспериментальным стимулом; фиксационный крест предъявлялся на 100–300 мс (см. рис. 1). Младенцы просматривали стимулы (20,7 × 16,5 визуальных градусов) на 17-дюймовом мониторе компьютера с расстояния просмотра 60 см. Размер кисти составлял 5 градусов по горизонтали и 16 градусов по вертикали. Стимулы предъявлялись с использованием программного обеспечения E-Prime 2.0, E-Studio (Psychology Software Tools, Inc., Питтсбург, Пенсильвания, США).

Рис. 1. Стимул для условия жеста «дай мне» слева и управляющей руки справа .

Поведенческая задача

Родителей спросили, наблюдали ли они, как их ребенок производит жест «дай мне» или реагирует на него за пределами лаборатории. Впоследствии исследователь оценил поведенческую реакцию младенца на жест «дай мне», используя процедуру «Ответ на поведенческий запрос» из ESCS (Mundy et al., 2003). Экспериментатор сначала ознакомил младенца с тремя резиновыми игрушками (5 × 5 см), а затем поместил игрушки перед младенцем и ждал (3 с), пока младенец самопроизвольно отдаст игрушку.Если младенец не проходил мимо игрушки, экспериментатор устно просил игрушки с фразой: «отдай мне». Если через 3 секунды младенец не отвечал на словесную просьбу, экспериментатор использовал комбинацию словесной просьбы с невербальным жестом «дай мне». Жест экспериментатора остановился в пределах досягаемости младенца. Поведение младенца записывалось на видео, а затем оценивалась частота соответствующих реакций, то есть количество раз, когда ребенок давал игрушку экспериментатору по просьбе (вербальной или вербальной в сочетании с жестом «дай мне»).Общая продолжительность этого хватательного теста не превышала 5 мин.

Процедура

Во время визита в лабораторию мы сначала записали нейронные реакции младенцев на жест «дай мне», а затем - поведенческую задачу, которая измерила способность реагировать на жест «дай мне». Во время записи ЭЭГ младенцы сидели на коленях у родителей примерно в 60 см от монитора стимулов. Экспериментатор сидел за контрольным компьютером, отделенным от родителей и младенца занавеской, и наблюдал за его поведением с помощью камеры в реальном времени.Исследователь приостанавливал эксперимент, если младенец становился невнимательным и суетливым. Монитор стимулов оставался черным на протяжении паузы. Экспериментатор прекратил исследование, когда младенца перестали интересовать стимулы. После записи ЭЭГ родителям и младенцу дали примерно 5-минутный перерыв перед тем, как приступить к задаче поведенческой реакции. В этой статье представлены данные текущего лонгитюдного проекта, изучающего нейронные корреляты социального познания и последующего языкового развития.

Запись и анализ ЭЭГ

Мы использовали 128-канальные геодезические сенсорные сети HydroCel для регистрации ЭЭГ младенцев. Записанный сигнал (250 Гц, привязка к вершине) усиливался усилителем EGI Net Amps 300 (Electric Geodesic, Eugene, OR) и сохранялся для автономного анализа. Сигнал ЭЭГ подвергался цифровой фильтрации (0,3–30 Гц) и сегментировался от 200 мс до появления руки до 1000 мс после появления стимула. Автономная проверка видеозаписей обеспечила дальнейшую обработку только тех испытаний, на которые обращали внимание младенцы.Данные были вручную отредактированы для артефактов (стандартная процедура для исследований ERP младенцев, см. Hoehl and Wahl, 2012). Испытания с чрезмерным уровнем шума (в основном из-за артефактов движения) были отклонены. Каналы с умеренным уровнем шума были реконструированы путем интерполяции окружающих электродов. Все включенные испытания содержали не более 10% интерполированных каналов. Вся сессия записи не превышала 10 мин. Критерием включения для окончательного анализа было не менее 10 испытаний без артефактов на каждое условие (стандартный критерий включения для исследований ERP младенцев, см. DeBoer et al., 2007; Stets et al., 2012). В среднем, младенец видел 90 испытаний в обоих условиях, из них 44 испытания для условия жеста «дай мне» и 46 для контрольной руки. После визуальной проверки данных и ручного редактирования данных оставалось в среднем 15 испытаний без артефактов (диапазон: 10–31) для условия жеста «дай мне» и среднее значение 17 следов (диапазон: 10–32) для руки управления. Наконец, мы скорректировали базовый уровень и усреднили все испытания без артефактов, а также повторно сослались на среднее значение, чтобы создать индивидуальные средние значения для каждого участника, а также рассчитали общие средние значения на основе индивидуальных средних значений.На основе визуального анализа индивидуальных средних и общих средних мы выбрали 11 каналов в задней области (62, 67, 70 71, 72, 74, 75, 76, 77, 82, 83) для статистического анализа. Мы зафиксировали три компонента морфологии ERP-волны после появления стимула и выполнили анализ в следующих трех временных окнах (см. Рисунок 2): P1 (80–140 мс), N200 (150–250 мс) и P400 (300–200 мс). 600 мс). Мы провели дисперсионный анализ (ANOVA), чтобы сравнить средние амплитуды между условиями (жест «дай мне» и контроль) во всех компонентах ERP (P1, N200, P400) и оценить влияние пола на различия амплитуды ERP, соответственно.

Рис. 2. Гранд-среднее ERP задней области (интересующие каналы отмечены черным). Черная линия представляет состояние жеста, а серая линия - управляющая рука.

Результаты

ERP

Наш первый анализ ERP был сосредоточен на интересующем компоненте - P400. Чтобы проверить возможную разницу между условиями, а также влияние пола на модуляцию амплитуды P400, мы провели 2 (пол) × 2 (условие) смешанных повторных измерений ANOVA.Результаты выявили основной эффект условия F (1,27) = 40,12, p <0,001, η 2 = 0,598 со средней амплитудой 15 мкВ (SD = 6 мкВ) в ответ на данное me и 9 мкВ (SD = 7 мкВ) в ответ на просмотр некоммуникативной конфигурации руки. В целом, 26 из 29 младенцев продемонстрировали большую амплитуду жестов «дай мне» по сравнению с некоммуникативной конфигурацией рук. Кроме того, наблюдалась значительная взаимосвязь между состоянием и полом [ F (1,27) = 5.384, p = 0,028, η 2 = 0,166; см. рисунок 3]. Чтобы проверить состояние по половому взаимодействию, мы провели запланированные сравнительные парные выборки t -тесты (отдельно для каждого пола). Результаты выявили существенные различия между условиями, как для девочек [ t (27) = 4,750, p <0,001], так и для мальчиков [ t (27) = 4,360, p <0,001] с более положительными результатами. средние амплитуды для жеста «дай мне». Поскольку и мальчики, и девочки проявляли значительную разницу в своей реакции на два жестов, и поскольку направление различия было одинаковым, возможно, что взаимодействие между полом и состоянием происходит из-за различий в величине эффекта.Чтобы проверить это предсказание, мы дополнительно исследовали разницу между полами в их условных оценках разницы амплитуд. Мы выполнили тест t для независимых выборок с разницей амплитуд в качестве зависимой переменной и пола в качестве группирующей переменной. Анализ выявил значительную амплитудную разницу между полами [ t (27) = 2,320, p = 0,028]. Это ясно показывает, что взаимодействие обусловлено величиной разницы между условиями, которая больше для девочек ( девочки: M = 8 мкВ, SD = 6 мкВ; мальчики: M = 10 мкВ, SD = 8 мкВ).

Рис. 3. Средняя амплитуда P400 отдельно для каждого состояния и пола. Красные и синие пунктирные линии иллюстрируют взаимодействие между состоянием и полом.

Чтобы убедиться, что эффект между условиями, а также взаимодействие между состоянием и полом специфичен для P400, мы выполнили последующий анализ для двух других компонентов, видимых в морфологии волны ERP, то есть P1 и N200. Мы выполнили 2 × 2 смешанных повторных измерений ANOVA с условием в качестве фактора внутри субъекта и пол в качестве фактора между субъектами на средних амплитудах P1 и N200.Анализ для компонента P1 не выявил значимых эффектов ни для разницы между условиями [ F (1,27) = 2,297, p = 0,141, η 2 = 0,078], ни взаимодействия между Условием и полом [ F (1,27) = 2,149, p = 0,154, η 2 = 0,074]. Анализ для N200 также не показал значимости ни для различий между условиями [ F (1,27) = 2,808, p = 0,105, η 2 = 0.094], ни для взаимодействия [ F (1,27) = 0,077, p = 0,783, η 2 = 0,003].

Поведенческая задача

На поведенческом уровне ни один из младенцев не ответил на запрос жеста «дай мне», как это определено шкалой ESCS. Четверо младенцев в ответ подвели руку с предметом к экспериментатору, но не отпустили ее. Двое младенцев убрали руку от экспериментатора, увидев запрос. Ни один из воспитателей не сообщил, что их ребенок был в состоянии произвести жест «дай мне» или отреагировать на него за пределами лаборатории.Поэтому статистический анализ не проводился.

Обсуждение

В этом исследовании изучались нейронные корреляты младенцев с восприятием жеста «дай мне», невербальным общением. Как и предполагалось, мы обнаружили, что компонент P400 у младенцев увеличивался по амплитуде, когда младенцам предъявляли жест «дай мне», по сравнению с некоммуникативной конфигурацией руки. Это различие было значительным, несмотря на то, что большинство младенцев не демонстрировали явной чувствительности к жесту «дай мне» (по измерениям с помощью ESCS).

Настоящее исследование - первое, демонстрирующее нейронные корреляты жестов «подай мне» у 9-месячных младенцев. Кроме того, мы демонстрируем, что нейронная основа невербального общения, определяемая чувствительностью к жесту «дай-мне», развивается раньше, чем открытая реакция на жесты-«дай-мне» других людей. Возможно, наши результаты отражают раннюю нервную чувствительность, которая является функциональной предпосылкой для более позднего явного поведения. Поскольку любое намеренное поведение должно иметь свою нейронную основу, вполне возможно, что сначала должны быть созданы нейронные опорные сети, чтобы появилось явное поведение.Для более непосредственной связи между референтной жестовой связью и собственными двигательными способностями младенцев в случае схватывания см. Bakker et al. (2014). Наконец, как и предполагалось, мы демонстрируем половые различия в нейронных реакциях на жест «дай мне» с большей разницей по амплитуде между состояниями у девочек, чем у мальчиков.

P400 - Нейронный коррелят жеста «дай мне»

В текущем исследовании мы обнаружили, что жест «дай мне» вызывает большую амплитуду P400, чем некоммуникативная конфигурация руки у 9-месячных младенцев.Этот эффект очень похож на нейронный ответ, возникающий при наблюдении целенаправленного указания (Gredebäck et al., 2010) и хватания (Bakker et al., 2014). В этих исследованиях амплитуда P400 была больше для типичных и функциональных референциальных сигналов (например, жест «дай мне», конгруэнтное указание, конгруэнтное достижение), чем для контрольных стимулов, которые были менее коммуникативными или функциональными. Здесь мы демонстрируем аналогичные различия в амплитуде P400 для жестов, направленных на младенца.В совокупности эти результаты показывают, что P400 индексирует широкий спектр социальных жестов, включая как жесты, направленные на объекты, так и жесты, направленные на наблюдающего младенца.

