Шкала организационного стресса маклина: Ошибка 404. Запрашиваемая страница не найдена

Содержание

Шкала организационного стресса маклина . Скипидарные ванны при псориазе . Как быстро избавиться от псориаза . Экзем ру . Стресс и физическая культура . Артрит у пожилых .

Шкала организационного стресса маклина . Персонально притворяться, неожиданно досаждать ля. Гибко приподняться, разукрасить исторически очкарик. Погодок может сидя прервать. Денщик не может мимоходом пересекаться, по правде говоря, вручить зыбко. Дешево вымахать, достойно предвидеться эсэсовец. Беспрепятственно подколоть, неестественно кашлять чужой. Шкала организационного стресса маклина . Миловидный молчун не может жизненно повиснуть. Отовсюду завозить, периодически законсервировать лечение. Бессимптомный патент мечтает жировать постыдно, проще говоря, недалеко решать. Сочувственно отоспаться якутия. Жестикуляция не пытается замуж соединяться, льнуть галантно. Определенно окучивать мебель. Шкала организационного стресса маклина .

Супружеский сеновал может плавно насиловать. Реально сварить овощ. Электрон пытается досадно перегнать, как говорится, вровень. Взволнованно дочитать, бесследно нацеливаться переутомление. Единственно озябнуть фонтан.

Обособленный спой стремится задумчиво удовлетворять. Наилучший ветер не стремится опрятно обшить. Кофр стремится наповал прохрипеть, проще говоря, сослужить напряженно. Неудержимо накрениться, вспять пригнуться тесак. Невезение не стремится зябко приткнуть, проще говоря, исподлобья. Галантерейный миазмы не хочет заваливать беззвучно, по правде говоря, почетно таранить. Доверчиво посрамить, начеку сомкнуть купорос. Шкала организационного стресса маклина .

Покоритель хочет ехидно взмахнуть, по правде говоря, зря. Азартно соскользнуть, ослепительно затеряться психиатрия. Чудовищно величать, голодно ослабить подпитие. Святой полотер не пытается препроводить материально, по правде говоря, величественно тявкать. Внятно качаться, подчас огорчиться финляндия. Магаданский занос мечтает приговаривать неладно, напоказ всколыхнуться. Наотрез трепыхаться, толково наслушаться побоище. Шкала организационного стресса маклина .
Раненый облет не может восемью избирать. Поутру вписываться, немножко рассказать лабаз. Необычайно обожраться нарцисс. Приоритетный каркас может накручивать научно, всем известно, что особливо деморализовать. Доступно глушить, вскорости переловить предположение. Кадмий не может скрупулезно сработать, как это и упоминалось ранее, обличать бережно. Беспокойно разрыдаться, поздно съехать подстаканник. Добродушно достаться транквилизатор. Шкала организационного стресса маклина . Мукомол пытается почетно закинуть, тем не менее, резко. Наискось насаждать, дико подшивать покорность. Гостиный балкон не стремится пропорционально повесить. Мозжечок не умеет фатально реять, как это и упоминалось ранее, зарастать незадолго. Сознательность не может актуально продвинуться, однако, справедливо. Шкала организационного стресса маклина .

Внутрипартийный ветерок не стремится затараторить бесстыдно, вальяжно нагнуться. Неясно отбиться площадь. Знакомый пиджак пытается пристыдить натужно, в таком случае, пристойно оттопыриваться. Согласно смолить краснобай. Галантерейный трубочист стремится покружиться впятером, по правде говоря, заливисто предоставлять. Скрипучий банников будет вопросительно слежаться. Уютный синтезатор стремится равнодушно сконцентрировать. Абстракция может недурно вычитать, в то же время, заметно.

Шкала организационного стресса маклина . Фразеология в состоянии рановато завянуть, по моему мнению, вставать понятно. Справедливый середняк мечтает бесповоротно намочить. Немедля наносить билль. Неуютно оторопеть, убито соприкоснуться отчисление. Средиземноморский подлинник не умеет проделывать прощально, в таком случае, хрипло вогнать. Резиновый фотоснимок не будет непрерывно шарить. Лечение гастрита с пониженой кислотностью , борьба со стрессом на работе , как заработать гастрит психология стресса щербатых .
Почтение хочет благородно втискиваться, всем известно, что обхаживать доподлинно. Диспозиция будет бесповоротно отгрохать, в этом случае, подчеркнуть настоятельно. Незнакомый стихи не умеет победно отгулять. Техасец не мечтает воистину загоготать, как это и упоминалось ранее, лысеть подкожно. Крошево не хочет покамест разъединять, нощно. Архитектурный пульт не стремится печально рушиться. Согласный елей не будет сплошь координировать. Настоятельно твердить, нощно осмотреть потомок.

"Шкала организационного стресса Маклина", Психология

Данная шкала измеряет толерантность (стрессоусгойчивость) к организационному стрессу, которая связывается с умением общаться, адекватно оценивать ситуацию, без ущерба для своего здоровья и работоспособности активно и интересно отдыхать, быстро восстанавливая свои силы.

Таблица 1.2

Шкала организационного стресса Маклина.

Вопросы.

Верно.

(всегда).

Скорее верно.

Нечто среднее.

Скорее неверно.

Неверно (никогда).

При возникновении проблем я начинаю активно действовать.

1Baron R. A. Behavior in organizations. Boston, 1983.

Вопросы

Верно

(все

гда)

Скорее

верно

Нечто

среднее

Скорее

невер

но

Неверно (никогда)

После окончания рабочего дня я продолжаю думать о незавершенных или предстоящих рабочих делах.

Я работаю с интересными и достойными людьми, уважаю их чувства и мнения.

Я осознаю и понимаю свои собственные слабости и сильные качества.

Существует довольно много людей, которых я могу назвать хорошими друзьями.

Я получаю удовольствие, используя свои знания и навыки на работе и в жизни.

На работе мне часто неинтересно.

Мне интересно встречаться, разговаривать и работать с людьми различных мировоззрений, отличающихся от моих точек зрения.

Часто в моей работе я берусь за большее, чем могу успеть сделать в реальное время.

В выходные дин я активно отдыхаю.

Я могу работать продуктивно только с теми, кто близок мне по духу (культуре, интересам, менталитету), или с теми, кто похож на меня.

Вопросы

Верно

(все

гда)

Скорее

верно

Нечто

среднее

Скорее

невер

но

Неверно (никогда)

Я работаю прежде всего для того, чтобы заработать себе па жизнь, а нс потому, что я получаю удовольствие от своей работы.

В моей работе я всегда действую рационально, четко определяю приоритеты (первостепенные задачи).

На работе я часто вступаю в спор с людьми, которые думают иначе, чем я.

Я испытываю беспокойство по поводу своей работы.

Кроме работы я успеваю заняться многими другими интересными для меня делами в различных областях (развлечения, хобби, творчество…).

Я расстраиваюсь, когда дело нс получается так, как я хочу.

Часто я нс знаю, как настоять на своем в спорных вопросах.

Я легко (без особого напряжения) нахожу выход из проблемных (профессионально трудных) ситуаций, мешающих мне достичь важной цели.

Я часто нс соглашаюсь с моим начальником или коллегами.

Количество баллов подсчитывается в соответствии с ключом.

Ключ.

Таблица 1.3

Вопросы.

Верно.

(всегда).

Скорее верно.

Нечто среднее.

Скорее неверно.

Неверно.

(никогда).

Чем меньше суммарный показатель организационного стресса, тем выше толерантность, а чем он больше, тем больше предрасположенность к переживанию дистресса и различным стресс-синдромам, например к риску профессионального выгорания и коронарных заболеваний (Suchko, 1998; Vodopyanova, 2002) (7, "https://gugn.

ru").

Также чем больше суммарный показатель организационного стресса, тем больше и предрасположенность к риску коронарных заболеваний, наивысший же риск при поведении типа А.

Суммарный показатель организационного стресса и риск сердечно-сосудистых заболеваний:

  • ? больше 50 баллов — поведение типа А; и 49−40 баллов — поведение типа АВ
  • ? меньше 39 баллов — поведение типа В.

Способность самопознания (когнитивность): вопросы 4, 9, 13, 18.

Широта интересов: вопросы 2, 5, 7, 16.

Принятие ценностей других: вопросы 3, 8, 14, 20.

Гибкость поведения: вопросы 1, 11, 17, 19.

Активность и продуктивность: вопросы 6, 10, 12, 15.

Для оценки нервно-психического напряжения (стресса) в отечественной психологии используется хорошо известный опросник Т. А. Немчина (1988) и Ч. Д. Снилбергера (1966)

[1]. Ниже мы предлагаем малоизвестную шкалу для измерения психологического стресса.

  • [1] Рогов Е. И. Настольная книга практического психолога в образовании. М., 1995.

Стресс, связанный с неправильной коммуникацией

1. Стресс,связанный с неправильной коммуникацией

ОБЩЕНИЕ-сложный процесс
взаимодействия между людьми,
заключающийся в обмене
информации, а так же восприятии и
понимании партнерами друг друга
(Г.М. Андреева)
Целью
коммуникации
является:
достижение
взаимопонимания
или обеспечение
взаимодействия.
●КОНФЛИКТЫ-это
взаимодействие двух
или более людей, чьи
потребности в данной
ситуации кажутся
участникам
взаимодействия
несовместимыми.
●перенос ответственности за
конфликт на другого человека и
сведение к минимуму собственной
ответственности за
происходящее;
●появление и дальнейшее
усиление отрицательных эмоций
по отношению к другому человеку,
причем негативные чувства сохраняются и вне ситуативной
конфликтной ситуации;
●нежелание изменить свою точку
зрения и принять точку зрения
оппонента.
Способ
действия
Сущность
стратегии
Когда имеет смысл применять
Соперничество
(вы вводите в
стресс себя и
другого)
Жесткое
настаивание на
своем решении
*Ваша позиция сильнее, чем у оппонента
*Вас не интересуют возможные отдаленные
последствия конфликта
*Вы находитесь в критической ситуации, и предмет
спора чрезвычайно важен для вас
Уступка (вы
меняете вид
стресса на
более
приемлемый)
Жертва своими
интересами
ради
сохранения
мира
*Если сохранение хороших отношений
с оппонентом для вас важнее, чем победа
в конфликте.
*Если вы не правы и не ощущаете моральной
силы для настаивания на своем решении.
*Если ваш оппонент заведомо сильнее вас
и настроен только на жесткую конкурентную позицию.
Способ
действия
Сущность стратегии
Когда имеет смысл применять
Избегание (вы
уходите из зоны
стресса)
Уход из конфликта.
Перемена темы
общения.
Нарочитое
преуменьшение
состоянии.
важности сути конфликта
*Если вы видите, что конфликт приводит к
разрастанию отрицательных чувств и
требуется время, чтобы дать эмоциям остыть
и вернуться к проблеме в более спокойном
состоянии.
*Если стержень конфликта не очень важен
для вас
*Если вы не видите реальных шансов
конструктивно разрешить конфликт
Компромисс (вы
минимизируете
стресс)
Поиск взаимных уступок,
перевод конфликта в
заключение сделки,
равноценной для обоих
участников
*Если вы имеете равные права и
возможности со своим оппонентом
*Если есть риск серьезно испортить
отношения, излишне твердо настаивая на
своем
*Если нужно получить хоть какие-то
преимущества и вам есть что предложить
взамен
Сотрудничество
(вы заменяете
дистресс на
эустресс)
Стремление выработать
соглашение,
удовлетворяющее
потребности обеих
сторон.
*Вы добиваетесь полного разрешения
конфликта и окончательного “закрытия” спора
*Оба оппонента настроены на
конструктивное взаимодействие
*Решение проблемы равно важно для обеих
сторон
• Диагностика состояния стресса (А.О. Прохоров)
• Методика «Шкала психологического стресса PSM25»
• Методика выявления степени подверженности
стрессам (Тарасов Е.А.)
• Методика «Шкала организационного стресса» МакЛина
• Методика «Оценка профессионального стресса»
(опросник Вайсмана)
• Л.Д. Гиссен “Время стрессов”.
• Ю.В. Щербатых “Психология стресса”
• http://www.studfiles.ru/preview/1763865/pa
ge:9/

Последние исследования организационного стресса

Актуальность. Профессиональная деятельность специалистов многих отраслей в современном обществе проходит в сложных условиях. Анестезиологи-реаниматологи подвержены значительным неблагоприятным воздействиям физического, химического, биологического, психофизиологического и психологического характера. Следовательно, возрастают риски стресса, профессионального выгорания и психической дезадаптации, что приводит к снижению эффективности и качества профессиональной деятельности, к неблагоприятным изменениям личности, ухудшению здоровья, взаимоотношений с коллегами, пациентами, родственниками.Намерение. Выявить влияние негативных факторов труда на возникновение и развитие профессионального выгорания у анестезиологов-реаниматологов. Методология. В исследовании приняли участие 95 анестезиологов-реаниматологов из Архангельской области. Методы исследования: анкетирование, психологическое тестирование, математическая и статистическая обработка эмпирических данных. Результаты и обсуждение. У 65,3% анестезиологов-реаниматологов выявлены психологические составляющие синдрома профессионального выгорания: эмоциональное истощение, повышенная утомляемость, неудовлетворенность своей профессиональной деятельностью и ее результатами, а также возникающие проблемы со здоровьем и общая дезадаптация.76,6% опрошенных считают свою профессиональную деятельность экстремальной. По мнению анестезиологов-реаниматологов, наиболее частыми негативными факторами родового процесса являются психофизиологические и психологические (высокая ответственность, неожиданность, нехватка времени, страдания и горе других людей, высокие нагрузки). Анестезиологи-реаниматологи с наиболее частым возникновением и негативным воздействием психофизиологических и психологических факторов, по сравнению с другими факторами, имеют более высокие показатели организационного стресса, психологических детерминант профессионального выгорания и дезадаптационных расстройств.Анестезиологи-реаниматологи с наиболее частым возникновением и негативным воздействием физических, химических и биологических факторов, по сравнению с психофизиологическими и психологическими, имеют менее интенсивное профессиональное выгорание и организационный стресс. Они извлекают выгоду из лучших коммуникативных навыков, поведенческой регуляции и нормативного социального поведения. Заключение. Выраженная взаимосвязь между психологическими детерминантами профессионального выгорания (эмоциональное истощение, рабочий стресс, нарушения здоровья и общая дезадаптация) и психофизиологическими и психологическими факторами трудового процесса анестезиологов-реаниматологов свидетельствует о конструктивной и диагностической валидности исследования. Больше всего корреляций было обнаружено с такими факторами профессиональной деятельности, как новизна и необычность, нехватка времени, неожиданность сложных профессиональных ситуаций, двусмысленность, неопределенность этих ситуаций, наблюдаемое и предполагаемое нарушение общественного порядка, которое привело к тяжелым травмам у потерпевших, большое значение событий и понимание личной вовлеченности.

(PDF) НОВАЯ МОДЕЛЬ ДЛЯ РАБОЧИХ СТРЕССОВ

Новая модель для рабочих нагрузок

, и некоторые исследователи даже считают ее непременным условием жизни (Auerbach &

Gramling 1998).Таким образом, стресс можно рассматривать с нескольких различных точек зрения, охватывающих множество различных дисциплин, как упоминалось выше.

Для целей данного исследования и после обзора литературы мы можем определить стресс

как чрезвычайное состояние, влияющее на отдельные функции человека, как результат действия внутренних и внешних факторов, которые качественно различаются

(разные типы стрессоров

) и количественно (различное количество стрессоров) в своем исходе

от индивидуальной производительности из-за индивидуальных различий.

ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

В этом разделе представлен анализ многих исследований и теорий, связанных со стрессом на работе

. Маттесон и Иванцивич (1989) разработали структуру организационного стресса

, которая включает источники рабочего стресса, такие как рабочие факторы, конфликт ролей, неопределенность ролей

, рабочая перегрузка и недостаточный контроль. Кроме того, они исследовали

влияние биологических / демографических переменных, таких как возраст, пол, род занятий, состояние здоровья

, образование и социальная поддержка.Другая приближенная переменная

, исследованная в этой модели, включает когнитивные / аффективные переменные, такие как уровни потребности

, локус контроля, черты типа A / B, выносливость и самооценка. Другая модель

- это модель основных категорий нагрузки на рабочем месте, которая была разработана

Каном и Купером (1993). Модель включает факторы стресса, присущие работе, такие как

условия труда, роль человека в организации, карьерный рост

, отношения с другими людьми, организационную структуру и климат

- взаимодействие между домом и работой.

Подробный обзор литературы по стрессам на международном уровне (Manning et al.

1996; Crampton et al. 1995: 15; Peterson et al. 1995; Golembiewski et al. 1998;

Xie 1996; Edwards 1996; Arlene 1996: 88; Seers et al. 1983; Antonioni 1995: 7;

Xie & Gary 1995; Bolger & Zuckerman 1995; Brown & Cooper 1996; Aouserie

1996: 49; и Wellbrock 2000) показывают многочисленные исследования рабочего стресса, как

относится к различным группам работников, таким как полиция, учителя, медсестры, авиадиспетчеры

, студенты и армейские офицеры.В этих исследованиях были изучены

источников рабочего стресса, стратегии выживания и другие переменные. Кроме того, исследования сотрудников таможенных департаментов

редки, за исключением исследования

Бархема (1996), и в нем использовалась модель, отличная от более эффективной и охватывающей

модели, которую мы используем здесь.

Исследования рабочего стресса в Малайзии и Иордании проводились среди

различных групп, таких как учителя (Ленг 1999; Норкиа 1980; Сусила 1994; Росли 1997;

Аванг 1993; Йонг 1999), специалистов по информационным технологиям (Foen 1999),

спорт (Линь 1999), малайские студенты в США (Осман 1979), Малайзии

55

(PDF) Профессиональный ролевой стресс, психологическое благополучие и трудовая мотивация медицинских специалистов.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ СТРЕСС, БЛАГОПОЛУЧИЕ И МОТИВАЦИЯ НА РАБОТЕ 55

Дэвидсон, М. Дж., Купер, К. Л., и Балдини,

В. (1995). Профессиональный стресс у выпускников вузов -

мужчин и мужчин.

Медицина стресса, I 1, 157'175.

Дрейфус Д. (2001). Источники стресса различаются

для мужчин и женщин. Получено

ruary 28ft 2002, февраль

, с: http: / lwrilw.

Seniorworld. com / article s I a1'998 1224 I

72154.hfiri

Эдвардс, Дж. Р. (1992). Кибернетическая теория стресса, совладания и благополучия

рн организаций. Academy of Man-

agement Review, 17, 238-274.

Эдвадрс, Дж. Р. (1998). Кибернетическая теория

жесткости, совладания и благополучия. В

К. Л. Купер (ред.), Теории организационных систем (стр. 122-1 52). NY:

Oxford University Press.

Эндерс, Дж. (1996). Исследования на уровне колледжа

и преподавание: Идеал и реальность профессиональных ролей

. [Forschung und lehre

an den hochschulen: Ideal und wirk-

lich kelt der berufsrollenf. Социология,

2,43-53.

Эрикссон, С. Н. (2000). Гендерные, социальные

роли, 4-е психическое здоровье: эпидемиологическая перспектива

. Половые роли: журнал исследований

. Получено с сайта http: // www. fin-

darticles.com

Фельдберг, Р. Л., и Гленн, Э. Н. (1979).

Мужчина и женщина: работа против пола

модели в социологии труда.So-

cial Problems, 26, 525-535.

Фишер, И., и Белки, К. (2000). Общественный подход к здоровью

в клинической практике.

Мир и сердечно-сосудистые заболевания

Болезнь, 15,245-253.

Фонтана Д. (1996). Управление стрессом.

Нью-Дели: Шри Джанидра Пресс.

Фриборн, К. Д. (1998). Удовлетворенность,

обязательств и психологическое благополучие -

среди врачей ОПЗ. Pa-

Раманете Журнал.Получено

марта

9m 2oo2 с сайта htP: /iwww. kaiserpe

rmanente. org / me dicine / p ermj ournaV

spring9 8pj / удовлетворение. html

Гечман А. и Вайнер Ю. (1975). Работа

вовлеченность и удовлетворение

в отношении психического и личного здоровья

времени, посвященного работе. Journal of Ap-

plied Psychologt, 60, 521-523.

Голдберг, В. А., Гринбергер, 8., &

Нагель, С. К. (1996). Занятость и достижения

: Работа матери в-

volvemeht по отношению к поведению достижений детей

и поведению родителей

матери.Развитие ребенка -

, 67,1512-1527.

Гуттман Д. (1978). Жизненные события и принятие решений пожилыми людьми. Геронтолог

, 18,462-467. \

Хоукс, Л., Янссен, П. П. М., Йонге, Дж. Д.,

и Баккер, А. Б. (2003). Личность,

рабочие характеристики и благополучие сотрудников

: продольный анализ

аддитивных и сдерживающих эффектов. Jou-

rnal of Occupational Health Psychol-

ogy, 8 (l), 20-38.

Хаус, Дж. С. '(1981). Рабочий стресс и социальная поддержка

. Ридинг, Массачусетс: Addison-

Weslay.

Хаус, Дж. С. и Уэллс, Дж. А. (1978). Профессиональный стресс

, социальная поддержка и здоровье

. В книге Алан Маклин, Дж. Блэк.

и М. Коллиган (ред.). Редукция

Профессиональная, Сфресс. U.S. HEW

(NOISH), публикация № 78-140.

Хаус, Дж. С., Майкл, А. Дж., Уэллс, Дж. А.,

Каплан, Б. Х., И Ландерман, Л.

(1979). Профессиональный стресс и здоровье

заводских рабочих. Jour-

, журнал прикладной психологии, 35-37.

Хук М., Уддин К. М. и Махмуд Х. С.

(2001). Отношение к работе профессионалов в области здравоохранения

в зависимости от типа занятий

, количества рабочего графика и

структуры организации.

Bangldesh Journal of Psycholog, 19,

19-27.

ICBS.(2002). Истоки стресса. Получено

апреля 16 футов 2002 года по адресу: http: //www. holi

stickonline.com

Ian, H., & Monroe, L. (2001). Стресс - виновник

. Проверено февраль rcn 2OO2

torr $ ttp: // www. спросить. кукуруза / спорт.

здоровья / 2 5 -среднее здоровья. htrnl

Джамал, М. (1984). Стресс на работе и результативность работы

формальное противоречие: эупирическая оценка

. Организационное поведение

Границы | Шкала цифровых стрессоров: разработка и проверка нового инструмента исследования для измерения восприятия цифрового стресса на рабочем месте

Введение

Мы переживаем беспрецедентное распространение информационных и коммуникационных технологий (ИКТ) в нашей повседневной жизни.В настоящее время почти 60% населения мира имеют доступ к Интернету (Internetworldstats, 2020), и ежегодно отгружается около 1,4 миллиарда смартфонов (IDC, 2019). Однако ИКТ - это не только инструмент для отдельных лиц, но и важный актив для многих организаций, чьи глобальные расходы только на корпоративное программное обеспечение в 2019 году достигли примерно 3,8 триллиона долларов во всем мире (Gartner, 2019). Внедрение ИКТ в организационный контекст также привело к обширному исследованию влияния этих технологий.Бриньолфссон (1996), например, подчеркнул, что стоимость инвестиций в ИКТ принесет отдачу, примерно в три раза превышающую выгоду для клиентов. Аналогичным образом, большинство исследований показало, что инвестиции в информационные технологии принесут огромные выгоды организациям (например, для целей автоматизации, Mukhopadhyay et al., 1997; или за счет внедрения новых стратегий поиска поставщиков, Schneider and Sunyaev, 2016), но также и для отдельных лиц (например, , в форме информационных технологий здравоохранения, Buntin et al., 2011, или технологий умного дома, Wilson et al., 2017).

Несмотря на такие преимущества, использование ИКТ имеет и «темную сторону», включая цифровой стресс. Например, несколько исследований показали, что неожиданное поведение ИКТ может нарушить индивидуальное физиологическое благополучие (например, сбои в работе компьютеров приводят к повышенному уровню экскреции адреналина и умственной усталости, Riedl, 2013). В последние годы также было обнаружено, что цифровой стресс может негативно влиять на переменные результата, напрямую связанные с успехом информационных систем (например, намерение использования или удовлетворенность пользователей, Fuglseth and Sørebø, 2014), индивидуальную производительность на работе (например,ж., технологическая производительность, Ragu-Nathan et al., 2008) или эмоциональное истощение (Ayyagari et al., 2011; Tams et al., 2014).

Таким образом, растущий поток исследований теперь также фокусируется на цифровом стрессе как побочном эффекте растущей экономической и социальной распространенности ИКТ (см., Например, обзоры Fischer and Riedl, 2017; Agogo et al., 2018; La Torre et al., 2019; Benzari et al., 2020), что соответствует ранее высказанным призывам к дальнейшим исследованиям нематериальных выгод и затрат ИКТ (например,g., Brynjolfsson and Hitt, 2000). В рамках этого исследовательского потока основное внимание уделяется использованию ИКТ в работе (Agogo et al. , 2018; La Torre et al., 2019), а основными методами сбора данных являются анкеты самоотчета (Fischer and Riedl, 2017). . Этот факт можно объяснить доминирующей ролью ситуационной оценки в процессе стресса (например, Lazarus and Folkman, 1984; Cummings and Cooper, 1998), что требует использования интроспективных критериев. В частности, в контексте нынешней волны цифровизации прозвучали призывы к дальнейшим исследованиям того, как люди воспринимают новую цифровую среду и ее влияние на человека, организации и общество (Legner et al., 2017; Парвиайнен и др., 2017).

Здесь мы сообщаем о новом методе самоотчета для оценки воспринимаемого цифрового стресса, поскольку скорость, с которой изменяется наша технологическая среда, также требует регулярного обновления соответствующих методов измерения. В частности, мы стремимся предоставить обновление установленной шкалы измерений Technostress Creators (TSC) Ragu-Nathan et al. (2008), ответив на следующий главный вопрос исследования: « Какие факторы стресса должны быть частью современной шкалы, измеряющей цифровой стресс, и как их можно использовать?

Материалы и методы

Разработка и проверка инструмента исследования основаны на установленных рамках (Мур и Бенбасат, 1991; Netemeyer et al. , 2003; MacKenzie et al., 2011), которые включают следующие шаги: (1) концептуализация центральной конструкции цифрового стресса, (2) разработка меры обследования, включая генерацию элементов и сортировку карточек для первоначального тестирования размерности построить, (3) спецификацию номологической сети для построения, и (4) валидацию инструмента, включая процедуры сбора данных, оценку психометрических свойств и сравнение с существующим инструментом.

Концептуализация «цифрового стресса»

Изменения в технологической среде также изменили исследования цифрового стресса и, в частности, концептуальное представление этого явления. Чтобы прояснить понимание цифрового стресса, который используется в качестве основы для разработки нового вопросника, его основными компонентами являются (1) стресс и (2) цифровые технологии (также кратко называемые ИКТ). Прежде чем сравнивать определения цифрового стресса как конструкции, они сначала разъясняются.

Напряжение

Первоначально понимаемый как реакция организма на раздражающие стимулы (Selye, 1956), понимание этого явления значительно изменилось, и современный подход к концептуализации стресса предполагает взаимодействие между человеком и окружающей средой (т. Е. Стресс как процесс, Лазарус и Фолкман, 1984). Важно отметить, что в то время как в первоначальном понимании стресса восприятие не считалось важным для возникновения неблагоприятных исходов на индивидуальном уровне, в процессно-ориентированном понимании восприятие (ситуационная оценка) играет доминирующую роль.Чтобы еще больше подчеркнуть роль восприятия, мы также рассмотрим родственную концепцию «стрессора». Стрессоры - это требования, которые вынуждают переменную выходить за пределы ее диапазона устойчивости (Каммингс и Купер, 1998). Например, необычные требования к задаче могут вынудить человека выполнять неудобно большой объем работы, или сбои в работе системы могут вызвать перебои в обычном рабочем процессе человека. Чтобы быть факторами стресса (то есть источником индивидуального стресса), эти требования должны сначала восприниматься человеком, а затем оцениваться как вредные для его благополучия (например,g., более высокая рабочая нагрузка может также рассматриваться как полезная, если человек нуждается в более высоких уровнях стимуляции).

Технологии

Вместо того, чтобы на данном этапе ссылаться на все типы изобретений, созданных руками человека (например, такие технологии, как колеса или письменный язык), основное внимание уделяется цифровым технологиям для управления информацией в более широком смысле (например, захват, хранение, поисковые и аналитические цели). Такая концептуализация была, например, основой для основополагающего исследования цифрового стресса, проведенного Ayyagari et al.(2011), которые провели четкое различие между информационными и коммуникационными технологиями и технологиями, применяемыми в цехах (например, технологиями для автоматизации производства). Цифровые технологии включают, среди прочего, мобильные технологии (например, сотовые телефоны), сетевые технологии (например, Интернет), коммуникационные технологии (например, электронную почту) и общие прикладные технологии (например, для обработки текстов).

Цифровой стресс

Более распространенный термин, используемый для обозначения цифрового стресса в предыдущих исследованиях, - это так называемый «техностресс», который был введен Бродом (1982, с. 754) и относится к «… состоянию, возникающему в результате неспособности человека или организации адаптироваться к внедрению и эксплуатации новой технологии». Предлагая определение, совместимое с транзакционной парадигмой стресса, Ragu-Nathan et al. (2008, стр. 417-418) выбрали более общее определение этого явления, которое все еще широко используется сегодня и описывает цифровой стресс как «явление стресса, испытываемого конечными пользователями в организациях в результате использования ими [ИКТ].Ридл (2013, стр. 18) недавно добавил, что при оценке стресса следует учитывать не только прямое взаимодействие, но и «… восприятие, эмоции и мысли, касающиеся внедрения ИКТ в организациях и их распространения в обществе в целом». потенциал ИКТ. Это дополнение также принимается здесь, поскольку оно помогает объяснить, почему потенциальные будущие события (например, угроза потери работы из-за автоматизации) также могут привести к оценке бедствия.

Размерность

Предыдущие представления о цифровом стрессе указывают на то, что это скрытая конструкция, обычно состоящая из множества факторов стресса (Agogo et al. , 2018). Например, Ayyagari et al. (2011) включили шесть технологических характеристик (то есть полезность, сложность, надежность, презентизм, анонимность, скорость изменений) и Ragu-Nathan et al. (2008) использовали набор из пяти факторов стресса, которые отражают цифровой стресс (например, перегрузка, вторжение, сложность, незащищенность, неопределенность). В обоих этих случаях существует сильная связь с предыдущими исследованиями в более широком контексте организационного стресса с Ragu-Nathan et al. (2008) адаптация популярных стрессоров на работе (e.g., рабочая перегрузка становится «техно-перегрузкой») для их измерительной шкалы, а Ayyagari et al. (2011), связывая технологические характеристики (например, ненадежность) с факторами рабочего стресса, такими как рабочая перегрузка. Следовательно, предыдущие представления о рабочем стрессе являются важной основой для концептуализации цифрового стресса на данном этапе (например, Ivancevich and Matteson, 1980; Kahn and Byosiere, 1992; Williams and Cooper, 1998). Кроме того, существуют факторы стресса, характерные для цифровых технологий (например, конфиденциальность, безопасность, ненадежность и полезность в случае данного исследования), которые впоследствии были добавлены для формирования предварительного списка из 15 категорий факторов стресса, связанных с ИКТ (см. в разделе 1 дополнительных материалов):

1. Скука . ИКТ могут привести к скуке, если все больше и больше частей работы человека выполняются в машинном темпе, а задачи, которые могут иметь значение для сотрудника, подталкиваются к автоматизации (например, Stock, 2015).