В отличие от предыдущих исследований, изучающих нейронные корреляты в отношении поведенческой реакции на указание и хватание, мы не обнаружили связи между P400 ERP, чтобы дать мне жест, и поведенческой реакцией младенцев на тот же жест. В предыдущем исследовании хватательного восприятия (Bakker et al., 2014) собственный опыт хватания у детей в возрасте 5–6 месяцев был тесно связан с их способностью кодировать связь между предъявленным объектом и хватающей рукой.В частности, разница в P400 между состояниями (рука направлена ​​к месту расположения объекта или от него) была очевидна только у младенцев, которые были способны выполнять функциональный захват. Однако в текущем исследовании младенцы, у которых не было поведенческой реакции на жест «дай мне», показали явную чувствительность вызванных ССП к этому жесту. Возможно, что нейронные корреляты восприятия базового действия и производства действия развиваются одновременно для действий, которые проявляются в раннем младенчестве (например, схватывания).Однако такие жесты, как жест «дай мне», являются более сложными, и для правильной поведенческой реакции может потребоваться более глубокое понимание свойств жеста и очередности в социальных взаимодействиях.

Требуются дополнительные исследования для дальнейшего изучения траекторий развития восприятия и производства жестов «дай мне». Продольные планы, исследующие взаимосвязь между функциональными и поведенческими аспектами восприятия жестов «дай мне», могут предоставить новые перспективы развития невербальной коммуникации и понимания младенцами совместных действий.Кроме того, было бы полезно понять, относится ли жест «дай мне» к другим ссылочным жестам и ссылочным репликам как на поведенческом, так и на нейронном уровне. Комбинация нейронных и поведенческих показателей расширила бы наши знания о раннем коммуникативном развитии младенцев, которые до сих пор ограничивались указанием, хотя репертуар жестов у младенцев более обширен.

Индивидуальные различия в восприятии движущихся жестов

В текущем исследовании мы обнаружили значительно большую разницу между состояниями в амплитудах P400 для девочек, чем для мальчиков.Это различие интерпретируется как указание на то, что девочки могут быть более чувствительны к различению жестов «дай-мне» от других некоммуникативных конфигураций рук. Насколько нам известно, нет исследований ЭЭГ, в которых сообщалось бы о половых различиях в социальном восприятии в младенчестве. Однако некоторые половые различия наблюдались в исследованиях младенцев, в которых использовались поведенческие критерии. Например, различия между мальчиками и девочками были продемонстрированы в частоте зрительного контакта между ребенком и матерью, причем девочки смотрели в глаза чаще, чем мальчики (Lutchmaya et al., 2002). Также было высказано предположение, что маленьких девочек могут больше привлекать социальные стимулы, чем мальчиков, например, когда им показывают лица (Lutchmaya and Baron-Cohen, 2002) или абстрактные геометрические фигуры, преследующие друг друга (Frankenhuis et al., 2013) и лица (Лучмая, Барон-Коэн, 2002). В метааналитическом обзоре половых различий в обработке выражения лица в младенчестве МакКлюр (2000) сообщил, что женщины превосходят мужчин в интерпретации выражений лица и других невербальных сигналов.Эти преимущества для женщин заметны как в младенчестве, так и во взрослом возрасте. Недавнее исследование, в котором изучалась активация мозга во время наблюдения за биологическим движением, выявило разницу между взрослыми участниками женского и мужского пола, причем женщины демонстрировали большую активацию в областях мозга, которые участвуют в социальном восприятии (Anderson et al., 2013). Авторы также обнаружили аналогичную тенденцию у детей (Anderson et al., 2013). Основываясь на этих выводах, вполне вероятно, что половые различия, обнаруженные в настоящем исследовании, будут воспроизведены в более широком диапазоне исследований социального восприятия, изучающих нейронные процессы, нацеленные на социальные стимулы.Кроме того, мы предполагаем, что результаты этого исследования отражают возможные половые различия в обработке невербальных сигналов. Это согласуется с предыдущими исследованиями, в которых сообщалось, что женщины более точно расшифровывают невербальные сигналы (Hall, 1978), совместное внимание и коммуникативные навыки (Olafsen et al., 2006). Кроме того, Озчалшкан и Голдин-Мидоу (2010) обнаружили, что начало жеста и выработки предложений проявляется позже у мальчиков, чем у девочек. В этом контексте важно отметить, что текущее исследование фиксирует половые различия в ответ на невербальные социальные сигналы в очень раннем возрасте, до фактического начала жестов и речи.

В совокупности мы полагаем, что более высокая средняя амплитуда P400, обнаруженная в этом исследовании, была вызвана кодированием младенцами большего коммуникативного намерения в жестах «дай мне» по сравнению с некоммуникативной конфигурацией руки. Стоит отметить, что не было обнаружено различий в компонентах ERP (P1), которые часто указывают на чисто визуальные различия в стимулах. Кроме того, в предыдущей работе также было проведено несколько проверок, которые исключают аффорданс и визуальное внимание в качестве альтернативных объяснений (Elsner et al., 2014). В целом, литература по P400 предполагает, что младенцы с раннего возраста одинаково воспринимают функциональные и целенаправленные мануальные действия и жесты. Эти процессы действуют как при наблюдении за ручными жестами, направленными на объекты, так и на наблюдающего младенца. Все эти события приводят к большей амплитудной модуляции по сравнению с нецеленаправленными или некоммуникативными конфигурациями рук.

В заключение, данное исследование - первое, в котором изучаются нейронные основы жеста «дай мне».Наши результаты способствуют пониманию нейронного компонента P400, предполагая его участие в кодировании социальных взаимодействий и невербальной коммуникации. В частности, наше исследование демонстрирует, что P400 чувствителен к наблюдению за жестом «дай мне» у 9-месячных девочек, демонстрирующих большую разницу между условиями, чем у 9-месячных мальчиков.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Мы благодарим Иду Хенслер за помощь во время сбора данных. Эта работа была поддержана Marie-Curie ITN ACT и Европейским исследовательским советом [ERC-StG CACTUS 312292].

Список литературы

Андерсон, Л.С., Боллинг, Д.З., Шелински, С., Коффман, М.С., Пелфри, К.А., и Кайзер, М.Д. (2013). Половые различия в развитии механизмов мозга для обработки биологического движения. Нейроизображение 83, 751–760. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2013.07.040

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бейтс, Э., Камайони, Л., и Вольтерра, В. (1975). Усвоение перформативов перед речью. Merril Palmer Q. 21, 205–226.

Google Scholar

Баттерворт, Г. (2003). «Указание - это королевская дорога к языку для младенцев», в книге «Указание: место встречи языка, культуры и познания», , изд. С. Кита (Махва: Эрлбаум), 9–33.

Google Scholar

Баттерворт, Г. Э., и Мориссетт, П. (1996). Начало указывания и овладение языком в младенчестве. J. Reprod. Infant Psychol. 14, 219–231. DOI: 10.1080 / 02646839608404519

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Camaioni, L., Perucchini, P., Bellagamba, F., and Colonnesi, C. (2004). Роль декларативного указания в развитии теории разума. Младенчество 5, 299–308. DOI: 10.1207 / s15327078in0503_3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Карпендейл, Дж.И. М., Карпендейл А. (2010). Развитие наведения: от личной направленности к межличностной направленности. Гум. Dev. 6, 110–126. DOI: 10.1159 / 000315168

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Карпентер М., Нагелл К. и Томаселло М. (1998). Присоединяйтесь к социальным и коммуникативным в возрасте от 9 до 15 месяцев. Mongr. Soc. Res. Child Dev. 63, 1–143. DOI: 10.2307 / 1166214

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Казелли, М.С. (1990). «Коммуникативные жесты и первые слова», в От жестов к языку у слышащих и глухих детей , редакторы В. Вольтерра и К. А. Эртинг (Springer-Verlag: Berlin Heidelberg), 56–67.

Google Scholar

Крейс, Э., Дуглас, Д., и Кэмпбелл, К. (2004). Пересечение развития жестов и интенциональности. J. Speech Lang. Послушайте Res. 47, 678–695. DOI: 10,1044 / 1092-4388 (2004/052)

CrossRef Полный текст | Google Scholar

ДеБоер, Т., Скотт, Л.С., и Нельсон, К.А. (2007). «Методы получения и анализа потенциалов, связанных с младенческими событиями», в ЭЭГ для младенцев и потенциалы, связанные с событиями , изд. М. де Хаан (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Psychology Press), 5–37.

Google Scholar

Falck-Ytter, T., von Hofsten, C., Gillberg, C., and Fernell, E. (2013). Визуализация и анализ данных о движениях глаз у детей с типичным и атипичным развитием. J. Аутизм. Dev. Disord. 43, 2249–2258. DOI: 10.1007 / с10803-013-1776-0

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Холл, Дж. А. (1978). Гендерные эффекты Холла в декодировании невербальных сигналов. Psychol. Бык. 85, 845–857. DOI: 10.1037 / 0033-2909.85.4.845

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лучмая, С., и Барон-Коэн, С. (2002). Половые различия людей в социальных и несоциальных предпочтениях в возрасте 12 месяцев. Infant Behav. Dev. 25, 319–325.DOI: 10.1016 / S0163-6383 (02) 00095-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лучмая, С., Барон-Коэн, С., и Раггатт, П. (2002). Тестостерон плода и зрительный контакт у 12-месячных младенцев. Infant Behav. Dev. 25, 327–335. DOI: 10.1016 / S0163-6383 (02) 00094-2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мазур, Э. Ф. (1983). Развитие жестов, двунаправленная передача сигналов и переход к словам. Дж. Психолингвист. Res. 12, 93–109.DOI: 10.1007 / BF01067406

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Манди П., Дельгадо К., Блок Дж., Венеция М., Хоган А. и Зайберт Дж. (2003). Пособие по ранним шкалам социальной коммуникации (ESCS) . Корал-Гейблс, Флорида: Университет Майами

Google Scholar

Олафсен, К. С., Роннинг, Дж. А., Кааресен, П. И., Ульвунд, С. Е., Хандегард, Б. Х. и Даль, Л. Б. (2006). Совместное внимание доношенных и недоношенных детей в скорректированном возрасте 12 месяцев: значение пола и вмешательства на основе рандомизированного контролируемого исследования. Infant Behav. Dev. 29, 554–563. DOI: 10.1016 / j.infbeh.2006.07.004

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Томаселло, М. (2008). Истоки человеческого общения. Кембридж: MIT Press.

Google Scholar

фон Хофстен, К., Дальстрем, Э., и Фредрикссон, Ю. (2005). Восприятие 12-месячными младенцами направления внимания на статичных видеоизображениях. Младенчество 8, 217–231.DOI: 10.1207 / s15327078in0803_2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Невербальная коммуникация - обзор

Физиологические реакции и обнаружение

Понимание невербальной коммуникации, такой как мимика и голосовые сигналы, играет важную роль в оценке состояния пациента врачом. Изменения в этом поведении, такие как приглушенное выражение лица, избегание зрительного контакта и использование коротких предложений с ровной интонацией, могут указывать на такие состояния, как депрессия (Valstar et al., 2013).

И депрессия, и тревога имеют свою основу в том, как функционирует мозг, и могут приводить к изменениям физических и поведенческих аспектов человека. Беспокойство может привести к тому, что сердце и легкие будут работать быстрее, мышцы станут более напряженными и у человека повысится потоотделение (Craske et al., 2009). Депрессия может проявляться более тонкими способами, например, изменения голоса, мимики или языка тела (Girard, Cohn, Mahoor, Mavadati, & Rosenwald, 2013; Mundt, Snyder, Cannizzaro, Chappie, & Geralts, 2007; Valstar, и другие., 2013). Существует ряд инструментов, которые исследователи исследуют, чтобы оценить физиологические реакции, связанные с этими состояниями. Сюда входит оценка изменений частоты сердечных сокращений, проводимости кожи и голоса, а также запись активности мозга и кодирование мимики.

Для анализа выражений лица данные можно собирать различными способами, включая ручное кодирование действий лица (FACS), автоматический анализ лица с использованием функции отслеживания признаков (AFA) и электромиографию лица (EMG).Используя эти методы во время клинических интервью, было выявлено, что пациенты с депрессией проявляли больше выражений, связанных с презрением, и меньше улыбались (Girard et al., 2013). Некоторые эмоции лучше распознаются визуально, например гнев и счастье, тогда как другие (печаль и страх) лучше распознаются слухом (De Silva, Miyasato, & Nakatsu, 1997). Было установлено, что изменения вокальных характеристик, в том числе высоты звука и скорости речи, связаны с депрессивными состояниями (Mundt et al., 2007). В качестве способа оценки депрессии было предложено комбинировать методы, например автоматический анализ изображения лица и обработку аудиосигнала (Cohn et al., 2009).

Стремление побудить людей быть более активными в своей жизни привело к увеличению количества мониторов личной активности, таких как FitBit®, Nike + Fuel Band и Microsoft Band, которые могут записывать поведение, такое как частота сердечных сокращений и режим сна. Более сложные методы измерения, такие как фотоплетизмография, могут быть использованы для обнаружения изменений объема крови в микрососудистой сети организма (Allen, 2007).Однако следует отметить, что частота сердечных сокращений является глобальным показателем возбуждения и не может быть уникальным идентификатором психологического стресса или определенных состояний эмоций. Исследования Quazi, Mukhopadhyay, Suryadevara и Huang (2012) утверждают, что объединение датчиков для мониторинга частоты сердечных сокращений, проводимости кожи и температуры кожи в интегрированной системе может быть лучшим способом прогнозирования эмоционального состояния. Однако Oathes et al. (2008) утверждают, что предыдущие исследования показали, что, хотя участники исследования сообщали об увеличении тревожности, они не продемонстрировали последовательных изменений показателей сердечно-сосудистой системы, что позволяет им предположить, что изменения в активности мозга могут быть лучшим предиктором определенных эмоций.

Электроэнцефалографы (ЭЭГ) используются для обнаружения электрической активности в головном мозге и регистрируются путем размещения электродов на коже черепа. Обнаруживаемые частоты обычно попадают в диапазон 1-20 Гц и были разделены на диапазоны (дельта, тета, альфа, бета, гамма и мю). Наиболее распространенный способ регистрации ЭЭГ заключается в размещении электродов на коже черепа стандартным способом, известным как система 10-20 (Jasper, 1958). Эта система представляет собой взаимосвязь между расположением электрода и подлежащей областью коры головного мозга.Характер активности мозга и полосы связаны с определенным поведением, например, альфа-диапазон связан с расслабленными состояниями, тогда как бета-диапазон более преобладает, когда человек активно думает. При депрессии сообщалось об изменении характеристик асимметричной активности альфа-диапазона, регистрируемой с электродов, размещенных во фронтальной области (Tang, Li, Tong, Li, & Zhu, 2009). В исследованиях беспокойства и тревоги ЭЭГ были выявлены изменения в активности гамма-диапазона, которые могут быть способом мониторинга колебаний патологического беспокойства (Oathes et al., 2008).

Традиционные методы записи ЭЭГ основывались на использовании сложного набора датчиков для получения точных результатов. Это может быть обременительным процессом и не поддается повседневным настройкам. Это привело к разработке ряда устройств и систем, включая проект Open EEG (http://openeeg.sourceforge.net/doc/index.html), а также коммерческие проекты, такие как Neurosky (http: // neurosky. com /) и эмоциональные системы (http://emotiv.com/) мозг-компьютерные интерфейсы.Эти устройства использовались для разработки компьютерных приложений и игр, которые управляются мозговой активностью. Это легкодоступные и недорогие продукты, которые можно использовать для обнаружения эмоций (Pham & Tran, 2012; Ramirez & Vamvakousis, 2012). Несмотря на то, что эти недорогие гарнитуры способны удовлетворительно записывать ЭЭГ, осторожность проявляется при сравнении их с их медицинскими аналогами, когда они используются в более критических медицинских ситуациях, таких как реабилитация пациентов (Duvinage et al., 2013).

Одним из недостатков использования технологий для регистрации физиологических реакций является их восприимчивость к воздействию шума и артефактов. Несоответствия в записи лицевых реакций, например, неспособность стандартизировать позу человека, различия в освещении между интервью и даже волосы на лице или очки, могут привести к ошибкам при извлечении выражений лица (Cohn et al., 2009). Сигналы ЭЭГ легко загрязняются шумами, особенно глазными артефактами, что требует шумоподавления сигнала (Peng, Majoe, & Thomas, 2011).Следовательно, точная интерпретация данных в реальном времени также создает ряд проблем, связанных с шумом, объемом данных и неоднородностями в данных.

Чтобы получить точную картину эмоций, наилучшим подходом было бы объединение множества различных форм данных для получения общего единого ответа от системы. Это приводит к проблеме работы с несколькими формами входного датчика. Примером этого является учащенное сердцебиение. Сами по себе они не всегда могут быть индикатором какого-то одного состояния, но могут отражать гнев или печаль, которые могут усложняться, если человек движется или тренируется (Schwartz, Weinberger, & Singer, 1981).Следовательно, целостный анализ данных от различных датчиков в этой ситуации потребует включения акселерометров и гироскопов. Данные также будут меняться со временем, а это означает, что важно определить как текущее состояние, так и переходы между состояниями, чтобы оценить эмоциональное состояние человека. Чтобы помочь в этом сложном анализе данных, алгоритмы ИИ могут использоваться для разработки систем, которые могут распознавать закономерности в данных.

(PDF) От невербальных сигналов к восприятию: личность и социальная привлекательность

Список литературы

1.J.A. Барг, М. Чен и Л. Берроуз. Автоматичность социального поведения: Di-

прямые эффекты конструирования черт и активации стереотипов при действии. Журнал

Личность и социальная психология, 71 (2): 230–244, 1996.

2. J.A. Барг и Э. Уильямс. Автоматичность социальной жизни. Текущие направления

в психологической науке, 15 (1): 1–4, 2006.

3. П. Боерсма и Д. Вининк. Праат: фонетика на компьютере [программа Computer

].Версия 5.2.40, 2011.

4. К. Д’Алессандро и П. Мертенс. Автоматическая стилизация контура высоты звука с использованием модели тонального восприятия

. Компьютерная речь и язык, 9 (3): 257–288, 1995.

5. A. Dijksterhuis, J.A. Барх. Скоростная автомагистраль восприятия-поведения: автоматические

Влияние социального восприятия на социальное поведение. В М. П. Занна, редактор, Advances

в экспериментальной социальной психологии, страницы 1–40. 2001.

6. Д. К. Фундер. Личность.Annual Review of Psychology, 52: 197–221, 2001.

7. ITU. Мир в 2010 году: ИКТ в цифрах и фактах. Технический отчет, Международный союз электросвязи

.

8. C.M. Джадд, Л. Джеймс-Хокинс, В. Изербит и Ю. Кашима. Фундаментальные измерения

социальных суждений: понимание отношений между суждениями

компетентности и теплоты. Журнал личности и социальной психологии,

89 (6): 899–913, 2005.

9. К. Калба.Глобальное распространение и распространение мобильных телефонов. Технический отчет

декабрь, Центр исследований информационной политики Гарвардского университета, 2008 г.

10. Р. Линг. Новые технологии, новые связи. Как мобильная связь меняет социальные сети

Сплоченность. MIT Press, 2008.

11. J.C. McCroskey, T.A. Маккейн. Измерение межличностного влечения.

Speech Monographs, 41 (3): 261–266, 1974.

12. Л. МакКроски, Дж. МакКроски и В. Ричмонд. Анализ и улучшение

измерения межличностного влечения и гомофилии.Связь

Quarterly, 54 (1): 1–31, 2006.

13. П. Мертенс. Просограмма: полуавтоматическая транскрипция просодии на основе модели тонального восприятия

. In Proceedings of Speech Prosody, 2004.

14. Л. П. Моренси, И. де Кок и Дж. Гратч. Вероятностный мультимодальный подход для

прогнозирования обратных каналов слушателя. Журнал автономных агентов и мультиагентов

Системы

, 20 (1): 70–84, 2010.

15. М. Петрилло и Ф. Кутуньо.Алгоритм сегментации по слогам для английского и

итальянского языков. В Proc. of Eurospeech, страницы 2913–2916, 2003.

16. Б. Раммстедт и О. П. Джон. Измерение личности за одну минуту или меньше:

краткая версия Большой пятерки из 10 пунктов на английском и немецком языках. Журнал

исследований личности, 41 (1): 203–212, 2007.

17. Э. Сапир. Речь как черта личности. Американский журнал социологии,

32 (6): 892–905, 1927.

18.Г. Сосье, Л. Гольдберг. Язык личности: лексические перспективы

на пятифакторной модели. В J.S. Виггинс, редактор, Пятифакторная модель личности

. 1996.

19. K.R. Шерер. Логический вывод по качеству голоса: Громкий голос экстравера -

sion. Европейский журнал социальной психологии, 8: 467–487, 1978.

20. K.R. Шерер. Маркеры личности в речи. В разделе «Социальные маркеры в речи», страницы

147–209. Издательство Кембриджского университета, Кембридж, 1979.

Вербальное и невербальное поведение и восприятие пациентом общения в первичной медико-санитарной помощи: обсервационное исследование

Br J Gen Pract. 2015 июн; 65 (635): e357 – e365.

Пол Литтл, бакалавр, магистр, FMedSci, FRCGP, MRCP, доктор медицины, профессор исследований в области первичной медико-санитарной помощи

Группа первичной медико-санитарной помощи, Отдел первичной помощи и народонаселения, Медицинский факультет Саутгемптонского университета, Саутгемптон.

Джоан Келли, бакалавр, магистр наук, руководитель исследования

Группа первичной медицинской помощи, Отделение первичной медико-санитарной помощи и народонаселения, Медицинский факультет Саутгемптонского университета, Саутгемптон.

Хейзел Эверитт, бакалавр, магистр, доктор философии, MRCGP, доцент

Группа первичной медицинской помощи, Отдел первичной медико-санитарной помощи и народонаселения, Медицинский факультет Саутгемптонского университета, Саутгемптон.

Шкельзен Гаши, BM, GPVTS1, студент-медик

Группа первичной медицинской помощи, Отделение первичной медико-санитарной помощи и народонаселения, Медицинский факультет Саутгемптонского университета, Саутгемптон.

Аннемике Биккер, магистр наук, научный сотрудник

Общая практика и первичная помощь, Институт здоровья и благополучия, Университет Глазго, Глазго.

Стюарт Мерсер, бакалавр, магистр, доктор философии, FRCGP, профессор исследований в области первичной медико-санитарной помощи

Общая практика и первичная помощь, Институт здоровья и благополучия, Университет Глазго, Глазго.

Адрес для корреспонденции Пол Литтл, Группа первичной медицинской помощи, Отделение первичной медико-санитарной помощи и народонаселения, Медицинский факультет Саутгемптонского университета, Центр здоровья Олдермур, Саутгемптон, SO16 5ST, Великобритания. Эл. Почта: [email protected]

Поступила в редакцию 23 августа 2014 г .; Изменения запрошены 6 октября 2014 г .; Принята в печать 13 ноября 2014 г.

Авторские права © Британский журнал общей практики, 2015 г. Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Реферат

Предпосылки

Немногие исследования оценили важность широкого диапазона вербальных и невербальных форм консультирования.

Цель

Изучить взаимосвязь оценок поведения наблюдателей за записанными на видео консультациями с восприятием пациентов.

Дизайн и установка

Наблюдательное исследование в общей практике недалеко от Саутгемптона, Южная Англия.