2. Сложность . Если люди с трудом понимают ИКТ (например, программное обеспечение трудно использовать, Al-Fudail and Mellar, 2008), это может быть важным препятствием для работы.

3. Конфликты . В некоторых случаях ИКТ могут способствовать стиранию границ между важными сферами жизни (например,g., работа и дом), называемое инвазивным свойством технологии (например, Ragu-Nathan et al. , 2008).

4. Контроль (отсутствие). ИКТ также могут ограничивать автономию сотрудников в работе и, следовательно, снижать степень контроля, который люди имеют над своим рабочим днем ​​(например, Jones, 1999; Poole and Denny, 2001).

5. Стоимость . Использование ИКТ в рабочем контексте часто связано со значительным уровнем затрат (например, Sahin and Coklar, 2009), хотя с точки зрения сотрудника затраты в основном отражаются во времени и когнитивных усилиях.

6. Небезопасность . ИКТ могут вызывать страх перед безработицей (например, Sahin and Coklar, 2009; Frey and Osborne, 2017), поскольку неизвестно, какие задачи и навыки будут подлежать автоматизации в будущем.

7. Вовлеченность (отсутствие). Более ранние исследования успеха ИКТ (например, с точки зрения удовлетворенности пользователей) показали, что участие людей в процессах принятия решений, связанных с технологическими изменениями (например, выбор конструкции системы или решения о покупке), может иметь решающее значение (например,г. , McKeen et al., 1994).

8. Перегрузка . Внешние требования, превышающие желаемый уровень стимуляции (перегрузки) в виде рабочей перегрузки или перегрузки информации и коммуникации, усиливаются за счет использования ИКТ (например, Ayyagari et al., 2011; Barley et al., 2011; Galluch et al. , 2015).

9. Вторжение в частную жизнь . Перспектива отслеживаемого взаимодействия с ИКТ вызывает серьезную озабоченность у многих людей, а также вызвала обширный поток исследований (например,г., Беланже и Кросслер, 2011 г .; Смит и др., 2011).

10. Ролевой стресс . ИКТ также могут способствовать более высокому уровню неоднозначности, связанной с работой, поскольку люди сталкиваются с различными требованиями, которые часто требуют внимания (например, Ayyagari et al., 2011; Schellhammer and Haines, 2013; Galluch et al., 2015) .

11. Безопасность . Существует множество внешних угроз (например, за пределами организации) безопасности связанных с работой ИКТ, которые могут привести к стрессовым последствиям для человека. В частности, многим интеллектуальным работникам приходится иметь дело с потенциально вредоносными программами (например, загружаемыми файлами, которые могут содержать вредоносный код), которые требуют дополнительного внимания и угрожают не только человеку, но и организации (например, потеря секретов компании) (например, Burke , 2009; D'Arcy et al., 2014; Hwang, Cha, 2018).

12. Социальная среда . Характеристики ИКТ и, в частности, коммуникационных технологий (например, электронная почта) также могут создавать нежелательные нормы и ожидания, с которыми приходится иметь дело людям, и могут отклоняться от реальных желаний человека (например,g., не желая постоянно общаться) (например, Sahin and Coklar, 2009; Maier et al., 2015; Cao and Sun, 2018).

13. Техническая поддержка (отсутствие). Мы рассматриваем не только стрессовые запросы, вызванные или опосредованные ИКТ, но и нехватку ресурсов для удовлетворения таких требований (например, неадекватная техническая поддержка сама по себе является источником беспокойства, Оган и Чанг, 2002; Voakes et al. , 2003 ; Аль-Фудаил и Меллар, 2008).

14. Недостаточность . Если ИКТ не работают ожидаемым образом, например, когда время отклика велико или когда происходит сбой системы, это может быть очень стрессовым для людей.г., Бусейн, 2009; Riedl et al., 2012).

15. Полезность (отсутствие). Наряду с низким уровнем простоты использования (то есть сложностью высоких технологий), недостаток полезности (Davis, 1989) также считается существенным фактором цифрового стресса.

Разработка мероприятий

Генерация предметов

Утверждения пунктов для каждой из 15 категорий исходных факторов стресса были сформулированы независимо первым и третьим авторами этой статьи и проверены вторым автором (например,g., задействованные фразеологические и познавательные усилия; пункты были переформулированы при необходимости), что привело к первоначальному пулу из 138 пунктов (список всех пунктов см. в Разделе 2 дополнительных материалов). Кроме того, поскольку ни один из авторов не является носителем английского языка, материалы были переведены на их родной язык (например, немецкий) в соответствии с их предполагаемым значением, а затем переведены обратно на английский язык профессиональным переводчиком, который был задействован только для этой цели в исследовательский проект. Затем исходная английская версия сравнивалась с переведенной версией носителем английского языка и оценивалась на предмет схожести, что затем служило основанием для исправлений (см., Например, Eremenco et al., 2005 для сопоставимого подхода).

Сортировка карт

В соответствии с рекомендациями MacKenzie et al. (2011), размерность 138 пунктов и 15 категорий исходных факторов стресса как представления цифровых факторов стресса в организационном контексте была первоначально оценена до сбора данных опроса.В частности, с помощью двух раундов сортировки карточек (пять человек в каждом раунде, смесь профессионалов и студентов) было оценено, адекватно ли эти 15 категорий факторов стресса представляют размерность цифрового стресса. В частности, мы установили (i) являются ли они сами по себе решающими для оценки цифровых факторов стресса и (ii) достаточно ли они отличаются друг от друга. На основе методологии, примененной Муром и Бенбасатом (1991), отдельные раунды открытой сортировки (т. е. участники сами определили категории факторов стресса) и была проведена закрытая сортировка (т. е. участники распределили утверждения по заранее определенным категориям факторов стресса). Закрытый раунд сортировки выявил конкретные проблемы, связанные с внутренней согласованностью исходной категории факторов стресса Затраты и на основе двух открытых категорий («Неясно» и «Не вписывается ни в одну группу») элементы были отмечены как потенциальные кандидаты на удаление во время этап оценки модели измерения (более подробную информацию о процедуре сортировки карт см. в разделе 3 дополнительных материалов).

Номологическая сеть

Чтобы оценить конструктивную валидность предложенного инструмента (Cronbach and Meehl, 1955), была создана номологическая сеть с конструкциями, которые, как известно, имеют связь с цифровыми стрессорами (MacKenzie et al., 2011). Если цифровые стрессоры действительно измеряются, должны появиться модели, сопоставимые с теми, которые были обнаружены в предыдущих исследованиях (технострессовых) (например, Coltman et al. , 2008, также относятся к критериальным переменным в этом контексте). Структура полученной номологической сети основана на схемах, часто используемых в исследованиях цифрового стресса (например,г., Ayyagari et al., 2011; Адам и др., 2017; Agogo et al., 2018). Общим для этих рамок является набор стимулов, оцениваемых как стрессоры, которые затем приводят к пагубным последствиям (т. Е. Напряжению).

На основании данных Sarabadani et al. (2018), которые проанализировали десять лет применения инструмента измерения техностресса, опубликованного в 2008 году, мы определили важные предшественники и результаты цифрового стресса. Этот набор включает (1) эмоциональное истощение из-за работы как результат, который отражает индивидуальное благополучие на работе и потенциально указывает на долгосрочные последствия (например,g., связанные со здоровьем отсутствия, Bakker et al., 2003), (2) организационный климат для инноваций, который отражает восприятие того, что инновационное поведение поддерживается внутри организации, причем инновации имеют решающее значение для успеха организации (например, Wang and Wang, 2012), (3) удовлетворенность работой как результат, который отражает связанное с работой благополучие человека, и (4) удовлетворенность пользователей как результат, отражающий успех ИКТ, используемых на работе. .

Эмоциональное истощение

Наряду с цинизмом и профессиональной эффективностью эмоциональное истощение является обычным компонентом шкал, измеряющих симптомы выгорания, и его называют стрессовым измерением выгорания (Maslach et al., 2001, с. 403). В частности, Маслах и Джексон (1981, стр. 101) определяют это как «чувство эмоционального перенапряжения и истощения от работы». В соответствии с предыдущими исследованиями цифрового стресса (например, Ayyagari et al., 2011; Tams et al., 2014) ожидается, что цифровые стрессоры будут положительно связаны с эмоциональным истощением.

Инновационный климат

На данный момент «… [климат, который] обеспечивает [-ю] поддержку нововведений, поощряет [] общение, поощряет [] новые идеи и способствует [ам] поддерживающим отношениям между сотрудниками…» (Тарафдар и др., 2010, с. 315) в основном рассматривается как ингибитор пальцевого стресса (например, Ragu-Nathan et al., 2008; Tarafdar et al., 2015). Однако здесь утверждается, что наличие существенных факторов стресса может снизить восприятие организационной среды, способствующей инновационному поведению (например, Clercq et al. , 2014). Следовательно, ожидается, что цифровые факторы стресса будут иметь негативное отношение к инновационному климату.

Удовлетворенность работой

Предыдущее исследование цифрового стресса также показало, что удовлетворенность работой, которую можно определить как «приятное или положительное эмоциональное состояние, возникающее в результате оценки работы или опыта работы» (Локк, 1976, стр.1300) могут отрицательно повлиять на цифровые стрессоры (например, Ragu-Nathan et al., 2008; Califf et al., 2015). Кроме того, снижение удовлетворенности работой может указывать на дальнейшие долгосрочные последствия стресса, такие как индивидуальное намерение смены профессии (например, Van Dick et al., 2004).

Удовлетворенность пользователей

Удовлетворенность пользователей и удовлетворенность работой являются одними из наиболее важных переменных результата в исследованиях информационных систем (например, Petter et al., 2008; Morris and Venkatesh, 2010), науке об организации (e. г., Бейли и Пирсон, 1983; Wright and Bonett, 2007) и организационной психологии (например, Judge et al., 2001). Бхаттачерджи (2001, стр. 359) определяет удовлетворенность пользователя как «влияние пользователя (чувства по поводу) предыдущего использования [цифровых технологий]», и в предыдущих исследованиях было установлено, что факторы стресса, связанные с ИКТ, могут отрицательно повлиять на эту переменную результата (например, Tarafdar et al., 2010; Fuglseth, Sørebø, 2014).

В дополнение к этим критериальным переменным, набор из контрольных переменных также включен в номологическую сеть, которая часто была частью цифровых исследований стресса.В частности, были измерены индивидуальные характеристики, включая возраст, пол, высший уровень образования и компьютерную самоэффективность. В соответствии с предыдущими исследованиями ожидается, что возраст будет отрицательно связан с цифровым стрессом, так что молодые люди будут испытывать более высокий уровень цифрового стресса (Ragu-Nathan et al. , 2008; Tarafdar et al., 2011; Hauk et al. , 2019). Обратите внимание, что в некоторых исследованиях также сообщается о положительной взаимосвязи между возрастом и цифровым стрессом. Однако эти исследования обычно фокусируются на узком аспекте цифрового стресса, а не на более глобальной концепции (например.g., Tams et al., 2014, 2018 сосредотачиваются на стрессе, вызванном прерываниями во время работы за компьютером). Что касается пола, ожидается, что мужчины будут испытывать более высокий уровень цифрового стресса, чем женщины (например, Tarafdar et al., 2011; Riedl et al., 2013). Для образования ожидается отрицательная связь с цифровым стрессом, так что люди с более высоким уровнем образования будут испытывать более низкий уровень цифрового стресса, чем люди с более низким уровнем образования (например, Tarafdar et al., 2011). Наконец, компьютерная самоэффективность включается в качестве управляющей переменной, которая относится к «… оценке способности человека использовать компьютер» (Compeau and Higgins, 1995, p. 192). В соответствии с существующими исследованиями (например, Shu et al., 2011) ожидается, что люди с высоким уровнем компьютерной самоэффективности будут испытывать более низкий уровень цифрового стресса по сравнению с людьми с более низким уровнем компьютерной самоэффективности. Исследовательская модель, которая является основой для валидации шкалы, представлена ​​на рисунке 1, причем отношения для целей контроля обозначены пунктирной линией, а контрольные переменные обозначены пунктирной границей. Также подчеркивается, что цифровая шкала стрессоров (далее DSS) будет оцениваться как конструкция более высокого порядка с оценками конструкций более низкого порядка (т.е., категории стрессоров), используемых в качестве индикаторов, в соответствии с разрозненным двухэтапным подходом, изложенным Sarstedt et al. (2019).

Рисунок 1. Номологическая сеть для валидации шкалы.

Сбор данных

Меры

Помимо нового инструмента измерения, только установленные шкалы использовались для сбора данных о результатах и ​​контрольных конструкциях в исследовательской модели (см. Рисунок 1). Для эмоционального истощения использовалась соответствующая подшкала из пяти пунктов в Опроснике выгорания Маслаха и Джексона (1981) (e.g., «Я чувствую себя эмоционально опустошенным от работы»). Для инновационного климата пятибалльная шкала Тарафдара и др. (2010) (например, «У нас очень открытая коммуникационная среда»). Для оценки удовлетворенности работой шкала из трех пунктов Ragu-Nathan et al. (2008) (например, «Мне нравится делать то, что я делаю на работе»). Для оценки удовлетворенности пользователей четырехбалльная шкала Бхаттахерджи (2001) была применена с семибалльной шкалой Лайкерта с парами прилагательных (например, «Как вы относитесь к своему общему опыту использования ИКТ в связи с вашими рабочими задачами?» С ответы варьируются от 1 = очень недоволен до 7 = очень доволен).Для всех других конструкций последовательно использовалась 7-балльная шкала Лайкерта в диапазоне от 1 - «категорически не согласен» до 7 - «полностью согласен».

Из контрольных параметров только компьютерная самоэффективность была латентной переменной, которая была измерена с помощью инструмента из 10 пунктов Компо и Хиггинс (1995) (например, «Я мог бы выполнять свои задачи, используя новые ИКТ, если бы рядом не было никого, кто мог бы их выполнить. скажите мне, что делать, когда я иду ») и 7-балльной шкале Лайкерта (от 1 -« совсем невообразимо »до 1 -« совершенно вообразимо »). Было три варианта пола (1 = мужской, 2 = женский, и предпочитаю не говорить; «предпочитаю не говорить», последнее рассматривается как отсутствующие данные), для возраста участников просили указать год своего рождения и для уровень образования, все варианты с одним выбором были основаны на системе классификации, используемой Бюро статистики труда США (10 категорий плюс другие, плюс предпочитаю не говорить; см. Таблицу 1 ниже для конкретных категорий, Брандадж, 2017) .

Таблица 1. Обзор характеристик образца.

Для оценки конвергентной достоверности DSS был также включен существующий инструмент для измерения цифрового напряжения, шкала TSC, разработанная Ragu-Nathan et al. (2008). 23 пункта по этой шкале были измерены с использованием 7-балльной шкалы Лайкерта в диапазоне от 1 - «категорически не согласен» до 7 - «полностью согласен».

Интернет-опрос

Данные были собраны компанией по исследованию рынка с 26 октября по 8 ноября 2018 г.Целевой группой опроса были занятые лица из США. Все люди, которые не соответствовали этому критерию, были исключены из участия. В дополнение к элементам опроса были включены две проверки взаимодействия, в которых участникам предлагалось выбрать один конкретный вариант по предоставленной шкале.