Метод

Вербальное и невербальное поведение оценивалось независимыми наблюдателями, не знающими результата. Пациенты соревновались по шкале удовлетворенности медицинским собеседованием (MISS; первичный результат) и анкетам, касающимся других областей коммуникации.

Результаты

В общей сложности 275/360 консультаций от 25 врачей общей практики содержали полезные видеозаписи. Более высокие баллы MISS были связаны с небольшим наклоном вперед (увеличение на 0,02 для каждой степени наклона, 95% доверительный интервал [ДИ] = 0,002–0.03), количество жестов (0,08, 95% ДИ = 0,01–0,15), «обратный канал» (например, высказывание «ммм») (0,11, 95% ДИ = 0,02–0,2) и социальные разговоры (0,29 , 95% ДИ = от 0,4 до 0,54). Начало консультации с профессиональным спокойствием («отстраненностью») было полезным, а оптимизм - бесполезным. Завершение невербальной «отсечкой» (например, взгляд в сторону), профессиональная хладнокровие («отчужденность») или покровительство («инфантильность») привели к снижению оценок. Также важен был физический контакт, но не традиционное вербальное общение.

Заключение

Эти исследовательские результаты требуют подтверждения, но предполагают, что пациенты могут реагировать на несколько невербальных форм поведения и неспецифических вербальных форм поведения, таких как социальные разговоры и обратное обращение, больше, чем традиционные вербальные формы поведения. Также может помочь изменение динамики консультации, от профессиональной «прохлады» в начале консультации до теплее и избежания невербальных отключений в конце.

Ключевые слова: коммуникация, консультация, общая практика, невербальное общение

ВВЕДЕНИЕ

Модель консультации, ориентированной на пациента, широко пропагандируется, 1 , 2 , хотя реализация, возможно, ограничена, 3 - 5 и плохое общение приводит к жалобам и судебным искам. 6 Обучение коммуникативным навыкам также, вероятно, очень эффективно, учитывая длительный эффект обучения. 7 - 10

Кокрановский обзор испытаний по изменению ориентации на пациента документально подтвердил смешанное влияние на удовлетворенность и небольшое влияние на состояние здоровья. 11 Однако, для удовлетворения, ни одно из исследований не касалось невербальных навыков, и почти все были интенсивными («краткое» обучение длилось до 10 часов). 11 Большинство моделей поведения, ориентированного на пациента, относятся к традиционным вербальным навыкам, но обзор 22 наблюдательных исследований показал, что другими важными факторами были вежливость, сочувствие, положительное подкрепление, успокоение и поддержка, психосоциальный разговор, дружелюбие, юмор, объяснения, обобщение и разъяснение, прямая ориентация тела, симметричные ноги и руки, движение вперед, кивание и взгляд. 12 Наблюдательное исследование выявило важные области восприятия пациентов - подход к общению и партнерству, интерес к жизни пациента, укрепление здоровья, позитивный подход и личные отношения - каждая из которых строго предсказывает различные результаты. 13 , 14 Однако менее ясно, какая смесь вербальных и невербальных элементов поведения врача определяет восприятие пациентами.

Предыдущая литература также имеет значительные ограничения, большую вариативность в том, что оценивается (немногие включают даже ограниченные переменные, оцененные Беком и др. ), 12 и исходы.В одном обзоре испытаний метаанализ был невозможен из-за гетерогенности вмешательств и результатов, 15 , а в Кокрановском обзоре, обновленном в 2012 году, гетерогенность также была умеренно высокой. 11

Это исследование было направлено на изучение того, какие аспекты невербального и вербального общения врачей общей практики могут быть наиболее важными для определения удовлетворенности пациентов и восприятия личностно-ориентированного общения во время консультации.

МЕТОД

Невыбранные консультации терапевта для последовательных пациентов записывались на видео, а вербальное и невербальное поведение оценивалось независимыми наблюдателями, не знающими результата.Пациенты заполняли анкеты для оценки после консультации с использованием Шкалы удовлетворенности медицинским интервью (MISS) и других шкал, измеряющих ориентированность на пациента консультации.

Участники

Участниками были взрослые пациенты или дети, которые лечились со своими родителями по новой или постоянной проблеме, то есть не те, кто лечился просто по повторному рецепту. Исключений не было, кроме невозможности дать согласие или заполнить анкеты; например, те, кто страдает тяжелым дистрессом, слабоумием, очень тяжелой депрессией или очень плохо себя чувствуют.

Как это вписывается в

Коммуникация занимает центральное место в каждой консультации, и, несмотря на поддержку ряда ключевых элементов, лишь в нескольких предыдущих исследованиях оценивалось влияние широкого спектра вербального и невербального поведения. Это исследование предполагает, что клиницистам, возможно, потребуется уделять как минимум столько же внимания невербальному поведению и неспецифическим вербальным формам поведения, таким как социальные разговоры и обратное обращение, чем традиционным вербальным формам поведения. Им следует избегать оптимизма, но сохранять профессиональную "хладнокровие" в начале консультации и завершать консультацию тепло, избегая невербальных отключений.

Набор

Последовательных пациентов набирали 25 врачей общей практики недалеко от Саутгемптона в Южной Англии. В свою очередь, врачи были наняты местным координатором аспирантуры недалеко от центра аспирантуры Саутгемптона. Врачей общей практики попросили набрать до 15 последовательных пациентов.

Рейтинг видеозаписей

Доктора снимали с видеокамерой, направленной в сторону врача. Предыдущие результаты показали, что короткие консультации "срезы" хорошо коррелируют с общими оценками; это было подтверждено для большинства вопросов, но там, где наблюдалась плохая корреляция (например, для вопросов Roter - Система анализа взаимодействия Roter - например, социальный разговор), использовалась вся консультация.Таким образом, если не указано иное, были оценены первая и последняя минуты консультации. Середина консультации не была выбрана, чтобы избежать обследований, проводимых вне камеры. При оценке не учитывались ответы на анкету научного сотрудника или члена исследовательской группы с использованием набора оценок. Конкретные оценки были выбраны на основе предыдущих важных выводов. Более подробную информацию о рейтинге видеокассет и описательные данные по ключевым переменным можно получить у авторов.

Анкеты пациентов

Аналогичная методика использовалась в предыдущем исследовании: 14 Послеконсультационная анкета исследовала восприятие пациентом общения. Анкеты заполнялись участниками с помощью родителей, в зависимости от ситуации, особенно для очень маленьких детей, либо сразу после консультации, либо, что чаще всего, дома, а затем отправлялись обратно.

Первичный результат

Шкала удовлетворенности медицинским собеседованием (MISS) 16 была выбрана, поскольку ее области преимущественно отражают общение и отношения между врачом и пациентом (стресс-облегчение; коммуникация-комфорт; взаимопонимание; и согласие-намерение).Пациенты согласны или не согласны по 7-балльной шкале Лайкерта (очень сильно согласны - очень категорически не согласны) с пунктами о том, как они оценили консультацию.

Вторичные исходы

Аналогичные 7-балльные шкалы Лайкерта были также заполнены для нескольких областей восприятия пациентом коммуникации, ранее подтвержденных: 14

  • коммуникация и партнерство;

  • «личные» отношения;

  • укрепление здоровья;

  • «позитивный» подход - четкое определение проблемы и того, когда она будет решена; и

  • процентов на влияние на жизнь.

Анкета также содержала социально-демографические данные, краткую анкету состояния тревожности, 17 индекс Уитли, количество медицинских проблем, текущие лекарства, возможности, 18 бремя симптомов (Измерьте свой профиль медицинского результата), 19 независимо от того, посещали ли они своего обычного врача, жалобу (на основе глав Британского национального фармакологического справочника) и продолжалось ли это.

Размер выборки

Размер выборки был рассчитан с использованием α, равного 0.01 и β 0,2 с использованием программы размера выборки NQuery версии 3. Было подсчитано, что для обнаружения корреляции 0,25 между восприятием общения пациентом и вербальным или невербальным общением, оцененным на консультации, потребовалось 183 пациента, или 229 с учетом 20%. неполные исходы. Поэтому 0,25 было выбрано, чтобы учесть некоторую погрешность: в аналогичном предыдущем исследовании в Великобритании наблюдалась корреляция 0,29 между вербальным поведением и удовлетворенностью. 20

Анализ

Данные были проанализированы с помощью статистического программного обеспечения SPSS (для обработки данных) и Stata (для моделирования) для Windows ™ с использованием множественной линейной регрессии, контролируя кластеризацию с помощью GP (Stata версия 12; SPSS версия 21).Линейность ассоциаций проверялась графически и с использованием упорядоченных категориальных переменных. Зависимыми переменными были оценки пациентов на консультациях, а независимыми переменными были оценки поведения врача (как вербального, так и невербального), а также остальные данные из анкет.

Переменные отбирались вручную путем прямого отбора (для ограничения появления ложных результатов автоматизированных процедур), а переменные сохранялись, если было ограниченное увеличение стандартных ошибок и если они были признаны значимыми ( P ​​ <0.05) в многомерном анализе. Затем все переменные были также проверены вручную в окончательной модели, чтобы убедиться, что никакие переменные, которые могут быть важны, не были упущены (и которые могли быть ложно выброшены автоматизированной процедурой). Недостающие значения не вменялись.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Пациенты набирались с февраля по апрель каждого года с 2006 по 2010 год 25 врачами общей практики: 9/25 (36%) женщин; 6/25 (24%) не партнеры; и 5/25 (20%) работают в неблагополучных городских районах.

К большинству пациентов невозможно было обратиться из-за недостаточного времени, чтобы дать согласие до консультации.Из тех, к кому обращались, большинство согласились участвовать (60%), а у остальных либо не было времени или желания участвовать (35%), либо из-за деликатного характера консультации (5%).

Из 360 пациентов, которые первоначально согласились, можно было оценить 275 пригодных для использования видеозаписей, и из них 251/275 (91%) имели пригодные для использования данные анкеты, то есть анкету MISS можно было рассчитать.

Средний возраст пациентов, включенных в индекс, составлял 48 лет, 138/215 (64%) составляли женщины, 145/223 (65%) были женаты, 13/197 (7%) получали пособие по болезни или инвалидности, 111 / 228 (49%) были на оплачиваемой работе и в среднем обращались к врачу пять раз за предыдущие 12 месяцев.

Пациенты высоко оценили как удовлетворенность, так и общение во время консультации: средний балл по пункту MISS по шкале от 1 до 7 составил 5,6 (стандартное отклонение [SD] = 0,8), по шкале общения и партнерства - 5,5 (SD = 0,8), шкала личных отношений - 5,1 (SD = 1,3), а интерес к жизни - 5,2 (SD = 1,2).

показывает результаты анкеты MISS. Оценка удовлетворенности пациентов (средний балл по пункту вопросника MISS, шкала от 1 до 7) увеличивалась с небольшим наклоном к пациенту, количеством жестов и «подсказками по обратному каналу» (такими как слова «ммм», «ах, ха»). 'и т. д.) в начале.Социальные разговоры в какой-то момент консультации ассоциировались с повышенным удовлетворением, а инфантилизм (покровительство) в конце консультации ассоциировался с негативным воздействием.

Таблица 1.