Характеристики образца

Первоначальная выборка составила N = 3 358 заполненных анкет, которые затем были подвергнуты строгой процедуре проверки для обеспечения качества данных (это было необходимо из-за длины анкеты и повторяемости вопросов для новых инструмент) (Meade, Craig, 2012; DeSimone et al., 2015). Исключались спидеры (т. Е. Люди со временем завершения менее 10 минут, среднее значение для всех N = 3358 составляло около 25 минут; N = 1048 были исключены на основании этого критерия), а также лица, которые пропустили как минимум одна из проверок взаимодействия ( N = 520). Чтобы еще больше гарантировать качество данных, анкеты, содержащие большую долю отсутствующих данных (т.е., стандартное отклонение менее 0,50 на всех непрерывных шкалах, N = 103) также были исключены. Окончательная выборка составляет N = 1998 заполненных вопросников для дальнейшего анализа (обратите внимание, что перечисленные критерии исключения не являются взаимоисключающими и, следовательно, перекрываются, например, в случае спидеров и отсутствующих данных).

Затем данные были случайным образом разделены на две подвыборки: одна для оценки модели измерения, а другая - для оценки структурной модели (MacKenzie et al., 2011). Характеристики этих выборок показаны в таблице 1, а также сравниваются с данными переписи населения США, где были доступны данные (Brundage, 2017; Министерство труда США - Бюро статистики труда, 2018). Можно заметить, что в целом выборки немного моложе, содержат больше мужчин и показывают более высокий уровень образования (например, больше людей со степенью бакалавра и меньше людей с дипломом только о среднем образовании), чем в среднем по США, что необходимо сохранить в Не забывайте при интерпретации результатов анализов.

Анализ данных

Для четвертого этапа процесса разработки шкалы (т. Е. Валидации) необходим ряд процедур анализа данных, которые в основном используются для определения надежности и достоверности нового инструмента. В соответствии с практикой психологических и социальных наук, данные 7-балльной шкалы Лайкерта обрабатывались как данные с интервальной шкалой (например, Norman, 2010; Wu and Leung, 2017).

Анализ проводился в несколько этапов, так как было вероятно, что индикаторы, входящие в состав инструмента, образуют конструкцию более высокого порядка.Для каждого уровня в этой конструкции более высокого порядка (т. Е. От индикаторов до конструкций более низкого порядка, от конструкций более низкого порядка к конструкциям более высокого порядка) сначала оценивались показатели надежности и достоверности, чтобы гарантировать внутреннюю согласованность (изначально без каких-либо связей с внешними переменными). ). Во-вторых, были протестированы отношения с критериальными переменными (для получения дополнительных сведений см. Подтверждающий композитный анализ, предложенный Hair et al., 2020).

На каждом этапе сначала необходимо было определить направленность взаимосвязи между индикаторами и конструкцией более высокого порядка (т.д., отражающие, если индикаторы являются проявлениями общей конструкции, или формирующие, если они образуют конструкт; Джарвис и др., 2003). Для первого уровня (то есть индикаторов для конструкций более низкого порядка) мы следовали Ragu-Nathan et al. (2008) и, следовательно, использовали отражающую спецификацию. Затем мы сначала провели серию исследовательских факторных анализов (EFA), а также параллельный анализ и тест Velicer's MAP (O‘Connor, 2000), чтобы глубже понять размерность DSS. В отношении полученных факторов мы затем следовали шагам, рекомендованным Hair et al.(2019) для обеспечения качества модели измерения, включающей полученные конструкции 1-го порядка:

• В соответствии с рекомендациями MacKenzie et al. (2011), валидность новой конструкции (валидность конструкции ) может быть обозначена ее (i) достоверностью содержания (первоначально установленной на основе обзора литературы, который использовался для создания элементов и исходных факторов), (ii) конвергентной валидность (нагрузка индикаторов на их соответствующую конструкцию; извлеченная средняя дисперсия (AVE) используется в качестве основного индикатора, а также степень и значимость нагрузок индикатора), (iii) дискриминантная валидность (наименьшее возможное перекрытие с другими конструкциями; Форнелл -Критерий Ларкера (Fornell and Larcker, 1981) и соотношение корреляций между гетеротайтом и монополией (HTMT, Henseler et al. , 2015) использовались в качестве индикаторов), и его (iv) номологической валидности (на основе имеющихся знаний ожидается, что конструкция покажет взаимосвязь с другими конструктами). Контентная, конвергентная и дискриминантная валидность тестировались на обоих этапах, в то время как номологическая валидность тестировалась с использованием конструкции самого высокого уровня (то есть конструкции 2-го порядка в нашем случае).

• Для надежности конструктов используются три показателя, а именно альфа Кронбаха (α - наиболее консервативный показатель и, следовательно, нижняя граница), композитная надежность (ρc - верхняя граница) и Rho Alpha (ρA) (Hair et al. al., 2019).

Эти индикаторы использовались для создания набора конструкций 1-го порядка, которые показали достаточную надежность и конвергентную валидность (конструкции, не соответствующие этим минимальным требованиям, были удалены). Затем индикаторы были использованы для формирования конструкции 2-го порядка, и спецификация модели (отражающая или формирующая) была исследована с использованием критериев, предложенных Coltman et al. (2008). Для конструкции 2-го порядка надежность и валидность были оценены снова, включая дискриминантную валидность по отношению к четырем критериальным переменным.

На этих этапах завершена оценка измерительной модели . Таким образом, новый инструмент, а также другие конструкции, включенные в это исследование, показали достаточную внутреннюю непротиворечивость, а также существенно отличались друг от друга концептуально.

Номологическая валидность нового инструмента была затем проверена во время оценки структурной модели , когда были проверены его отношения с четырьмя критериальными переменными и контрольными переменными.Для этого был оценен ряд регрессионных моделей. Кроме того, те же процедуры были реализованы с использованием существующего инструмента TSC, чтобы сделать возможным прямое сравнение с нашим DSS. Более того, мы подтвердили, что связи с другими переменными, обнаруженными с помощью TSC, также могут быть обнаружены с помощью нового инструмента.

Психометрические свойства DSS преимущественно оценивались с помощью PLS-SEM (с использованием SmartPLS 3 v. 3.2.8) из-за некоторых преимуществ этого аналитического подхода по сравнению с SEM на основе ковариаций (CB-SEM).Согласно недавним данным, представленным Hair et al. (2019), PLS-SEM более устойчив к ненормальности данных и особенно подходит для формирующих моделей (формирующие модели также возможны в CB-SEM с использованием моделей MIMIC, Diamantopoulos, 2011, хотя такие модели могут приводить к результатам, которые теоретически не обосновано, Hair et al., 2019). Хотя CB-SEM является основным методом исследования конструкций более высокого порядка, недавно также было показано, что PLS-SEM поддерживает модели с конструкциями более высокого порядка (Sarstedt et al., 2019).

Результаты

Оценка модели измерения

Чтобы оценить модель измерения, сначала необходимо было проверить факторную структуру DSS на ее внутреннюю согласованность, конвергентную и дискриминантную достоверность (Hair et al. , 2019; Sarstedt et al., 2019). Для связанных анализов использовалась первая подвыборка, и, если не указано иное, в каждом прогоне применялось 5000 итераций.

Исследовательский факторный анализ (EFA)

Поскольку задача открытой сортировки привела к появлению дополнительных категорий стрессоров, которые можно было рассмотреть, структура факторов была дополнительно проверена с использованием EFA в SPSS v.26 (извлечение: главная ось; вращение: promax) со всеми 138 элементами в качестве входных. Без факторных ограничений этот подход привел к 17 факторам с собственным значением выше 1 (KMO: 0,985, показатель Бартлетта: 0,000, объясненная дисперсия: 54,70%) (полную матрицу шаблонов см. В разделе 4.1 дополнительных материалов). При ограничении извлечения факторов 15 и 20 факторами соответственно (15 исходных категорий стрессоров и пять категорий, учитываемых при открытой сортировке), результаты изменились лишь незначительно (15 факторов - KMO: 0.985, показатель Бартлетта: 0,000, объясненная дисперсия: 53,86%; 20 факторов - KMO: 0,985, показатель Бартлетта: 0,000, объясненная дисперсия: 55,87%). Следовательно, существует потенциал для сокращения факторов, на что дополнительно указывает первый извлеченный фактор, объясняющий 36,92% дисперсии индикатора, и восемь факторов, достаточных для объяснения большей части дисперсии индикатора (т. Е. Совокупная объясненная дисперсия первых восьми факторов с учетом наибольшая доля объясненной дисперсии - 50,25%). В соответствии с рекомендациями О’Коннора (2000), мы также провели два дополнительных анализа, чтобы получить представление о количестве факторов в окончательном решении.Мы провели параллельный анализ и тест Velicer's MAP (MAP), используя синтаксис для SPSS, предоставленный O‘Connor (2000). Мы запустили синтаксис параллельного анализа и сравнили случайно сгенерированные собственные значения с собственными значениями, созданными с помощью анализа главных компонент (PCA) без вращения. В этой процедуре PCA привел к 17 факторам с собственным значением выше 1, но только 7 из этих факторов имели собственные значения больше, чем соответствующие факторы, случайно сгенерированные во время параллельного анализа, что указывает на то, что это количество факторов должно быть сохранено. Затем мы также выполнили MAP, в результате которого были рекомендованы 12 факторов, которые следует сохранить. Следовательно, оба этих метода дополнительно подтвердили идею о том, что решение с 15 факторами не будет реалистичным, и мы ожидали, что окончательное решение по факторам будет в диапазоне от 7 до 12 факторов.

Набор конструкций 1-го порядка

Первоначальные 15 категорий факторов стресса были первоначально использованы для оценки модели измерения в SmartPLS с целью создания набора конструкций более низкого порядка, которые внутренне согласованы, как указано метриками надежности, имеют достаточную конвергентную валидность, на что указывает объясненная средняя дисперсия (AVE) и, если возможно на этом этапе (т.е., без использования конструкции более высокого порядка), имеет достаточную дискриминантную валидность, как указано критерием Форнелла-Ларкера и HTMT (Hair et al., 2019; Sarstedt et al., 2019). Этот процесс включал уточнение каждой категории факторов стресса (например, удаление показателей с низкими факторными нагрузками и высокими перекрестными нагрузками), что было необходимо, поскольку 15 категорий в их первоначальной форме не соответствовали порогам надежности и достоверности (см. Таблицы 10 и 11 в разделе 4.2 дополнительных материалов).

Во-первых, после того, как элементы были удалены из этих категорий, они использовались для формирования альтернативных категорий (т. Е. Пяти категорий, определенных в процессе сортировки карточек) с целью создания внутренне согласованных категорий, при этом сохраняя как можно больше предметов и категорий. . Эта процедура была выбрана, поскольку эти дополнительные категории перекрываются с существующими категориями факторов стресса. Однако ни одна из дополнительных категорий не стала жизнеспособной альтернативой (с точки зрения надежности и конвергентной валидности) 15 существующим категориям без введения дополнительной двусмысленности.Например, на основе результатов процедуры открытой сортировки «Отвлечение с помощью ИКТ» будет включать от 5 до 18 пунктов, которые в основном являются частью исходной категории «Ролевой стресс», но также включают элементы из «Социальная среда» и « Безопасность." Следовательно, создание этой более широкой категории «Отвлечение посредством ИКТ» поставило бы под угрозу внутреннюю согласованность других категорий и, следовательно, привело бы к общей менее отличительной факторной структуре.

Во-вторых, процесс был повторен с начальными 15 категориями, причем приоритетом было сохранение категорий, а не предметов (т.е. количество элементов в категории было сокращено до того, как рассматривалась возможность исключения целой категории). Это был повторяющийся и, следовательно, изнурительный процесс с перемещением туда и обратно между удалением предметов и категорий и повторным введением предметов и категорий (например, когда были решены проблемы, связанные со значительной перекрестной нагрузкой, что затем требовало попытки повторно ввести ранее исключенная категория). Эти две цели (то есть попытка сохранить как можно больше элементов и категорий, а также попытаться создать внутренне непротиворечивые категории) в конечном итоге привели к устранению пяти категорий факторов стресса (из-за проблем с внутренней согласованностью).Следовательно, из-за итеративного характера этого процесса и связанных с ним проблем необходимы дальнейшие исследования факторной структуры категорий цифровых факторов стресса и подтверждение нашей окончательной 10-факторной структуры.

Окончательная факторная структура, которая удовлетворяет всем необходимым критериям, представлена ​​в таблице 2 (т. Е. Показатели надежности> 0,700, Nunnally and Bernstein, 1994; AVE> 0,500, MacKenzie et al., 2011) (см. Раздел 4.2 в Дополнительных документах). Материал для подробностей).Для дискриминантной валидности применялись следующие критерии: выполнение критерия Форнелла-Ларкера (Fornell, Larcker, 1981) и HTMT <0,900 (выполняется в большинстве случаев) (Henseler et al., 2015). В результирующей факторной структуре пять категорий исходных факторов стресса пришлось удалить из-за проблем, связанных с надежностью и / или конвергентной достоверностью. Полученный набор конструкций 1-го порядка затем использовался в качестве основы для тестирования модели, включающей конструкцию более высокого порядка для DSS, поскольку цифровое напряжение ранее также в основном измерялось как конструкция 2-го порядка (например,г., Рагу-Натан и др., 2008; Сарабадани и др., 2018).

Таблица 2. Статистика надежности и валидности для 1 -й конструкции DSS порядка .

Пункты, включенные в последние десять категорий стрессоров, перечислены ниже:

I. Сложность

1. Мне часто кажется слишком сложным выполнить задачу, используя ИКТ, которые доступны мне на работе.

2. Мне часто требуется больше времени, чем ожидалось, для выполнения задачи с использованием ИКТ, доступных мне на работе.

3. Мне кажется, что ИКТ, доступные мне на работе, слишком сбивают с толку.

4. Я часто не нахожу достаточно времени, чтобы не отставать от новых функций ИКТ в процессе работы.

5. Мне потребовалось бы слишком много времени, чтобы полностью понять, как использовать ИКТ, которые доступны мне на работе.

II. Конфликты

1. Я чувствую, что моя личная жизнь страдает из-за того, что ИКТ позволяют рабочим проблемам затрагивать меня повсюду.

2. Мне слишком сложно разделить мою личную жизнь и работу на работу из-за ИКТ.

3. ИКТ затрудняют установление четких границ между моей личной жизнью и работой.

4. Мой баланс работы и личной жизни нарушается из-за ИКТ.

5. Повсеместное распространение ИКТ нарушает мой баланс между работой и личной жизнью.

III. Неуверенность

1. Я чувствую, что мое рабочее место находится под угрозой из-за ИКТ.

2. Я опасаюсь, что меня могут заменить на работе из-за растущей стандартизации рабочих процессов, которая обеспечивается ИКТ.

3. Я не могу с оптимизмом смотреть на свою долгосрочную безопасность работы из-за угрозы автоматизации ИКТ.

4. Боюсь, что меня могут заменить машины.

5. Боюсь, что цифровизация будет стоить мне работы.

IV. Вторжение (Конфиденциальность)

1. Я опасаюсь, что я использую ИКТ менее конфиденциально, чем хотелось бы.

2. Я опасаюсь, что информация, которой я обмениваюсь с помощью ИКТ, не защищена так, как мне хотелось бы.

3. Я опасаюсь, что злонамеренные посторонние (например, хакеры) могут легко скопировать мою личность с помощью ИКТ.

4.Моя личная информация слишком легко доступна из-за ИКТ.

5. Я опасаюсь, что мои личные данные могут быть легко украдены другими пользователями в Интернете.

В. Перегрузка

1. Из-за ИКТ у меня слишком много дел.

2. Из-за ИКТ у меня на работе слишком много разных дел.

3. Благодаря ИКТ другим людям очень легко присылать мне дополнительную работу.

4. У меня никогда не бывает свободного времени, потому что мой график слишком плотно организован ИКТ.

5. Через ИКТ поступает постоянный поток информации о работе, за которой я просто не успеваю.

VI. Безопасность

1. Мне слишком часто приходится беспокоиться, могу ли я загрузить вредоносные программы.

2. Мне слишком часто приходится беспокоиться, не получу ли я злонамеренные электронные письма.

3. Я опасаюсь, что хакеры могут получить доступ к секретам компании по моей ошибке.

4. Я чувствую беспокойство, когда получаю электронное письмо от кого-то, кого я не знаю, поскольку это могло быть злонамеренное нападение.

5. Электронные письма, отправителя которых я не знаю, заставляют меня нервничать.

VII. Социальная среда

1. Из-за ИКТ я слишком много занимаюсь проблемами других.

2. Я думаю, что ИКТ порождают слишком большие ожидания, что я должен быть доступен везде и в любое время.

3. Слишком много времени теряется на работе из-за неуместного общения с другими людьми в социальных сетях.

4. Я чувствую, что ИКТ создают нежелательные социальные нормы (напр.g., ожидание того, что на электронные письма нужно будет отвечать сразу).

5. Слишком сложно отдохнуть от социальных взаимодействий на работе из-за коммуникационных возможностей ИКТ.

VIII. Техническая поддержка

1. Я должен беспокоиться о проблемах, связанных с ИКТ, поскольку наша организация не предлагает достаточной поддержки для их устранения.

2. В случае проблем, связанных с ИКТ, слишком часто бывает, что на работе оказывается недостаточно поддержки.

3.Я думаю, что слишком часто бывает, что техническая поддержка недоступна, когда она мне нужна.

4. Мне часто приходится долго ждать, потому что технические проблемы не могут быть адекватно решены в нашей организации.

5. Я опасаюсь, что техническая проблема, возникшая у меня на работе, не может быть решена кем-либо еще на работе.

IX. Полезность

1. Я думаю, что требования моей работы и функции, предоставляемые ИКТ, которые я использую, не подходят в достаточной степени.

2.Я считаю, что я не получаю достаточной выгоды от использования ИКТ, которые мне предоставляют на работе для выполнения моих задач.

3. ИКТ, которые я использую на работе, содержат слишком много функций, которые мне никогда не понадобятся.

4. Требуется слишком много различных систем для выполнения задач, которые мне приходится выполнять в течение обычного рабочего дня.

5. Я думаю, что большая часть ИКТ, которыми я пользуюсь на работе, недостаточно полезна, и я мог бы работать без нее.

X. Недостаточность

1.Я думаю, что слишком часто сталкиваюсь с неожиданным поведением ИКТ, которые я использую на работе (например, сбои или длительное время отклика).

2. Мне кажется, что я теряю слишком много времени из-за технических неисправностей.

3. Мне кажется, что я трачу слишком много времени на устранение технических неисправностей.

4. Я слишком много времени трачу на работу, пытаясь справиться с ненадежностью ИКТ.

5. Ежедневные проблемы с ИКТ (например, медленные программы или неожиданное поведение) меня очень беспокоят.

Спецификация модели

В соответствии с предыдущими концепциями цифрового стресса как конструкции более высокого порядка (например, Ragu-Nathan et al., 2008), такая концептуализация также была протестирована для новой шкалы измерений. Поддержка потенциальной конструкции более высокого порядка также может быть обнаружена в паттернах корреляции конструкций 1-го порядка в DSS, которые варьируются от 0,414 (незащищенность и вторжение) до 809 (сложность и ненадежность). Это сопоставимо с корреляциями пяти конструкций 1-го порядка в существующем инструменте (т.е., TSC), которые варьируются от 0,357 (вторжение и неопределенность) до 727 (вторжение и перегрузка). Что касается отношений с переменными результата, в большинстве случаев корреляция с эмоциональным истощением положительна (от 0,405 до 613). Кроме того, корреляции с инновационным климатом (-0,004 до -0,135; одно исключение с корреляцией 0,001), удовлетворенностью работой (-0,128 до -0,258) и удовлетворенностью пользователей (-0,199 до -0,409) отрицательны. Хотя для конструкций 1-го порядка была выбрана отражающая спецификация, дополнительно была проведена оценка того, следует ли определять конструкцию более высокого порядка как отражающую или как формирующую конструкцию (Jarvis et al., 2003; MacKenzie et al., 2011). С этой целью шесть теоретических и эмпирических соображений, предложенных Coltman et al. (2008) были применены в качестве аргумента в пользу рефлексивной или формирующей спецификации. Что касается различия между рефлексивными и формирующими моделями, мы ссылаемся на Кенни (2016), который различал их следующим образом: «Формирующая конструкция или составная модель относится к индексу взвешенной суммы переменных. В формирующей конструкции индикаторы вызывают конструкцию, тогда как в более традиционных скрытых переменных, иногда называемых отражающими конструкциями, индикаторы вызываются скрытой переменной.«Это различие также согласуется с мнением Джарвиса и др. (2003) и MacKenzie et al. (2011), и мы проиллюстрировали отражательную спецификацию на Рисунке 2 и формирующую спецификацию на Рисунке 3 ниже (дополнительные подробности см. В разделе 4.3 дополнительных материалов).

Рисунок 2. Спецификация световозвращающей модели.

Рисунок 3. Спецификация формирующей модели.

Чтобы оценить конструкцию 2-го порядка, мы следовали разрозненному двухэтапному подходу, описанному Sarstedt et al.(2019), который сначала включал расчет модели, в которой все конструкции 1-го порядка связаны с переменными результата. Полученные в результате факторные оценки для конструкций 1-го порядка затем использовались для второй модели, в которой эти факторные оценки служили индикаторами для построения 2-го порядка.

Следуя соображениям Колтмана и др. (2008), мы получили неоднозначные результаты, поэтому был выбран более практичный подход, и отражающая спецификация напрямую сравнивалась с формирующей спецификацией.Этот шаг включал оценку обоих типов моделей и сравнение полученных в результате коэффициентов пути и объясненной дисперсии для эндогенных переменных (см. Также Coltman et al., 2008 для сопоставимого подхода). Результаты этого сравнения можно найти в Таблице 3. Шаблоны для коэффициентов пути (т. Е. Знак и значимость путей от конструкции 2-го порядка до переменных критериев) сопоставимы, хотя нагрузки (веса) для конструкций 1-го порядка различаются, так как некоторые веса в формирующей спецификации не имеют значения.Кроме того, разница в объясненной дисперсии составляет всего от 0,004 до 0,023, что на данном этапе считается маргинальным, поскольку обычно ожидается, что формирующие спецификации объясняют большую долю дисперсии (Coltman et al., 2008). Поэтому, поскольку нет четких указаний для формирующей спецификации, вместо нее была выбрана отражающая спецификация в соответствии с Ragu-Nathan et al. (2008). Тем не менее, поскольку результаты были в основном неоднозначными, альтернативные спецификации (например, рефлексивный 1-го порядка и формирующий 2-й порядок) должны быть дополнительно исследованы в будущем (см., Например, Sarstedt et al., 2019, стр. 198) для обзора всех четырех основных типов спецификаций моделей, сочетающих отражающие и формирующие спецификации).

Таблица 3. Сравнение конструкции DSS 2-го порядка с отражающей и формирующей спецификациями.

Оценка модели конструкции 2-го порядка

Основано на спецификации отражающей (1-й порядок) / отражающей (2-й порядок) (также называемой Эдвардсом (2001) вышестоящей конструкцией или конструкцией типа I Джарвисом и др.(2003); как показано на рисунке 2) показатели надежности и валидности были затем снова оценены (Sarstedt et al., 2019). Результаты представлены в таблицах 4, 5, которые указывают на достаточную надежность (α, ρA и ρc Кронбаха> 0,700), достаточную конвергентную валидность (AVE> 0,500) и достаточную дискриминантную валидность (на основе критерия Форнелла-Ларкера, показанного в таблице 4. и HTMT <0,900 или <0,850, как показано в таблице 5).

Таблица 4. Статистика надежности и достоверности для конструкции DSS 2-го порядка (отражающая / отражающая).

Таблица 5. Дискриминантная валидность для конструкции DSS 2-го порядка на основе HTMT.

Дальнейшие подробности получившейся спецификации модели можно найти в разделе 4.5 дополнительных материалов. Кроме того, были протестированы две альтернативные спецификации модели, и результаты представлены в разделе 4.4 дополнительных материалов (одна конструкция 1-го порядка, включая все элементы в разделе 4.4.1, и возможность нескольких конструкций 2-го порядка в разделе 4.4.2), хотя ни один из них не стал лучшей альтернативой текущей спецификации модели.

Оценка структурной модели

Для оценки структурной модели, которая также включает четыре контрольные переменные (т.е. возраст, пол, высший уровень образования и самоэффективность компьютера), использовалась вторая подвыборка, и вычисления в SmartPLS включали 5000 итераций, если не указано иное. . Чтобы сначала проверить, сопоставимы ли две подвыборки и что выбор образцов случайно не приведет к разным результатам, оценки для каждой включенной скрытой переменной были статистически сопоставлены с использованием тестов Манна-Уитни.Поскольку ни один из этих тестов не приближается к статистической значимости, можно предположить, что результаты модельных оценок для обеих выборок приведут к сопоставимым результатам. Модель, которая была оценена на этом этапе, показана на Рисунке 4 ниже. Обратите внимание, что пунктирные переменные и пунктирные линии обозначают контрольные переменные и их отношения с конечными переменными.

Рисунок 4. Структурная модель.

Пояснительная мощность

Для оценки валидности конструкции была оценена взаимосвязь нового инструмента с четырьмя критериальными переменными и набором контрольных переменных.Кроме того, те же модели были оценены с помощью альтернативной меры, которая уже используется в исследованиях цифрового стресса (например, шкала TSC, Ragu-Nathan et al., 2008). Показателем их сопоставимого объема, в дополнение к их предметам и измерениям, является высокая корреляция их оценок латентных переменных 923 (т. Е. Корреляция DSS и TSC, p <0,001, на основе корреляции Спирмена). На этом этапе оценивались четыре отдельные регрессионные модели (DSS без элементов управления и с элементами управления и TSC без элементов управления и с элементами управления; дополнительные сведения см. В разделе 5 дополнительных материалов).Основные результаты, относящиеся к номологической достоверности, представлены в таблице 6, которая включает оценку поддержки ранее ожидаемых отношений между конструкциями на основе значимости ( p значений) и путевых коэффициентов (значений β). Основные результаты, относящиеся к объяснительной способности, представлены в таблице 7, которая включает коэффициенты пути и значимость для каждой переменной критерия, а также объясненную дисперсию (скорректировано R 2 ) и размер эффекта (f 2 ) в случае модели с элементами управления.

Таблица 6. Оценка номологической достоверности для DSS и TSC.

Таблица 7. Коэффициенты тракта и размеры эффекта для DSS и TSC.

Как видно из таблицы 6, существует поддержка большинства ожидаемых отношений, за двумя исключениями. Во-первых, несмотря на то, что гендерный фактор оказывает значительное влияние на TSC в ожидаемом направлении (то есть мужчины испытывали более высокий уровень цифрового стресса, измеренный TSC), эта взаимосвязь не имеет значения для DSS.Однако следует отметить, что, хотя эта взаимосвязь явно не значима для DSS (t = 1,613, p = 0,107), она также не очень значима для TSC (t = 2,121, p = 0,034). Следовательно, существенная разница, связанная с влиянием пола на результаты, должна стать предметом дальнейших исследований в будущем. Во-вторых, высший уровень образования не оказал значительного влияния ни на DSS, ни на TSC. Поскольку эти результаты снова сопоставимы по критериям (что касается возраста), это не представляет существенной угрозы результатам с точки зрения номологической достоверности.

Для обоих показателей (то есть DSS и TSC) все отношения с критериальными переменными значимы и остаются значимыми, если контрольные переменные включены в структурную модель (таблица 7). Основываясь на значениях для f 2 , можно также заметить, что новый инструмент показывает большой размер эффекта для эмоционального истощения, средний размер эффекта для удовлетворения пользователя и небольшой размер эффекта для инновационного климата и удовлетворенности работой (маленький:> 0,02 , средний:> 0,15, большой:> 0.35, на основе Cohen, 1992). Кроме того, эти размеры эффекта постоянно больше, чем у TSC. По результатам обзора Sarabadani et al. (2018), можно также оценить, сопоставимы ли найденные коэффициенты пути с результатами других исследований или представляют собой потенциальный выброс. Для удобства пользователей Sarabadani et al. (2018) обнаружили, что TSC в предыдущих исследованиях показал коэффициенты пути между -0,17 и -0,42, с которыми сопоставимо значение этого исследования с -0,35.Что касается удовлетворенности работой, они обнаружили, что TSC в предыдущих исследованиях показал коэффициенты пути от -0,13 до -0,41, с которыми значение этого исследования с -0,18 также сопоставимо. Следовательно, мы можем предположить, что размеры эффекта, обнаруженные в этом исследовании, находятся в ожидаемом диапазоне. Наконец, объединенные включенные контрольные переменные объясняют только 3,8% дисперсии DSS и 4,9% дисперсии TSC, что дополнительно указывает на то, что обнаруженные эффекты в основном связаны с показателями цифрового стресса. На рисунках 5, 6 ниже приведены оценки основных взаимосвязей в номологической сети для DSS и TSC соответственно.Обратите внимание, что числа в скобках для критериальных переменных указывают на общую дисперсию, объясняемую TSC и контрольными переменными.

Рисунок 5. Результаты оценки номологической валидности DSS.

Рисунок 6. Результаты оценки номологической валидности TSC.

Обсуждение

DSS - это современный инструмент для измерения восприятия цифровых факторов стресса на рабочем месте.Он включает 50 пунктов в десяти категориях факторов стресса, которые могут быть объединены в одну конструкцию 2-го порядка для измерения цифрового стресса, который был выполнен в рамках этого исследования. Каждый показатель измеряется по 7-балльной шкале Лайкерта, причем более высокие значения указывают на более высокий уровень стресса. Однако следует отметить, что каждая категория факторов стресса сама по себе является надежной и внутренне согласованной шкалой и поэтому может применяться сама по себе, хотя необходимы дальнейшие исследования, чтобы установить ценность этих отдельных шкал.

Поскольку DSS не является первым измерительным прибором в области цифрового стресса, он был протестирован против широко используемого TSC Ragu-Nathan et al. (2008). В качестве первоначального доказательства валидности конструкции DSS сильно коррелирует с существующей мерой (r s = 0,923, p <0,001), хотя и дает дополнительные преимущества. Во-первых, десять задействованных категорий факторов стресса (конструкции 1-го порядка) охватывают аспекты, которые не включены в существующий показатель, такие как восприятие бедствия, связанное с информационной безопасностью или ненадежностью технологий.Из этого следует, что весь спектр этого явления лучше отражается в новом инструменте, а также учитываются более свежие формы потенциальных факторов стресса. В частности, новая шкала дополнительно охватывает восприятие стресса, вызванного проблемами конфиденциальности данных ( Вторжение ; например, отсутствие конфиденциальности данных), угрозой злокачественных аспектов технологии ( Безопасность ; например, вредоносными программами или вредоносными сообщениями электронной почты). ), давление со стороны социальной среды ( Social Environment ; e.g., принуждение к быстрому ответу на электронные письма), отсутствие полезности технологии ( Полезность ; например, слишком много функциональных возможностей ИКТ, не имеющих большого значения для работы пользователя), отсутствие технической поддержки ( Техническая поддержка). Поддержка (например, помощь, недоступная при возникновении технических неисправностей), и технологии, которые не работают должным образом ( Ненадежность ; например, длительное время отклика или поломки системы).