Переменные (полученные с видеозаписей), значимо связанные со средним баллом по пункту вопросника MISS (по оценке пациентами после консультации; каждый пункт получил 1–7 баллов)

906
Переменные-предикторы a Одномерный бета-коэффициент b (95% ДИ) P ​​ -значение Многомерный бета-коэффициент (95% ДИ) P ​​ -значение
Невербальный
Количество жестов (начало консультации) 0.11 (от 0,02 до 0,19) 0,018 0,08 (от 0,001 до 0,15) 0,046

Степени наклона к пациенту (начало консультации) 0,014 (от -0,001 до 0,029) 0,067 0,018 (0,002 до 0,03) 0,025

Устный
Подсказки обратного канала (начало консультации) 0.10 (от -0,02 до 0,23) 0,100 0,11 (от 0,02 до 0,2) 0,020

Инфантилизация (окончательная консультация) -0,39 (-0,67 до -0,11) 0,009 -0,31 (-0,86 до 0,25) 0,044

Социальный разговор происходил в течение всей консультации 0,20 (от -0,04 до 0,44) 0,092 0,29 (0,4 до 0,54) 0.026

- задокументируйте ассоциации для ключевых коммуникационных доменов. Информация о восприятии пропаганды здорового образа жизни, позитивного подхода и областей поддержки представлена ​​в Приложениях 1–3. Переменные с оценками, которые были значимы как в одномерном анализе, так и в многомерном анализе, или значимы в многомерном анализе, но имели последовательное направление как в одномерном, так и в многомерном анализе, выделены в. Паттерны результатов, предполагающие отчужденность, доминирование или инфантильность в конце консультации, или использование невербальных ограничений, были связаны с несколькими областями негативного восприятия общения пациентами.Негативный эффект отстраненности или инфантильности в конце консультации следует рассматривать в контексте того, что только для меньшинства консультаций была получена отрицательная оценка: 23/268 (9%) и 32/268 (12%), соответственно. Физическая активность (с помощью жестов или подходящих прикосновений) и социальная активность (социальный разговор) имели положительные эффекты. В начале консультации поддержка была полезной, но оптимизм - нет. И наоборот, профессиональная отстраненность в начале консультации была полезной; предложить прохладный, но поддерживающий подход к слушанию, не внося искусственный оптимизм на слишком ранней стадии, может быть оптимальным.

Таблица 2.

Переменные, связанные с оценкой пациента подхода коммуникации и партнерства

Переменные предиктора a Одномерные P ​​ -значение 33 P ​​ -значение
Невербальный
Количество жестов (начало консультации) 0.09 (от 0,01 до 0,17) 0,030 0,09 (от 0,03 до 0,16) 0,009

Физический контакт произошел в течение всей консультации 0,90 (0,15–1,65) 0,021 1,59 (0,25–2,93) 0,022

Произошло невербальное отключение (окончание консультации) -1,92 (от -2,64 до -1,20) <0,001 -1,82 (-2.91 до -0,72) 0,002

Устный
Психосоциальный разговор произошел на протяжении всей консультации −0,10 (−0,02 до 0,23) ,30,01 −0,09 0,040

Социальный разговор в течение всей консультации 0,24 (от -0,01 до 0.49) 0,059 0,43 (0,14 до 0,73) 0,006

Таблица 3.

Переменные, связанные с оценкой личных отношений пациента

ivariate произошло отключение (окончание консультации) 0,006 −0,06 −7,06 −7
Переменные предиктора P- значение Многомерное P- значение
невербальное −3.25 (от -5,08 до -1,42) 0,001 -3,02 (от -4,77 до -1,27) 0,002

Устный
Социальный разговор происходил в течение всей консультации 0,40 (−0,11 до 0,91) 0,115 0,49 (0,126 до 0,829)

Доказательства того, что история пациента неизвестна в течение всей консультации -1.26 (от -1,78 до -0,73) <0,001 -0,70 (от -1,23 до -0,17) 0,012

Общее впечатление
Оптимистичный (начало консультации) −0,02 (−0,17 до 0,14) 0,809 0,003

В стороне (окончание консультации) −0.40 (от -0,62 до -0,19) 0,001 -0,23 (от -0,46 до 0,00) 0,05

Доминант (конечная консультация) -0,05 (-0,15 до 0,04) 0,267 -0,14 (-0,20 до -0,07) <0,001

Таблица 4.

Переменные с оценкой пациента воспринимаемого интереса врача к их жизни

0,06
Прогностические переменные Одномерные P- значение Многомерное значение P
Невербальный
Произошло невербальное отключение (окончание консультации) −1.69 (от −2,62 до −0,76) 0,001 −2,42 (от −4,60 до −0,25) 0,030

Устный
Шутить или смеяться на протяжении всей консультации 0,37 (0,01 до 0,74) 0,047 0,406

Общее впечатление
Поддерживающее (начало консультации) 0.07 (от -0,11 до 0,24) 0,451 0,29 (0,17 до 0,41) <0,001

Оптимистичный (начало консультации) −0,04 (от −0,16 до 0,09) 0,565 −0,17 (от −0,27 до −0,06) 0,002

В стороне (окончание консультации) −0,14 (от −0,28 до −0,01) 0,040 −0,30 (от −0,59 до −0,01) 0,041

В стороне (начало консультации) 0.17 (от 0,09 до 0,26) <0,001 0,33 (от 0,22 до 0,44) <0,001

Инфантилизация (окончательная консультация) −0,57 (от −1,12 до −0,01) 0,046 −0,61 (от −1,12 до −0,10) 0,020

Таблица 5.

Резюме значимых положительных (положительный результат) и отрицательных (отрицательный результат) ассоциаций ключевых переменных и того, относится ли рейтинг переменной к началу, концу или всей консультации

9028 906 906 906

29 906 906

296286 906 906 906

6 906 906 a 906 9028 (начало)
Переменные-предикторы Удовлетворенность (MISS) Личные отношения Интерес к жизни Укрепление здоровья Позитивный подход Общение / партнерство Включить
Оптимистичный (начало) Отрицательный Отрицательный
Неизвестный пациент (целиком) 9 0628
Отстраненный (конец) Отрицательный a Отрицательный a Отрицательный Отрицательный Отрицательный Отрицательный Отрицательный
Инфантилизирование (конец) Отрицательный a Отрицательный6 9028 Психосоциальный разговор (весь) Отрицательный Отрицательный
Несоответствие скорости / тона речи (окончание) 6 Отрицательный
Открытые вопросы (конец) Отрицательный
Невербальный отрезок (конец) Отрицательный Отрицательный Отрицательный a
Вспомогательный (начало) Положительный Положительный a Положительный a
Физический контакт (весь) Положительный а
Социальный разговор (весь) Положительный a Положительный a Положительный a Положительный a
Шутка / смех6 (целиком) Положительный a
Обратный канал (начало) Положительный 6 6 6 Положительное a
Постное (начало) 9028 9028 9028 906 29 Положительное 906
Определенно о проблеме 906 28 Положительный Отрицательный

ОБСУЖДЕНИЕ

Резюме

Это исследовательское исследование является одним из крупнейших для оценки ряда вербальных и невербальных форм поведения.Это предполагает, что несколько невербальных форм поведения и неспецифических вербальных форм поведения, таких как социальная беседа и обратная связь, могут повлиять не только на традиционное вербальное поведение. Он также предполагает, что меняющаяся динамика консультаций может быть важной - от профессиональной поддержки, но «прохладной» вначале, до теплой и избегания невербальных отключений в конце.

Сильные стороны и ограничения

Это было одно из крупнейших исследований по оценке очень широкого диапазона вербального и невербального поведения в первичной медико-санитарной помощи.

Основными потенциальными ограничениями этого исследования являются смешивающие ошибки и ошибки типа I. Ошибка типа I менее вероятна для переменных, имеющих несколько ассоциаций, и более вероятна для переменных, связанных только с одним результатом и только при многомерном анализе (например, скорость речи) или со смешанными эффектами (например, склонность к пациенту и быть определенным в отношении характера проблемы). Смешение контролировалось по мере необходимости в зависимости от возраста, пола врача, типа проблемы, получения пособия по болезни и по безработице, посещения пациентом своего обычного врача и отношения к врачам.

Даже с диапазоном контролируемых переменных трудно справиться с остаточным искажением, а также существует опасность переобучения. Однако переменные, такие как невербальные отсечки, отстраненность или инфантилизм, которые были значимы и имели одинаковые оценки как в одномерном, так и в многомерном анализе (то есть стабильные оценки и с меньшей вероятностью ошибочности), обеспечивают более убедительные доказательства причинной связи.

И наоборот, опасения по поводу смешения сильнее, когда оценки нестабильны, поэтому были выделены переменные с более последовательными оценками.Ошибка типа II (β) также возможна, даже несмотря на то, что это одно из крупнейших исследований для оценки такого полного диапазона переменных (очень большие исследования затруднительны из-за очень интенсивного характера видеооценки). Обратная причинно-следственная связь, вероятно, будет актуальна для некоторых переменных, например, психосоциальный разговор (который, вероятно, будет происходить при консультациях с более выраженным стрессом и эмоциями) был связан с негативным восприятием общения. Хотя Розенталь и др. показали, что наивные оценщики могут надежно использовать свои шкалы, суждения по каждому пункту неизбежно будут субъективными, хотя влияние суждения одного оценщика было минимизировано за счет использования нескольких оценщиков.Точно так же, несмотря на использование метода Стюарта, у которого есть обширное руководство, 2 , оценка надежности в этом исследовании предполагает, что для многих переменных надежность, скорее всего, будет умеренной, и поэтому связи могли быть недооценены. Интервал бронирования не контролировался, но общее время консультаций не было важным прогнозирующим фактором.

Эти результаты должны быть подтверждены в более широкой группе врачей общей практики: хотя пациенты из врачей общей практики, работающие в неблагополучных районах, имели несколько более высокие оценки MISS и «положительный» подход к врачу, а партнеры имели более высокие оценки, чем не партнеры, эти переменные контролировались для в анализе.Систематическая ошибка отбора потенциально применима как к врачу, так и к пациенту: Мид и Бауэр предположили, что врачи, считающие себя хорошими коммуникаторами, имеют, таким образом, лучшие навыки вербального общения и с большей вероятностью примут участие, что потенциально недооценивает важность вербального общения. навыки. 24 Пациенты, чувствительные к своим проблемам / проблемам, более неохотно снимаются на видео, и именно в таких областях ориентация на пациента, вероятно, будет наиболее важной. 24

Набор и оценка видеокассет происходили медленно из-за того, что ежедневная работа ежегодно координировалась студентами-медиками в рамках своих исследовательских проектов, а студенты могли предоставлять концентрированный вклад только в течение 1-2 месяцев в году. Требование использовать студентов частично отражает сложность получения финансирования для этого исследования. Кроме того, из-за логистических требований к пациентам и получения согласия большая часть консультаций не регистрировалась.

Сравнение с существующей литературой

Некоторые переменные в текущем исследовании, очевидно, были важны, но только в конце консультации. Важность недопущения невербальных отсечений поддерживает Mehrabian, 25 , 26 и предполагает, что невербальные отсечки создают у пациента впечатление, что коммуникативные навыки врача плохие и что врач не заинтересован. в их жизни. Как и следовало ожидать, избегание любого ощущения дистанции в конце консультации, такого как отчужденность или инфантилизм / покровительство, 22 , 23 было эффективным, хотя немногие консультации с врачом в этом исследовании были оценены как очень отстраненные. или инфантилизм.Совершенно неожиданные выводы о том, что некоторая выгода от «отстраненности» и не слишком оптимизма в начале консультации, предполагает изменение динамики на протяжении всей консультации. Это может отражать важность более прохладной, но поддерживающей профессиональной манеры на ранних этапах консультации, помогающей пациентам чувствовать, что их слушают. Использование жестов и прикосновений, то есть соответствующий физический контакт, поддерживалось предыдущими исследованиями, 26 , 27 и согласовывалось между одномерным и многомерным анализом.