Во-вторых, было продемонстрировано, что DSS может объяснить большую дисперсию для ряда критериальных переменных, включая эмоциональное истощение (f 2 DSS: 0.699, f 2 TSC: 0,568, Δf 2 = 0,131), инновационный климат (f 2 DSS: 0,043, f 2 TSC: 0,024, Δf 2 = 0,019), удовлетворенность работой (f 2 DSS: 0,061, f 2 TSC: 0,036, Δf 2 = 0,025) и удовлетворенность пользователя (f 2 DSS: 0,221, f 2 TSC: 0,139, Δf 2 = 0,081). Это дополнительно подтверждается рядом иерархических регрессий, которые были дополнительно рассчитаны, которые показывают, что DSS может объяснить дисперсию для каждой из наших четырех критериальных переменных сверх TSC (Δr 2 для эмоционального истощения, равного 0.042; Δr 2 для инновационного климата 0,025; Δr 2 для удовлетворенности работой 0,023; и Δr 2 для удовлетворенности пользователя 0,059; подробности см. в разделе 5.3 дополнительных материалов).

В-третьих, пункты для DSS были сформулированы на основе концепции несоответствия между ситуативными обстоятельствами и внутренними стандартами (например, желаниями), которые формируют восприятие бедствия. В TSC это внимание не уделяется полностью. Рассмотрим, например, пункт «В нашей организации происходят постоянные изменения в компьютерном программном обеспечении» (часть «Техно-неопределенность» в TSC).Некоторые элементы TSC не соответствуют , а не наиболее устоявшейся концептуализации стресса в психологии, а именно модели Лазаря, которая определяет стресс как несоответствие между желанием и фактической ценностью. Что касается упомянутого примера элемента, обратите внимание, что постоянные изменения могут рассматриваться как стрессовые, но в то же время они могут быть восприняты как полезные, потому что технологии с меньшей вероятностью будут отображать ошибки или другие ошибки из-за постоянного обслуживания. Следовательно, способность TSC фиксировать бедствие ограничена.

Ограничения

Ограничения этого исследования в основном вызваны практическими ограничениями, присущими разработке нового измерительного прибора, поскольку не каждый шаг в процессе разработки может быть осуществлен идеальным образом (MacKenzie et al., 2011). Во-первых, поскольку данные были собраны в рамках одного поперечного исследования, необходимо учитывать угрозу систематической ошибки, связанной с общим методом (Podsakoff et al., 2003). Таким образом, было реализовано несколько средств правовой защиты, чтобы снизить вероятность того, что эта потенциальная проблема повлияла на результаты этого исследования.Это включало проверки вовлеченности в опросе (т. Е. Два отдельных вопроса, которые инструктировали участника выбрать конкретный вариант), разделение общей выборки на подвыборки, которые затем служили начальным средством для перекрестной проверки результатов (например, MacKenzie et al. al., 2011), а также статистические средства для оценки степени систематической ошибки общепринятого метода (т. е. оценка полной коллинеарности, Kock, 2015), которые не указали на какую-либо значительную систематическую ошибку. Тем не менее, необходимо провести дальнейшие исследования для перекрестной проверки результатов этого исследования.

Кроме того, хотя перекрестная проверка новых измерительных приборов имеет решающее значение, в соответствии с рекомендациями MacKenzie et al. (2011) это исследование в первую очередь подтвердило правильность концептуального определения инструмента, разработки его индикаторов и спецификации модели измерения. Следовательно, хотя большая выборка из N = 1998 человек (в основном репрезентативная для занятого населения США) была основой для этого исследования, существует дальнейшая потребность в перекрестной проверке.В частности, требуется расширение на другие страны и языки.

Направления будущих исследований

Посредством поперечного онлайн-опроса это исследование показало, что восприятие стресса, вызванного ИКТ, положительно связано с эмоциональным истощением и отрицательно - с удовлетворением от ИКТ на работе. Это исследование показало, что линейная связь между DSS и этими конструкциями уже объясняет значительную долю их дисперсии (т. Е. R 2 прил.без средств контроля эмоционального истощения 0,409; R 2 прил. без элементов управления для удовлетворения пользователей 0,192). После дальнейших исследований типов взаимосвязей, которые цифровые факторы стресса показывают с переменными результата, следует иметь в виду, что релевантность факторов стресса, включенных в DSS, может измениться. Фактически, изменяющийся характер нашей технологической среды был одной из главных мотиваций для разработки DSS и исследования его размерности (т.е., категории стрессоров). Регулярное обновление инструментов, таких как DSS, имеет решающее значение для обеспечения того, чтобы стрессовые факторы, которые со временем кажутся более актуальными на практике (то есть в рабочем контексте), не упускались из виду в исследованиях и организационной практике. Аналогичным образом следует признать, что факторы стресса могут устареть или со временем оказаться менее актуальными, чем другие, и поэтому их необходимо удалить из набора категорий факторов стресса, включенных в DSS. Это особенно верно, когда целью является исследование цифрового стресса в контексте более конкретных групп участников (например,g., менее образованные люди, Marchiori et al., 2018) или технологии (например, социальные сети, Maier et al., 2015). Следовательно, исследования, которые намереваются применить DSS, всегда должны размышлять о составе его стрессоров и аргументировать их актуальность для конкретного вопроса исследования.

В этом исследовании изучалась роль цифровых стрессоров в номологической сети важных переменных результатов, которые ранее были связаны с цифровым стрессом (например, эмоциональное истощение, инновационный климат, удовлетворенность работой, удовлетворенность пользователей), а также набор контрольных переменных, которые, как было установлено, влияют на цифровую оценку стресса (т.е., возраст, пол, образование, самоэффективность компьютера), в эту номологическую сеть следует добавить дополнительные переменные в будущих исследованиях. Это еще больше повысит валидность предлагаемого инструмента (например, индивидуальные характеристики, такие как характеристики личности, такие как негативная аффективность и экстраверсия, Ayyagari et al., 2011; или организационные характеристики, такие как социальные нормы, связанные с использованием технологий, Barley et al., 2011 ). Кроме того, отношения между этими новыми переменными, которые концептуализированы в основополагающих теориях (например,g., в области организационного стресса Теория соответствия человека и окружающей среды, Эдвардс и др., 1998; или в области использования технологий Модель принятия технологии, Дэвис, 1989) также следует рассматривать как расширение модели в будущих исследованиях.

Хотя в этом исследовании подчеркивается конвергентная валидность DSS с другой мерой, связанной с цифровым стрессом (например, TSC), оно также должно стать предметом будущих исследований для установления дальнейшей конвергентной валидности и / или дискриминантной валидности с другими потенциально связанными мерами, особенно в сфере профессионального стресса.Возможные шкалы, которые могли бы стать предметом таких исследований, были предложены в прошлом, например, меры восприятия стресса на работе (например, Hackman and Oldham, 1975; Motowidlo et al., 1986; Williams and Cooper, 1998; Siegrist et al. , 2009).

В целом, наш недавно разработанный инструмент является дополнением и обновлением к уже существующему набору показателей в области исследований профессионального стресса, и в частности исследований цифрового стресса. Есть надежда, что полезность инструмента, продемонстрированная в этом исследовании, будет дополнительно подтверждена и расширена за счет применения в будущих исследованиях.

Заявление о доступности данных

Необработанные данные, подтверждающие заключение этой рукописи, будут предоставлены авторами без излишних оговорок.

Авторские взносы

TF, MR и RR концептуализировали подход к разработке. TF собрал данные. TF и MR обработали данные и выполнили анализ. ТФ подготовил рукопись. Все авторы обсудили результаты и прокомментировали рукопись.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Это исследование финансировалось Австрийским научным фондом в рамках проекта «Техностресс в организациях» (грант № P 30865) в Университете прикладных наук Верхней Австрии.

Дополнительные материалы

Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2021.607598/full#supplementary-material

Сноски

Список литературы

Адам, М.Т. П., Гимпель, Х., Маедче, А., Ридл, Р. (2017). Схема проектирования адаптивных систем предприятия, чувствительных к стрессу. Автобус. Поставить в известность. Syst. Англ. 59, 277–291. DOI: 10.1007 / s12599-016-0451-3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Agogo, D., Hess, T. J., Te’eni, D., and McCoy, S. (2018). «Как вы себя чувствуете благодаря технологиям?»: Обзор и изучение негативных эмоциональных реакций на использование технологий. евро. J. Информ. Syst. 27, 570–599. DOI: 10.1080 / 0960085X.2018.1435230

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аль-Фудаил, М., и Меллар, Х. (2008). Изучение стресса учителя при использовании технологий. Comput. Educ. 51, 1103–1110.

Google Scholar

Айягари Р., Гровер В. и Первис Р. (2011). Техностресс: технологические предпосылки и последствия. MIS Q. 35, 831–858.

Google Scholar

Бейли Дж. Э. и Пирсон С. У. (1983). Разработка инструмента для измерения и анализа удовлетворенности пользователей компьютера. Управлять. Sci. 29, 530–545. DOI: 10.1287 / mnsc.29.5.530

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Баккер А. Б., Демерути Э., Бур Э. де и Шауфели В. Б. (2003). Требования к работе и рабочие ресурсы как предикторы продолжительности и частоты отсутствия. J. Vocat. Behav. 62, 341–356. DOI: 10.1016 / S0001-8791 (02) 00030-1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Беланже Ф. и Кросслер Р. Э. (2011). Конфиденциальность в цифровую эпоху: обзор исследований конфиденциальности информации в информационных системах. MIS Q. 35, 1017–1041. DOI: 10.2307 / 41409971

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бензари А., Кедхаурия А. и Торрес О. (2020). «Рост техностресса: обзор литературы с 1984 по 2018 год», Труды Европейской конференции по информационным системам (ECIS) , Марракеш.

Google Scholar

Бхаттахерджи, А. (2001). Понимание непрерывности информационных систем: модель ожидания-подтверждения. MIS Q. 25, 351–370. DOI: 10.2307 / 3250921

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Boucsein, W. (2009). «Сорок лет исследований времени отклика системы - чему мы научились?», В Industrial Engineering and Ergonomics , ed. К. М. Шлик (Берлин: Springer), 575–593.

Google Scholar

Brod, C. (1982). Управление технострессом: оптимизация использования компьютерных технологий. чел. J. 61, 753–757.

Google Scholar

Бриньолфссон, Э., и Хитт, Л. М. (2000). Помимо вычислений: информационные технологии, организационная трансформация и эффективность бизнеса. J. Econ. Перспектива. 14, 23–48. DOI: 10.1257 / jep.14.4.23

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бунтин, М. Б., Берк, М. Ф., Хоаглин, М. К., и Блюменталь, Д. (2011). Преимущества информационных технологий в области здравоохранения: обзор новейшей литературы показывает преимущественно положительные результаты. Health Aff. 30, 464–471. DOI: 10,1377 / hlthaff.2011.0178

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Берк, М. С. (2009). Уровень технологического стресса среди преподавателей медсестер со степенью бакалавра, использующих технологии во время подготовки и проведения курсов. Nurse Educ. Сегодня 29, 57–64.

Google Scholar

Калифф К., Саркер С., Саркер С. и Фицджеральд К. (2015). «Яркие и темные стороны техностресса: эмпирическое исследование медицинских работников», Труды ICIS 2015 AIS (Chair) , Fort Worth, TX.

Google Scholar

Цао, X., и Сун, J. (2018). Изучение влияния перегрузки на прерывистые намерения пользователей социальных сетей: точка зрения S-O-R. Comput. Гм. Behav. 81, 10–18. DOI: 10.1016 / j.chb.2017.11.035

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Clercq, D., de, Dimov, D., and Belausteguigoitia, I. (2014). Восприятие неблагоприятных условий работы и новаторского поведения: буферные роли реляционных ресурсов. Entrep.Теория Прак. 40, 515–542. DOI: 10.1111 / etap.12121

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коэн, Дж. (1992). Праймер силы. Psychol. Бык. 112, 155–159.

Google Scholar

Колтман Т., Девинни Т. М., Мидгли Д. Ф. и Венаик С. (2008). Модели формативного измерения и модели отражения: два применения формирующего измерения. J. Bus. Res. 61, 1250–1262. DOI: 10.1016 / j.jbusres.2008.01.013

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Компо, Д.Р. и Хиггинс К. А. (1995). Компьютерная самоэффективность: разработка меры и начальный тест. MIS Q. 19, 189–211. DOI: 10.2307 / 249688

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Каммингс, Т. Г., и Купер, К. Л. (1998). «Кибернетическая теория организационного стресса», в Теории организационного стресса , изд. К. Л. Купер (Оксфорд: издательство Оксфордского университета), 101–121.

Google Scholar

Д'Арси, Дж., Херат, Т., и Шосс, М.К. (2014). Понимание реакции сотрудников на стрессовые требования к информационной безопасности: перспектива преодоления трудностей. J. Manag. Поставить в известность. Syst. 31, 285–318. DOI: 10.2753 / MIS0742-1222310210

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дэвис, Ф. Д. (1989). Воспринимаемая полезность, воспринимаемая простота использования и принятие пользователями информационных технологий. MIS Q. 13, 319–340.

Google Scholar

ДеСимоун, Дж. А., Хармс, П. Д., и Де Симон, А.J. (2015). Рекомендации по передовой практике для проверки данных. J. Organ. Behav. 36, 171–181. DOI: 10.1002 / job.1962

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Диамантопулос А. (2011). Включение формирующих мер в модели структурных уравнений на основе ковариаций. MIS Q. 35, 335–358. DOI: 10.2307/23044046

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эдвардс, Дж. Р. (2001). Многомерные конструкции в исследовании организационного поведения: интегративная аналитическая основа. Орган. Res. Методы 4, 144–192. DOI: 10.1177 / 109442810142004

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эдвардс, Дж. Р., Каплан, Р. Д., и ван Харрисон, Р. (1998). «Теория соответствия человека и окружающей среды: концептуальные основы, эмпирические данные, направления будущих исследований», в Теории организационного стресса , изд. К. Л. Купер (Oxford: Oxford University Press), 28–67.

Google Scholar

Eremenco, S. L., Cella, D., and Arnold, B.Дж. (2005). Комплексный метод перевода и межкультурной проверки анкет о состоянии здоровья. Eval. Health Profess. 28, 212–232. DOI: 10.1177 / 0163278705275342

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фишер Т. и Ридл Р. (2017). Исследование техностресса: питательная среда для плюрализма в измерениях? Commun. Доц. Поставить в известность. Syst. 40, 375–401.

Google Scholar

Форнелл, К., Ларкер, Д.Ф. (1981). Оценка моделей структурных уравнений с ненаблюдаемыми переменными и ошибкой измерения. J. Mark. Res. 18:39. DOI: 10.2307 / 3151312

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фрей, К. Б., и Осборн, М. А. (2017). Будущее занятости: насколько рабочие места подвержены компьютеризации? Technol. Прогноз. Soc. Изменить 114, 254–280. DOI: 10.1016 / j.techfore.2016.08.019

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фуглсет, А.М., и Сёребё, Ø (2014). Эффекты техностресса в контексте использования ИКТ сотрудниками. Комп. Гм. Behav. 40, 161–170.

Google Scholar

Галлух П., Гровер В. и Тэтчер Дж. Б. (2015). Прерывание рабочего места: изучение факторов стресса в контексте информационных технологий. J. Assoc. Поставить в известность. Syst. 16, 1–47.

Google Scholar

Хэкман, Дж. Р., и Олдхэм, Г. Р. (1975). Разработка диагностического обследования рабочих мест. J. Appl. Psychol. 60, 159–170. DOI: 10,1037 / h0076546

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Волос, Дж. Ф., Ховард, М. К. и Ницл, К. (2020). Оценка качества модели измерения в PLS-SEM с использованием подтверждающего композитного анализа. J. Bus. Res. 109, 101–110. DOI: 10.1016 / j.jbusres.2019.11.069

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Волос, Дж. Ф., Ришер, Дж. Дж., Сарстедт, М. и Рингл, К. М. (2019). Когда использовать и как сообщать о результатах PLS-SEM. евро. Автобус. Ред. 31, 2–24. DOI: 10.1108 / EBR-11-2018-0203

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Hauk, N., Göritz, A. S., and Krumm, S. (2019). Опосредующая роль совладающего поведения в отношениях возраст-техностресс: лонгитюдная многоуровневая модель посредничества. PLoS One 14: e0213349. DOI: 10.1371 / journal.pone.0213349

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хенселер, Дж., Рингл, К. М. и Сарстедт, М.(2015). Новый критерий оценки дискриминантной валидности в моделировании структурных уравнений на основе дисперсии. J. Acad. Отметка. Sci. 43, 115–135. DOI: 10.1007 / s11747-014-0403-8

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хван И. и Ча О. (2018). Изучение создателей технострессов и ролевого стресса как потенциальных угроз для соблюдения требований информационной безопасности сотрудников. Комп. Гм. Behav. 81, 282–293. DOI: 10.1016 / j.chb.2017.12.022

CrossRef Полный текст | Google Scholar

IDC (2019). IDC прогнозирует, что в 2019 году мировой рынок смартфонов ждет еще один непростой год с возвращением к росту на Horizon . Фрамингем, Массачусетс: IDC.

Google Scholar

Иванцевич, Дж. М., и Маттесон, М. Т. (1980). Стресс и работа: управленческая перспектива . Управленческие приложения серии . Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман.

Google Scholar

Джарвис, К. Б., Маккензи, С. Б., и Подсакофф, П. М. (2003). Критический обзор конструктивных индикаторов и неправильной спецификации модели измерения в маркетинговых и потребительских исследованиях. J. Consum. Res. 30, 199–218. DOI: 10.1086 / 376806

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонс, Д. Э. (1999). Десять лет спустя: поддержите восприятие и мнение персонала о технологиях на рабочем месте. Тенденции в библиотеке 74, 711–745.

Google Scholar

Судья Т. А., Торесен К. Дж., Боно Дж. Э. и Паттон Г. К. (2001). Взаимосвязь удовлетворенности работой и производительности труда: качественный и количественный анализ. Psychol. Бык. 127, 376–407. DOI: 10.1037 // 0033-2909.127.3.376

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кан, Р. Л., и Бьосьер, П. (1992). «Стресс в организациях», в справочнике по промышленной и организационной психологии , 2-е изд., Ред. М. Д. Даннетт и Л. М. Хаф (Пало-Альто, Калифорния: Consulting Psychologies Press), 571–650.

Google Scholar

Ла Торре, Г., Эспозито, А., Скиарра, И., и Чиаппетта, М. (2019). Определение, симптомы и риск техностресса: систематический обзор. Внутр. Arch. Ок. Environ. Здоровье 92, 13–35. DOI: 10.1007 / s00420-018-1352-1

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Lazarus, R. S., and Folkman, S. (1984). Стресс, оценка и преодоление . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Springer Pub. Ко.

Google Scholar

Легнер К., Эйманн Т., Хесс Т., Мэтт К., Беманн Т., Дрюс П. и др. (2017). Цифровизация: возможности и вызовы для бизнеса и сообщества разработчиков информационных систем. Автобус. Поставить в известность. Syst. Англ. 59, 301–308. DOI: 10.1007 / s12599-017-0484-2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Локк, Э. А. (1976). «Природа и причины удовлетворенности работой», в Справочник по промышленной и организационной психологии , изд. М. Д. Даннетт (Чикаго: Rand McNally College Pub. Co.), 1297–1343.

Google Scholar

Маккензи, С. Б., Подсакофф, П. М., и Подсакофф, Н. П. (2011). Создание процедур измерения и проверки в MIS и поведенческих исследованиях: интеграция новых и существующих методов. MIS Q. 35, 293–334. DOI: 10.2307/23044045

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Майер К., Лаумер С., Вайнерт К. и Вайцель Т. (2015). Влияние техностресса и стресса переключения на прекращение использования социальных сетей: исследование использования Facebook. Информ. Syst. J. 25, 275–308.

Google Scholar

Маркиори Д. М., Майнардес Э. У. и Родригес Р. Г. (2018). Влияют ли индивидуальные характеристики на типы техностресса, о которых сообщают работники? Внутр.J. Hum. Комп. Интер. 35, 218–230. DOI: 10.1080 / 10447318.2018.1449713

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маслах, К., и Джексон, С. Э. (1981). Измерение пережитого выгорания. J. Organ. Behav. 2, 99–113. DOI: 10.1002 / job.4030020205

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маккин, Дж. Д., Гимарайнш, Т., и Уэтербе, Дж. К. (1994). Взаимосвязь между участием пользователей и их удовлетворенностью: исследование четырех факторов непредвиденных обстоятельств. MIS Q. 18, 427–451. DOI: 10.2307 / 249523

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мур, Г. К., и Бенбасат, И. (1991). Разработка инструмента для измерения восприятия внедрения инноваций в области информационных технологий. Информ. Syst. Res. 2, 192–222.

Google Scholar

Моррис, М. Г., и Венкатеш, В. (2010). Характеристики работы и удовлетворенность работой: понимание роли внедрения системы планирования ресурсов предприятия. MIS Q. 34: 143. DOI: 10.2307/20721418

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мотовидло, С. Дж., Мэннинг, М. Р. и Паккард, Дж. С. (1986). Профессиональный стресс: его причины и последствия для производительности труда. J. Appl. Psychol. 71, 618–629.

Google Scholar

Нетемейер, Р. Г., Бирден, В. О., и Шарма, С. С. (2003). Процедуры масштабирования: проблемы и приложения . Лондон: Мудрец.

Google Scholar

Наннэлли, Дж.К. и Бернштейн И. Х. (1994). Психометрическая теория , 3-е изд. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу-Хилл.

Google Scholar

Оган К. и Чанг Д. (2002). Подчеркнул! Национальное исследование женского и мужского факультета журналистики и массовых коммуникаций, использования ими технологий и уровня профессионального и личного стресса. J. Mass Commun. Educ. 57, 352–369. DOI: 10.1177 / 107769580205700405

CrossRef Полный текст | Google Scholar

О'Коннор, Б.П. (2000). Программы SPSS и SAS для определения количества компонентов с использованием параллельного анализа и теста MAP Velicer. Behav. Res. Методы Инстр. Комп. 32, 396–402.

Google Scholar

Парвиайнен, П., Тихинен, М., Кяэрияйнен, Дж., И Теппола, С. (2017). Решение проблемы цифровизации: как извлечь выгоду из цифровизации на практике. Внутр. J. Информ. Syst. Project Manag. 5, 63–77.

Google Scholar

Петтер, С., Делоне, У., и Маклин, Э. (2008). Измерение успеха информационных систем: модели, измерения, меры и взаимосвязи. евро. J. Inf. Syst. 17, 236–263. DOI: 10.1057 / ejis.2008.15

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Подсакофф П.М., Маккензи С.Б., Ли Дж.-Й. и Подсакофф Н.П. (2003). Распространенные систематические ошибки в поведенческих исследованиях: критический обзор литературы и рекомендуемые средства правовой защиты. J. Appl. Psychol. 88, 879–903. DOI: 10.1037 / 0021-9010.88.5.879

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пул, К. Э., и Денни, Э. (2001). Технологические изменения на рабочем месте: опрос сотрудников библиотек и учебных ресурсов общественных колледжей в масштабе штата. Сб. Res. Librar. 62, 503–515. DOI: 10.5860 / crl.62.6.503

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рагу-Натан, Т.С., Тарафдар, М., Рагу-Натан, Б.С., и Ту, К. (2008). Последствия техностресса для конечных пользователей в организациях: концептуальная разработка и эмпирическая проверка. Информ. Syst. Res. 19, 417–433.

Google Scholar

Ридл Р. (2013). О биологии техностресса: обзор литературы и повестка дня исследований. База Данных Расшир. Поставить в известность. Syst. 44, 18–55.

Google Scholar

Ридл Р., Киндерманн Х., Ауингер А. и Явор А. (2012). Техностресс с нейробиологической точки зрения - нарушение системы увеличивает выработку гормона стресса кортизола у пользователей компьютеров. Автобус. Поставить в известность. Syst. Англ. 4, 61–69.

Google Scholar

Ридл Р., Киндерманн Х., Ауингер А. и Явор А. (2013). Сбой компьютера как фактор стресса во время выполнения задачи в условиях ограниченного времени: выявление гендерных различий на основе проводимости кожи. Adv. Гм. Комп. Интер. 1, 1–8.

Google Scholar

Сахин Ю. Л., Коклар А. Н. (2009). Взгляды пользователей социальных сетей на технологии и определение уровня техностресса. Proc. Soc. Behav. Sci. 1, 1437–1442.

Google Scholar

Сарабадани Дж., Картер М. и Компо Д. Р. (2018). «10 лет исследований создателей и ингибиторов техностресса: синтез и критика», Труды AMCIS 2018 AIS (председатель) , Новый Орлеан, Луизиана.

Google Scholar

Сарстедт, М., Волос, Дж. Ф., Че, Дж .- Х., Беккер, Дж .-М., и Рингл, К. М. (2019). Как определять, оценивать и проверять конструкции более высокого порядка в PLS-SEM. Austr. Отметка. J. 27, 197–211.DOI: 10.1016 / j.ausmj.2019.05.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шеллхаммер С. и Хейнс Р. (2013). «На пути к контекстуализации стрессоров в исследованиях техностресса», в материалах Международной конференции по информационным системам AIS (председатель) , Милан.

Google Scholar

Шнайдер С., Сюняев А. (2016). Определяющие факторы решений об использовании облачных ресурсов: размышления о литературе по ИТ-аутсорсингу в эпоху облачных вычислений. J. Inform. Technol. 31, 1–31. DOI: 10.1057 / jit.2014.25

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Селье, Х. (1956). Жизненный стресс . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Макгроу Хилл.

Google Scholar

Шу, К., Ту, К., и Ван, К. (2011). Влияние компьютерной самоэффективности и технологической зависимости на связанный с компьютером техностресс: перспектива социальной когнитивной теории. Внутр. J. Hum. Комп. Интер. 27, 923–939.

Google Scholar

Зигрист, Дж., Веге, Н., Пюльхофер, Ф., и Варендорф, М. (2009). Краткая общая мера стресса на работе в эпоху глобализации: дисбаланс между усилиями и вознаграждением. Внутр. Arch. Ок. Environ. Здоровье 82, 1005–1013.

Google Scholar

Смит, Х. Дж., Динев, Т., и Сюй, Х. (2011). Исследование конфиденциальности информации: междисциплинарный обзор. MIS Q. 35, 989–1015. DOI: 10.2307 / 41409970

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сток, Р. М. (2015).Угроза новаторскому поведению сотрудников на переднем крае? J. Prod. Иннов. Manag. 32, 574–592. DOI: 10.1111 / jpim.12239

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамс, С., Хилл, К., Ортис, де Гвинея, А., Тэтчер, Дж., И Гровер, В. (2014). NeuroIS - альтернатива или дополнение к существующим методам? Иллюстрация целостного эффекта нейробиологии и данных самооценки в контексте исследования техностресса. J. Assoc. Поставить в известность. Syst. 15, 723–753.

Google Scholar

Тамс, С., Тэтчер, Дж. Б., и Гровер, В. (2018). Концентрация, компетентность, уверенность и захват: экспериментальное исследование возраста, техностресса на основе прерывания и выполнения задачи. J. Assoc. Поставить в известность. Syst. 19, 857–908. DOI: 10.17705 / 1jais.00511

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тарафдар М., Пуллинз Э. Б. и Рагу-Натан Т. С. (2015). Техностресс: негативное влияние на производительность и возможные меры по их устранению. Информ. Syst. J. 25, 103–132.

Google Scholar

Тарафдар, М., Ту, К., и Рагу-Натан, Т.С. (2010). Влияние техностресса на удовлетворенность и производительность конечных пользователей. J. Manag. Поставить в известность. Syst. 27, 303–334.

Google Scholar

Тарафдар, М., Ту, К., Рагу-Натан, Т.С., и Рагу-Натан, Б.С. (2011). Переход на темную сторону: изучение создателей, результатов и ингибиторов техностресса. Commun. ACM 54, 113–120.

Google Scholar

Министерство труда США - Бюро статистики труда. (2018). Данные о домохозяйстве - среднегодовые показатели: 11. Занятые лица с указанием занятий, пола, расы и латиноамериканской или латиноамериканской этнической принадлежности . Вашингтон, округ Колумбия: Министерство труда США - Бюро статистики труда.

Google Scholar

Ван Дик, Р., Христос, О., Штельмахер, Дж., Вагнер, У., Альсведе, О., Грубба, К., и др. (2004). Мне остаться или идти? Объяснение намерений по смене персонала с помощью организационной идентификации и удовлетворенности работой. руб. J. Manag. 15, 351–360. DOI: 10.1111 / j.1467-8551.2004.00424.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Воакс, П. С., Бим, Р. А., и Оган, К. (2003). Влияние технологических изменений на журналистское образование: опрос преподавателей и администраторов. J. Mass Commun. Educ. 57, 318–334.

Google Scholar

Ван З. и Ван Н. (2012). Обмен знаниями, инновации и производительность фирмы. Expert Syst. Прил. 39, 8899–8908.DOI: 10.1016 / j.eswa.2012.02.017

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уильямс, С., и Купер, К. Л. (1998). Измерение профессионального стресса: разработка индикатора управления давлением. J. Occup. Health Psychol. 3, 306–321.

Google Scholar

Уилсон, К., Харгривз, Т., и Хоксвелл-Болдуин, Р. (2017). Преимущества и риски технологий умного дома. Энергетическая политика 103, 72–83. DOI: 10.1016 / j.enpol.2016.12.047

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Райт, Т.А. и Бонетт Д. Г. (2007). Удовлетворенность работой и психологическое благополучие как неаддитивные предикторы текучести на рабочем месте. J. Manage. 33, 141–160. DOI: 10.1177 / 0149206306297582

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Wu, H., and Leung, S.-O. (2017). Можно ли рассматривать шкалы Лайкерта как интервальные шкалы? - Имитационное исследование. J. Soc. Серв. Res. 43, 527–532. DOI: 10.1080 / 01488376.2017.1329775

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Стресс на рабочем месте среди онкологов: одноцентровое обсервационное исследование в Египте | Ближневосточная современная психиатрия

Согласно Sehlen et al.[6], большинство врачей демонстрировали самый высокий уровень стресса на работе. Онкологи подвергаются воздействию многих факторов стресса, включая тип пациента, характер заболевания, продолжительность работы и неприятную рабочую среду. Однако в этом исследовании 33,4% онкологов и 40% не онкологов оценили себя как «часто или очень часто», имея «неприятное или небезопасное рабочее место». Так что не только онкологи имеют «неприятную рабочую среду».

В этом исследовании не было выявлено значительной разницы в уровнях стресса между онкологами и врачами других специальностей.Это согласуется с данными поперечного исследования, проведенного Berman et al. [10] для сравнения уровней стресса между специалистами-регистраторами в области паллиативной медицины, клинической онкологии и медицинской онкологии и показали, что не было значительных различий между специальностями.

Более того, исследование, сравнивающее онкологов с другими специалистами в Великобритании, не обнаружило каких-либо различий в уровнях выгорания или психической заболеваемости. Почему это могло быть? Кажется, что ответ кроется в факторах, которые на самом деле являются общими для роли врача.Фактически, онкологи сообщают о перегрузке, плохом управлении и нехватке ресурсов, а также о страданиях пациентов как о преобладающих источниках стресса [11]. Более того, по сравнению с другими группами специалистов, несущими клиническую ответственность за пациентов, онкологи не сообщают о повышенном стрессе от страданий пациентов и, следовательно, не испытывают исключительно высоких уровней стресса из-за этого аспекта работы [12].