Использование социальных разговоров было важным и является одним из центральных показателей в системе анализа взаимодействия Roter 28 , 29 Там, где был социальный разговор, пациенты с большей вероятностью чувствовали, что существует подход к общению и партнерству , личные отношения, и что врач был положительным. Отчасти это может быть обратной причинно-следственной связью, учитывая, что пациенты, которые лучше знают своего врача, с большей вероятностью будут вовлечены в социальный разговор, и наоборот.Однако проверка того, был ли это нормальный врач пациента, не изменила оценок, поэтому обратная причинность кажется менее вероятным объяснением. Как и ожидалось, демонстрация знаний о пациенте и его истории имела отношение к пациентам, имеющим чувство личных отношений, и на это открытие также не влияло то, был ли врач обычным врачом пациента. Это подчеркивает важность быстрой проверки ключевых элементов истории болезни пациента, когда терапевт не является обычным врачом.

Традиционные подходы к концептуализации вербальных аспектов ориентации на пациента - изучение болезни, понимание человека в целом и поиск точек соприкосновения - не дали убедительных результатов. Это ближе к Миду и Бауэру, которые обнаружили очень ограниченные ассоциации, 24 , но корреляции в исследовании Киннерсли и др. также были небольшими. 20 Это может отражать ограниченный круг врачей общей практики - в исследованиях коммуникации обычно привлекаются те, кто уже больше всего заинтересован в общении, - но диапазон баллов за вербальное общение, возможно, делает такое объяснение менее вероятным.

Значение для исследований и практики

Учитывая исследовательский характер этого исследования и вероятный самостоятельный выбор врачей общей практики, нельзя дать очень четких рекомендаций. Однако, если эти результаты могут быть подтверждены, они предполагают, что медицинские работники должны обратить внимание на невербальные навыки во время консультации, особенно на использование жестов и физического контакта, а также на неспецифические вербальные элементы, такие как обратные подсказки и социальные беседа. Профессионально прохладный подход может быть полезен в начале консультации, но не в конце, когда требуется более теплый подход и особая осторожность, чтобы избежать невербальных отключений.

Выражение признательности

От имени группы проекта по коммуникации с пациентами: Маринар Парамур, Анна Джексон, Олайвола Олатавура, Бекки Хоуз, Эмма Марстон, Дженнифер Уолш, Ханна Эбдон, Коррина Куинни и Фиона Хигнетт (все студенты-медики в то время).

Приложение 1. Переменные, связанные с оценкой пациентов в отношении укрепления здоровья

6 906 до 0,46
Переменные-предикторы Одномерные Значение P- Многопараметрическое значение
Невербальный
Произошло невербальное отключение (окончание консультации) −2.28 (от -3,20 до -1,37) <0,001 -2,89 (от -5,35 до -0,43) 0,023

Манипуляции с объектами (завершение консультации) −0,13 (от −0,27 до 0,01) 0,074 −0,21 (от −0,38 до −0,04) 0,020

Использование компьютера (начало и конец вместе) −0,34 (от −0,70 до 0,02) 0,066 −0,59 (от −1,02 до −0,16) 0.010

Устный
Проверка обратной связи (результаты незапрошенные) 0,001 (от -0,08 до 0,08) 0,976

Общее впечатление
В стороне (начало консультации) 0.07 (от -0,17 до 0,31) 0,546 0,34 (от 0,21 до 0,48) <0,001

В стороне (окончание консультации) −0,04 (от −0,36 до 0,29) 0,816 −0,28 (от −0,49 до −0,07) 0,011

Инфантилизация (окончательная консультация) −0,34 (от −0,88 до 0,20) 0,210 −0,69 (от −1,15 до −0,23) 0,005

Приложение 2.Переменные, связанные с оценкой пациента положительным отношением врача к проблеме и ее естественному течению

4 0,06 до 0,29
Переменные-предикторы Одномерные P- значение Многомерные - значение
Невербальное
Отрицательное выражение лица (окончание консультации) -2.13 (от -3,53 до -0,72) 0,005 -2,06 (от -3,61 до -0,52) 0,011

Наклонитесь к пациенту (окончание консультации) -0,01 (-0,02 до 0,01) 0,002 -0,02 (-0,03 до -0,01) 0,006

Физический контакт произошел в течение всей консультации 2,39 (0,53 до 4,23) 0,014 2,52 (0,03 до 5.00) 0,047

Отрицательное движение головы (начало консультации) 1,05 (0,58–1,52) <0,001 1,22 (0,62–1,82) <0,001

Словесный
Насколько определенно о естественной истории 0,12 (-0,01 до 0,25) 0,077 0.13 (от 0,02 до 0,23) 0,021

Социальные беседы в течение всей консультации 0,28 (от -0,14 до 0,70) 0,177 0,62 (0,10 до 1,13) 0,021

Психосоциальный разговор на протяжении всей консультации −0,20 (от −0,48 до 0,07) 0,135 −0,55 (от −0,88 до −0,22) 0,002

Открытые вопросы (завершение консультации) -1.23 (от −2,69 до 0,23) 0,095 −1,35 (от −2,65 до −0,04) 0,044

Общее впечатление
В стороне (начало консультации) 0,01 (-0,28 до 0,29) 0,968

В стороне (окончание консультации) −0.18 (от −0,64 до 0,29) 0,437 −0,34 (от −0,64 до −0,04) 0,026

Приложение 3. Переменные, связанные с рейтингом включения пациента

переменные Predictor Одномерное
P- значение Многомерное P- значение
Невербальное 6296286 906 906 начало консультации) −0.01 (от -0,02 до 0,00) 0,041 -0,01 (от -0,02 до 0,00) 0,045

Соответствие скорости речи (окончание консультации) -1,08 (-1,94 до -0,21) 0,017 -1,92 (-3,22 до -0,62) 0,006

Соответствие тона пациента и врача (начало консультации) −0,19 (−0,53 до 0,15) 0,262 −0,35 (−0.52 до 0,17) 0,001

Словесный
Проверка обратной связи −0,01 (−0,05 до 0,02) 0,463 −0,04 −0,04 −0

Определите проблему −0,03 (от −0,06 до −0,01) 0,167 −0,05 (от −0,09 до −0,01).02) 0,005

Общее впечатление
Враждебный (начало консультации) −0,62 (−1,00 до −0,24) −0628 0,003 −1,00 до −0,24 ) 0,001

Примечания

Финансирование

Мы благодарны Научному фонду RCGP и Юго-западной региональной группе НИПЧ НИПЧ за частичное финансирование этой работы.(Регистрационный номер SFB 2003/44).

Этическое одобрение

Исследование было одобрено местными комитетами по этике исследований в Солсбери и Юго-Восточном Гемпшире (номер местного комитета по этике исследований Саутгемптона: 230/97).

Provenance

Свободно предоставлено; внешняя экспертная оценка.

Конкурирующие интересы

Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.

Обсудить статью

Напишите и прочтите комментарии об этой статье: bjgp.org / письма

ССЫЛКИ

2. Браун Дж. Б., Стюарт М., Тессье С. Оценка коммуникации между пациентами и врачами: руководство по оценке коммуникации, ориентированной на пациента. Серия рабочих документов 95-2. Лондон: Центр исследований в области семейной медицины и Исследовательское подразделение семейной практики долины Темзы; 1995. [Google Scholar] 3. Барри С.А., Брэдли С.П., Бриттен Н. и др. Невозможно озвучить повестку дня пациентов на консультациях общей практики: качественное исследование. BMJ. 2000. 320 (7244): 1246–1250. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 4.Бриттен Н., Стивенсон Ф.А., Барри К.А. и др. Недоразумения при назначении решений в общей врачебной практике: качественное исследование. BMJ. 2000. 320 (7233): 484–488. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 7. Магуайр П., Фэйрбэрн С., Флетчер С. Консультационные навыки молодых врачей: преимущества обучения с обратной связью при проведении собеседований по мере того, как студенты продолжают обучение. Br Med J (Clin Res Ed) 1986; 292 (6535): 1573–1576. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 8. Литтл П., Стюарт Б., Мур М. и др. Амоксициллин для лечения острой инфекции нижних дыхательных путей в системе первичной медико-санитарной помощи при отсутствии подозрения на пневмонию: рандомизированное плацебо-контролируемое исследование в 12 странах.Lancet Infect Dis. 2013. 13 (2): 123–129. [PubMed] [Google Scholar] 9. Батлер С.К., Симпсон С.А., Данстан Ф. и др. Эффективность многогранной образовательной программы по сокращению использования антибиотиков в учреждениях первичной медико-санитарной помощи: рандомизированное контролируемое исследование, основанное на практике. BMJ. 2012 г. DOI: 10.1136 / bmj.d8173. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar] 10. Калс Дж. У., де Бок Л., Бекерс П. Дж. И др. Улучшение коммуникативных навыков и тестирование С-реактивного белка в месте оказания медицинской помощи при инфекции дыхательных путей: последующее наблюдение в течение 3,5 лет после кластерного рандомизированного исследования.Ann Fam Med. 2013. 11 (2): 157–164. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 11. Dwamena F, Holmes-Rovner M, Gaulden CM и др. Вмешательства для поставщиков медицинских услуг по продвижению ориентированного на пациента подхода в клинических консультациях. Кокрановская база данных Syst Rev.2012; 12 (12): CD003267. [PubMed] [Google Scholar] 12. Бек Р.С., Дотридж Р., Слоан П.Д. Связь между врачом и пациентом в отделении первичной медико-санитарной помощи: систематический обзор. J Am Board Fam Pract. 2002. 15 (1): 25–38. [PubMed] [Google Scholar] 13. Литтл П., Эверит Х., Уильямсон И. и др.Предпочтения пациентов к ориентированному на пациента подходу к консультации в первичной медико-санитарной помощи: обсервационное исследование. BMJ. 2001. 322 (7284): 468–472. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 14. Литтл П., Эверит Х., Уильямсон И. и др. Наблюдательное изучение влияния ориентированности на пациента и позитивного подхода на результаты консультаций общей практики. BMJ. 2001. 323 (7318): 908–911. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 15. Гриффин С.Дж., Кинмонт А.Л., Велтман М.В. и др. Влияние вмешательств на связанные со здоровьем результаты вмешательств по изменению взаимодействия между пациентами и практикующими врачами: систематический обзор испытаний.Ann Fam Med. 2004. 2 (6): 595–608. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 16. Халлам Д., Доггетт Л., Уилкин М.А. Измерения потребности и результатов первичной медико-санитарной помощи. Оксфорд: издательство Оксфордского университета; 1992. [Google Scholar] 17. Marteau TM, Bekker H. Разработка краткой формы из шести пунктов государственной шкалы Спилбергера. Инвентаризация состояния-черты тревожности (STAI) Br J Clin Psychol. 1992. 31 (3): 301–306. [PubMed] [Google Scholar] 18. Хауи Дж. Г., Хини Д. Д., Максвелл М. и др. Качество консультаций общей практики: кросс-секционное исследование.BMJ. 1999. 319 (7212): 738–743. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 19. Патерсон С. Измерение результатов в первичной медико-санитарной помощи: показатель, созданный пациентом, MYMOP, по сравнению с опросом о состоянии здоровья SF-36. BMJ. 1996. 312 (7037): 1016–1020. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 20. Киннерсли П., Стотт Н., Петерс Т.Дж., Харви И. Ориентированность на пациента консультаций и исход в первичной медико-санитарной помощи. Br J Gen Pract. 1999. 49 (446): 711–716. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 21. Амбади Н., Лапланте Д., Нгуен Т. и др.Тон голоса хирургов: ключ к истории злоупотреблений. Хирургия. 2002. 132 (1): 5–9. [PubMed] [Google Scholar] 22. Ambady N, Koo J, Rosenthal R, Winograd CH. Невербальное общение физиотерапевтов позволяет прогнозировать исходы здоровья гериатрических пациентов. Психологическое старение. 2002. 17 (3): 443–452. [PubMed] [Google Scholar] 23. Амбади Н., Розенталь Р. Тонкие срезы выразительного поведения как предикторы межличностных последствий: метаанализ. Психологический бюллетень. 1992. 111 (2): 256–274. [Google Scholar] 24. Мид Н, Бауэр П.Измерение ориентированности на пациента: сравнение трех инструментов, основанных на наблюдении. Советы по обучению пациентов. 2000. 39 (1): 71–80. [PubMed] [Google Scholar] 25. Мехрабян А. Невербальная коммуникация. Чикаго, Иллинойс: Aldine Atherton Inc .; 1972. [Google Scholar] 26. Мехрабиан А. Некоторые референции и меры невербального поведения. Инструмент Behavior Res Meth. 1968; 1: 203–207. [Google Scholar] 27. Глисон М., Тимминс Ф. Обзор использования и клинической эффективности прикосновения в качестве медицинского вмешательства. Clin Eff Nurs.2005; 9: 69–77. [Google Scholar] 28. Ротер Д., Ларсон С. Система анализа взаимодействия Ротера (RIAS): полезность и гибкость для анализа медицинских взаимодействий. Советы по обучению пациентов. 2002. 46 (4): 243–251. [PubMed] [Google Scholar] 29. Sandvik M, Eide H, Lind M и др. Анализ медицинских диалогов: сильные и слабые стороны системы анализа взаимодействия Ротера (RIAS) Patient Educ Couns. 2002. 46 (4): 235–241. [PubMed] [Google Scholar]