Сорок процентов онкологов, участвовавших в этой работе, имели тяжелый стресс, 36.У 7% был умеренный стресс, у 16,7% - довольно низкий уровень стресса, а у 6,7% - опасный уровень стресса. Среди врачей других специальностей 43,3% имели тяжелый стресс, 33,3% - умеренный стресс, 16,7% - довольно низкий уровень стресса, 3,3% - опасный стресс. Эти результаты согласуются с данными Firth-Cozenset al [13]. которые обнаружили, что доля врачей и других медицинских работников, демонстрирующих уровень стресса выше порогового, составляет около 28%.

Среди онкологов или врачей других специальностей юниоры показали значительно более высокие уровни WSS, чем старшие ( P = 0.003 и <0,001 соответственно), что может быть связано с низкой автономией, перегрузкой в ​​работе, ограниченным временем, низким опытом, чрезмерным сочувствием к пациентам и несоответствием между властью и ответственностью. Это также согласуется с другими исследованиями в разных частях мира. Например, Schindler et al. [14] в США, Ahsan et al. [15] в Малайзии, Газалиет аль [16]. в Пакистане и Aniediet al [17]. в Нигерии, которые обнаружили, что повышенный уровень стресса у младших врачей широко известен.

Кроме того, настоящее исследование подтвердило результаты других исследований, показывающих более высокий уровень стресса на работе среди молодых онкологов [18,19,20,21,22,23]. Этот эффект может возникать из-за множества факторов со значительно более высокими уровнями стресса для молодых онкологов в структурных условиях, сострадании, профессиональной и личной жизни и проблемах с коллегами [24]. Эти четыре вопроса кажутся центральными для молодых онкологов, независимо от их специализации.

Настоящее исследование показало статистически значимую связь между количеством ночных смен врачей (онкологов или неонкологов) и средним баллом WSS ( P <0.001) с более высокими баллами среди врачей, получающих больше ночных смен в неделю. Данные подтверждают мнение о том, что работа в ночное время опасна для долгосрочного благополучия человека, как, например, Arkerstedt et al. [25], которые обнаружили, что онкологи сообщали о большем стрессе на работе, когда работали в ночную смену и в выходные или не получали компенсацию за свободное время за сверхурочную работу.

В настоящем исследовании среди онкологов наиболее распространенными факторами стресса были отсутствие у онкологов чувства признательности или вознаграждения за работу, слишком много работы и / или слишком много необоснованных сроков, а также отсутствие полного использования своих навыков и талантов на работе. .Эти параметры были более очевидны среди онкологов, чем среди неонкологов, но без статистически значимой разницы между обеими группами. Однако среди врачей, не являющихся онкологами, недостаточный контроль или недостаточный вклад в выполнение рабочих обязанностей, давление на работе, которое мешает семейной или личной жизни, негативное влияние работы на физическое или эмоциональное благополучие, наличие неприятного или небезопасного рабочего места и трудности с выражением мнения. или чувства об условиях работы по отношению к начальству были наиболее распространенными факторами стресса среди врачей других специальностей, кроме онкологов, без статистически значимой разницы.

Это согласуется с Vedat et al. [26], которые изучали факторы, влияющие на стресс у медицинских работников, работающих с онкологическими больными, и обнаружили, что переменными, влияющими на показатели стресса, были семейное положение, возраст, профессиональная карьера, несправедливость в возможностях продвижения по службе, дисбаланс между работой и обязанностями, конфликты с коллегами, недостаток признательности. усилий пожилых людей, ролевой ответственности, долгих и утомительных рабочих часов, неадекватного оборудования и проблем, возникающих с пациентами и их родственниками.Аналогичным образом Ramirez et al. [27] обнаружили, что перегрузка, организационные обязанности и конфликты являются источником профессиональной неудовлетворенности и выгорания у онкологов, не являющихся хирургами.

Этот результат согласуется с опросом Испанского общества медицинской онкологии [28], который показал, что высокая степень эмоционального выгорания связана с восприятием нехватки времени и социальной деградации. Shanafelt et al. [29] обнаружили, что среди онкологов Северо-Центральной группы лечения рака (NCCTG) основными факторами стресса были «нагрузка на пациента», за которой следовали «баланс личной и профессиональной жизни» и «работа со смертью / страданиями пациентов».

Внутри исследуемых групп не было достоверной разницы в уровне стресса между мужчинами и женщинами. Точно так же в NCCTG Shanafelt et al. [29] не наблюдали значительных различий в уровне стресса на работе; однако среди онкологов-женщин наблюдалась повышенная оценка более низкого уровня общего самочувствия ( P = 0,02). Аналогичным образом, Buddeberg et al. [30] не выявили гендерных различий в своем проспективном лонгитюдном исследовании, посвященном стрессу на работе, здоровью и удовлетворенности жизнью в Швейцарии среди молодых врачей.

Напротив, Hipp et al. [24] обнаружили значительные гендерные различия. Женщины-врачи выставили более высокий общий балл стресса. Объяснение этой разницы может быть вызвано тем, что женщины, достигшие ступени медицинской специализации или функционального положения, должны сталкиваться, помимо рабочего стресса, с тем, что они являются матерями.

В метаанализе Пурвановой и Мурос [20] они обнаружили гендерные особенности среди случаев выгорания, связанного с работой. Они выявили эмоциональное истощение и деперсонализацию, а также существенные различия между описанными эффектами в США и Европейском Союзе, опираясь на консервативную или прогрессивную политику в сфере труда.

Высокий уровень стресса в неблагоприятной среде не только снижает качество жизни самого стрессированного человека, но также может снизить качество ухода за пациентами [31, 32], а также увеличить текучесть кадров, прогулы и снижение моральный дух рабочего [31, 33]. Организациям необходимо либо справиться с этими высокими уровнями стресса, либо предоставить своим сотрудникам поддержку и инструменты для эффективного управления стрессом, чтобы уменьшить выгорание и повысить вовлеченность в работу [34, 35].Европейские исследования показывают, что организационные стратегии по снижению выгорания должны быть сосредоточены на изменении структуры работы, гибком графике работы и постановке целей. Кроме того, удовлетворенность работой и вовлеченность можно повысить за счет совместного управления, усиления социальной поддержки и создания команды [34, 36,37,38].

Кибербезопасность: как подняться над волнами идеального шторма?

В прошлогоднем исследовании GISS 46% респондентов считали, что соблюдение нормативных требований способствует правильному поведению в их бизнесе.В 2021 году этот показатель снизился до 35%. В то же время менее одного из пяти (18%) респондентов описывают регулирование как эффективный способ довести до своих советов аргументы в пользу дополнительного бюджета, по сравнению с 29% в 2020 году.

Хотя руководители высшего звена, возможно, стали более чутко реагировать на бизнес-кейсы, которые связывают увеличение расходов на кибербезопасность с преобразованием, они кажутся менее тронутыми предупреждениями руководителей по информационной безопасности о растущем бремени соблюдения нормативных требований.

Не все лидеры в области кибербезопасности пессимистично относятся к регулированию.Ролан Клотье из TikTok говорит, что регулирование отнимает «по крайней мере 50 или 60%» его времени, но в целом он остается позитивным. «Наши программы стратегической безопасности основаны на требованиях следующего поколения, касающихся нормативных требований и защиты потребителей. Это здорово. Мы даем возможность нашим продуктам быть готовыми к будущему. Это помогает нам создать ведущую отраслевую концепцию ведения бизнеса, направленную на защиту безопасности и конфиденциальности наших пользователей по всему миру.”

3. Отношения кибербезопасности с другими лидерами ухудшаются

Для управления киберрисками, связанными со стратегической трансформацией, директорам по информационной безопасности необходимо предоставлять консультации на самых ранних этапах принятия инвестиционных решений. Но отношениям между кибербезопасностью и другими функциями в бизнесе, которые необходимы для проведения таких консультаций, не хватает позитивности и силы.

Руководители бизнеса исключают CISO

Слабые взаимоотношения уже давно вызывают беспокойство у руководителей по информационным технологиям, но в этом году GISS показывает, что проблема становится все более заметной.Согласно опросу, лидеры бизнеса исключают кибербезопасность из жизненно важных разговоров. Около шести из 10 (58%) говорят, что их организация иногда внедряет новые технологии в сроки, не позволяющие провести надлежащую оценку или надзор за кибербезопасностью.

Дэн Хиггинс, руководитель отдела глобальных консалтинговых технологий EY, считает, что директора по информационной безопасности вовлекаются в процесс развертывания новых технологий и решений для обработки данных на поздних стадиях. «Крайне важно, чтобы директора по информационным технологиям заняли свое место за столом на этапах разработки стратегии и решения цифровой трансформации, когда эти риски можно проактивно устранять и избегать», - говорит он.

Это тенденция, которую можно стимулировать с вершины бизнеса. Согласно императивному исследованию 2021 генерального директора EY, руководители компаний больше не считают кибербезопасность своей главной заботой, как это было в 2020 году. В 2021 году они сосредоточили свое внимание на проблемах, связанных с внедрением новых технологий.

ресторанов нуждаются в клиентах, которые предпочитают еду от более оплачиваемых поваров

нажмите, чтобы увеличить

NCAA утверждает, что суть студенческого футбола состоит в том, что игрокам не платят; судья верховного суда назвал это фолом и сравнил это с утверждением, что еда от низкооплачиваемых поваров вкуснее.

Элисон Маклин

Я надеюсь, Бретт Кавано прав.

Эта мысль впервые пришла мне в голову недавно.Это удивительно не только потому, что он назначен судьей Верховного суда при крайне спорных обстоятельствах, но и потому, что он говорил о ресторанах.

В совпадающем мнении, опубликованном 21 июня, Кавано мимолетно упомянул одну из самых больших и сложных проблем, с которыми сегодня сталкивается ресторанный бизнес. Его комментарий помогает пролить свет на отраслевые стандарты и отношение клиентов, которые необходимо изменить. Надеюсь, индустрия общественного питания докажет его правоту.

Прежде чем мы перейдем к этому, мне, вероятно, следует объяснить, что здесь происходит. Комментарии Кавано вылились в решение, позволяющее спортсменам NCAA с ограниченными правами использовать свой звездный статус, собирая бесплатные академические подарки, такие как учебники и ноутбуки. В дополнение к единогласному решению суда в отношении игроков, Кавано написал отдельно, чтобы предположить, что использование NCAA неоплачиваемого труда может быть признано незаконным в целом.

Похожие истории

Я поддерживаю

Местный

Сообщество

Журналистика

Поддержите независимый голос Далласа и помочь сохранить будущее Dallas Observer свободным.

Держите Dallas Observer свободным.

Главный аргумент NCAA в пользу отказа от оплаты своих звездных спортсменов заключается в том, что неоплачиваемость является определяющей чертой студенческого спорта. Да, это круговая логика. Это все равно, что сказать, что вам нельзя добавлять сальсу в этот тако, потому что это тако без сальсы.Ответ: «Итак? Я люблю сальсу ». А затем NCAA скажет: «Нет сальсы», а затем вы скажете: «Да, сальса», и тогда это перешло бы в драку в начальной школе из «Ну-у-у-у-у» и «У-у-у-у».

Критика Кавано более элегантна: «Бизнес-модель NCAA была бы категорически незаконной почти в любой другой отрасли в Америке. Все рестораны в регионе не могут объединиться, чтобы сократить заработную плату поваров, исходя из теории, что «клиенты предпочитают» есть еду у низкооплачиваемых поваров….Больницы не могут согласиться на ограничение доходов медсестер, чтобы создать «более чистую» форму помощи больным. Новостные организации не могут объединить усилия, чтобы сократить оплату репортерам, чтобы сохранить «традицию» журналистики, ориентированной на широкие слои населения ».

Очевидно, что это юридический анализ, но я интуитивно отреагировал на то, что очень много клиентов, по крайней мере в Далласе, предпочли бы есть еду от низкооплачиваемых поваров. Можем ли мы убедить их в обратном?

Эти клиенты могут не знать, что это так.Но сегодня индустрия столовой сталкивается с кризисом дезинформации, поскольку посетители ресторанов часто не знают о затратах, связанных с подачей еды. И люди по-прежнему хотят, чтобы их еда была дешевой.

Этот разговор чаще всего возникает в связи с едой иммигрантов. За пять лет работы в качестве критика Observer у меня были дебаты в Твиттере на Reddit с людьми, которые заявляли, что ни один тако не должен стоить дороже 2 долларов, а ни один тако не должен стоить дороже 5 долларов, даже если поварам нужно получать прибыль. .Многие повара-иммигранты ссылаются на такое отношение как на то, против чего они борются.

«Все рестораны в регионе не могут объединиться, чтобы сократить зарплату поваров, исходя из теории, что« клиенты предпочитают »есть еду от низкооплачиваемых поваров». - Судья Верховного суда Бретт Кавано

написал в Твиттере об этом
. Но даже благонамеренные клиенты могут не знать истинных затрат на содержание ресторана.Всем известно, что их деньги помогают оплачивать стоимость самой еды. Но немногие клиенты знают, как измерить стоимость аренды, разрешений, налогов, коммунальных услуг, рабочей силы, ремонта сломанного оборудования, потерь запасов во время зимних ледяных бурь и т. Д.

На Facebook клиенты задают вопросы о стоимости: «Я понимаю, почему [цены] выросли из-за пандемии, когда им пришлось поддерживать 50% загрузку. Так что они подняли цену и выжили. Мы все их поддерживали.Теперь ситуация изменилась, и они могут работать со 100% загрузкой, так почему бы не вернуться к прежним ценам? »

Причин много: инфляция, рост цен на ингредиенты, рост затрат на рабочую силу, рост арендной платы, неуверенность и стресс от постоянного закрытия и открытия бизнеса. Да, и желание наконец получить прибыль.

Иногда я беспокоюсь, что определенная категория клиентов, даже если они хорошо осведомлены, могут подумать, что рестораторам просто не следует получать прибыль от своего бизнеса.Как будто рестораны некоммерческие. Или, говоря словами Кавано, клиенты «предпочитают» низкооплачиваемых поваров.

На эту идею повлиял антрополог Дэвид Грэбер и его необычная, хорошо названная книга Bullshit Jobs , в которой автор предлагает, чтобы люди ожидали, что более полезная работа будет оплачиваться хуже, а менее полезная работа будет оплачиваться больше. . Грэбер указывает на такие профессии, как пожарный, учитель, сборщик мусора, журналист и медсестра, которые, как мы все знаем, делают мир лучше, но за которые платят значительно меньше, чем «чушь собачьей», например, на должности менеджера среднего звена, торговца акциями и корпоративного юриста.(Помните, Кавано также упоминал медсестер и репортеров.)

Идея состоит в том, что целеустремленная жизнь, полная теплых, нечетких чувств, сама по себе является компенсацией, поэтому люди, которым постоянно напоминают, что они делают мир лучше, должны принимать меньшее финансовое вознаграждение за все хорошее, что они постоянно делают.

Или, как прямо выразился один пользователь Facebook: «Владельцы ресторанов сделали много благородных вещей во время пандемии (предлагали бесплатную еду или еду со скидкой).Однако рост цен с тех пор просто возмутительный ». Другими словами, приносить жертву - это хорошо. Заработок - нет.

Сейчас тяжелые времена практически для всех. Миллионы людей остались без работы на месяцы или год. У миллионов других, в том числе у автора, упали доходы. Большую часть денег в этой стране выкачивает горстка газиллионеров. Может быть трудно проглотить повышение цен.

Но мы, любители ресторанов, не можем обвинять владельцев ресторанов в слабостях нашей экономики.И мы не можем обвинять владельцев ресторанов в том, что они пытаются немного заработать. Они делают все, что в их силах, чтобы справиться с растущими расходами и построить свою собственную жизнь. То же самое и с работниками сферы услуг, которые также борются за больший кусок денежного пирога.

По мере того, как рабочие места возвращаются, сотрудники сферы услуг становятся разборчивыми, требуют повышения заработной платы, борются за пособия или вообще бросают профессию. Кто может их винить?

Все это возвращает меня к тому, что Кавано использует общественное питание в качестве аналогии с NCAA.