громче слов - Ассоциация психологических наук - APS

Люди демонстрируют удивительную изощренность в том, как мы используем язык, сочиняя все, от звуковых фрагментов на 140 символов до романов на 800 страницах, выражая мысли и чувства, которые варьируются от тихих признаний до ярких признаний в любви.

Тот факт, что мы способны на такие лингвистические подвиги, является одной из определяющих черт человечества. Но есть так много всего, что мы общаемся и выражаем, не произнося ни единого слова. Бихевиористы давно интересовались различными способами, с помощью которых мы участвуем в невербальном общении, и причинами, по которым мы это делаем. На симпозиуме интегративной науки на первом Международном съезде психологических наук в Амстердаме, Нидерланды, видная группа исследователей изучала новейшие научные достижения, исследуя, как мы передаем друг другу мощные сигналы в отсутствие речи.

Честные сигналы

Чтобы понять роль, которую невербальные выражения играют в человеческом общении, исследователи часто сосредотачиваются на передаче эмоций. Эмоции отражают нашу оценку ситуации или стимула - например, может ли она принести удовольствие или опасность - и эти оценки стимулируют поведение, которое сигнализирует о том, как мы собираемся реагировать. Конечно, мы можем передавать свои эмоции другим с помощью слов, но мы также можем выражать свои эмоции невербально, модулируя акустические качества голоса и располагая мышцы лица и тела, часто не осознавая этого.

Как вербальные, так и невербальные способы общения позволяют нам сообщать наши эмоциональные оценки и наши намерения ответить, прежде чем мы начнем действовать. Но что отличает невербальные сигналы, говорит сотрудник APS Клаус Р. Шерер из Женевского университета в Швейцарии, так это их подлинность:

«Поскольку мы разработали этот прекрасный инструмент, язык, было бы прекрасно просто сказать, что вы чувствуете, и все. Но это не так », - отметил Шерер. «Что нам нужно сделать, так это произвести честный сигнал эмоций, и это должно быть сделано без нечеткой категоризации и навешивания ярлыков.”

Хотя наши вербальные выражения могут быть честными, выражение наших эмоций с помощью языка требует такого уровня обработки и абстракции, который обязательно отделяет словесное выражение от основной эмоции. В той степени, в которой наши выражения лица и позы являются спонтанными и синхронизированными с ситуацией или стимулом, они обеспечивают более достоверные сигналы эмоций, свободные от языковых ограничений.

То, что определенные выражения эмоций кажутся универсальными, говорит об их фундаментальной коммуникативной функции.Семенное исследование, проведенное научным сотрудником APS Уильямом Джеймсом Полом Экманом, показало, что активация лицевых мышц в определенных группах или единицах действия неизменно связана с определенными эмоциями. Одновременная активация большой скуловой мышцы, которая проходит от скулы к углу рта, и круговой мышцы глаза, окружающей глаз, например, надежно ассоциируется с удовольствием и искренней улыбкой. С другой стороны, сочетание нахмуренных бровей, сжатого рта и расширенных ноздрей ассоциируется с гневом.

Исключительная чувствительность

Однако для того, чтобы действовать как эффективный сигнал, недостаточно надежного воспроизведения невербальных выражений; они также должны быть интерпретированы надежным образом. В своей текущей работе Шерер и его коллеги обнаруживают прочную связь между выражениями лица и восприятием этих выражений, что указывает на то, что мы прекрасно настроены читать эмоциональную информацию с лиц без какой-либо помощи языка.

В одном исследовании участники увидели серию динамических компьютерных аватаров, и им было поручено определить оценку, которая будет проходить через голову такого человека.Шерер и его коллеги запрограммировали аватары на отображение определенных выражений эмоций на лице, состоящих из определенных единиц действия. Мало того, что участники продемонстрировали сильное согласие в оценках, которые они определили по выражению лица, их оценки также систематически варьировались в разных подразделениях.

Результаты крупного онлайн-исследования, проведенного с репрезентативной выборкой, показали аналогичную картину результатов: участники использовали выражение лица аватара, чтобы «читать» его или ее мысли, оценивая степень, в которой оценка аватара была новой, приятной и приятной. способствует последовательному достижению цели.

Но лицо - это только один из способов выражения эмоций без слов. Значительные исследования показали, что наша осанка и положение наших тел также эффективно передают наши эмоциональные состояния. Основываясь на более ранних работах по нейровизуализации с использованием электроэнцефалограмм (ЭЭГ) и функциональной магнитно-резонансной томографии (ФМРТ), научный сотрудник APS Беатрис де Гелдер из Маастрихтского университета в Нидерландах и ее коллеги теперь используют транскраниальную магнитную стимуляцию (ТМС), чтобы лучше понять механизмы, которые определяют то, как мы воспринимать выражение эмоций в телах.

В ходе эксперимента де Гелдер и его коллеги создали изображения человеческих тел и контрольные изображения животных, которые демонстрировали угрожающие или нейтральные позы. Участники последовательно просматривали два изображения и должны были определить, есть ли между ними различие позы. Исследователи обнаружили, что применение ТМС к области мозга в экстрастриальной области, которая участвует в визуальном восприятии человеческого тела и частей тела, ухудшает способность участников обнаруживать изменения в нейтральных положениях, но не оказывает заметного влияния на их восприятие тел, отображающих страх.

Применение TMS к задней верхней височной борозде (STS) - области мозга, широко участвующей в социальном восприятии - с другой стороны, фактически улучшило способность участников обнаруживать изменения в этих так называемых телах страха.

«Область тела и ранняя зрительная кора так или иначе не играют критической роли, но когда вы стимулируете задний STS, а также теменную область, испытуемые лучше разбираются, замечая действительно незначительные различия в позе человека
. - тела страха, - пояснил де Гельдер.

В другом исследовании исследователи использовали парадигму бинокулярного соперничества - одновременно представляя разные изображения для левого и правого полей зрения - чтобы оценить, будут ли участники демонстрировать аналогичную обработку без сознательного обдумывания. Опять же, результаты показали, что стимуляция заднего STS улучшила чувствительность участников к изменениям в выражении страха на теле.

Результаты этих и других исследований показывают, что восприятие выражений эмоций, отображаемых через тела, осуществляется через спинной зрительный поток и не требует представления и идентификации тела как объекта до того, как будет воспринято выражение эмоции.Другими словами, мы обрабатываем выражения эмоций в теле быстро и автоматически с помощью механизмов, которые не требуют сознания или вербального обозначения.

Сила гордости

Обращая внимание на экспансивную демонстрацию гордости в позе, исследователь Джессика Трейси (Университет Британской Колумбии, Канада) обнаружила сходные доказательства того, что выражения тела, как и выражения лица, могут служить надежными и надежными сигналами, влияющими на реакцию воспринимающего в автоматическом неявный уровень.

Постуральные проявления гордости - стоять прямо, с вытянутыми руками и увеличенной грудью - возможно, наиболее часто можно увидеть среди спортсменов-победителей и политиков, но они также проявляются, когда мы празднуем повседневные победы на работе и дома. Межкультурные исследования показывают, что проявления гордости надежно распознаются людьми во всем мире, а работа Трейси показывает, что они чаще создаются как зрячими, так и слепыми спортсменами, выигравшими матч, чем проигравшими.В совокупности эти результаты предполагают, что выражение не является усвоенной реакцией на успех, а скорее является врожденной и спонтанно производимой.

Трейси и его коллеги выдвигают гипотезу, что проявления гордости универсальны, потому что они служат адаптивной функции, сигнализируя об успехе человека и, соответственно, высоком статусе. В одном исследовании, например, исследователи попросили студентов-добровольцев записать цифры пи с точностью до девятого десятичного знака, что было невыполнимой задачей для большинства людей. Участники получили бы дополнительные деньги, если бы они ответили правильно, и у них была возможность увидеть ответ, предоставленный другим участником, до того, как они ответят.Исследователи предсказали, что участники, скорее всего, будут копировать ответы ученика, который проявил гордость, а не другое выражение эмоций. И это действительно то, что они обнаружили, показывая, что гордость эффективно сигнализирует об успехе другим.

Дополнительные данные показывают, что проявления гордости, так же как выражения лица и телесные проявления страха, обрабатываются на автоматическом невербальном уровне. Трейси и его коллеги предложили участникам пройти тесты на неявные ассоциации, в которых различные выражения эмоций сочетались со словами, указывающими на высокий или низкий статус.Они обнаружили, что участники намного быстрее связывали гордость с высоким статусом, а другие выражения эмоций с низким статусом, чем при создании обратных пар. Когда исследователи экспортировали исследование на отдаленный остров Фиджи, они увидели ту же картину времени реакции.

Связь между гордостью и высоким статусом настолько сильна, что демонстрация гордости является ценным сигналом статуса, даже когда доступна конкурирующая контекстная информация. В одном исследовании участники просмотрели фотографию либо бездомного мужчины, либо профессионально выглядящего мужчины, чья поза выражала гордость или стыд.Их оценки показали, что выражение гордости повысило статус бездомного:

«Проявление гордости может автоматически сделать бездомного человека равным по статусу деловому человеку, у которого был плохой день», - объяснила Трейси.

Вокальное доминирование

Хотя выражения лица и тела явно эффективны в качестве невербальных сигналов, накопленные данные свидетельствуют о том, что особая характеристика голоса - высота тона - может быть особенно надежным сигналом. То, что мы воспринимаем как высоту звука, измеряется в терминах основной частоты или скорости вибрации голосовых связок.Исследования показывают, что во всем мире женщины, как правило, вокализируют примерно вдвое большую частоту, чем мужчины. Эта половая разница не просто заметна; это намного больше, чем наблюдается почти во всех других вторичных половых характеристиках, включая вес, окружность бицепса, рост и силу.

С физиологической точки зрения, это различие полов не является загадкой: повышение уровня тестостерона в период полового созревания в конечном итоге приводит к удлинению и утолщению мужских голосовых складок, заставляя их вибрировать медленнее.

Но, как указывает ученый Дэвид А. Путс, это не объясняет, почему вообще существует разница.

«Почему мы развили такое большое различие полов в способе общения, который оба пола используют в равной степени?» - спросил Пуц. "Разве это не кажется вам странным?"

Интуитивно понятный ответ заключается в том, что разница между полами связана с физическим размером - мужчины, как правило, выше женщин, и такая разница в росте должна приводить к тому, что у них длиннее голосовые связки.Но данные показывают, что голосовые складки мужчин примерно в восемь раз длиннее, чем можно было бы ожидать, учитывая разницу в росте между полами.

Настоящее объяснение, как показывают исследования, может заключаться в половом отборе. Существует множество свидетельств того, что механизм выбора партнера, возможно, сыграл роль в возникновении этих различий: мужчины, как правило, предпочитают женщин с высокими голосами, а женщины, как правило, предпочитают мужчин с низким голосом. Тот факт, что основная частота коррелирует с уровнями определенных гормонов, предполагает, что она может служить физиологическим индикатором, сигнализирующим о высокой фертильности у женщин и устойчивой иммунной функции у мужчин.

Но половые различия в фундаментальной частоте, возможно, даже более тесно связаны с другим механизмом полового отбора: соревнованием по конкурсу. То есть высота голоса может действовать как невербальный сигнал, сигнализирующий о превосходстве конкурентам.

В соответствии с этой теорией данные показывают, что люди воспринимают мужские или низкие голоса как принадлежащие доминирующим людям. Исследования показывают, что эти отношения работают и в обратном направлении - восприятие мужчинами своего доминирования, похоже, влияет на то, как они изменяют высоту своего голоса в конкурентном взаимодействии.

Под видом игры на свиданиях Путс и его коллеги сказали участникам-мужчинам, что они будут соревноваться с мужчиной в другой комнате, чтобы пообедать с женщиной. Голоса участников записывались в начале исследования, а затем снова, когда они напрямую обращались к своему «конкуренту». Результаты показали, что мужчины, которые считали себя менее доминирующими физически, имели тенденцию повышать свою подачу при разговоре с конкурентом, в то время как мужчины, считавшие себя более доминирующими физически, как правило, снижали свою подачу.

Эти результаты демонстрируют надежность голоса как невербального сигнала физического доминирования и могут помочь пролить свет на невербальную коммуникацию в более широком смысле, говорит Путс. Например, полученные данные объясняют, почему мы склонны понижать свою тональность при подаче команды и обычно повышаем нашу подачу, когда задаем вопрос.

Последствия в реальном мире

Хотя мы, возможно, явно не осознаем влияние, которое невербальные сигналы, такие как высота голоса и выражение тела, оказывают на нашу повседневную жизнь, исследования показывают, что их последствия могут иметь далеко идущие последствия.

В одном исследовании Трейси и его коллеги попросили участников оценить кандидата, претендующего на должность менеджера банка. Некоторые участники увидели сильное резюме, в котором указывалось, что кандидат имеет диплом с отличием в лучшем университете, хорошие оценки и впечатляющие внеклассные занятия, в то время как другие видели гораздо более посредственное резюме. Затем участники просмотрели видеоклип, предположительно взятый из интервью кандидата; некоторые видели видео, на котором кандидат демонстрирует гордость, а другие видели, как кандидат демонстрирует стыд.Важно то, что кандидат в обоих роликах придерживался одного и того же сценария.

Когда участники оценивали кандидата, они, казалось, судили о ее интеллекте в первую очередь по резюме. Те, кто видел сильное резюме, оценили соискателя как намного умнее, чем те, кто видел посредственное резюме.

Однако резюме, похоже, не имело значения при принятии окончательного решения о приеме на работу. Участники с большей вероятностью «наняли» вымышленного кандидата, если бы она проявила гордость в своем интервью, чем если бы она проявила стыд, независимо от качества ее резюме.

Аналогичным образом, исследования показывают, что использование высокого или низкого голоса может иметь серьезные последствия в реальном мире. Путс указал на корреляционные исследования, показывающие, что люди воспринимают людей с низким голосом как обладающих более высокими лидерскими способностями и достойных большего уважения. Люди с большей вероятностью «выберут» кандидатов-мужчин и женщин с низким голосом на гипотетических выборах, а данные о компенсациях публично торгуемых компаний показывают, что генеральные директора-мужчины с низким голосом на самом деле могут зарабатывать больше, чем их коллеги с более высоким голосом.

Перспективы будущего

Исследования, охватывающие разные уровни и методы - от исследований нейронных механизмов до исследования социальных последствий - продолжают показывать, что невербальные выражения производятся и воспринимаются надежными, надежными и потенциально мощными способами. Но есть еще много нерешенных вопросов, на которые необходимо ответить, чтобы разобраться в механизмах, управляющих невербальными выражениями, и нашими ответами на них.

Выявление происхождения этих выражений и их потенциальной адаптивной ценности - особенно сложный вопрос.Как заметил Шерер, исследователи часто косвенно аргументируют это тем, что если мы достоверно воспринимаем оценку по определенному лицу, то эта оценка должна быть той, которая выражается эволюционно. Но этот вывод требует индуктивного скачка.

«Нам нужно больше доказательств для обеих частей уравнения, пытаясь получить их разными способами», - утверждал Шерер.

Кроме того, новые исследования показывают, что различные индивидуальные и контекстные факторы действительно влияют на то, как мы воспринимаем невербальные выражения и реагируем на них.Например, де Гелдер и его коллеги обнаружили, что у людей наблюдаются весьма существенные различия в активности мозга в зависимости от того, направлены ли они смотреть на агрессора или жертву в сцене, изображающей конфликт, и эти различия в активации дополнительно коррелируют с личностными факторами, связанными с ними. к сочувствию.

В будущих исследованиях де Гельдер утверждает: «Мы должны принимать во внимание различные функции лица, тела и голоса», а не искать абстрактные категории эмоций, и обращать внимание на различия, связанные с «содержанием эмоций и визуальным восприятием». , социальному контексту, личностным факторам, а также этническим и культурным факторам.”Œ

ВЛИЯНИЕ НЕВЕРБАЛЬНЫХ НАПРАВЛЕНИЙ НА ВОСПРИЯТИЕ BR "Фатима М. Хаджат

AccessType

Доступ только в кампусе на пять (5) лет

Название степени

Доктор философских наук

Аннотация

Невербальные сигналы являются неотъемлемой частью создания и интерпретации сообщений и имеют центральное значение для многих социально значимых результатов взаимодействия во всех различных типах отношений. Что наиболее важно, невербальное общение может повлиять на установление, поддержание и прекращение отношений.Основная цель этой диссертации - изучить влияние невербальных сигналов на взаимодействие потребителя и бренда как при личном общении (FTFC), так и при компьютерном общении (CMC).

Первое эссе посвящено пониманию того, как скорость речи сотрудников влияет на впечатление сотрудника и бренд, связанный с ним. В целом исследования признали важность непосредственных сотрудников в формировании впечатления о личности бренда. Хотя исследования показывают, что люди полагаются на свой сенсорный опыт для формирования чувств и мыслей о бренде, мало исследований посвящено изучению влияния невербальных сигналов сотрудников, таких как скорость речи, на восприятие брендов.Мы фокусируем внимание на скорости речи, поскольку она важна для формирования отношения к говорящему (то есть сотруднику).

Мы расширяем литературу по брендам, исследуя влияние скорости речи на восприятие личности сотрудника и бренда. Мы расширяем понятие фирменных сервисных контактов, чтобы включить невербальные характеристики работника, работающего на переднем крае, и вывести его за рамки поведения сотрудника, включив в него скорость речи, невербальный сигнал. Наконец, мы также расширяем литературу по индивидуальности бренда, чтобы показать потенциальный процесс создания индивидуальности бренда в сознании потребителей.В ходе четырех экспериментов мы обнаружили, что скорость речи влияет на восприятие клиентов таким образом, что сотрудники воспринимаются более позитивно, когда сотрудник говорит с высокой или нормальной скоростью, по сравнению с тем, когда сотрудник говорит с меньшей скоростью. Эти представления о личности сотрудника затем «перетекают», чтобы повлиять на восприятие бренда покупателями.

В эссе 2 и 3 мы переключаем наше внимание на изучение коммуникации между потребителем и брендом в CMC, где отсутствие невербальных сигналов может создать безличное и холодное взаимодействие.Цель этих двух эссе - изучить способы смягчить отсутствие невербальных сигналов и предоставить способы понять, как потребители воспринимают бренды на CMC. В обоих эссе мы используем теорию обработки социальной информации и теорию социальной реакции в качестве основы для объяснения того, как технологии, в том числе социальные сети и живые чаты, могут рассматриваться как социальные агенты, которые могут быть очень похожи на сотрудников, представляющих бренд. В эссе 2 исследуется влияние эмодзи на восприятие доверия и искренности брендов.В двух исследованиях мы показали, что реакция на использование смайлов различается в зависимости от типа отношений. Мы показываем, что в общественных отношениях использование смайликов повысило восприятие доверия к бренду и искренности, однако в отношениях обмена использование смайликов снизило восприятие доверия к бренду и искренности. Эти результаты, кажется, обусловлены наличием и нарушением норм взаимоотношений. Например, отношения обмена регулируются формальными нормами «услуга за услугу» без каких-либо ожиданий эмоционального проявления; Следовательно, любое проявление эмоций с помощью смайликов рассматривается как нарушение норм отношений обмена, что приводит к снижению восприятия доверия к бренду и искренности.Наше исследование также показывает, что реакция на смайлы также может варьироваться в зависимости от конкретных используемых смайлов; однако эмоциональное содержание, похоже, не имеет линейной связи с восприятием доверия к бренду и искренности.

Essay 3 исследует влияние онлайн-мимикрии на отношения между потребителем и брендом. В трех исследованиях мы показали, что мимикрия эффективна только при положительных взаимодействиях с услугами, тогда как эти эффекты смягчаются при отрицательных взаимодействиях с услугами. Мы также показываем, что эффекты мимикрии зависят от типа мимикрии.Подражание смайликам усиливает восприятие доверия, удовлетворения и взаимопонимания, а подражание пунктуации снижает восприятие доверия, удовлетворения и взаимопонимания. Противоположный эффект мимикрии знаков препинания объясняется восприятием грубости (т. Е. Пламени). Люди воспринимали мимику препинания как признак грубости, поэтому и относились к ней противоположно.

Результаты эссе 2 и 3 улучшают понимание маркетологами взаимодействия потребителя и бренда в Интернете. Эссе 2 расширяет понимание рынками эмодзи как средства коммуникации.Мы также расширяем литературу по формированию отношений между потребителями и брендами через доверие и искреннее восприятие. Мы также даем маркетологам базовое представление о том, когда и как использовать эмодзи в их онлайн-коммуникациях. Эссе 3 расширяет литературу по мимикрии, показывая влияние онлайн-мимикрии на построение отношений между потребителем и брендом через доверие, удовлетворение и взаимопонимание. Мы также расширяем литературу по мимикрии, показывая, что эффекты мимикрии зависят от контекста и типа мимикрии, и даем возможное объяснение того, почему разные типы мимикрии вызывают разные реакции.Наконец, в эссе 2 и 3 рассматривается вопрос установления доверия к бренду в Интернете. Процесс создания доверия, который необходим для долгосрочных отношений между потребителем и брендом, не получил должного внимания. Мы исследуем два поведения, которые могут повлиять на воспринимаемое доверие в отношениях между потребителем и брендом в Интернете, а именно использование смайликов в качестве замены невербальных сигналов (эссе два) и имитация невербальных сигналов, таких как смайлики и знаки препинания (эссе три).

Перейти к основному содержанию Поиск